Готовый перевод The Marshal's Omega Omega of a Fallen Kingdom / Маршал в неволе: Купленный омега павшей империи: Глава 7

Лю Жун кивнул:

— Каков план лечения?

Шэнь Даньши замялась. По ее мнению, термин «овощ» был уже предельно ясен. На данном этапе даже само лечение потеряло бы всякий смысл, но раз Лю Жун спрашивает, она обвела взглядом все тело Пернатого змея и вздохнула:

— Если ты твердо намерен его лечить, сначала придется найти достаточно большую лечебную капсулу, а окончательное решение примем после подробного обследования. Но, кажется, у нас нет капсулы таких размеров, возможно, придется залететь на ближайшую планету за пополнением припасов.

— Не нужно, — Лю Жун неторопливо подошел к Фейние и поднял взгляд на подвешенного Пернатого змея. — Он заранее все для себя подготовил.

Шэнь Даньши:

—?

*

Чтобы снять Фейние с золотой клетки, пришлось повозиться.

Тело Фейние было слишком массивным, обычному человеку не под силу его удержать, а Лю Жун не хотел, чтобы об этом узнало слишком много людей, поэтому им пришлось действовать втроем.

Лифт поднял Лю Жуна на уровень спины Фейние. Он приобнял Фейние за талию, чтобы тот не сорвался, а Шэнь Даньши и Юй Сячжи сначала создали стерильную зону вокруг Фейние, после чего с помощью резака, пинцетов и скальпелей постепенно отделяли цепи от плоти и извлекали их.

Возможно, из-за того, что Фейние слишком долго пробыл на верхнем этаже башни, Лю Жун уловил от него запах снега и льда — чистый, холодный аромат самой природы, зимнюю свежесть, совсем не похожую на мятную прохладу, без каких-либо примесей. Его запах был настолько чистым, словно у беты. Лю Жун взглянул на затылок Фейние — там его скрывала прядь белых как снег длинных волос.

Лю Жун предположил, что Фейние уже стер полное соединение, которое он когда-то ему оставил — ту нелепую метку. В конце концов, ему предстояло заключить брак с Гульмо. Пусть в итоге все сорвалось и привело к ужасным последствиям, едва ли в самом начале кто-то отправился бы на смотрины с чужой меткой на теле.

Операция по разрезанию цепей длилась восемь космических стандартных часов. Крылья и ключица, освобожденные от оков, кровоточили, но Фейние никак не реагировал: казалось, он потерял способность чувствовать даже боль.

Прижимая к себе тяжелого Фейние, Лю Жун чувствовал себя так, будто к нему привязали огромный валун. Лицо Фейние было бледным, черты — изможденными, губы — синеватыми, а тело — ледяным, лишенным малейших признаков жизни, словно гипсовая скульптура.

Шэнь Даньши и Юй Сячжи переглянулись. Они молчали, но показатели на их приборах свидетельствовали о том, что перед ними практически бездыханное тело.

Лю Жун словно не замечал этого. Он несколько раз обернул змеиный хвост вокруг своего предплечья, сменил позу и сошел с платформы лифта. Оценив вес на руках и сравнив его с прошлым разом, он отметил, что Фейние стал значительно легче, чем когда он нес его в последний раз.

Ни Инь уже подготовила телепортационный коридор, напрямую соединенный с летательным аппаратом. Лю Жун, не отпуская Фейние, вошел прямо в корабль из зоны L5-C3.

Если бы Фейние был в сознании, если бы он мог открыть глаза и взглянуть на этот корабль в секторе L5-C3, он бы понял, что судно на самом деле принадлежит ему — это был тот самый корабль, который он оставил Лю Жуну при их первой встрече.

В этот момент лечебная капсула, спрятанная в медицинском отсеке, была до краев наполнена лечебным раствором, полностью скрыв в себе погруженного в сон Пернатого змея.

Лю Жун оглядел место, куда не заходил уже очень давно.

Знакомое и в то время чужое.

