Готовый перевод Under the Flames / Под сенью пламени: История Вэнь Чжао и Ци Нина: Глава 11

— Не нужно, — Ван Сюйчан улыбнулся и приподнял дорожную сумку. — Всё здесь.

— Тогда давайте пройдём на парковку, машина ждет внизу, — сказал Чэнь Юй, ведя обоих в сторону парковки и попутно подыскивая тему для разговора. — Вы оба раньше бывали в Шэньчжэне?

— Нет, — покачал головой Ван Сюйчан. — Я впервые. Я рано уехал за границу, да и возвращался на родину обычно нечасто.

— В этот раз у вас будет время как следует погулять, в Шэньчжэне немало интересных мест, — произнес Чэнь Юй и тут же перевёл взгляд на Ци Нина: — А директор Ци бывал здесь раньше?

Ци Нина только-только сошел с самолета и заметил, что шэньчжэньский аэропорт немного изменился. Он как раз рассеянно разглядывал всё вокруг, но, услышав вопрос Чэнь Юя, на мгновение замер и ответил:

— Да, бывал.

Третий сектор экономики в Шэньчжэне развит очень хорошо, поэтому Чэнь Юй закономерно поинтересовался:

— Приезжали сюда на отдых?

— Нет, — Ци Нина немного помедлил, но всё же ответил: — Раньше здесь жила семья моего бывшего.

— Ого, — Чэнь Юй слегка удивился и не удержал язык за зубами. — Тогда у вас много общего с нашим директором Вэнем, у его бывшего тоже была семья в Пинчэне.

Расставание Ци Нина и Вэнь Чжао, хоть и далось ему против воли, было образцовым — в стиле «рубить сплеча». А раз расстались, значит, оборвали все связи.

После его отъезда за границу все в окружении старательно избегали даже упоминания всего, что было связано с Вэнь Чжао. Сам он тоже боялся угоститься водоворотом навязчивого внимания, из которого не сможет выбраться, поэтому за всё время ни разу не поинтересовался им по собственной воле.

Он искренне считал, что держался достойно, однако одна-единственная фраза Чэнь Юя вмиг перечеркнула всю сдержанность, которую он хранил последние пять лет.

Он чувствовал охвативший его порыв — этот порыв заставлял его сию же секунду бежать в книжный магазин за словарем, чтобы заглянуть в него и узнать, что же именно значит «раньше»: какой-то из прошлых периодов или всего лишь один-единственный человек?

Чем больше он думал, тем сильнее запутывался, опасаясь захлебнуться в чересчур бурных эмоциях. И тогда, как раз когда Чэнь Юй привел их к машине и распахнул перед ним дверцу, Ци Нин решил разрубить гордиев узел и прямо спросил:

— А ваш директор Вэнь женат?

…

— Их директор Вэнь не женат.

Чэнь Юй ничего не ответил, но из салона автомобиля раздался чей-то низкий голос.

Ци Нин поднял взгляд и нос к носу столкнулся с Вэнь Чжао, который сидел на заднем сиденье и просматривал документы.

Ци Нин:

— …Герр Вэнь.

Один сидел, другой стоял; их взгляды легко пересеклись и тут же по молчаливому согласию отпрянули друг от друга.

Прекрасная ситуация, но воцарилось всеобщее, полное тонкого напряжения молчание.

Изначально у Вэнь Чжао на весь сегодняшний день были запланированы визиты к клиентам, но из-за бессонной ночи — он проворочался до утра, думая о времени прилёта Ци Нина — он всё же в последний момент изменил планы.

Он заранее велел Чэнь Юю забрать его и отвезти в аэропорт. Издалека заметив приближающихся мужчин, он торопливо и с видом крайнего сосредоточения уткнулся в бумаги, но даже не успел принять надлежащую осанку, как услышал то самое резкое, прощупывающее почву вопрошание.

Ци Нин никак не ожидал встретить Вэнь Чжао в машине, иначе в порыве чувств ни за что не стал бы задавать Чэнь Юю подобные вопросы. И теперь вышло хуже некуда: мало того, что ответа он не услышал, так еще и поставил их обоих в неловкое положение.

Безмолвие, взаимное избегание взглядов — эта сцена пугающе напоминала их первую встречу.

Разница заключалась лишь в том, что тогда один нервничал, а второй притворялся, теперь же спектр эмоций был куда сложнее: Ци Нин испытывал неловкость, а Вэнь Чжао — недовольство.

Проведя пол ночи в тяжёлых раздумьях и кое-как убедив себя смириться с мыслью, что Ци Нин изменился, Вэнь Чжао никак не ожидал, что сегодняшняя встреча окажется еще сложнее, не успев толком закрепить это впечатление.

Ци Нин не только изменился, но и поставил под сомнение долговечность его чувств, совершенно не осознавая глубину собственной незабываемости.

