Готовый перевод Mountain Bird and Fish: Honeyed Years / Птица и рыба: Шанс на исправление: Глава 7

Ван Минмин знал, что тот хандрит, и таинственно преподнёс сокровище:

— Я приготовил тебе подарок.

Сунь Сигу слишком хорошо знал это его выраженьице, сулившее одни неприятности, и, даже не спрашивая, прямо отказался:

— Не нужно, спасибо.

— Раз уж пришёл!

Ван Минмин щелкнул пальцами, и вскоре семь-восемь высоких и крепких парней-моделей выстроились в ряд, предоставляя Сунь Сигу возможность выбрать себе фаворита.

У Сунь Сигу на душе всё ещё скребли кошки из-за утреннего телефонного разговора с Ши Му и сладостного голоска Сунь Циньюня, произнесшего братец Ши Му, так что настроения у него решительно не было. Он бросил на них беглый взгляд, собираясь отправить всех восвояси, но человек, стоявший в самом конце шеренги, заставил Сунь Сигу замереть в растерянности.

Ростом около метра девяноста, тяжелый взгляд исподлобья, в очках без оправы, волосы зачесаны назад, а на лоб падает несколько прядей, подчеркивая резкие черты лица. Он на треть походил на Ши Му, и этого было достаточно, чтобы Сунь Сигу задержал на нем взгляд.

Ван Минмин тут же всё понял:

— Он остается, остальные свободны.

У моделей профессиональные навыки и сообразительность были на высоте. Тот парень подсел к Сунь Сигу, устроившись совсем близко, бросил взгляд на бокал в руке Сунь Сигу и придвинулся еще ближе.

— Привет.

Сунь Сигу моргнул, но ничего не ответил.

Парень действовал постепенно: одной рукой он обнял Сунь Сигу за талию, а подушечкой пальца другой легко провел по тыльной стороне его ладони.

Сунь Сигу приподнял бровь, не отстраняясь, и прямо посмотрел ему в глаза.

Парень всё понял и, решив, что у него есть шанс, обнаглел еще больше: крепко перехватив руку Сунь Сигу, он поднес зажатый в ней бокал к самому его рту.

Сунь Сигу по-прежнему не сопротивлялся. Чуть приоткрыв красные губы, он нежным язычком обвел край бокала и, пользуясь случаем, запрокинул голову, делая глоток. Его собранные в хвост волосы растрепались, и пряди сильно мешали, лезя в глаза.

Вообразив себя искусным соблазнителем, парень поднял один палец и заправил эту мягкую прядку волос за ухо Сунь Сигу, стремясь проявить заботу.

— Свободен сегодня вечером?

Сунь Сигу слегка отстранился и холодно бросил:

— Не трогай.

Кладбище на окраине города.

Ши Му стоял под зонтом перед аккуратным надгробием, положил принесенные с собой пирожное и фрукты и произнес, глядя на фотографию улыбающейся девушки:

— Давно я тебя не навещал.

Девушка улыбалась мягко и сдержанно, будто отвечая ему.

Ши Му был немногословен. Постояв еще немного, он уже собирался уходить, как вдруг телефон в кармане брюк вибрировал.

Сообщение пришло из безымянного приложения с полностью черным значком. Ши Му на мгновение замер и с бесстрастным лицом открыл его.

На экране тут же высветилась статистика:

Пульс — 80; насыщение крови кислородом — 96%, температура тела — 37,3 ℃, артериальное давление в норме.

Для взрослого мужчины такая температура была слегка повышена.

Ши Му открыл геолокацию, которая указывала на бар Милан, и три видеозаписи синхронно передались на устройство.

—…

Ши Му не спеша открыл их и посмотрел по очереди.

На кладбище завывал ледяной ветер и бушевал ливень, черный зонт скрывал лицо, так что понять эмоции Ши Му было невозможно. Он развернулся и ушел.

Изумрудный лист упал на пирожное, а взгляд девушки на надгробие был полон тоски и печали. Если присмотреться, ее черты лица на девяносто процентов напоминал Ши Му.

У Ши Му была младшая сестра, младше его на два года, которая погибла в возрасте пятнадцати лет во время пожара на вилле в Усадьбе Луган.

Этот пожар устроил Сунь Сигу.

Утаишь от мужа походы по моделям — дома по возвращении ремнем отхлещут.

Концовка прошлой главы претерпела небольшие изменения, так что те из моих дорогих читателей, у кого не сходится сюжет, могут вернуться назад и освежить память~

Глава 6: Я словно одержим.

Под левым глазом Ши Му родинка, которая вечно прячется в тени густых ресниц.