Тогда, после того как Фейние спас его, он очнулся точно так же лежа в подобной лечебной капсуле, только та была немного меньше и находилась в другом конце корабля. В тот момент он понятия не имел, что это капсула, зная лишь одно: он совершенно голый лежит в прозрачном сосуде, окруженный плотной жидкостью, а его тело полностью исцелилось — открытые раны на животе и нижней части ног исчезли без следа, словно их никогда и не было.

Когда он приподнялся, прозрачный колпак среагировал автоматически и открыл выход. На полочке неподалеку аккуратно лежал комплект сменной одежды, судя по всему, приготовленный заранее.

Лю Жун попытался призвать своего духовного зверя, но после нескольких неудачных попыток сдался и встал, чтобы одеться.

Одеваясь, Лю Жун обратил внимание на материал: он отличался от того, к чему тот привык — тонкий и мягкий, но совершенно не холодный. Фасон был простым, однако встречался редко.

Рядом со стопкой одежды лежал браслет. Лю Жун не сразу понял, что это за вещь, но стоило ему взять ее в руки, как устройство, судя по всему, отсканировало что-то и, прежде чем он успел сообразить, изменило форму и плотно застегнулось на его запястье, превратившись в тонкий, незаметный ободок.

Потратив несколько минут на изучение, Лю Жун обнаружил, что не понимает символы на дисплее. Но после того, как перед глазами несколько раз что-то рябнуло, он вдруг стал легко их читать. Он какое-то время не мог постичь, как именно это ему удалось, однако из полученной информации уяснил главное: перед ним браслет-подавитель феромонов.

Это устройство позволяло гибко контролировать интенсивность выделения феромонов и даже давало возможность полностью заблокировать прием чужих омега-феромонов. Оно было намного удобнее и умнее всех браслетов, с которыми ему доводилось сталкиваться раньше, сидело как влитое и исключало любые случайности.

Он внутренне изумился, не понимая, куда его занесло и кто его спас. Озадаченный, он огляделся и понял, что находится внутри странного аппарата, который, судя по всему, был летательным средством.

Судя по технологическому уровню, этот аппарат намного превосходил планету Аста, как и тот подавитель.

К тому же, хотя Лю Жун не знал, сколько пробыл без сознания, раны от распоротого живота явно не зажили бы от простого сна — здешний уровень медицины тоже поражал воображение.

У него рождалось множество догадок, но проверить их было не за что уцепиться. Пройдя по коридору после выхода из палаты, он увидел сквозь иллюминатор, что буря прекратилась. Снежная белизна делала мир пустынным и чужим; стояла ночь, и небо усыпали яркие звезды.

Подавляя мятежи на планете Аста, Лю Жун побывал во многих ее уголках и отлично знал местную карту звездного неба. Вглядываясь в безмятежную высь, он постепенно осознал: это небо не имеет никакого отношения к планете Аста.

Внутри летательного аппарата царила весенняя теплынь, но на душе у Лю Жуна похолодало. Он убеждал себя, что все происходящее — лишь сон, и отчаянно пытался проснуться. Обычно ему удавалось быстро выныривать из самых причудливых снов.

Но на этот раз Лю Жун потерпел неудачу: он понял, что происходящее — самая что ни на есть реальность.

Он слышал на планете Аста истории о тех сопливых романах, где после несчастного случая герои попадали в иные миры, но никогда не думал, что подобная чушь произойдет с ним самим.

Ему вовсе не улыбалось застревать в незнакомом месте, он хотел вернуться на планету Аста и проверить состояние приемных родителей — он уехал слишком поспешно, а та свадьба обернулась полнейшим хаосом.

Наука планеты Аста еще не дошла до свободных путешествий по космосу, и Лю Жун предполагал, что перед ним, возможно, другая обитаемая планета в этой галактике. Первоочередной задачей было найти способ вернуться домой.

Он надеялся, что здешние технологии окажутся достаточно продвинутыми.

Но...

— Господин Лю, его хвост выглядит странно, — внезапно подал голос X01, возвращая Лю Жуна в реальность.

Шэнь Даньши присела на корточки у края капсулы, и медицинский сканер послойно просканировал среднюю и нижнюю части хвоста Фейние. Результаты показали, что если изнутри эта часть хвоста состояла из родного позвоночника, то снаружи была искусственным протезом из высокоадаптивных биомиметических материалов.

