Сюй И привык к этому чувству опустошения и без лишних эмоций разделался с остывшим ужином из четырех блюд и супа.
Он закурил сигарету и вышел на балкон.
Ночное небо раскинулось широко и просторно, повсюду мерцали мириады огней, создавая картину шумной и суетливой роскоши. В этом процветающем мегаполисе, таящем возможности и мечты бесчисленных молодых людей, столько народу не щадя себя трудится ради работы, отчаянно мчится вперед, а по вечерам возвращается в пустые съемные квартиры, чтобы вести одинокую жизнь.
Многие живут именно так.
Он — один из них, причем куда удачливее прочих: у него есть деньги, и его жизнь вовсе не так стеснена. По логике вещей, ему не стоило больше ничего требовать.
Но он действительно не выносит одиночества. Ему хочется, чтобы кто-то был рядом, хочется, чтобы по возвращении домой горел свет, а в свободное время находился собеседник. На балконе дул слишком холодный ветер, и он еще жаждал теплого объятия, близкого телесного контакта и страстной любви.
...Короче говоря, только не быть одному.
Об этом вечно труднее всего произнести хоть слово.
Большинство чувств в сердечных делах балансируют где-то между назовешь это сентиментальностью — и почувствуешь себя обиженным, если промолчишь.
Собственное лицо он растерял еще на дороге взросления, так что капризничать и сопли распускать он не мог.
Щеки Сюй И оледенели, и, пока не подхватил простуду, он докурил вторую сигарету и поспешно вернулся в гостиную.
В комнате стояла такая тишина, что он включил телевизор, наобум выбрал какую-то передачу для фона и принялся листать ленту в телефоне.
Чем дальше он листал, тем скучнее становилось.
Сюй И невольно вспомнил, как днем, сразу после покупки духов, Цинь Мучуань звал его вечером в бар — послушать выступающую там фолк-группу.
Сюй И отказался.
Тогда Цинь Мучуань даже выругал его ублюдком.
Сюй И вдруг припомнил, что в ленте друзей Цинь Мучуаня вроде бы появлялась подборка ругательств. Он не удержался и заглянул туда, желая посмотреть, как именно тот определяет слово ублюдок, и сразу же наткнулся на самую свежую публикацию Цинь Мучуаня.
Это было видео секунд на тридцать. Камера сильно тряслась, кадры со стойки бара сменялись выступлением музыкантов, а затем танцполом, полным прыгающих людей; даже через экран чувствовалось, насколько бурной и оживленной была эта атмосфера роскоши и разгула.
Сюй И не хотел смотреть на такое веселье и уже собирался пролистать дальше, как вдруг заметил в видео знакомый силуэт.
Сюй И открыл видео, потянул за ползунок, увеличил картинку и наконец разглядел замелькавшую фигуру.
За столиком возле барной стойки Сун Цзэюй с бокалом в руке о чем-то весело беседовал с каким-то человеком.
Какие такие деловые встречи могут проходить в баре — месте, где приходится орать во всю глоть, иначе ничего не расслышишь?
Разве Сун Цзэюй не из тех, кто вечно не любит бары? Раньше, когда они выбирались куда-нибудь вдвоем, они от силы захаживали в тихие бары с живой музыкой.
Сюй И едва сдерживался, чтобы не накрутить себя, и даже скатился до дурных подозрений. Он знал, что Сун Цзэюй не из тех, кто станет заниматься глупостями, ему не следовало попусту сомневаться в своем возлюбленном, нужно было проявлять больше доверия. Выходило, что он сам от нечего делать шарахался от каждого шороха, везде видя призраков.
Однако побороть эти мысли он не мог.
В ту же секунду вина и подозрения неотступно хлынули на него, терзая и мучая его душу и тело.
Отсутствие Сун Цзэюя сегодня и впрямь нельзя было списать на деловую встречу. После того как во второй половине дня он вместе с Люси купил кое-какие вещи и они вернулись в компанию, ему пришлось доделывать кое-какую работу. Когда уже подошло время отправляться домой, в офис пожаловал Виктор.
Там находились только он сам, Люси и еще один помощник, который как раз сегодня работал на выезде.
Виктор заскочил забрать кое-какие вещи. Заметив Люси, он бросил:
— Есть планы на вечер? Намечается закрытая вечеринка с легким деловым оттенком, если хочешь развеяться, можешь поехать со мной.
Забыв о рабочих границах, Люси без всякого пиетета ответила ему:
— А красавчиков и красоток там много?
