Готовый перевод My School's Voice-Controlled Pet Raised a Daddy / Голос, который сводит с ума: Мой персональный папочка: Глава 9

Но при этом он не смел даже взглянуть на мужчину прямо.

Сесил слегка прищурил глаза, примерно понимая, в чём тут дело, и непреклонно потребовал:

— Поклянись.

— Поклясться? — Су Синчунь сглотнул слюну. — Вообще-то клятвы на нашей стороне не то чтобы сильно… заслуживают доверия.

Впрочем, нет, на самом деле они всё-таки работают.

*Рыдает*

— Ой! — взвизгнул Су Синчунь, чувствуя, как весь он вместе со стулом начинает кружиться.

Это Сесил легко и непринужденно оттащил его вместе со стулом к самому подоконнику.

В следующий миг чья-то рука силой развела его ноги в стороны.

— Это как-то нехорошо…

Опустив голову и глядя на то, в каком положении они с Сесилом оказались, он произнес это с таким видом, будто готов был горько заплакать.

Сесил раздвинул его ноги и зафиксировал их.

Ноги Су Синчуня оказались широко расставлены, слегка упираясь в бедра Сесила.

Чтобы сбежать из такой позы, человеку прежде всего нужно было встать, но вся беда заключалась в том, что ноги были расставлены настолько широко, что подняться не получалось.

Сесил уголки губ изогнул в ухмылке:

— Разве не ты писал об этой позе?

Да где я такое писал?!

Там ведь черным по белому было написано, что обе ноги забрасываются наверх!

Су Синчунь решительно запротестовал:

— Это совсем другое!

Сесил чуть качнул ногой, явно собираясь поднять ее выше, и раскрасневшийся Су Синчунь, охваченный острейшим чувством стыда, торопливо прижал его ногу к месту.

— Ладно-ладно, не нужно другого!

Только тогда Сесил убрал улыбку, а его тон стал чуть более серьезным:

— Ты еще не ответил на мой вопрос.

Су Синчунь боязливо и трепетно спросил:

— И мне отвечать вот так?

Сесил кивнул.

Пропалá моя головушка, подумалось Су Синчуню: если он ответит неудачно, сегодня ему из этого кресла живым не выбраться.

Он кашлянул в кулак:

— Если я скажу правду, папочка, ты ведь простишь меня, правда?

Сесил приподнял бровь: когда всё хорошо — просто обращается на ты, а как прижмет — сразу зовет папочкой, этот котенок и впрямь невероятно избалован.

— Выкладывай.

— Ну раз я сказал, что скажу, ты должен меня простить, ведь ты сам просил рассказать.

— Их всего-то было раз-два…

Сказав это, Су Синчунь не отрывая глаз смотрел на него — взгляд его пылал решимостью и был неколебим.

У него на лице буквально было крупными буквами написано: «Ну пожалуйста, поверь мне!»

Сесил не сделал ни движения, не выказал и капли доверия, а лишь холодно обронил:

— Поклянись.

В этот момент в голове у Су Синчуня крутилось лишь одно: мне конец, полнейший конец!

Левое полушарие: да поклянись ты против совести, и дело с концом!

Правое полушарие: только что мы уже поклялись не так, как надо, и вот к чему это привело!

Спустя добрую пол-листа времени Су Синчунь так и не решился произнести клятву. Вместо этого он надул губы и обиженно пробормотал:

— Ты же сам заставил меня рассказать.

Сесил с выражением беспомощного смирения легко кивнул.

И тогда Су Синчунь решил пойти ва-банк:

— Десять-двадцать!

Услышав цифру «десять», а не «сотню», «тысячу» и даже не «миллион», Сесил в глубине души даже испытал легкое злорадство и облегчение.

Он шевельнув ногой, и Су Синчунь немедленно — точь-в-точь как кошка, которой наступили на хвост — со страху втянул обе ноги, закинул их на стул и испуганно обхватил себя руками.

Он дрожал, обхватив колени руками:

— Я… я всё рассказал…

Сесил протянул руку, обхватил его за талию, приподнял юношу, после чего одним пинком отбросил стул и поставил его на пол.

Су Синчунь еще толком не успел опомниться от череды этих стремительных движений и так и стоял, растерянно хлопая глазами, пока мужчина ласково не погладил его по голове.