У паренька-модели под левым глазом тоже была родинка. Сунь Сигу пристально всмотрелся и не удержался, чтобы не коснуться ее пальцем:

— Малыш…

Он действовал так осторожно, даже не надавливая, но черная точка вдруг размазалась под пальцем — ну конечно, подрисовано карандашом для бровей.

Сунь Сигу сразу потерял всякий интерес.

Ван Минмин с виноватым видом потрогал нос.

Сунь Сигу снова заглянул этому парню в глаза и сильно разочаровался: Ши Му никогда не стал бы перед ним лебезить.

— Ты прекрасно знаешь мои вкусы.

Модель, искренне считая, что прекрасно себя показал, снова попытался взять Сунь Сигу за руку:

— Так тебе нравится?

Сунь Сигу равнодушно оттолкнул его и процедил словно жуя солому:

— Даже притвориться нормально не можешь.

При всей своей холодности он проявил щедрость и перевел парню 20 тысяч, причем с привязанной карты Ши Му.

Модель: «……»

План провалился. Ван Минмин спровадил парня и озадаченно спросил:

— А я думал, всё получится! Никчемный увалень. И ты еще дал ему денег?

Сунь Сигу был не в настроении:

— Не заслужил награды, так хоть заслужил старания.

Ван Минмин счел, что его-то старания заслуживают высшей похвалы, а потому, смелый и прямой, не боялся навлечь на себя гнев Сунь Сигу:

— Что вообще вчера произошло? Разве ты не безумно любишь Ши Му? Разве ты не готов был на всё, лишь бы заполучить его? С чего вдруг ты дал задний ход в самый последний момент и даже словом не обмолвился? Меня чуть батя до смерти не избил.

По правде говоря, в памяти Сунь Сигу не сохранилось никаких воспоминаний о нынешней ситуации в баре.

В его воспоминаниях он во всеуслышание включил на банкете пикантное видео, перевернул всё вверх дном, лишил Сунь Ванхуа и выгодного проекта, и лица, после чего его притащили обратно в Усадьбу Луган и чуть не забили до смерти — какая уж тут нынешняя идиллия.

Сунь Сигу от одной мысли бросало в дрожь: с чего он вообще был таким безбашенным?

Испытывая остаточный страх, он спросил Ван Минмина:

— Батя тебя отлупил?

— Да уж! Сказал, что вести себя так легкомысленно в подобной обстановке — значит вызывать у твоего отца дурные мысли, — Ван Минмин надул губы. — Сам знаешь, дела у нашей группы компаний в последнее время идут неважно, и мы полностью зависим от подачек твоего отца. Кормильца надо ублажать.

Сунь Сигу немного подумал и спросил:

— Какая у моего отца реакция?

— Никакой. Разве твой отец не всегда такой? — Ван Минмин невысоко оценивал Сунь Ванхуа, считая его напыщенным и темным стариканом, но вслух этого сказать не смел.

Сунь Сигу нахмурился и промолчал.

Ван Минмин моргнул, догадавшись о его страхах, махнул рукой и утешил:

— Да твое порно толком и не показали ведь, только первые пару секунд, твой отец ничего не увидел. Я слышал, он задобрил вышестоящее руководство, проект удастся урвать, так что на тебя шишки не повалятся. К тому же весь удар я взял на себя.

Сунь Сигу опешил:

— Что?

Ван Минмин закинул ногу на ногу, положив ступню на стол, приняв вид человека, чьи заслуги превосходят границы мира:

— Я пришел с повинной и заявил, что смотрел фильмы для взрослых и случайно транслировал их на большой экран, а спаситель-молодой господин Сунь проявил молниеносную реакцию и разбил мой компьютер, предотвратив катастрофу. Твой отец даже стал больше тебя уважать.

Сунь Сигу: «……»

Десять тысяч — это было слишком мало.

— Может, перевести тебе еще немного денег? — в сердце Сунь Сигу шевельнулась благодарность.

Ван Минмин скосил глаза:

— За кого ты меня принимаешь?

— Плата за моральный ущерб и усиленное питание.

Ван Минмин принял героический вид:

— Не нужно! За друга — и в огонь, и в воду!

Не став задерживаться с Сунь Сигу, он засобирался на следующую вечеровку:

— Дружище, я тут замутил с одной потрясающей красоткой, едем выпивать, со мной?

Сунь Сигу сорвалось с языка:

— Мия?

Ван Минмин остолбенел:

— Откуда знаешь? Я тебе говорил? Не может быть, я же только утром с ней сошелся!

И правда, откуда он знал?

