Сяо Сюэ тоже беспомощно вздохнул и тихо сказал: Я просто выглянул наружу, совсем не планировал перестреливаться… Этот дым сплошные прорехи, тут вообще не пройти.
Вы двое получше залейте всё дымом, противоположная…
Не успел Core, спасавший человека в дыму, договорить, как Сюй Цыци из высотки напротив прошил дым и нокаутировал его.
Core оттолкнул мышку и остался на месте ждать смерти: Этот парень еще и с МК20, погоди, вот выйду — обязательно отчитаю его.
Тиммейты продолжали бой на передовой, а Core перевел взгляд на летящий чат трансляции.
Да уж, прикрытие с прицела всё еще слишком авторитетно…
Прикрытие от Чжидао — это и правда невероятное чувство безопасности, даже хейтеры никогда не ругали его за точность наводки.
ZD всё-таки хорош, по крайней мере, на средних и дальних дистанциях второго такого снайпера не сыскать.
Core быстро произнес: Он всегда был крут, понял? К его колл-плею и прикрытию не придешь ни с какими претензиями, поищи-ка в лиге, найдешь ли кого-то сильнее него? — Закончив эту фразу, он вдруг пару раз хихикнул: — Конечно, не считая меня самого.
…
Стример, а где твоя совесть?
Забыл, как тебя только что двумя выстрелами уложили??
Core сделал вид, что ничего не заметил, и продолжил: Он всегда был таким, слабее не становился.
Сюй Цыци понятия не имел, что говорил Core, он даже глазом не коснулся чата трансляции: пока в поле зрения появлялись силуэты людей, это неизменно оказывалось направление, куда был устремлен его ствол.
В конце концов их команда, игравшая в защите, не проиграла ни единого раунда.
Вернувшись в комнату и продолжая ждать, пока хост запустит игру, Шэн Хуанянь тоже увидел в чате множество похвал в свой адрес и адрес своих тиммейтов. Разумеется, среди них было и немало тех, кто пытался половить рыбку в мутной воде.
Какой толк от одной только точности прицеливания? Разве вы всё равно не вылетели до гранд-финала?
Шэн Хуанянь слегка опустил ресницы, выказывая некоторую леность, заново нащупал мышку и с бесстрастным выражением лица занес этого пользователя в черный список. Он опустил голову, словно о чем-то раздумывая, а подняв ее вновь, глянул на заполненный до отказа чат и бросил: Он изначально очень силен.
Голос прозвучал глухо, словно он говорил сам с собой.
Позже Core снова запустил партию, и отупев от побоев, он заявил Пайпаю: Если бы в наших матчах тоже была система банов, я бы непременно отправил дробовик твоего штурмовика в бан-лист, это уже просто ненормально.
Пайпай ответил с полным спокойствием: Его дробовик тебе ни за что не забанить, он со всеми управляется.
Core принялся один за другим испускать вздохи, зато у Сюй Цыци, напротив, было прекрасное настроение — за игру он уже бессчетное число раз произнес слово «молодец».
Дело было вовсе не в том, кого именно хвалить, просто финальную точку в матчах почти всегда ставил один и тот же человек, поэтому похвалы естественным образом доставались исключительно Шэн Хуаняню.
Третья карта подошла к концу, и Core, не выдержав, объявил в общий войсчат: Больше не играем, всё, хорош.
Комната быстро распустилась.
Сюй Цыци тут же пригласил Core в отрядную лобби-комнату.
Войдя туда, Core незамедлительно включил микрофон: Да вы мать вашу издеваетесь, не слишком ли нагло?!
Сюй Цыци на экране невероятно весело улыбнулся и поддразнил: Разве не ты сам только что переметнулся?
Я, я… — вздохнул Core. — Ладно, эх, давай в командный подбор, у тебя еще кто-нибудь есть?
Сюй Цыци открыл список друзей и первым делом позвал Пайпай, а Core со своей стороны подтянул Сяо Сюэ, с которой они только что играли вместе.
Вчетвером они пошли в командный подбор.