Прикрыв бумаги рукой, Вэнь Чжао с легким раздражением потер кончики пальцев. Напустив на лицо невозмутимый вид, он как можно более непринужденно произнес:

— О чем это вы беседуете? С каких пор вас интересует семейное положение нашего директора Вэня?

Гораздо больше подобных перемен он не выносил молчания Ци Нина, не выносил того, что Ци Нину было нечего ему сказать.

Ци Нин не разгадал его потаенных мыслей и промолчал.

Чэнь Юй не мог позволить заместителю директора и дальше терпеть неловкое молчание, хотя говорил с изрядной долей смущения — в конце концов, именно его несдержанность на язык и породила эту неловкую сцену.

— Мы заговорили о том, что директор Ци раньше бывал в Шэньчжэне, и я вспомнил, как вы упоминали в прошлый раз, что семья вашего бывшего жила в Пинчэне.

Вэнь Чжао бросил на Ци Нина боковой взгляд. Заметив, что тот сохраняет олимпийское спокойствие и никак не реагирует, он почувствовал легкое жжение в груди. Свернув бумаги в трубку, он издалека ткнул ими в сторону Чэнь Юя:

— Разве тебе не известно, что состояние моих сердечных дел — это государственная тайна компании?

С полуулыбкой он вынес дисциплинарное взыскание:

— Вернешься — перепишешь правила корпоративной конфиденциальности раз десять.

— Сто раз, — сообразив, что шеф на самом деле не сердится, Чэнь Юй поднял руку, признавая вину, и поспешно пригласил стоявших у машины Ци Нина и Ван Сюйчана: — Директор Ци, директор Ван, давайте продолжим разговор в салоне.

Чэнь Юй арендовал семиместный минивэн. Сам он сел за руль, а пронырливый Ван Сюйчан тут же юркнул на пассажирское сиденье рядом с ним, принявшись нести всякую чепуху:

— Я лучше посижу спереди, меня укачивает.

Когда оба устроились, Ци Нин немного поколебался, но всё же сел с Вэнь Чжао на один ряд, разделенный лишь проходом.

Чэнь Юй завел мотор, а Ван Сюйчан в зеркале заднего вида переглянулся с заместителем директора и тут же всё понял — оказывается, в эту минуту пункт о секретности снова отменялся.

— Это было еще в те времена, когда Чжаоян только зарождался, — добровольно взяв на себя роль рупора начальства, Чэнь Юй великодушно пояснил для Ван Сюйчана.

Хотя сейчас Чжаоян Кэцзи пользуется известностью, на заре своего существования компания, как и подавляющее большинство небольших научно-технических стартапов без солидного финансового тыла, переживала невероятно трудные времена.

В то время первоначальная команда состояла всего из пяти человек. Они арендовали конуру площадью меньше ста квадратных метров в самом отдаленном офисном здании Шэньчжэня, и каждый день, едва открыв глаза, думали лишь о том, где раздобыть денег.

Денег не хватало на разработки, на внедрение, на запуск проектов. Они наивно полагали, что смогут закрепиться на рынке за счет реальных возможностей, но забыли одну вещь: меньше всего в Шэньчжэне ощущался недостаток талантливых людей.

Вакантных мест было капля в море, и дождаться или вырвать их в борьбе они не могли, так что им оставалось лишь беспомощно наблюдать, как компания шаг за шагом погружается в долину смерти.

— Меня тогда еще не было в компании, — заметил Чэнь Юй. — Я тоже слышал об этом от старших товарищей: в первые годы не удавалось привлечь терпеливых инвесторов, да и заказов не было, так что команда уже готовилась заняться каким-нибудь побочным бизнесом, чтобы хоть как-то прокормить компанию.

Побочный бизнес других людей подбирался тщательно и с умом, а вот у Вэнь Чжао всё было просто и грубо: несколько ветеранов компании единогласно проголосовали за то, чтобы отправить второго директора торговать лицом.

В конце концов, внешность Вэнь Чжао была официально признана красавцем всем коллективом компании (включая уборщицу и главного повара из столовой), а его имидж единодушно считался безупречным.

Разумеется, клиентам о торговле лицом говорить было категорически нельзя, поэтому Чэнь Юй облагородил формулировку:

— Директор Вэнь у нас парень видный, вот директор Суй и остальные решили отправить его сниматься для обложек журналов.

— И какая же связь между обложками журналов и сердечными делами директора Вэня? — с любопытством переспросил Ван Сюйчан.

Чэнь Юй хихикнул и выдал предельно простодушный ответ:

— Если бы обложка выстрелила и он прославился, статус холостяка помог бы лучше заработать.

— Подумать только, из-за тебя столь строгая тайна раскрылась с такой легкостью, — Вэнь Чжао подал сигнал, означающий, что мера наказания найдена. — Похоже, сто раз — это еще мягко сказано.