И тогда чувство дезориентации во времени и пространстве нахлынуло на Сунь Сигу с новой силой. Шаг за шагом он находил подтверждение неким сведениям, намертво засевшим в его голове.

— Рост 178, фигура песочные часы, пухлые губы, большие глаза, вся сплошь продукт пластической хирургии, развязная и горячая.

Ван Минмин лишился дара речи:

— Ты сейчас перечислил все мои слова.

Сунь Сигу поморщился и с самыми благими намерениями предостерег друга:

— Она только что вернулась из Таиланда, проверь-ка, в каких именно клиниках она там побывала — повнимательнее будь.

— В смысле?

Сунь Сигу вздохнул с тяжелым сердцем:

— Твоя красотка — трансвестит.

Потрясенный до глубины души, словно сраженный молнией, Ван Минмин отправился на поиски следов тайских красоток. Сунь Сигу же, оставшись в одиночестве и сочтя это скучным, досрочно свернул так называемую праздничную вечеринку. Идти было некуда, оставалось только покорно возвращаться домой.

У Сунь Сигу никогда не было нормального дня рождения.

Он не ждал его и не радовался ему.

Он не стал брать машину, простоял у входа в бар минут десять и дождался пустую такси.

Водитель нажал на табличку Свободно:

— Куда едем?

— Апартаменты Лиман.

Сразу после того, как такси тронулось с места, на временной парковке у обочины завелся скромный черный Фольксваген и не спеша покатил следом.

Верхний этаж апартаментов был не только пустынным, но и сырым, особенно после дождя.

Сунь Сигу разбудил умного помощника и включил осушитель воздуха. Жужжание работающего прибора помогало хоть немного рассеять мысли.

Дома Сунь Сигу не носил тапочки — ему нравилось ощущение ледяного пола под ногами, это подстегивало затуманенный мозг, заставляло сердце бешено стучать и помогало сохранять бдительность, хотя трезвым Сунь Сигу бывал редко.

Свернувшись калачиком на диване, он заметил на журнальном столике стакан горячего молока. Под ним лежала записка, написанная тем же знакомым почерком:

[Маленький Си, выпей молока перед сном.]

Уголки губ Сунь Сигу опустились вниз. Не двигаясь с места, он отрешенно уставился на эту бело-молочную жидкость.

Мгновение спустя умный помощник прислал на его телефон запись со всех камер видеонаблюдения в квартире.

Сунь Сигу налил себе воды, проглотил две витаминки, вернулся на диван и принялся неторопливо просматривать записи.

Тетушке Чжао было за пятьдесят, и со времени переезда из Усадьбы Луган в Апартаменты Лиман она работала усердно и исправно, никогда не допуская ошибок. Домашней работы у Сунь Сигу было немного — робот-пылесос, стиральная машина и прочая техника исправно выполняли свои обязанности, так что тетушка Чжао только готовила еду. Если Сунь Сигу возвращался, то ел свежее, если не хотел — еда оставалась стоять, а на следующий день она забирала ее с собой, ничего не пропадая зря.

Всё было довольно просто и легко.

На видео было видно, как в шесть часов вечера тетушка Чжао вышла, а вернувшись, принесла много продуктов и заполнила ими холодильник. В семь тридцать она отправила Сунь Сигу сообщение и, убедившись, что поручений нет, ушла домой. Перед уходом она подогрела молоко, поставила стакан на журнальный столик и оставила записку.

Молоко не грели в микроволновке, так что стеклянный стакан быстро покрылся капельками прохладной росы.

Сунь Сигу нажал на паузу и чуть приподнял веки — в стакане клубился еле заметный туман, а на поверхности молока образовалась тонкая пленка. Очевидно, оно было горячим.

Сунь Сигу прищурился, его сердце бешено заколотилось. Внешне он казался спокойным, но палец, зависший над кнопкой воспроизведения, неконтролируемо мелко подрагивал.

Просмотр продолжился, и до десяти часов вечера ничего необычного не происходило.

До полуночи оставалось пять минут. Незаметно для себя Сунь Сигу сморил сон, зрение расфокусировалось, и даже из последних сил цепляясь за реальность, он едва мог сохранять ясность ума хотя бы на секунду.

Сунь Сигу совсем обмяк, пальцы ослабли, выронив телефон, а веки тяжело опустились.

Пип-пип —

Ровно полночь.

Сунь Сигу безвольно уронил голову набок и окончательно потерял сознание.

В то же время на камерах наблюдения зафиксировали, как в десять часов десять минут в кадре появилась высокая, крепкая фигура.

http://bllate.org/book/25779/3082417