— Какая честность, хороший мальчик.

Су Синчунь шумно выдохнул, наконец возвращаясь в реальность.

До смерти перепугал.

На этот раз пронесло?

Искоса взглянув на выражение лица Сесила, он решил как можно скорее сменить тему.

Поэтому он с видом крайнего усердия открыл ноутбук и перешел к делу:

— Ладно, давай скорее обсудим тот договор! Разве у тебя не было новых условий?

Сесил бросил на него косой взгляд:

— Первое новое условие: покажи мне сообщения, которые ты отправлял.

— …!?

Автор пишет:

Сценка: В один прекрасный день Су Синчунь прямо на глазах у Сесила получил запрос в друзья от одной из тех самых десятков-двадцати особ.

Он уже собрался молниеносно отправить ее в черный список, но Сесил остановил его и велел принять заявку.

Некто: Разве ты не говорил, что среди всех, кого ты любишь поочередно, я — самый любимый?

Сесил, указывая на эту строчку и прекрасно зная ответ, наигранно поинтересовался:

— Что это значит?

Су Синчунь: …У меня тут попа побаливает, я пожалуй пойду.

Как целоваться, сидя на коленях?

Су Синчунь прикусил губу и, нерешительно теребя пальцы, замялся:

— Но ведь всё это написано по-китайски, разве ты сможешь прочитать?

Лицо Сесила помрачнело.

Су Синчунь, который только что вновь совершил круг почета по самому краю опасной зоны, спешно зажал себе рот ладонью.

— Ладно-ладно, я покажу!

Возмущенно фыркнув, он открыл ноутбук, вошел под своей учетной записью, а затем изогнул губы в хитрой ухмылке и бросил косой взгляд на склонившегося над экраном Сесила.

Он был уверен, что Сесил ничего там не поймет.

А как только тот отвлечется, он все это ударит и скроет — и никаких проблем!

Су Синчунь от предвкушения прищурил глаза и гостеприимно подвинулся, уступая мужчине немного места.

Заодно решив в очередной раз выразить преданность:

— Я показываю это только потому, что люблю тебя! Другим я такого ни за что не покажу…

Сесил на секунду замер во время чтения и небрежно бросил на него взгляд.

Су Синчунь с чувством вины опустил глаза:

— …Конечно, никаких других и нет, клянусь четырьмя пальцами.

Он поднял вверх четыре пальца.

Сесил отвернулся и принялся сам управлять мышкой, а Су Синчунь перевел дыхание. Но стоило ему повернуть голову обратно, как он увидел, что курсор замер на одной из его собственных фраз, выведенных на экране.

И тут же над его ухом раздался приятный, будоражащий кровь голос:

— Моя месячная зарплата полторы тысячи, но я готов потратить на тебя тысячу триста четырнадцать, оставшиеся сто восемьдесят пять — это мой рост, а еще восемь юаней — мои кубики пресса. Не спрашивай, почему не хватает семи юаней: моя любовь к тебе приговорила меня к пожизненному заключению без права на помилование.

— Любой, кто хоть немного разбирается в психологии, знает, что этот блогер несчастлен. Каждое его движение выдает внутреннюю тревогу. Совершенно очевидно, что он хочет ко мне в гости.

Он замер на пару секунд, и первой его мыслью было вскочить на ноги, но в следующий же миг Сесил бесцеремонно вдавил его обратно в стул.

Су Синчунь: …

Посидев какое-то время на стуле, он озадаченно переглянулся с мужчиной:

— Откуда ты знаешь?

Он же специально выбрал веб-версию, которую нельзя напрямую перевести в два клика!

На самом деле Сесил знал ровно столько, сколько успел выучить: эти несколько фраз попадались ему на глаза в других аккаунтах Су Синчуня, поэтому он попросил учителя китайского языка разобрать их с ним.

Но сейчас его лицо сохраняло непроницаемое выражение — не подкопаешься, ни единой трещинки.

Сесил приподнял бровь, бросил на него короткий взгляд и обронил:

— Выучил.

После чего самостоятельно закрыл мозолящую глаза веб-страницу и, повернув голову, в упор уставился на Су Синчуня, словно матёрый лев, преследующий отбившуюся от стада добычу и наблюдающий за ее реакцией.

