Женщина резко обернулась, яростно пару раз перевела дыхание, затем подняла руку и проверила себя под носом и в уголки губ — убедившись, что на ней нет ничего странного, она снова резко развернулась.
В этот момент Е Линсю одной рукой придерживал руку Шэнь Цзыцина, слегка склонив голову и о чём-то с ним разговаривая.
Младшая подчиненная: ! ПППП!
А-а-а-а-а! Что я сейчас увидела?! Что я только что увиделааааа! Мне посчастливилось застать генерала и генеральшу в кровати! Ой, нет! Какая кровать!
У-у-у-у! Плевать! Как хорошо, что сегодня моя смена!
Подчиненная с глазами-звёздочками открыла личный терминал и перешла в режим съемки.
У неё не хватило бы смелости открыто сфотографировать Е Линсю и Шэнь Цзыцина, поэтому она украдкой сделала снимок их переплетенных рук и быстро выложила его на форум.
[А-а-а-а, старая карга только сегодня поняла, что генерал и генеральша просто созданы друг для друга! Подумать только, еще недавно я была преданной сторонницей партии корабля Е-Шэнь!
Во время ужина генерал позвал меня на задание, в итоге мне тут же продемонстрировали парочку! И тем не менее, я считаю, что можно повторить ещё раз!
Прим.: как водится, выкладываю фото, но смелости сфотографировать лицо генерала у меня нет, так что только руки, ка-ак]
[Фото]
Девица в военной форме, 6 июня 5500 года, 16:45
На фото были две переплетенные руки — обе длинные, сильные, с выступающими суставами. А на фоне сверкающих под ними лазурных стрел самострела эта картина казалась невероятно прекрасной и гармоничной.
Его стоило только опубликовать, как пост подчиненной привлек всеобщее внимание пользователей сети.
Хотя в прошлом медиа не раз сообщали о скорой свадьбе Е Линсю, точных доказательств не было, и большинство людей занимали выжидательную позицию, не веря слухам. Но этот пост подкрепил новости неопровержимыми фактами.
А-а-а-а! Эти руки! Фетишист на руки полностью удовлетворен!
Что до содержания поста? Пойду сперва облизнусь, потом почитаю!
Инвалид умственного труда, 6 июня 5500 года, 16:45
Молча взгляну на верхний комментарий.
Сказать по правде, свадьба генерала и впрямь настоящая, мне так грустно, чувствую себя брошенной(ой).
Печаль рекой течет, 6 июня 5500 года, 16:46
Разбитое сердце [плюс один]…
Те, кто сверху, кто-нибудь собирается на крышу? Захватите меня с собой.
Но руки у них и правда потрясающие…
Встретимся на крыше, 6 июня 5500 года, 16:47
Ха-ха, неужто правда, что старший молодой господин Шэнь выходит замуж за генерала?!
Решительно против! Пусть на себя посмотрит, достоин ли он!
Ха-ха-эх, 6 июня 5500 года, 16:48
Решительно против [плюс один]!
Как этот ничтожный старший молодой господин Шэнь может быть достоин нашего генерала Е?!
Смотрю сериалы нон-стоп, 6 июня 5500 года, 16:50
Подписываюсь под каждым словом!
QAQ, 6 июня 5500 года, 16:50
Неужели я одна обратила внимание на этот самострел внизу?
Автор, умоляю, скажи мне, что это сделал не старший молодой господин Шэнь!
Вечно не там акценты, 6 июня 5500 года, 16:52
Охренеть, да я знаю этот самострел! В своё время я на уроке оружейного дела больше пятидесяти раз пытался его сделать, но так и не преуспел!
QAQ, 6 июня 5500 года, 16:55
Там целая толпа плюсующих…
Подчиненная почувствовала, как у нее задергался глаз. Она закрыла личный терминал и подняла голову на Шэнь Цзыцина.
К этому моменту Шэнь Цзыцин уже подходил к финалу работы.
Лицо юноши слегка побледнело, лоб покрылся испариной, вид у него был очень уставший, зато глаза горели невероятным блеском. Движения рук не только не замедлились, но, казалось, даже стали чуть быстрее.
Е Линсю вытер ему пот: — Ничего страшного, не спеши, делай спокойно. Как закончишь, я отвезу тебя обратно.
Шэнь Цзыцин даже не поднял головы: — Угу.
Его выражение лица было сосредоточено до предела — казалось, работа в его руках вызывала у него неподдельный интерес.
Подчиненная понаблюдала за ним с минуту, а затем тихо произнесла: — Как жаль…
Голос её был тихим, а Шэнь Цзыцин — слишком увлеченным, так что он ничего не услышал, но Е Линсю расслышал.
Е Линсю на мгновение замер, а затем сразу понял смысл слов подчиненной: у Шэнь Цзыцина явно был высочайший талант и страсть к созданию мех.
