Готовый перевод My Ex Isn't Human, My Current Is Worse / Бывшие — не люди, а нынешние ещё хуже: Глава 4

Хотя это называлось пещерной обителью, на деле представляло собой лишь огромную дыру, выдолбленную в горной стене, а вместо двери там висела занавеса из звериной шкуры.

Вход снаружи был совершенно голым, вокруг в беспорядке громоздились несколько валунов.

Это была пещерная обитель Лю Тяня.

Тот беловолосый тигр не любил жить во дворцах, заявляя, что всё это лишь пустая показуха, придуманная человеческим родом, — с виду красиво, а на деле бестолково, да и жить там было противно всему его существу.

За исключением тренировок с ёкаями, большую часть времени он затворником сидел в своей пещере.

Шэнь Нин вспомнил, как в прошлый раз приходил сюда, и уголки его рта дернулись.

Тогда его привёл Ли Юань, благовидно назвав это улаживанием их взаимной неприязни.

Сам он тогда стоял у входа и заглядывал внутрь.

На полу вместо кровати были расстелены шкуры, на стенах в качестве украшений висели звериные кости, по углам валялись груды широких тесаков, и не было ни единого приличного стола или стула.

Чем это отличалось от быта первобытных людей?

Шэнь Нин тогда рассмеялся так, что чуть не согнулся пополам, и, тыча пальцем в Лю Тяня, спросил Ли Юаня: — Ваш Моянь что, до такой степени обнищал, или как? Достойнейший великий полководец Бай Ху — и живёт в такой дыре?

Лицо Лю Тяня в тот момент почернело.

Шэнь Нин ничего не заметил и продолжал веселиться: — Генерал Лю Тянь, если тебе негде жить, рядом с моими покоями есть пустая комната, уступить тебе? Хоть она и небольшая, но по крайней мере там есть кровать, не придётся спать на полу...

Не успел он договорить, как Лю Тянь взмахнул рукой, и с кончиков его пальцев сорвался луч белого света.

Шэнь Нин тут же спрятался за спину Ли Юаня.

Однако тот луч сделал круг, превратился в световой барьер и наглухо запечатал вход от верха до низа.

Лю Тянь стоял внутри защитного поля и смотрел на него сквозь эту световую пелену со свирепым выражением лица.

— Проваливай.

С тех пор войти в эту пещеру больше никто не мог.

Ли Юань, конечно, был способен разрушить эту печать, но возиться ему не хотелось; он лишь обронил фразу: «Зачем ты его задираешь?» — и замял этот разговор.

В этот момент Шэнь Нин стоял у входа, немного помедлил, а затем попытался протянуть руку вперёд.

Кончики его пальцев коснулись светового барьера, и оттуда ударила мощная волна отскока, онемевшая рука заныла.

Шэнь Нин потирал запястье, присев на корточки у входа, и беспрерывно ворчал про себя.

До чего же Лю Тянь мелочный, подума подумаешь, поддразнил его разок — с чего бы до сих пор таить обиду?

Ладно, можно посидеть и здесь, Лингуан уж точно не станет преследовать его до самого порога Лю Тяня.

Стоило ему об этом подумать, как сзади раздался грубый голос:

— Ты зачем пришёл?

Шэнь Нин обернулся.

Лю Тянь неизвестно когда появился прямо в проходе пещеры и теперь смотрел на него сверху вниз.

Шэнь Нин выпалил: — Ты как вышел?

Брови Лю Тяня нахмурились: — Это моя пещерная обитель, я что, должен у тебя разрешения спрашивать, чтобы выйти?

Шэнь Нин потерял дар речи, но тут же перевёл взгляд, и на его лице расплылась улыбка.

— С чего бы? Я ведь просто заглянул проведать тебя.

Брови Лю Тяня сошлись ещё круче: — Проведать меня?

— Ну да, — Шэнь Нин подался ближе ко входу и принялся заглядывать внутрь сквозь световой барьер. Как и ожидалось — голые стены. — Разве Ли Юань не ушёл? Кто-то же должен приглядывать за вами, чтобы вы не вздумали бездельничать, пока его нет. Я ведь, как-не крути... кхе-кхе, как-никак самое дорогое сокровище вашего Владыки, разве не должен помочь ему разделить заботы?

Лицо Лю Тяня потемнело.

— Ты? Приглядывать за мной?

