Готовый перевод Silent Feast / Молчание за столом: Уроки любви в чужой стране: Глава 11

Мориц: Хех, так себе.

Мориц: [Картинка]

Мориц: У меня тоже неплохо.

Мориц: Колбаски вкусные, улитки отменные, икра тоже очень ароматная.

Мориц: Ты почему не отвечаешь?

Мориц: Занят едой и некогда со мной возиться?

Мориц: Ой!

Мориц: Ладно, не буду притворяться, честно говоря, колбаски, улитки и икра — полная фигня!!! Особенно после того, как я увидел твои фотографии!!! /плачущий смайлик

Мориц: Ты никогда не говорил, что он так умеет готовить, какой же ты хитрый и коварный, неудивительно, что ты выбрал китайца в соседи по комнате!!!

Мориц: Мне тоже нужно!

Мориц: Скажи, я могу примчаться прямо сейчас?! /молитва/молитва

……

Вэнь Юй вышел из кухни, вскипятив воду. Цзи Жанли положил трезвонящий телефон обратно на стол экраном вниз.

На тарелке с острой курицей образовалась заметная брешь: в этой зоне остался лишь жгучий перец без единого кусочка мяса.

Вэнь Юй молча принял эту немую похвалу, чувствуя себя слегка гордым. Он только поднес палочки к еде, как услышал вопрос Цзи Жанли:

— Продукты в холодильнике прислали из Китая?

Вэнь Юй, продолжая пережевывать пищу, кивнул, не понимая, к чему Цзи Жанли это спрашивает.

Цзи Жанли:

— И это тоже?

Вэнь Юй ответил честно:

— Не всё.

Не всё — значит, что-то всё-таки оттуда.

Стоимость продуктов, пересекших океан, куда выше местных товаров, и Цзи Жанли понял, что сумма, которую он счел подходящей, на самом деле далеко не покрывает их реальную стоимость.

Точно так же, как вчерашняя лапша, чей внешний вид, аромат и вкус намного превосходили ресторанные, явно не стоила пятнадцати евро.

Пока он молчал, Вэнь Юй тоже размышлял.

Вот только мысли в его голове были совсем не такими, как у Цзи Жанли.

Цзи Жанли что, решил с ним поболтать?

Немцы, кажется, очень любят поболтать во время еды — так делают все студенты в университетской столовой.

Но они-то с ним… он совсем не хочет болтать!

О чем он вообще может говорить с Цзи Жанли?

У них есть общий язык, но нет общих тем для разговора, сам он поддерживать беседу не умеет, разговаривать с полузнакомым человеком — это сплошное напряжение, а если разговор вдруг заглохнет на середине, станет невыносимо неловко, да и аппетит пропадет.

Боясь углубляться в эти мысли, заметив, что Цзи Жанли снова собирается заговорить, он опередил его:

— Вообще-то у нас в Китае за едой есть одно правило. Оно называется… называется «не разговаривать во время еды».

Цзи Жанли склонил голову набок, в его взгляде читалось явное недоумение.

Вэнь Юй напустил на себя храбрость и продолжил:

— Это значит, что во время еды лучше не открывать рот. Это считается невоспитанным, а еще… вредит пищеварению и ведет к переводу продуктов.

После этих слов воцарилось молчание.

Тишина затягивалась.

У Вэнь Юя напряглись икры ног, взгляд медленно опустился всё ниже и ниже — сначала на карпа, а затем постепенно скользнул обратно, намертво приковавшись к собственной тарелке.

Он думал, что хорошо всё скрыл, но на самом деле от макушки до пят выдавал свое колоссальное неуютное напряжение. Страх перед общением обрел в нем самую что ни на есть наглядную форму.

— Понятно.

Цзи Жанли не стал разоблачать его уловку.

Перестав говорить, он отвел взгляд от Вэнь Юя, и за обеденным столом остались лишь редкие звуки постукивания палочек о миски.

Вэнь Юй ел быстро, но ему было стыдно бросить человека одного и уйти первым. Видя, что порция подходит к концу, он намеренно замедлил темп, отправляя в рот по одной рисоинке со дна чашки.

Однако он уже выскреб всё до последней рисинки, а сидевший напротив все еще не закончил трапезу. Делать было нечего, пришлось достать телефон и открыть приложение для заучивания слов.

