Готовый перевод Unusual Death Report: Wish Fulfilled / Отчет о ненормальной смерти: Желание сердца: Глава 12

Куда чаще они преуспевали в другом — крутились при дворах и среди чиновников. Стоит заглянуть на пару веков назад, и почти в каждой императорской астрологической службе обнаруживались выходцы из клана Ли с горы Си.

К тому же оба клана славились искусством владения заклинаниями и массивами. Извечные соперники, они враждовали уже несколько сотен лет: от стычек при каждой встрече и перепалок до простого взаимного презрения. В эпоху упадка магических искусств численность обоих кланов неуклонно сокращалась, они уже не были прежними могущественными семействами. Возможности видеться выпадали всё реже, и даже при желании подраться теперь особо не получалось.

Но о давней вражде знали все младшие члены обоих кланов. Кровная месть — она и есть кровная месть.

Неудивительно, что в расположении тех охранников гробниц ему чудилось что-то смутно знакомое... Да это же не что иной, как метод изгнания нечисти клана Ли с горы Си! Впрочем, толку от него всё равно никакого, иначе в прошлый раз та змеелюдина не смогла бы пробраться в постель Цэнь Вэя.

— Чего завис?

Цэнь Вэй отодвинул стул перед обеденным столом и с улыбкой поманил его:

— Иди ешь.

— Иду.

Юй Нинъань взял бамбуковые палочки, сначала сделал пару укусов, а затем как бы невзначай спросил:

— Старший брат, у тебя дома случаем не увлекаются фэншуй и всем таким?

— Ну, вроде того. — Цэнь Вэй подцепил палочками немного холодной закуски, задумался и ответил:

— Эти статуэтки собак в моей гостиной — мама откуда-то выписала какого-то великого мастера за большие деньги. Говорят, они очень сильные: и богатство привлекают, и от нечисти защищают, в общем, отвечают за всё. Во всяком случае, мне строго-настрого запретили их трогать. Эх, кто ж знает, просто люди в возрасте почему-то ужасно склонны к суевериям.

— Ты с тех пор их так ни разу и не трогал?

— Зачем мне их трогать... Со временем на них осел слой пыли, так мне даже протирать лень.

Юй Нинъань на мгновение умолк.

Внезапно он вспомнил об одном человеке.

Ли Чуньянь.

Неужели такое совпадение? В современном обществе эзотериков и так кот наплакал, неужели это тот самый клан Ли с горы Си, который веками враждовал с их кланом Юй из Лолина? И ведь работают в одном ведомстве, разве бывают такие совпадения?

Должно быть... просто случайность?

— А дело Чэнь Ины уже передали в прокуратуру? — Юй Нинъань решил сменить тему. — Я от офицера Линь слышал.

— На днях как раз собирают дополнительные доказательства. В первом отделе сейчас аврал.

— Ей грозит смертная казнь? Статья-то такая тяжелая.

— Не факт. Её родители связались с бывшим мужем, пытаются выбить мировое соглашение. Им ещё предстоит провести несколько раундов переговоров. Если в конце концов подпишут, условная смертная казнь вполне возможна.

— То есть у Чэнь Ины всё ещё есть шанс выйти на свободу? — Юй Нинъань на миг замолчал. — Почему-то кажется, что уж лучше смертная казнь. Когда она выйдет, ей будет лет шестьдесят или семьдесят, родители, скорее всего, уже умрут, дочери тоже не станет, и без всякой моральной опоры ей вряд ли удастся прожить в одиночку.

— А как, по-твоему, теперь будет жить её бывший муж?

— У него же есть семья, подрастает сын...

— Вот видишь, ты и сам понимаешь: жизнь должна продолжаться.

Цэнь Вэй опустил палочки и негромко произвел:

— Смерть — это трагедия, которую невозможно повернуть вспять. Исчезновение человека зачастую имеет огромные последствия и затрагивает жизнь каждого, кто был замешан в деле. И тем не менее сама человеческая жизнь ничего не весит, она невесома. Мы оба изучали медицину, и ты прекрасно понимаешь: если действовать быстро, на убийство человека уходит всего пара ударов ножом, на всё про всё не больше нескольких секунд.

Его голос звучал тихо.