Если бы такие талант и интерес проявились у кого-то другого, это, конечно, было бы благом — в государстве Хуа, возможно, появился бы еще один мастер по изготовлению мех.
Но в случае с Шэнь Цзыцином…
Минимальное требование к физической силе для создания мех — это уровень C, а у Шэнь Цзыцина… всего лишь D.
Глядя на сияющие глаза Шэнь Цзыцина, Е Линсю вдруг почувствовал укол жалости и невольно вздохнул.
Злые шутки судьбы…
Когда Шэнь Цзыцин полностью собрал и подогнал пятизарядный самострел, прошло всего около часа.
Один час — срок немалый, но для человека, впервые столкнувшегося с созданием оружия, такой результат был верхом гениальности. Если бы это произошло в открытом мире, мастера оружейного дела наверняка перегрызлись бы друг с другом за право заполучить такого таланта.
Е Линсю был поражен выдающимся талантом Шэнь Цзыцина, но припомнив его физическую силу, не дотягивающую до проходного балла, мог лишь сухо бросить: — Неплохо. Устал? Отдохнем немного перед тем, как отправиться назад?
Шэнь Цзыцин не придал этому значения, лишь с улыбкой вытер пот со лба: — Угу.
Стоявшая в стороне и уже умирающая от голода подчиненная молча глянула на время.
Восемь часов шесть минут.
Отлично, если я буду двигаться достаточно быстро, то еще успею на ночной перекус.
…Почему мне так себя жалко?
Е Линсю оглянулся на подчиненную, давая понять, что пора приступать к проверке и расстановке.
Подчиненная кивнула и достала заготовленные инструменты для тестирования.
Как бы легкомысленно она ни вела себя в обычное время, в конце концов, она была военнослужащей государства Хуа, и когда дело доходило до работы, отлынивать она не собиралась.
Взяв лазерный резак, подчиненная осторожно отпилила от кучи черного железа крошечный кусочек толщиной с волосок и быстро поместила его в диагностический прибор, только что извлеченный из пространственной пуговицы.
Машина заработала, и подчиненная с замиранием сердца уставилась на экран.
Вскоре результаты проверки были готовы. Взглянув на них, подчиненная широко распахнула глаза в диком восторге: — Генерал! Чистота этой партии черного железа составляет 85,67%!
Ценность черного железа напрямую зависела от его чистоты: чем чище металл, тем сильнее его адгезивные свойства и тем мощнее получалось изготовленное из него оружие.
Обычно чистота руд черного железа была не такой уж низкой, но в основном держалась около 60%! Месторождение же с показателем выше 75% уже считалось небывалой редкостью.
Самое чистое черное железо, добытое в Звездном союзе ранее, имело чистоту 90,23%. И хотя этот минерал не был абсолютным рекордсменом, его смело можно было отнести к высшей категории.
К тому же масштабы этого месторождения черного железа колоссально превосходили все предыдущие открытия. Для залежей такого масштаба даже средняя чистота в 70% уже стала бы поводом для радости.
А сейчас результаты тестов показали 85,67%!
Е Линсю и Шэнь Цзыцин переглянулись, и в глазах обоих читалась неожиданная радость.
Оба они понимали, что это значит: имея такую партию черного железа, если не случится непредвиденного, государство Хуа еще как минимум пять столетий сможет удерживать непобедимые позиции!
Хотя государство Хуа и превосходило другие державы во всех отношениях, двух рук не хватит против десятка кулаков, и в последнее время соседние страны начали проявлять тенденцию к объединению, доставляя немало головной боли руководству Хуа.
Теперь же, с появлением этих запасов руды, можно было не опасаться не только союза нескольких мелких соседних государств, но и куда большего их числа!
Это, безусловно, была величайшая новость!
Е Линсю помедлил секунду, а затем тут же принялся рассылать сообщения родителям и ближайшим подчиненным.
Обнаружение месторождения черного железа — событие чрезвычайной важности, поэтому оповестить всех следовало как можно раньше, чтобы составить идеальный план действий.
Шэнь Цзыцин тоже был рад, но здесь у него не было ни подчиненных, кому стоило бы докладывать, ни особо близких знакомых. Нашлось от силы пара человек, но из-за их статуса ему приходилось сдерживаться и молчать, отчего на душе скребли кошки — эдакое удушающее ощущение человека, который держит в руках сокровище, но не может им похвастаться.
Не найдя иного выхода, Шэнь Цзыцин включил личный терминал на запястье и принялся рассеянно пролистывать его содержимое.
Этот терминал принадлежал прежнему владельцу тела; вещица была не из дорогих, однако судя по виду, ею пользовались довольно долго. Прежний хозяин берег аппарат: его черная, похожая на жемчужину поверхность сияла чистотой, без единой царапины.
Раньше Шэнь Цзыцин думал лишь о том, что раз это вещь бывшего владельца, то он имеет полное право ею пользоваться. Однако копаться в чужих записях казалось некрасивым — это нарушало чужое личное пространство.