Он повторял их очень тихо, но вокруг стояла такая тишина, что Цзи Жанли слышал каждое слово. Он слегка приподнял веки.

Вэнь Юй ничего не заметил, целиком погрузившись в зубрежку.

Доев, Цзи Жанли отложил палочки. Вэнь Юй хотел было убрать со стола, но сосед опередил его.

Цзи Жанли поднялся, взял его пустую миску и поставил поверх своей с невероятно естественным движением и таким же тоном:

— У кого раньше учил немецкий?

Вэнь Юй загреб рукой пустоту и машинально ответил:

— Ни у кого, я сам выучил.

— Скачай какие-нибудь профессиональные видеокурсы. Немецкий сложнее, чем ты думаешь, а самообучение легко приводит к неправильной артикуляции и произношению, а еще…

Цзи Жанли на секунду замолк и закончил мысль:

— Звучит не слишком приятно.

Он унес посуду на кухню.

Вэнь Юй остался стоять в одиночестве, а его хрупкое сердечко получило тяжелый удар от этих скупых слов. Выражение его лица было таким растерянным, что он почти усомнился в смысле жизни.

Он абсолютно точно не ошибся: судя по движению губ перед паузой, Цзи Жанли собирался сказать «ужасно».

Глава девятая

Только бы не человек

Так или иначе, эксперимент Вэнь Юя удался.

Цзи Жанли съел приготовленную им еду, и хотя его отношение нельзя было назвать резко изменившимся, придираться он стал гораздо реже.

Если ему и случалось случайно поймать Вэнь Юя на какой-нибудь глупой оплошности, он больше не устраивал допросов, в худшем случае недовольно хмурился, а затем молча убирал всё сам.

Вэнь Юй был готов рыдать от счастья.

После мрака тупика забрезчил свет, страдания подошли к концу, и общежитие перестало быть каторгой — жизнь наконец-то озарилась лучами солнца.

Единственным, что не вписывалось в рамки эксперимента, оставалось то, что Цзи Жанли по какой-то причине переводил ему всё больше денег за еду, постоянно норовя взять на себя мытье посуды.

Вэнь Юю было ужасно неловко, он неоднократно подчеркивал, что готовит самую простую еду, совсем не похожую на те изысканные блюда, к которым тот привык, и это нельзя оценивать на равных.

Цзи Жанли тут же кивал в знак согласия, но, отвернувшись, продолжал гнуть свою линию.

Поделать что-либо с подобными барскими замашками Вэнь Юй не мог, поэтому прибег к угрозе больше вообще ничего не готовить, если тот продолжит доплачивать, и лишь так насильно пресек эту благотворительность в одни ворота.

А потом на сэкономленные от еды деньги купил в интернете профессиональный курс немецкого произношения, специально выбрав преподавателя с безупречным акцентом на зарубежных сайтах… Впрочем, об этом позже.

Хотя говорилось, что он готовит на двоих как бы по пути, на деле это происходило далеко не каждый день. В конце концов, будни Вэнь Юя обычно состояли из безумной спешки, а горы накопившихся дел вечно не удавалось разгрести вовремя.

Иногда он возвращался с подработки поздно или не успевал закончить задания на день, тогда на готовку просто не оставалось времени, и приходилось давиться сухим куском хлеба, запивая его обычной водой.

Цзи Жанли не высказывал по этому поводу никаких возражений — вернее, он никогда ни о чем и не просил сам.

Вэнь Юй заранее отправлял ему сообщение — тот соглашался; сталкивались случайно по возвращении — тот ел. Короче говоря: есть еда — хорошо, нет еды — тоже не беда.

Поэтому Вэнь Юй думал, что стряпня Вэнь Юя не то чтобы сильно нравилась Цзи Жанли, просто он находил это удобным: не надо ломать голову над тем, что поесть, и тащиться далеко в ресторан.

Как и сегодня.

Хотя было воскресенье, Вэнь Юй не был уверен, успеет ли вовремя закончить занятия и сделать домашнее задание, поэтому не стал писать Цзи Жанли заранее.

В восемь часов вечера они вернулись в общежитие друг за другом.

