Готовый перевод Rebellion Against Authority: Breaking the Heartless (Complete + Extras) / Восстание змея: Ученик, ставший господином: Глава 8

Но перед самым отъездом он совершенно точно видел из-за занавески силуэт какого-то человека...

— Хозяин? — прислушиваясь к собственному голосу посреди ночной тишины, кучер вдруг слегка занервничал. Он уже дрожащей рукой потянулся, чтобы отдернуть занавеску, как за спиной неожиданно раздался голос:

— Благодарю за хлопоты, моего господина вы довезли.

Кучер испуганно обернулся и, увидев человека, отбрасывающего тень, мгновенно вздохнул с облегчением. Тот выглядел точно так же, как прежде: в плаще, с надвинутым на большую часть лица капюшоном, но по голосу мужик сразу узнал того самого нанимателя:

— Хозяин, человека я доставил в точности, как вы и велели.

— Ступай пока в другое место, подойдешь чуть позже, — бросил незнакомец, протягивая кошель с серебром.

Кучер поймал мешочек, взвесил на руке и расплылся в улыбке:

— Понял-понял, если понадоблюсь — крикните.

Когда извозчик удалился на безопасное расстояние, Мо Цин повернулся и откинул занавеску. Сидевший внутри человек тоже перевел на него взгляд.

Присмотревшись, можно было заметить, что Фу Шан сжался в самом дальнем углу повозки, изо всех сил обхватив себя руками. Багровые письмена проступали уже по всему лицу, начиная с шеи, и от этого дыхание Фу Шана слегка и прерывно подрагивало.

Мо Цин подхватил Фу Шана на руки и шагнул в темный переулок, ведущий к поместью Фу. Тьма поглотила их силуэты, и вскоре в тишине улицы вновь послышалось лишь редкое фырканье лошадей.

Во внутреннем дворе семьи Фу слуга, дежуривший по ночам, клевал носом. Налетевший порыв холодного ветра заставил его лишь смутно почувствовать, будто мимо что-то промелькнуло.

Однако, открыв глаза, он не увидел вокруг ни души и решил, что это просто последствия дремоты.

В небольшой боковой комнате в дальнем углу двора.

Пятнистый лунный свет падал сквозь узорчатые решетки окон и дверей на подол одежды Мо Цина, наполовину погружая его фигуру во тьму, из-за чего истинные эмоции оставались скрытыми.

Фу Шан сидел на краешке кровати, свернувшись калачиком, пальцы его судорожно впивались в собственные плечи, а глаза, залитые зловещим багрянцем, смотрели на Мо Цина с новой вспышкой жгучей ненависти.

— Подойди, — дыхание Фу Шана было сбивчивым, обжигающий жар подступал к горлу, заставляя голос дрожать. — Мо Цин.

Мучения от Проклятия Смерти оказались куда страшнее, чем представлял себе Мо Цин.

Обычно это проклятие никак себя не проявляло и активировалось лишь тогда, когда духовная энергия Фу Шана иссякала, заставляя его меняться до неузнаваемости.

— Мо Цин, — схватившись за безумно колотящуюся грудь, Фу Шан рухнул на постель, жадно ловя ртом воздух. Ощущение жжения сводило его с ума.

Горячие слезы на покрасневших глазах резали сердце Мо Цина хуже ядовитого проклятия.

Обратившись змеем, он обвился вокруг кровати и прижал Фу Шана к груди, укрывая в своих объятиях.

В тот самый миг, когда он пустил в ход духовную энергию, сердце Фу Шана, сжатое тисками Проклятия Смерти, словно погибающая от жажды рыба, наконец вернувшееся в морскую стихию, позволило ему испустить глубокий вздох облегчения.

Змеи принадлежат к стихии воды и способны подавлять Проклятие Смерти в теле Фу Шана.

Для Фу Шана Мо Цин был спасительным лекарством, облегчающим боль от проклятия. Но для самого Мо Цина Фу Шан шел дорогой самоубийства.

Этот метод — снимать симптомы, но не корень зла — не только не приносил никакой пользы для лечения, но лишь усугублял нагрузку на организм Фу Шана.

Если так пойдет и дальше...

Прежде чем погрузиться в забытье, Мо Цин успел заметить лишь рассыпанные по плечам длинные волосы Фу Шана и его прежнее равнодушно-ледяное выражение лица, показавшееся в ту минуту лишь наваждением.

...

Луна перевалила за полнощь, тени от бамбука качались на ветру. Черная тень бесшумно перемахнула через угол стены и спрыгнула во двор. В лунном свете миниатюрная фигурка постепенно обратилась в человека.