— А что, нельзя? — Шэнь Нин выпятил грудь. — Ты меня не недооценивай, я вообще-то тоже...

— Ты вообще-то отброс, — с презрением усмехнулся Лю Тянь. — Тяжелее пушинки ничего поднять не можешь, на что ты способен, кроме как разлеглась на постели?

Улыбка Шэнь Нена застыла.

Глава 5. В голове дыра

— Что ты сказал?

— Я сказал, — чётко выговаривая каждое слово, произнёс Лю Тянь, — ты — просто — отброс.

— Ха, — хмыкнул Шэнь Нин, прикусил губу, внезапно засучил рукава и шагнул вперёд. — Если есть смелость, пусти меня внутрь!

Уголки рта Лю Тяня дрогнули.

— Пустить тебя внутрь зачем? Драться?

— Да, драться! — с гордым видом заявил Шэнь Нин. — Я покажу тебе, что значит...

— Что значит что? — холодно ухмыльнулся Лю Тянь. — Что значит когда Владыка так вымотает, что с постели встать не можешь?

Шэнь Нин: — ...

Лю Тянь, мать твою, почему у тебя язык такой ядовитый?

— Ты лучше скажи, посмеешь ли меня пустить! — он решил не подхватывать эту скользкую тему и продолжил задираться. — Если не смеешь, так и скажи, я человек великодушный, спорить с тобой не стану.

Лю Тянь смотрел на него с нескрываемым отвращением.

— Разве не ты только что презирал это место? — он шагнул вперед, загораживая Шэнь Нину обзор. — Кто в прошлый раз смеялся так, что чуть дух не испустил? Кто заявлял, что даже под страхом смерти сюда не сунется?

Шэнь Нин был загнан в тупик и не находил слов.

Заметив, что тот попал впросак, Лю Тянь легко фыркнул, прислонился спиной к камню у входа и уставился на него, скрестив руки на груди.

Шэнь Нин перевёл дыхание, в его голове мелькнула мыслишка, и у него снова созрел план.

— Я же о тебе переживаю! — с видом глубочайшей скорби воскликнул он. — Ты же великий полководец Бай Ху, а живёшь в такой дыре — не стыдно перед людьми? Давай я тебе помогу! У меня добра много, хочешь, подарю парочку вещей? Кровать нужна? Стол со стульями нужны? Светильники нужны?

Самодовольство мгновенно исчезло с лица Лю Тяня, и он ответил с каменным выражением: — Не нужно.

— Да брось ты церемониться, — воодушевляясь всё сильнее, заговорил Шэнь Нин. — Мы ведь со старыми знакомыми знаедимся, почему бы мне не оказать тебе помощь в преодолении бедности?

— Кто с тобой старые знакомые?

— Ты, — Шэнь Нин сначала указал на него, а потом на себя. — Мы ведь знакомы уже сколько лет? Разве не старые знакомые?

Лю Тянь сделал глубокий вдох, затем ещё один, так что его кулаки затрещали от напряжения.

Глядя на то, как тот безумно жаждет набить ему морду, но не смеет действовать, Шэнь Нин внутренне ликовал.

В этот самый момент до его слуха донёсся знакомый голос:

— Нашёл.

Шэнь Нин медленно повернул голову, а когда разглядел приближающегося человека, тихо ахнул и подсознательно отступил на полшага назад.

— Ты как здесь оказался?

— Ищу тебя, — неспешно шагая вперед, отозвался Лингуан. — Местечко такое глухое, еле отыскал.

С этими словами он бросил взгляд поверх Шэнь Нена и легко кивнул Лю Тяню:

— Лю Тянь, я забираю его, не смею мешать твоему уединённому совершенствованию.

Услышав это, Шэнь Нин вцепился мёртвой хваткой в стоявший рядом валун: — Никуда я не пойду!

— Не дури.

— Я не дурю! — услышав это, Шэнь Нин обхватил камень ещё крепче. — Я останусь здесь, никуда не уйду!

Лингуан вздохнул, подошёл ближе и протянул руку, пытаясь оттащить его.

Шэнь Нин судорожно съёжился, и они тут же начали возиться прямо у входа в пещеру.

Лю Тянь стоял внутри и наблюдал, как один вцепился в камень и ни за что не отпускает, а второй мягко и уговорами пытается его оторвать.