— Вся любовь и ненависть, все обиды и расчёты — всё это умещается в столь хрупком теле. Кровь вытекает стремительно, а вместе с ней исчезают и чувства, и воспоминания. Остается лишь память других людей о нём; боль того мгновения перерастает в затяжное сомнение — люди сомневаются, что он действительно ушёл, хотя он уже исчез безвозвратно. Это сомнение вновь подтверждается как неисцелимая боль, которую приходится принять: раз уж дошло до такого, всё кончено. В конце концов боль ударом за ударом уплотняется до состояния безмолвия; когда о нём заходит речь, людям нечего сказать. Те, кто любил его, будут вновь и вновь тонуть в сомнениях, а те, кто не любил, погрузятся в тишину.

Теперь скажи, кроме Чэнь Ины и её бывшего мужа, кто еще вспомнит об их погибшей дочери? И даже эти двое — как долго они будут её помнить?

Юй Нинъань приоткрыл рот, не в силах вымолвить ни слова.

Цэнь Вэй смотрел на него, и на его лице застыла улыбка — одновременно мягкая, меланхоличная и даже нежная.

Мы судмедэксперты: мы уважаем жизнь, но в равной степени обязаны уважать и смерть. Расследуя дела, я всегда повторяю: уважение к любой объективно произошедшей смерти — это единственное условие для того, чтобы докопаться до правды. И теперь, когда дело закрыто, я скажу то же самое. Если у человека есть шанс выжить, зачем заставлять его умирать?

На каком-то рабочем столе в канцелярии городской администрации тихо лежало личное дело.

Чья-то рука бережно раскрыла его. Указательный и средний пальцы правой руки казались особенно длинными, а подушечки пальцев покрывал тонкий слой мозолей.

В левом верхнем уголке анкеты красовалась цветная фотография размером два на два дюйма. Человек на ней улыбался несколько натянуто, но черты лица выдавали редкую привлекательность: чётко очерченные брови и глаза. Даже на таком официальном снимке проглядывала немалая доля обаяния.

Справа значилось имя владельца анкеты, ниже шёл перечень учебных заведений, плавно перетекающий в текущее место работы: Бюро общественной безопасности города Лучэн, научно-исследовательский отдел криминалистики, судебно-медицинское отделение, судмедэксперт. Полицейское звание: стажёр.

Тонкие длинные пальцы на мгновение замерли, кончик пальца то и дело легко касался строчек с названием должности и именем.

— Юй Нин... Ань.

За окном уже доносилось стрекотание цикад. Всё вокруг утопало в сочной зелени, весна выдалась слишком жаркой и утратила прежнюю мягкость.

Потягивал летний ветерок.

Выбросить труп? Ладно, сейчас буду.

Цэнь Вэй положил трубку. Юй Нинъань как раз вернулся с воды из коридора и, заметив, что Цэнь Вэй уже начал переодеваться, поинтересовался:

— На выезд?

— Да, из Цзиншаньского отделения сообщили, что в жилом массиве на подконтрольной Северным воротам территории обнаружили нечто, похожее на труп. Велели съездить проверить.

— Убийство совершили, а тело прямо в жилом районе бросили? Какая наглость.

— Сперва съездим, а там видно будет.

Новую форму Юй Нинъаня уже выдали. Погода на улице постепенно теплела, и последние несколько дней он ходил на работу в летней служебной форме с короткими рукавами. Нижний край рубашки не заправлялся в брюки, из-за чего стоило ему поднять руку, как обнажалась узкая талия, а в сочетании с широкими плечами это смотрелось весьма эффектно. Сотрудники отдела пропаганды уже несколько раз писали Цэнь Вэю с вопросом, когда же можно будет привлечь новенького паренька из их отдела к съемкам промороликов. С такой фигурой и внешностью грех не развиваться в сфере новых медиа, ведь в профилактике мошенничества трафик просто необходим!

На это Цэнь Вэй мог лишь отвечать, что, мол, конечно-конечно, без проблем, но в последнее время столько дел, времени совершенно нет, как только освободится — обязательно отправит его на съемки...

Добравшись до места на машине, они обнаружили, что происшествие случилось на участке, подведомственном отделению полиции Бэймэнь. Близлежащие улицы состояли сплошь из старых, обветшалых кварталов. Едва служебный автомобиль въехал в ворота, дорожные условия резко ухудшились. С громким стуком преодолев ухабы, они наконец прибыли на место. Вокруг уже натянули внушительный периметр из ограничительной ленты, а толпа зевак плотным кольцом обступила место происшествия, преграждая путь даже полицейским машинам.

Юй Нинъаню пришлось идти впереди Цэнь Вэя. Держа в руках чемодан, он громко кричал сквозь шум толпы:

— Пропустите! Мы судмедэксперты! Пожалуйста, дайте пройти!