Цзи Жанли, казалось, заскочил только ради того, чтобы взять куртку. Войдя, он бросил взгляд на холодную и пустую кухню, но, не сбавляя шага, направился в свою комнату за одеждой, собираясь уходить.

Вэнь Юй как раз хотел отправить ему сообщение, но, увидев, что тот снова уходит, торопливо сделал пару шагов вслед и окликнул:

— Эй, послушай, погоди-ка.

Цзи Жанли, перекинув куртку через руку, обернулся к нему.

— Ты сейчас уйдешь, а вернешься к ужину?

Задав вопрос, Вэнь Юй о чем-то задумался и на всякий случай уточнил:

— Или ты уже поужинал?

Цзи Жанли без малейших колебаний ответил:

— Нет.

Затем он в одно движение развернулся, бросил куртку на спинку дивана и сам опустился на него.

Вэнь Юй: «?»

Вэнь Юй растерянно моргнул:

— Ты разве не уходишь?

Цзи Жанли, глядя в экран телефона, ответил:

— Нет, уже слишком поздно.

Ладно, как же здорово иметь возможность делать всё, что вздумается.

Исполненный зависти, Вэнь Юй направился на кухню, размышляя, что лучше приготовить из купленных баклажанов — жареные рулетики или баклажаны со вкусом рыбы.

Телефон Цзи Жанли после отправленного сообщения зазвонил не переставая.

После того как он включил беззвучный режим, звуки пропали, но всплывающие окошки сообщений выглядели всё так же шумно.

Мориц: [Не придёшь?]

Мориц: [Точно не придёшь?]

Мориц: [Мы уже выбрали ресторан, а ты не идёшь?]

Цзи Жанли: [Без меня справікаться.]

Мориц: [Как это справятся? Без тебя же!]

Мориц: [Разве ты не знаешь, что без тебя я кусок в горло не лезет?]

Мориц: [Признайся, ты ведь вернулся в общежитие вовсе не за курткой, а просто хотел проверить, приготовил ли твой сосед тебе поесть!]

Мориц: [Для тебя я — запасной вариант.]

Мориц: [Бездушный и противный ты тип, даже не думай, что я еще хоть раз стану ждать тебя к ужину, это мое самое суровое наказание для тебя!]

Мориц: [Разве что ты уговоришь своего соседа пригласить меня на ужин тоже, тогда я еще подумаю.]

Цзи Жанли: [Ешь давай, и не думай.]

***

Стоило чему-то хоть немного пойти как по маслу, Вэнь Юй тут же решал, что в его жизни началась белая полоса, и напрочь забывал о том, что судьба вечно скупилась на милости к нему.

Стоило одному окну распахнуться навстречу морскому бризу, как у другого тут же вырастала свалка мусора.

Он изо всех сил старался учить разговорный язык и успевать за программой, но всё равно то и дело спотыкался на пути к знаниям.

И вдобавок ко всему оступался прямо на глазах у преподавателя.

— Вэнь, — четко произнесла профессор Джули в большой аудитории, — ответьте нам на вопрос: каков ответ на задачу, которую я только что задала?

Секунду назад Вэнь Юй еще проверял в переводчике значение какого-то профессионального термина, а в следующую услышал собственное имя, эхом разнесшееся по всей аудитории, и по условному рефлексу подскочил на ноги.

Вокруг него постепенно сосредоточились взгляды, у него снова начался приступ «улиточной болезни», всё тело онемело, а по шее быстро расплылась жаркая алость.

Вопрос он услышал, но профессор Джули произнесла одно из немецких слов слишком быстро, и он не смог разобрать его на слух. Не имея смежности переспросить, он мог лишь попытаться угадать его по схожести звучания и, запинаясь, выдать ответ.

Мориц сидел на галерке у прохода, наклонив голову и наблюдая за Вэнь Юем, и вскоре расслышал в его ответе грубую ошибку.

— Джули ведь говорила о сдвиговых напряжениях, верно?

Он толкнул локтем сидевшего рядом Цзи Жанли и кивнул на соседа:

— Почему он отвечает про напряжения при растяжении?

Цзи Жанли отвел взгляд от покрасневшего лица Вэнь Юя и перевел его на преподавательницу у доски:

— Если хочешь что-то спросить, спроси лучше Джули, с чего это она так уперлась вести международный поток на немецком.

http://bllate.org/book/25814/3085250