Виктор остался недоволен таким сомнением:
— По-твоему, я еду туда, чтобы портить себе настроение?
Люси охотно согласилась:
— Тогда я еду.
Слегка помедлив, Виктор перевел взгляд на Сун Цзэюя и предельно непринужденно произвел:
— Если у тебя есть свободное время, тоже можешь заглянуть. Не обязательно, если у тебя другие планы, мы просто едем отдохнуть.
Сун Цзэюй, разумеется, не стал отказываться.
Вечеринка и вправду оказалась закрытой, ее даже устроили прямо в баре.
Организатором выступал университетский приятель Виктора, а заодно и владелец этого бара по имени Чжао Цзинь — известный в светских кругах мажор, у которого были отличные связи, который умел развлекаться и за которым все шли по первому зову. Помимо отпрысков богатых семейств, сегодня там собрались новые звезды делового мира, знаменитости и интернет-блогеры.
Однако для Сун Цзэюя куда более привычным было другое амплуа Чжао Цзиня — младшего господина Группы Цинъюй. Автомобильное подразделение Группы Цинъюй на новых источниках энергии как раз выходило на биржу, и процесс уже дошел до самой ключевой фазы.
До того как стать помощником Виктора, Сун Цзэюй занимался исключительно проектом IPO компании Цинъюй, и он до сих пор продолжал вести это направление.
Он никак не ожидал, что у Виктора с Чжао Цзинем сложатся столь близкие личные отношения: едва зайдя в отдельный кабинет, Виктор тут же был схвачен за плечи и уведен хозяином заведения.
Безупречная внешность, баснословно дорогие вещи, незаурядная аристократичность и гостеприимство хозяина — даже те, кто еще не был знаком с Виктором, чувствовали, что этот человек обладает далеко не простым происхождением, и вокруг зашептались.
Ставший центром всеобщего внимания Виктор, держа в руке бокал красного вина и засунув одну руку в карман брюк, небрежно прислонился к спинке дивана. Его длинные ноги, затянутые в черные брюки, были согнуты и вытянуты в соответствии с высотой дивана, и все же он возвышался над Чжао Цзинем гораздо сильнее.
Слегка наклонив голову, он прислушивался к словам хозяина заведения. На его красивом, тонко очерченном лице не отражалось почти никаких эмоций — холодное и преисполненное дорогого изящества, оно с безразличием принимало любопытные, крадущиеся со всех сторон взгляды.
Его поза излучала праздность и легкую надменность, но вечно задиравший нос Чжао Цзинь вовсе не оскорбился этим и продолжал непринужденно улыбаться и шутить с ним.
В этот момент к ним с бокалом в руке подошла эффектная, красивая женщина:
— Молодой господин Чжао, почему ты не представишь своих друзей?
Чжао Цзинь моргнул и многозначительно произнес:
— Дело не в том, что я не хочу знакомить, просто пол тут не совсем тот.
— ...
Виктор редко кому отказывал в женской вежливости, поэтому в ответ лишь чуть приподнял свой бокал.
Его взгляд не задержался на ней ни на секунду.
Это было то самое пренебрежение, при котором внешняя красота оставляет человека абсолютно равнодушным.
Он и не подозревал, что в эту самую минуту голова Цинь Мучуаня была забита исключительно Сюй И.
Потому что он обнаружил: сегодня все эти пытливые взгляды, восхищение и внимание окружающих доставляют ему не такое уж удовольствие. Ему казалось, что лучше бы Сюй И лишний раз взглянул на него, чем все эти разношерстные зеваки.
Эти люди не имеют значения.
Хватит и того, что Сюй И смотрит только на него.
Психиатр когда-то советовал ему завести романтические отношения — мол, это поможет сдержать болезнь и даже поспособствует улучшению. Похоже, в этот раз совет оказался верным: стоит ему заиметь Сюй И, как он почти полностью исцелился?!
Разумеется, Цинь Мучуань избирательно забыл о том, что психиатр также упоминал: любовные отношения — на самом деле не лучший выход, поскольку желание заполучить внимание невозможно вылечить или искоренить за короткий срок, оно лишь меняет форму.
Не дай бог возлюбленный не сможет вынести эту безумную, лишенную свободы, похожую на клетку жизнь, где весь мир крутится исключительно вокруг него, — тогда Сюй И вполне может утянуть за собой в бездну.
Но Цинь Мучуань не собирался забивать себе голову подобными мыслями, а даже если бы и подумал, то все равно не отступился бы. Разве не естественно, когда влюбленные видят друг в друге весь мир?
