Готовый перевод Reverse Hunt ABO / Обратная охота: Как укротить альфу: Глава 5

— Ой, — И Цзе потирнул место, куда его только что стукнули, и проговорил: — Раз уж я так противен тебе, Янь-гэ, тебе бы лучше вообще меня продать.

— Ты...

Лян Цюянь на мгновение потерял дар речи, подумав про себя, что этот парень и впрямь мастер капризничать — наверняка постоянно пользуется этим трюком, когда хочет кого-то надуть. Впрочем, подозревать-то он подозревал, но всё же сдал позиции и признал поражение.

— Янь-гэ, — И Цзе заметил, что тот уже не сердится, и капельку придвинулся ближе. — Тебе правда нравится, как я пахну?

— Э-э... — Лян Цюянь поначалу не хотел признаваться, но чувствовал, что отмалчиваться дальше бессмысленно, и, почесав в затылке, выдавил: — Да.

— Я не пользуюсь ароматизаторами. Наверное, это феромоны.

Услышав это, Лян Цюянь онемел.

Он широко распахнул глаза, глядя на И Цзе, и его ресницы затрепетали. С минуту посомневавшись, он поспешно уткнулся носом в край рукава И Цзе, принюхался, а затем придвинулся к самой его шее и принюхался снова, нахмурившись, словно заново оценивая потенциальную опасность, исходящую от добычи.

— Запах жимолости. Это мои феромоны.

— К тому же, — воспользовавшись моментом, И Цзе обхватил замершего перед ним Лян Цюяня руками, задел носом кончик его уха и легко усмехнулся: — Янь-гэ, от тебя ведь тоже очень приятно пахнет.

Не успел он договорить, как Лян Цюянь подпрыгнул, словно кот, которому наступили на хвост. Отчаянно вырвавшись, он отскочил на добрых несколько шагов. Наконец окончательно придя в себя, он вцепился в перила и заговорил, а в его дрожащем голосе смешались злость и еще какие-то неопределенные эмоции:

— И Цзе, ты... ты какого черта творишь?! Да с чего ты взял, что от меня вообще чем-то пахнет?!

Выпалив это, Лян Цюянь тут же пожалел, что сорвался на крик: его организм просто физически не выносил, когда кто-то касался кончиков его ушей. Ему не оставалось ничего другого, как глухо бросить:

— ...Прости. Поздно уже, тебе... лучше идти отдыхать.

С этими словами он быстрым шагом вернулся в спальню, запрыгнул на кровать и с головой накрылся одеялом.

Глава 3. Цветочный аромат кружит голову

В квартире имелся балкон галерейного типа, поэтому спальня и гостиная соединялись прямо с улицы. Лян Цюянь, спеша уйти, только что побежал в спальню из гостиной через балкон, хотя на самом деле это был крюк.

Воздух стоял невероятно влажный, казалось, будто тело нарядили в дешевую синтетическую ткань, которая совсем не дышит, отчего становилось душно и невыносимо жарко.

В гостиной по телевизору крутили какую-то отечественную бездарную мелодраму. Главный герой наигранно отвернулся от возлюбленной, но при этом с удивительной ловкостью срывал с себя одежду, и сквозь стеклянную дверь, столько раз пережившую грубые толчки в обе стороны, доносились невнятные смешки.

Кончики ушей... такие чувствительные.

И Цзе покачал головой, а затем поднес большой палец к зубам и прикусил его, постепенно усиливая нажим.

Теплый сладковатый привкус крови мгновенно заполнил рот.

Боль помогла взять импульс под контроль.

Он поднял окурок и тихонько прошел с балкона к дверям спальни. Поскольку Лян Цюянь забыл задернуть шторы, И Цзе легко разглядел, как тот ворочается под одеялом, свернувшись плотным коконом — судя по всему, спалось ему не слишком-то уютно.

Щелк.

И Цзе толкнул дверь как раз в тот момент, когда Лян Цюянь перевернулся на другой бок. Лицо его было обращено к вошедшему, а несколько прядей прилисли ко лбу — было очевидно, что под одеялом он сильно вспотел.