Чем дольше он смотрел, тем сильнее хмурился.

Ему упорно казалось, что здесь что-то не так.

— Вы чем тут занимаетесь? — внезапно подал он голос.

Оба борющихся одновременно замерли.

Взгляд Лю Тяня туда-сюда скользнул между ними и в конце концов зафиксировался на лице Лингуана.

— Он же не хочет, чего ты к нему пристаёшь?

Шэнь Нин испуганно вздрогнул.

Этот беловолосый тигр что, с ума сошёл?

Он ещё и заступается за него?

Улыбка Лингуана слегка померкла, во взгляде мелькнула задумчивость, и он произнёс: — Владыка перед уходом велел мне присматривать за ним.

Лю Тянь бросил косой взгляд на Шэнь Нена: — Тогда почему он выглядит таким несчастным?

Лингуан ничего не ответил.

Лю Тянь уставился на Шэнь Нена, который выглядел так, будто мечтал вплавиться в этот валун, а брови его сошлись на переносице так, что могли бы прихлопнуть муху.

— Тебя обижают?

Выражение лица Шэнь Нена стало сложным.

Как это сформулировать?

Обижают ли его?

Вообще-то да.

Но такие обиды... о них нельзя говорить вслух.

Он выдавил сквозь зубы два слова: — Нет.

Лю Тянь холодно фыркнул и перевёл взгляд на Лингуана.

Лингуан стоял там в одеждах цвета алычи, с улыбкой на губах и в глазах — всем видом изображал благородного мужа.

Лю Тянь снова посмотрел на Шэнь Нена.

Шэнь Нин обнимал камень, побледневший, с бегающими глазами, вылитый заяц, на которого открыл охоту волк.

Он издал цыкающий звук, и в его голове окончательно сформировался вывод.

Наверняка этот никчемный сам напросился.

Лингуан-то кто такой? Его товарищ на протяжении многих лет, человек мягкий и обходительный, который никогда ни с кем не ссорился.

А этот дармоед только и делает, что баламутит воду: сегодня ему не то не так, завтра это не этак, небось опять где-то насолил человеку, вот тот и пришёл с ним разобраться.

А он вместо этого прибежал сюда прятаться.

— Тогда ступай с ним, — равнодушно бросил Лю Тянь, давая понять, что его это не касается.

У Шэнь Нена глаза на лоб полезли.

— Я не пойду!

— Разве тебя спрашивают?

— Я буду жить у тебя! — Шэнь Нин вцепился в камень мертвецкой хваткой. — Мне дворец надоел, хочу сменить обстановку!

Лю Тянь: — ?

Жить у него?

Этот никчемный ублюдок собрался жить у него?!

В его голове мгновенно пронеслись бесчисленные картины:

Возвращается Владыка и узнаёт, что его собственный человек спал в тигрином логове.

Владыка входит в пещеру и видит, как этот отброс развалился на его шкуре, укрылся его шкурой и подложил под голову его кости.

Затем Владыка поворачивает голову и смотрит на него.

— Лю Тянь, до чего же у тебя смелые амбиции.

А следом с него сдирают шкуру.

Лю Тянь резко выпрямился и с праведным гневом отказал: — Не выйдет.

— Почему? — возмутился Шэнь Нин. — Такая огромная пещера, неужели для меня одного места не найдётся?

Лю Тянь скрежетал зубами.

Этот никчемный делает это нарочно.

Определенно нарочно.

Какая изощренная стратегия — чужими руками расправиться с врагом.

Стоит ему только поселиться здесь, как по возвращении Владыки он, Лю Тянь, даже если бросится в реку Ванчуань, уже не отмоется.

Этот негодяй явно замышляет недоброе и намеренно устраивает такое представление!

— Люди и ёкаи — существа разные, — мрачно произнёс он.

Шэнь Нин замер.

Лингуан тоже посмотрел на Лю Тяня.

Встретившись взглядами с ними обоими, Лю Тянь с бесстрастным лицом продолжил гнуть свою линию: — Это тебе стыда не ведомо, а мне моя репутация дорога.

Шэнь Нин: — ...

Лингуан: — ...

Шэнь Нин со сложным выражением в глазах открыл рот, собираясь что-то сказать, но понял, что слова застряли в горле, и в конце концов повернулся к Лингуану.

http://bllate.org/book/25838/3087741