Ловя на себе упорные взгляды зевак, он с боем проложил узкий коридор, чтобы шедший следом Цэнь Вэй мог пробраться внутрь.

За оградительной лентой несколько криминалистов из Цзиншаньского отделения проводили фотофиксацию. Местом происшествия оказалась внушительная свалка всякого хлама, на вершине которой возвышались обломки старой мебели — например, сломанные ножки стульев. Ниже валялся бытовой мусор неопределенного назначения. А ещё ниже виднелся обломок, подозрительно напоминающий человеческую руку — мертвенно-бледный, торчащий наружу. Пусть лишь фрагмент, но изгиб в точности повторял очертания человеческой руки от плеча до локтя.

Погода стояла уже довольно жаркая. Преодолев короткий путь сквозь толпу и приблизившись к свалке, Юй Нинъань принюхался: кроме смутного запаха чужих тел в толпе, никаких других посторонних запахов он не уловил.

И точно, вскоре он услышал, как Цэнь Вэй вполголоса произносит:

— Судя по всему, уже развилось трупное окоченение, неужели совсем нет трупного смрада?

Когда криминалисты закончили фотографировать, Юй Нинъань первым шагнул на гору хлама. Издалека куча казалась невысокой, но взбираться на неё оказалось довольно круто. Сзади Цэнь Вэй легко приподнял край белого халата Юй Нинъаня, который тот волочил по пыльной земле — разумеется, подол уже успел покрыться грязными разводами.

Добравшись до подозрительной конечности, Юй Нинъань надавил на неё пальцем, но та не поддалась. Проделав это движение, мозг парня мгновенно сделал вывод, однако тело почему-то не захотело сдаваться и принялось нащупывать путь дальше вверх по плечу, надавив ещё пару раз. Отпустив руку, он обернулся и виновато-смущенно улыбнулся Цэнь Вэю.

— Старший брат... Похоже, это не человеческий труп.

— А?

Юй Нинъань склонился над кучей мусора и, ухватившись за злосчастный обломок, потянул со всей силы — и целиком вытянул то, что оказалось у него в руке. На конце плеча виднелись не окровавленные человеческие ткани, а пластиковая круглая деталь и два кольца из белого пластика.

— ...

Цэнь Вэй на мгновение потерял дар речи, чувствуя, как у него над головой прочерчиваются черные полосы досады.

— Пошарьте там внутри, вытащите всё и сложите вместе.

При содействии коллег из отделения Бэймэнь все подозрительные фрагменты тел были быстро обнаружены и кое-как собраны воедино. Разумеется, ни о каком человеческом трупе речи не шло — перед ними красовался обыкновенный манекен, из тех, что сотнями стоят в любом торговом центре.

— ...Ладно, сворачиваемся.

Цэнь Вэй совершенно не знал, что и сказать. Подобные курьёзы тоже были частью их будней. В конце концов, сквозь столько хлама издалека и вправду казалось, будто торчит человеческая рука, так что вызов полиции был вполне оправдан.

Убедившись, что тревога ложная, сотрудники начали постепенно убирать ленту. Цэнь Вэй вместе с Юй Нинъанем сразу же отправились обратно в управу, хотя рабочий день уже давно подошел к концу.

Когда они пришли в кабинет, чтобы переодеться перед дорогой домой, Юй Нинъань решил оставить форму как есть, сказав, что постирает её уже дома, тем более что комплект одежды для дома и для работы у него раздельные. Цэнь Вэй не стал возражать, переоделся сам, взял ключи от машины и велел Юй Нинъаню поторопиться.

По дороге они проезжали мимо улицы с ночным рынком. Обладающий острым зрением Юй Нинъань заметил, что у того самого киоска с глиняными горшочками, где он уже несколько раз ел, на удивление мало народу и не нужно стоять в очереди. Не раздумывая ни секунды, он тут же повернулся к Цэнь Вэю и выпалил, что хочет воспользоваться отсутствием толпы и взять две порции навынос.

Цэнь Вэй послушно припарковался и уже собирался напомнить ему, чтобы тот не забыл надеть верхнюю одежду — в основном для того, чтобы прикрыть полицейскую форму, — как Юй Нинъань, словно сорвавшаяся с поводка крупная собака, с громким щелчком отстегнул ремень безопасности, в одно движение распахнул дверцу и стрелой бросился к заветному киоску.

http://bllate.org/book/25895/3095033