Черный кот в сапожках с бубенцами вошел в комнату, плюхнулся на круглый стол и, глядя на лежащего на кровати человека, с усмешкой протянул:

— Раз проснулся, чего притворяешься спящим? Ждешь, пока твой заботливый хозяин придет погладить тебя по головке?

Мо Цин открыл глаза и медленно приподнялся:

— Откуда у тебя одежда?

— Эта? — Черный кот с довольным видом подошел к Мо Цину, раскинул руки и пару раз крутанулся на месте. Звон колокольчиков звучал так, будто кот смеялся. — Одна девушка из Мяо подарила. Красиво ведь?

Заметив, что Мо Цин снова потерял к нему всякий интерес, кот склонил голову набок:

— А твой хозяин хоть раз покупал тебе одежду?

Ответ был очевиден.

В гардеробе Мо Цина царил исключительно черный цвет, да и те вещи шились из старых обновок по приказу управляющего Хэ.

Кот надул губы с видом человека, которому всё заранее известно:

— Так я и знал. И ради чего ты столько лет пахал на него как скот, скажи на милость? Когда это Фу Шан ценил твои старания? По мне так все эти экзорцисты — сплошное отребье.

Мо Цин уже устал слушать подобные речи.

За последние десять лет Черный кот заводил одну и ту же пластинку бессчетное число раз, преследуя лишь одну цель — подбить его пойти против Фу Шана.

— Что делает хозяин?

Кот закатил глаза:

— Ты можешь хоть раз включить голову? С тобой так поступают, а ты все равно к нему льнешь, словно пес!

Разозлившись, кот залпом осушил три чашки чая, а заметив недовольный взгляд Мо Цина, упрямо плюхнулся на стул, принявшись беспорядочно болтать ногами и руками:

— Гостей принимает.

— Каких гостей?

— Откуда мне знать, твой хозяин вечно занят.

Кот не лгал: тогда он лишь мельком бросил взгляд издалека и толком не разглядел лица того человека. К тому же при его слабом уровне культивации ему было позволено свободно бродить разве что здесь, рядом с Мо Цином.

Парадный зал в передней части поместья.

Чжоу Юэшэн оглянулся и строго зыркнул на стоящего позади спутника, призывая того заткнуться, после чего напустил на себя виновато-льстивую улыбку и обратился к Фу Шану:

— Небесный Мастер Фу, я занял пост заместителя начальника всего несколько дней назад и еще толком не освоился с порядками, вы уж не взыщите.

Фу Шан хранил молчание и лишь слегка улыбался, однако заместитель начальника вновь заговорил:

— Сейчас эпоха материализма! Все эти божества, демоны и злые духи — не более чем плод человеческой фантазии, порожденный людскими сердцами, разновидность психологического расстройства.

— А кое-кто просто пользуется вывеской изгнания демонов и борьбы с нечистью, чтобы пускать людям пыль в глаза и дурачить их.

При последних четырех словах лицо Чжоу Юэшэна позеленело от ярости. Поглядев на Фу Шана, он заметил, что тот по-прежнему сохраняет загадочную полуулыбку — было непонятно, пропустил ли он это мимо ушей или затаил злобу.

— Небесный Мастер Фу, он вырос за границей и вернулся на родину совсем недавно, поэтому совершенно не разбирается в местных делах. Надеюсь, вы не станете брать в голову и судить его строго.

Фу Шан опустил пиалу на стол:

— Зачем начальник Чжоу пожаловал сегодня?

Видя, что Фу Шан ведет себя как обычно и не собирается преследовать их за дерзость, Чжоу Юэшэн с облегчением выдохнул:

— Во-первых, я пришел выразить благодарность. В тот день Небесный Мастер Фу спас мне жизнь, но я так и не успел толком отблагодарить вас, поэтому сегодня нанес визит с небольшой скромной данью, надеюсь, Небесный Мастер не побрезгует.

С этими словами Чжоу Юэшэн передал купленные на Восточном рынке сладости управляющему Хэ. Дождавшись, пока тот возьвет сверток, Чжоу Юэшэн продолжил с легкой заминкой:

— А во-вторых... дело касается моего заместителя...

Лицо Чжоу Юэшэна помрачнело.

— В его доме завелась какая-то дрянь, поэтому он очень просит Небесного Мастера взглянуть на это дело.

— Начальник, я же говорил, это вовсе не...

— Да при чем тут «не то»! — оборвал его Чжоу Юэшэн, грохнув обеими руками по журнальному столику так, что чуть не сорвался на крик. — Если бы и впрямь было не то, ты бы не тащился за мной хвостиком!