Даже если бы он пожалел Сюй И и захотел отпустить его, у него бы попросту не хватило на это сил: когда низшие формы внимания не способны утолить его жажду, он неизбежно обратится за глубоким удовлетворением к тому, кто может ее утолить.
Это душевная зависимость, которую невозможно контролировать.
Никто в здравом уме не станет отказываться от прекрасного, чудодейственного средства в пользу каких-то сомнительных биологически активных добавок, не соответствующих заявленному качеству.
Цинь Мучуань вовсе не отличался умением сдерживаться; наоборот, он потакал собственным амбициям и желаниям, добиваясь желаемого хитростью и не брезгуя ничем ради того, что ему нравится.
Идти до конца, чего бы это ни стоило.
В жизни нет ничего важнее собственного счастья.
Стоит взглянуть на вещи проще.
Например, его мнительный, хрупкий и нежный учитель Сюй сейчас, должно быть, дрожит в объятиях какого-нибудь сильного мужчины, вместо того чтобы предаваться жалости к себе, коротать ночи в пустой постели и страдать от одиночества.
Чем ждать, пока мужчина добьется успеха и признания, лучше сразу найти того, кто уже всего добился.
Выбор важнее усилий.
Впрочем, убитый горем красавец, наверное, тоже по-своему прекрасен.
Как жаль, что ему не довелось это увидеть.
Еще больший жаль, что убивался этот красавец из-за другого мужчины.
Цинь Мучуань едва слышно цыкнул, и его мрачноватый взгляд скользнул сквозь шумную толпу гостей, остановившись на том самом помощнике, который купался в лучах чужого благополучия и не ценил своего счастья.
Вот только он никак не ожидал, что Сун Цзэюй тоже смотрит на него.
Стоило их взглядам встретиться, как Сун Цзэюй на мгновение растерялся, однако тут же взял себя в руки и озарил его безупречной улыбкой.
Но Цинь Мучуань слишком хорошо знал этот сияющий взгляд — слишком многие смотрели на него именно так: избито, шаблонно и недостойно внимания.
В голове Цинь Мучуаня промелькнули тысячи мыслей, он чуть сжал губы и ответил Сун Цзэюю таким же прохладным, сдержанным кивком.
Сун Цзэюй был польщен до глубины души, у него даже сердце затрепетало: то ли от напряжения из-за того, что его застали за подглядыванием, то ли еще от чего-то.
Виктор пользовался бешеной популярностью на вечеринке, и многие из тех, кто не мог подобраться к нему близко, подходили здороваться с Люси и Сун Цзэюем.
Когда Сун Цзэюй вспомнил об уговоре с Сюй И, было уже почти восемь часов. Достав телефон, он увидел отправленное Сюй И чуть за семь часов сообщение с вопросом, где он находится.
На сердце у него, конечно, шевельнулось чувство вины, но по сравнению с новыми знакомствами сегодняшнего вечера, полученными визитками, пользой от общения, подслушанными новостями и другой стороной Виктора, которую ему довелось увидеть, эта вина не стоила и выеденного яйца.
Он привычно переслал примирительное, угодливое сообщение, а затем последовал за толпой мажоров в танцзал на первом этаже.
Цинь Мучуань снял короткое видео шумной барной атмосферы и выложил в ленту друзей. Прошло больше получаса, но никто не поставил лайк, и Цинь Мучуань слегка раздраженно открыл диалог с Сюй И и перекинул видео напрямую ему.
Сюй И ответил моментально: [?]
Совсем у этого парня крыша едет? Мало того что в ленту выкладывает, так еще и в личку шлет.
Цинь Мучуань: [Ой, я вообще-то собирался отправить тебе видео с домашним заданием по английскому от Цинь Лэтуна, перепутал]
Сюй И поверил бы ему: [Тогда отправляй домашнее задание прямо сейчас]
Цинь Мучуань нашелся мгновенно: [Я случайно удалил записанное видео с домашкой]
Сюй И: [Достань из корзины]
Цинь Мучуань чуть приподнял брови, чувствуя, что учитель Сюй самую малость сердится: [...]
Он честно признался: [Ладно, я ничего не снимал]
Сюй И: [Скучно]
Цинь Мучуань живо представил его бесстрастное лицо и принялся изображать обиду: [Еще никто и никогда не смел отказываться от моих просьб, так что я просто обязан дать тебе взглянуть на то, какое веселье ты упустил]
http://bllate.org/book/25773/3081365
Сказали спасибо 0 читателей