Завершив свою миссию, Чэнь Юй поспешно с улыбкой вымолил прощение и сосредоточился на вождении, больше ничего не добавляя.

Бумаги были зажаты в руке Вэнь Чжао, и он то и дело легко постукивал ими по ладони. Выглядел он расслабленно, но при более внимательном рассмотрении на его лице проступало едва уловимое беспокойство — будто он чего-то ждал.

— А что потом? — несколько секунд спустя тихо поинтересовался Ци Нин, который всё это время хранил молчание. — Снялся?

Уголки губ Вэнь Чжао незаметно приподнялись. Он повернул голову, подался ближе к Ци Нину, и в его голосе проскользнуло нечто беспомощное:

— А как ты думаешь?

Они неизменно держались на почтительном расстоянии, но теперь, когда Вэнь Чжао наклонился, до Ци Нина донесся едва уловимый легкий шлейф аромата.

Очень сдержанный, ненавязчивый древесный запах. Принюхавшись, Ци Нин убедился, что исходит он от самого Вэнь Чжао.

Он незаметно поджал губы, слегка отпрянул назад и отвернулся.

Раньше Вэнь Чжао вообще не пользовался духами.

Он не раз говорил Ци Нину, что больше всего ему нравится запах кондиционера для белья с нотками солнечного света на одежде Ци Нина в те дни, когда они только познакомились.

Вэнь Чжао не знал, о чем думает Ци Нин, но, заметив, что тот отстранился, решил, что он счел нарушение личных границ излишне близким.

На мгновение замерев, он выпрямился и, подавляя кислоту, подступающую к груди, кое-как договорил:

— Никаким побочным бизнесом никто заниматься не стал. После того как к нам присоединился директор Ли, заказы пошли один за другим.

Ван Сюйчан в зеркале заднего вида заметил перемену в их настроении и тут же взял инициативу на себя, отвесив изящный комплимент:

— Команда Норс действительно полна талантливой молодежи.

Вэнь Чжао перевел на него взгляд, а Ван Сюйчан продолжил:

— Про вас с директором Суй и говорить нечего, но коммерческая деятельность так сильно завязана на опыте, а директор Ли выглядит таким молодым, и при этом у него такая обширная база клиентов.

— Вы мне льстите, — скромно улыбнулся Вэнь Чжао. Из-за того, что Ци Нин продолжал молчать, он был рассеян.

К счастью, деловые светские беседы давно превратились в укоренившийся в костях инстинкт, позволяющий справляться с ними на автомате.

К тому же история создания Чжаояна, как и семейное положение заместителя директора Вэня, вовсе не относились к числу вещей, которые требовалось вносить в корпоративный справочник по конфиденциальности.

Если бы Ци Нин захотел послушать, Вэнь Чжао рассказал бы ему всё до мельчайших деталей.

Вот только Ци Нин был человеком до крайности жалостливым.

Если бы они целовались прямо сейчас и заговорили о днях, когда рядом не было друг друга, ему непременно пришлось бы упомянуть о тех тяжелых моментах, когда ему не везло, используя те невзгоды лишь для того, чтобы разжалобить Ци Нина.

Но они не целовались. Вэнь Чжао всегда желал, чтобы каждый день Ци Нина был наполнен счастьем, поэтому, проецируя это на себя, он вовсе не хотел, чтобы Ци Нин знал, как паршиво ему приходилось в прошлом.

Именно поэтому, когда Ци Нин задал вопрос, он планировал последовать примеру Чэнь Юя — приукрасить прошлый опыт в благожелательном ключе и в меру проявить свое всё более отточенное чувство юмора.

Однако Ци Нин больше ничего не спросил.

Он поучаствовал в том разговоре лишь однажды и больше не раскрыл рта.

Похоже, его сморил сильнейший сон: он отвернулся и прижался лбом к оконному стеклу, оставив Вэнь Чжао созерцать свой совершенно отрешенный затылок, и так и не повернулся обратно вплоть до самого прибытия на место.

Словно всё, что было связано с Вэнь Чжао, перестало вызывать у него хоть капельку интереса.

Или словно он окончательно смирился с ролью постороннего в жизни Вэнь Чжао.

Глава 9. Посторонний (2)

Через полчаса процессия прибыла в Чжаоян Кэцзи.

Офис Чжаояна располагался в парке высоких технологий Шэньчжэня. Территория парка была огромной, и компания занимала целых три этажа в самом престижном офисном здании.

— Семнадцатый, восемнадцатый и девятнадцатый — все наши, — пояснил Чэнь Юй, когда они вошли в лифт. — На семнадцатом находятся функциональные отделы и зона отдыха, на восемнадцатом — испытательный этаж и выставочный зал искусственного интеллекта, а девятнадцатый отдан под научно-исследовательский отдел.

http://bllate.org/book/25806/3084572