Уняв часть гнева, Чжоу Юэшэн снова повернулся к Фу Шану:

— Небесный Мастер Фу, этот парень мне приходится племянником. Если он где-то сморозил глупость, прошу снисходительно простить. Но на кону человеческие жизни, поэтому я очень надеюсь, что Небесный Мастер согласится съездить в родовое поместье семьи Цзян и во всем разобраться.

Только услышав это, Фу Шан поднял взгляд на заместителя начальника.

Парень лет двадцати пяти на вид, высокий, излучающий правильную, светлую энергетику, но между бровей смутно залетела тень зловещей одержимости — судя по всему, в его доме действительно поселилась какая-то скверна.

Заметив чужой интерес, заместитель начальника смущенно отвел глаза, не смея встретиться с Фу Шаном взглядом.

Глава 7. Вход в поместье Цзян

Десятки лет назад семья Цзян была влиятельным и богатым кланом, однако после смерти главы рода брат и сестра разъехались, и былое величие семьи увяло.

Когда путники приблизились к воротам родового поместья Цзян, двухметровые каменные львы и потускневшая золотая табличка еще хранили отзвуки былого процветания.

Фу Шан вышел из повозки и, бросив лишь мимолетный взгляд на вход, сразу понял, в чем кроется проблема.

Чудища на балках, золото у дверей.

Дом — как сосуд, ворота — как пасть.

Энергия жизни не входит, энергия смерти не выходит.

— Ваша семья в прошлом не переходила никому дорогу?

Вопрос Фу Шана прозвучал столь неожиданно, что Чжоу Юэшэн и Цзян Син на мгновение опешили:

— Небесный Мастер Фу, мой покойный брат, конечно, не был святым, но отличался кротким нравом и никогда ни с кем не враждовал.

Видя, что Фу Шан молчит, Чжоу Юэшэн заволновался еще сильнее:

— Неужели дело настолько запутанное и сложное, Небесный Мастер?

Фу Шан не стал отвечать напрямую:

— Ждите здесь, я сначала зайду внутрь и осмотрюсь.

Цзян Син хотел было последовать за ним, но Чжоу Юэшэн вовремя удержал его за руку:

— Раз уж Небесный Мастер так сказал, не стоит путаться под ногами. Давайте подождем здесь.

— Но...

Чжоу Юэшэн покачал головой, и его твердый взгляд ясно давал понять: спорить не нужно.

...

Внутри поместье Цзян утопало в густом тумане, видимость стояла крайне низкая. Заброшенный на вид особняк казался вымершим и безмолвным, словно в нем давным-давно никто не жил.

По словам Цзян Сина, перед тем как его сестра Цзян Юэ въехала сюда, он нанял людей для генеральной уборки, а также приставил нескольких слуг для ведения хозяйства и ухода за ней. Но судя по нынешней обстановке, этих несчастных ждала незавидная участь.

Из глубин усадьбы внезапно донесся чей-то напев.

Звук доносился издалека, пробиваясь сквозь стены и пелену тумана, и разобрать слова было почти невозможно.

По мере того как они приближались, пение стало слышнее сквозь разреженный туман, и окружающая обстановка начала проясняться.

— Милый видит меня... милый помнит меня... знает милый: сердце мое чище вод...

Буду с тобою... буду повсюду... жду тебя — глядишь, и луна взойдет...

В беседке посреди пруда на заднем дворе семьи Цзян женщина в ярко-красной шелковой ципао сидела спиной к Фу Шану на перилах.

Она смотрела на свое отражение в глади воды, поправляла прическу и наносила румяна, напевая незнакомый мотив и легко улыбаясь воде, отражающей полную луну.

Однако стоило в воде появиться чужому отражению, как улыбка на лице женщины застыла, и она с недоумением повернула голову.

Незваный гость выглядел выдающимся человеком, волосы закреплены нефритовой шпилькой, а в его горделиво-отстраненном выражении лица таилось нечто такое, от чего у женщины на секунду перехватило дыхание.

Затуманенным взором она всматривалась в лицо Фу Шана, будто видя за ним кого-то другого.

Опустив взгляд и заметив в руке Фу Шана Белую Нефритовую Бусину, женщина словно что-то припомнила и забормотала про себя:

— Люди из семьи Фу...

Фу Шан попытался заговорить, но женщина медленно отвернулась к зеркальной глади воды и затянула песню сызнова.

Пение раскатывалось по закоулкам поместья Цзян, перекатываясь волнами — звенящее, пустое и оттого еще более жуткое.

— Ты из семьи Цзян?

Женщина запнулась, словно сама сомневаясь в ответе:

— Да...? Наверное, нет...

http://bllate.org/book/25772/3081266