У Шэн Хуаняня не было в друзьях никого из них, и, выйдя из комнаты, он свыше десятка секунд тупо смотрел в экран телефона. К нему вернулось молчание — казалось, все слова на сегодня он уже высказал в только что завершившемся противостоянии лагерей.
Спустя несколько минут со мрачным лицом он отправился доигрывать прерванный ранговый матч.
Три карты: Острова Шэннань (остров), Зимнее Море Бэйюй (снежный город), Город Магии (старинный город).
После окончания стрима Шэн Хуаняня и местного капитана-коллера вызвали в переговорную.
Заместитель менеджера команды Wing сидел на своем месте и говорил: В пятницу и субботу пройдет шоу-матч, Лига решила, что представлять нас будете вы двое. Здесь регламент, возьмите и ознакомьтесь сами. В четверг утром едем на площадку на репетицию, руководитель поездки отправится с вами.
Взгляд Шэн Хуаняня упал на листок бумаги, он тут же взял его в руки, секунду посмотрел на него и поднял глаза с вопросом: Каждая команда должна отправить по два человека?
Замменеджер кивнул: Ага, участвовать должны все клубы. Кажется, за исключением TK и Stars, где выступает полный состав, от остальных команд едут по два представителя.
TK, в полном составе.
Правая рука Шэн Хуаняня сжала уголок бумаги, и он тут же поднялся: Хорошо, понятно.
Стоило ему развернуться и уйти, как замменеджер всё еще выглядел несколько удивленным и обратился к сидевшему на месте Пайпаю: Он согласился довольно охотно, а в прошлый раз, когда его звали на брендовое мероприятие, ни в какую не хотел идти.
Пайпай как раз просматривал регламент и небрежно бросил: Наверное, потому что это мероприятие проводит сама Лига.
Замменеджер произнес: Главное, что согласен ехать. Он новичок, на арене держись с ним рядом, чтобы не наделал каких-нибудь глупостей.
Пайпай кивнул: Угу, понял.
Покинув переговорную, Шэн Хуанянь вернулся в тренировочный зал. Выключив стрим, он вовсе не собирался прекращать тренировки и просидел на своем месте аж до двух часов ночи. Боль и онемение в запястье заставили его поневоле отказаться от запуска следующей партии.
В тренировочной уже давным-давно не осталось никого, кроме него, внешние светильники тоже погасли, и лишь крошечные лампы на лестнице излучали мягкий оранжевый свет.
Шэн Хуанянь уходить не собирался — он откинулся спиной на спинку кресла, закрыл глаза и решил отдохнуть десять минут, после чего сыграть еще парочку матчей.
Стоило ему закрыть глаза, как дверь отворилась, и Шэн Хуанянь тут же устремил взгляд на вход.
Пайпай в пижаме и с растрепанными мокрыми волосами смотрел на человека, отпахавшего столько часов подряд, с каким-то странным чувством сочувствия во взгляде. Он так и застыл на пороге, уперевшись одной рукой в косяк: Хватит играть, уже поздно. Сколько часов ты вообще оттарабанил? Марш спать.
Шэн Хуанянь выпрямился и бросил на него еле заметный взгляд: Я не хочу спать, сейчас пойду.
Пайпай вздохнул и шагнул вперед: У тебя же всего первый сезон, послушай меня, правда не надо так упарываться. Никто не играет по восемь-девять часов кряду, твои руки просто не выдержат.
Шэн Хуанянь снова отвернулся, под его глазами отчетливо залегла усталость, но он всё равно упрямо продолжал сидеть на месте.
Иди спать, захочешь потренироваться — потренируешься завтра. — Заметив такую реакцию, Пайпай глубоко вздохнул, подошел напрямую, выключил стоявленный перед парнем компьютер, наклонился к нему и произвел: — Все остальные отдыхают, один ты здесь до одури тренируешься. Быстро спать, как следует выспись за эти два дня, в четверг еще рано вставать на репетицию.
Лишенный компьютера Шэн Хуанянь поднялся, подохватил со стола телефон и глухо отозвался: Угу, тогда я в комнату.
В те дни, когда многие игроки уходили на каникулы, у Шэн Хуаняня объем тренировок ни капельки не сокращался: кроме еды и сна, он каждый день безвылазно торчал в тренировочном зале.