Су Синчунь не стал его останавливать, очевидно, о чем-то догадавшись.

— Ты сам это выучил?

В его голосе звучала нерешительность, а на лице проступило смущение.

Сесил ничего не ответил, его взгляд оставался спокойным.

Су Синчунь смущенно опустил глаза и пробормотал:

— Ты выучил это ради меня?

На самом деле догадаться было несложно, ведь кроме него у Сесила не было ни малейшей причины учить китайский.

На душе у Су Синчуня было тяжело и смутно: он испытывал одновременно и трогательную благодарность, и жгучий стыд.

Он никак не ожидал, что Сесил станет учить китайский язык.

Да еще и освоит его так быстро! Ведь всем известно, насколько трудно дается китайский — его официально признают самым сложным языком в мире!

Должно быть, ему пришлось очень нелегко.

Но…

Он скривил губы и тихонько пробурчал себе под нос:

— Вообще-то я всё пишу по-английски, китайский там совсем не нужен.

На лице Сесила, обычно столь невозмутимом, на мгновение отразилась полная растерянность.

Он глубоко вздохнул, внезапно ощутив шок от осознания того, что пропасть между людьми порой бывает куда глубже, чем пропасть между человеком и животным.

Это было всё равно что обнаружить, что лев гнался вовсе не за добычей, а за камерой наблюдения в саванне.

Голос Сесила прозвучал тяжело:

— Ты хочешь сказать, что я занимался излишней самодеятельностью?

— Да нет же… — Су Синчунь прикусил губу, с опаской наблюдая, как темнеет лицо мужчины, и поспешно пообещал: — Ладно! В следующий раз я напишу главу на китайском! Клянусь, ни капли тяжелого труда папочки не пропадет зря!

Лишь спустя какое-то время Сесил вернул себе привычную невозмутимость и принялся обсуждать с Су Синчунем новый договор.

Левым ухом Су Синчунь слышал, что Сесил собирается работать бесплатно, а правым — что он требует лишь одного: чтобы во время озвучки Су Синчунь находился рядом.

Его глаза округлились:

— И это всё? Тебе больше не нужны деньги?

— Не нужны, — покачал головой Сесил. — Но мне нужны твои десять юаней.

Су Синчунь тут же принялся расспрашивать зачем, но Сесил заговорил об эмоциональной ценности, затем о важности эмоциональной ценности — в общем, наговорил целую гору всего.

Хотя голос Сесила он безумно любил, работа на уроках — это совершенно другое дело!

Там столько незнакомых терминов, от них же уснуть можно!

Он тут же попытался остановить Сесила и с видом знатока изрек:

— То есть со мной тебе весело и радостно, поэтому денег не надо.

Сесил слегка нахмурился, а затем кивнул.

Су Синчунь подумал, что в общем-то логично: в конце концов, тот крутится в сфере услуг, вероятность столкнуться со всякими вредными типами у него огромная, так что нет ничего удивительного, что на душе у него скребут кошки.

Стоп, вредными типами?!

Он стремглав снова схватил Сесила за руку и ревниво предостерег:

— Смотри мне, другим больше ни за что не соглашайся!

После чего они принялись заново переписывать пункты договора.

Под конец Су Синчунь снова вернулся к теме тех десяти юаней и выразил беспокойство:

— Хватит ли этой десятки на проезд? В следующий раз можешь оформить проездной, я тебя научу.

Сесил окинул его долгим взглядом, словно собирался что-то сказать, но в конце концов стерпел.

Он почему-то был уверен: если озвучить это сейчас, для этого котенка станет не приятным сюрпризом,

а настоящим потрясением.

А Су Синчунь меж тем искренне считал, что угадал всё верно: раз уж Сесил готов работать бесплатно, неужели он позволит ему добираться за свой счет?!

Но раз уж всё было улажено!

Он радостно уставился на мужчину:

— Ну что, теперь мы можем наконец начать?!

Получив утвердительный кивок Сесила, Су Синчунь поспешил разыскать прежнюю тетрадь и протянул ее ему.

Перелистнув пару страниц, он быстро выбрал самую пикантную главу и сунул мужчине:

— Почитай вот это!

http://bllate.org/book/25751/3079242