Лю Жун перевел взгляд на экран, некоторое время неподвижно вглядываясь в него. Затем он наклонился, выудил из лечебного раствора просканированный участок змеиного хвоста и присмотрелся. В том месте четко виднелся след от старого среза. Биомиметическая работа была выполнена настолько искусно, что Лю Жун не заметил подвоха, когда нес Фейние на руках, но теперь, тщательно прощупав и осмотрев хвост, он смог уловить разницу: искусственный хвост тоже гнулся и изгибался при движении, но был чуть более жестким, а блеск чешуи казался тусклым.

На защитном визире Шэнь Даньши сформировалась сводная информация сканирования. Изучив ее, она подытожила:

— Он подвергся модификации. Можно предположить, что его собственную плоть и чешую соскоблили, оставив лишь нервы и кости, на основе которых восстановили хвост, а затем заново наклеили чешую.

Лю Жун молчал, снова разглядывая Фейние. На этот раз он скрупулезно изучал его: от мерцающих длинных волос, по бледной коже и до самой груди, — словно в нем самом зародились сомнения и ему приходилось сталкиваться с вопросами, к которым он был не готов. Колеблясь, он спросил:

— Ты можешь отследить его сердцебиение?

— Очень слабое, пять ударов в минуту, — ответила Шэнь Даньши. Она подняла голову, ее взгляд был холоден и сдержан, а тон — максимально мягким. — Каковы твои планы? В существующих медицинских отчетах по таким случаям цветения «Цветка Вечной Жизни» я не слышала о случаях выздоровления. Его состояние... Пожалуй, если ты не против, можно рассмотреть эвтаназию.

Лю Жун не сразу ответил Шэнь Даньши. Между его бровей залегла жесткая, сдержанная складка. Выпрямившись, он перевел взгляд на рану у ключицы Фейние — там не было и намека на заживление.

При их первой встрече Лю Жун узнал много нового о Пернатых змеях.

В отличие от других зверолюдей, они представляли собой чрезвычайно развитую и уникальную разновидность со способностью принимать истинный звериный облик, полузвериный облик и человеческий облик. Истинный облик представлял собой змееподобное создание с крыльями за спиной; взрослый Пернатый змей вырастал более чем до двадцати метров в длину при размахе крыльев в восемь метров — это был свирепый хищник, способный взмывать прямо к небесам.

Сейчас Фейние находился в полузвериной форме: человеческое тело со змеиным хвостом и крыльями за спиной, причем как габаритами, так и размахом крыльев он уступал истинной форме.

Но в любой форме Пернатые змеи обладали способностью к мимикрии и высокой степенью регенерации.

По логике вещей, раны на теле Фейние не имели никаких причин не затягиваться.

Указав на рану на ключице Фейние, Лю Жун произнес:

— У Пернатых змеев колоссальная способность к восстановлению, почему же даже в лечебном растворе не видно улучшений?

Затем он перевел взгляд на хвост Фейние:

— По идее, даже при травме хвоста он должен был исцелиться.

Шэнь Даньши умолкла, опуская взгляд на неподвижного Пернатого змея, скрытого в лечебном растворе.

— X01, — позвал Лю Жун.

X01 понял его с полуслова. Одна из его восьми механических щупалец приподнялась, а головная часть превратилась в сканер, начиная скан с места обрыва змеехвоста Фейние. Его аналитические способности в этой области превосходили медицинские сканеры, а результаты были намного точнее. В мгновение ока он сгенерировал подробную схему разбора и отправил ее на терминалы Шэнь Даньши и Лю Жуна.

Внимательно и сосредоточенно изучив ее какое-то время, Шэнь Даньши произнес тихо:

— Кажется, я поняла. Это особая методика обработки: используя природную регенерацию Пернатого змея, они искусственно приостановили его жизненные процессы на стадии спячки. Этот искусственный хвост, скорее всего, прикрепили насильно — возможно, сорвав старый «живьем», чтобы принудительно активировать режим гибернации.

http://bllate.org/book/25848/3088622