В четверг в девять утра разбуженный третьим будильником Шэн Хуанянь выглядел просто ужасно. Он страдал дикой утренней раздражительностью, и после того, как он движением руки смахнул телефон на пол, остатки здравого рассудка подсказали ему: нужно вставать, ехать на репетицию, на арену…
Проспавший Шэн Хуанянь не имел времени на сборы: приняв душ, он натянул одежду, нахлобучил кепку и, силой разлепляя веки, поплелся вниз.
Добравшись до арены, Шэн Хуанянь и Пайпай устроились в комнате отдыха слушать указания персонала.
В пятницу первый шоу-матч пройдет в формате противостояния лагерей, 4 на 4. Вы двое и еще шесть игроков из других команд будут распределены по составам в день игры, всего пройдет два матча. После этого состоится одиночный чемпионат, в котором примут участие мы втроем — в смысле, все шестьдесят игроков, тоже две партии. В завершение нас ждут парные командные бои, тридцать участников разобьются на пятнадцать пар, где один управляет мышкой, а другой — клавиатурой.
Закончив объяснять расписание на пятницу, персонал проводил их обоих на саму арену. Там на сцене уже заняли свои места многие игроки.
Надев черную бейсболку, Шэн Хуанянь поднял взгляд на сцену и в правом углу быстро заметил столпившуюся четверку беседующих людей.
Стоило его взгляду переместиться туда, как все четверо как раз рассмеялись.
Сюй Цыци был выше всех в этой компании, а его внешность и вовсе выделялась, так что любой по умолчанию обращал на него внимание в первую очередь.
Шэн Хуанянь — тоже.
Сюй Цыци был одет в серый спортивный костюм, и из-за раннего подъема он даже не удосужился аккуратно уложить свои вечно дорогие сердцу волосы, отчего пряди слегка торчали. Он закинул руку на плечо Core, выглядя лениво и расслабленно, и как раз говорил напарнику: Когда это ты выигрывал в спорах?
Core с возмущением ухватился за его рукав: На этот раз точно выиграю, понял? Проиграешь — с тебя угощение.
Пока они беседовали, Шэн Хуанянь уже поднялся на сцену и остановился в нескольких шагах перед ними.
Почувствовав, как обзор загородили, Сюй Цыци поднял глаза и увидел перед собой целиком заслонившую его черную спину. Он лишь бросил на него мимолетный взгляд, тут же отвернулся и продолжил весело болтать с находившимся рядом Core.
В день репетиции ничего особенного не происходило — сотрудники просто знакомили участников с регламентом трансляции, их позициями и расписанием на день соревнований.
Во всех трех ивентах новоиспеченный молодой талант, только что взявший FMVP Шэн Хуанянь, принимал участие. Ну а Сюй Цыци, будучи на данный момент самым популярным игроком лиги, разумеется, выступал от звонка до звонка.
На следующий день в три часа пополудни Шэн Хуанянь толкнул дверь гримерки, но его взгляд замер, а шаги оборвались прямо на пороге.
Сотрудник оглянулся и указал на место впереди: Сюда.
Шэн Хуанянь посмотрел на человека, которому делали макияж на соседнем месте. Спокойно пройдя к своему стулу, он через зеркало заметил, что сидевший с закрытыми глазами парень выглядел так, будто уснул — такой послушный, позволяющий визажисту творить с его лицом всё что угодно.
Усевшись, Шэн Хуанянь еще раз покосился вбок, а затем достал телефон, опустил его и бросил еще один взгляд.
Спустя пятнадцать минут у Сюй Цыци оставалось только разобраться с волосами. В наушниках и уткнувшись в телефон, он совершенно не обращал внимания на то, с кем делит одно и то же пространство.
Пока на столике перед ним внезапно не появился упаковочный пакет.
Сюй Цыци поднял голову, увидел фирменный пакет из кофейни, а следом, скосив глаза на Шэн Хуаняня, слегка удивился и тут же спросил: Это что?
Шэн Хуанянь убрал руку, оставаясь неподвижным по пояс и продолжая смотреть в зеркало перед собой: Я взял лишнего, съешь.
http://bllate.org/book/25869/3090839