— М-м... как жарко... — невнятно пожаловался Лян Цюянь и одним пинком отбросил одеяло далеко в сторону.

И впрямь мастер боевых искусств: даже во сне продолжает тренировать ноги.

Улыбнувшись, И Цзе наклонился, чтобы поднять одеяло, но заметил, что Лян Цюянь снова сжался в комочек, и лишь тогда почувствовал, что в комнате стоит невыносимая, леденящая прохлада. Посмотрев на панель кондиционера, он обнаружил, что выставлено всего девятнадцать градусов, и тут же перевел температуру выше, чтобы Лян Цюянь не подхватил простуду.

— М-м...

Когда одеяло вновь легло на плечи, выражение лица Лян Цюяня стало гораздо более спокойным.

Интересно, как он жил раньше?..

И Цзе тихонько приник к изголовью кровати и выдохнул только тогда, когда дыхание Лян Цюяня выровнялось во сне. Долго рассматривая его, он не удержался и протянул руку, чтобы закрутить в пальцах прядку вьющихся волос Лян Цюяня.

Совсем сухие, а волоски чуть толще и жестче, чем у обычных людей, и на удивление упругие — они напоминали ему плетеные изделия из травы низкоширотных стран, явно нечто чуждое порождениям городской цивилизации.

Какая прелесть, — подумал он.

Однако в следующую же секунду И Цзе с невероятной силой опрокинуло навзничь, его спина с маху врезалась в пол, а прямо над головой раздался хриплый, яростный рык:

— Кто?!

Лян Цюянь мертвой хваткой вцепился ему в руки, а его взгляд, полный жесткой свирепости, отливал темно-красным. Их глаза встретились, но, разобравшись, что на полу лежит И Цзе, Лян Цюянь в панике разжал пальцы, сел, опушив голову, и задыхался — тяжело и прерывисто.

И Цзе тем временем тоже приподнялся на локтях и, не обращая внимания на ушибленную спину, спросил:

— Ты в порядке?

— Прости! Я... я думал, ты...

Лян Цюянь походил на сдувшийся мяч. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле, и он выдавил:

— Сяо И, что ты... делаешь здесь?

— Ты только что скинул одеяло, я хотел подобрать его, — мягко ответил И Цзе.

Лян Цюянь в душе раскаивался так сильно, что был готов снова бежать на балкон курить. Сначала он с криком и воплями примчался в спальню, а теперь чуть не прикончил человека, приняв его за наемного убийцу... Да у любого, даже самого мягкосердечного человека это вызвало бы недоумение, что уж говорить о малознакомом парне?!

Он поднял глаза на И Цзе, радуясь лишь тому, что впопыхах не покалечил чужое красивое лицо.

Неужели И Цзе... теперь уйдет из-за этого?

— Янь-гэ, — И Цзе капельку подался вперед, и в его мягком, заботливом взгляде читалось такое участие, что от его дыхания у Лян Цюяня защипало в глазах. — Тебе что, приснился кошмар?

— ...Ага. Приснилась дрянь всякая, — смущенно пробормотал Лян Цюянь. На самом деле это была лишь подсознательная самооборона, но ему совершенно не хотелось, чтобы И Цзе догадался о его особой сущности.

Он не хотел пугать И Цзе.

— Вот оно что, — усмехнулся И Цзе. — А я-то думал, что такому надежному человеку, как ты, никогда не снятся кошмары.

— Ты считаешь... меня надежным? — Лян Цюянь опешил и поспешно переспросил.

И Цзе уверенно кивнул:

— Угу.

Надежный. Это слово Лян Цюянь бесчисленное количество раз слышал от братьев по оружию, и даже оба бывших Судьи наделяли его этим качеством, возлагая на него ответственность.

Но сейчас слова И Цзе не имели никакого отношения ко всем прошлым боевым заслугам Лян Цюяня — это было доверие, возникшее всего лишь от мимолетной встречи.

http://bllate.org/book/25998/3112414