Но времена изменились: прежний хозяин оставил после себя слишком много незаконченных дел, и если бы он не разобрался в деталях, то рано или поздно обязательно бы прокололся.
Успокоив себя подобным образом, Шэнь Цзыцин втихаря открыл историю в личном терминале.
К его удивлению, записей там оказалось совсем немного.Старший молодой господин Шэнь казался крайне осторожным человеком: даже историю просмотров в сети он очищал на лету. Шэнь Цзыцин просмотрел всё вдоль и поперек три-четыре раза, но, к своему удивлению, так ничего и не обнаружил.
Не смирившись с неудачей, Шэнь Цзыцин применил свою оцифрованную духовную силу, чтобы взломать систему и проверить всё до мельчайших деталей.
И наконец, этот осмотр принес свои плоды.
В хранилище личного терминала прежнего владельца тела обнаружилась скрытая папка, занимавшая колоссальный объем памяти. Шэнь Цзыцин с легкостью взломал пароль и открыл ее.
Однако, стоило ему заглянуть внутрь, как он остолбенел.
Папка была до отказа забита фотографиями самыми разными фотографиями: с прогулок, из повседневной жизни, с отдыха, за учебой — всех и не перечислить.
Но при этом главный герой на всех снимках был неизменно один и тот же.
Слегка нахмурившись, Шэнь Цзыцин снова и снова, вдоль и поперек, с предельной внимательностью пересмотрел эти фотографии, отчаянно пытаясь припомнить каждого человека, появлявшегося рядом с ним с самого момента его пробуждения, но так и не смог сообразить, кто же изображен на снимках.
На фотографиях была запечатлена девушка в красном. Красное платье, яркая красота, миндалевидные глаза, иссиня-черные волосы — невероятно хороша собой.
И тем не менее... за этот месяц с лишним она не появлялась здесь ни разу.
Неужели это кто-то совершенно незнакомый?Если они незнакомы, почему прежний владелец тела хранил столько её снимков? Неужели прежний хозяин был тайно в неё влюблен? И потому исподтишка преследовал её и делал тайные фото?!
Шэнь Цзыцин представил, как прежний владелец тела в одиночку тайком следует по пятам за этой женщиной в красном с лицом помешанного фаната тайком снимает её, а потом, возможно, ещё и занимается исподтишка какими-то неизъяснимыми вещами… и его аж передёрнуло от мощной дрожи.
Нет! Всё наверняка было совсем не так!
— Что с тобой?
С другой стороны, Е Линсю уже обсудил все вопросы с родителями и подчиненными и хотел позвать Шэнь Цзыцина уходить, но, заметив, что тот уставился в свой личный терминал, не моргая и не отрывая глаз, слегка удивился и не удержался от вопроса.Он задал вопрос и одновременно направился к Шэнь Цзыцину, словно желая заглянуть в его экран и посмотреть, что тот разглядывает.
От этого приближения Е Линсю Шэнь Цзыцин весь задрожал от испуга и на рефлексе судорожно нажал кнопку удаления.
— ... — молчал сто двадцать пятый.
— ... — молчал Шэнь Цзыцин. Черт побери! Он же собирался вернуться, выгрузить эти снимки в сеть и поискать, кто эта девушка! А теперь что? Взял и стер всё разом!
Шэнь Цзыцин посмотрел на палец, который только что рефлексивно нажал на удаление, и испытал непреодолимое желание отрубить его на месте.На самом деле, с современными технологиями личных терминалов, если владелец сам не переключил его в режим обычного экрана, стоящий позади человек вообще ничего не смог бы увидеть.
Но Шэнь Цзыцин по привычке из прошлой жизни пользовался видимым для окружающих коммуникатором. Внезапно почувствовав укол совести, он рефлекторно нажал кнопку удаления.
Заметив странное выражение лица Шэнь Цзыцина, Е Линсю не удержался от вопроса:
— В чем дело? Родители требуют, чтобы ты возвращался?
Лицо Шэнь Цзыцина на мгновение исказилось:
— Да… Велят возвращаться пораньше.
— Тогда пошли, — сказал Е Линсю.
Младший подчиненный, стоя позади, махал платочком вслед удаляющимся плечом к плечу мужчинам. Бросив взгляд на часы, он едва не заплакал и прикусил костяшки пальцев.
Эх, девять сорок три…
Ха-ха-ха, думаю, все, что съедено до завтрака, вполне можно считать ночным перекусом.
Тем временем Шэнь Цзыцин сидел в личном флаере Е Линсю и общался с 125 через оптомозг.
— 125, тебе доводилось видеть женщину с той фотографии? — мысленно спросил Шэнь Цзыцин.
Хотя Великий маршал Шэнь был абсолютно уверен в собственной памяти, у каждого случаются моменты рассеянности. К тому же он от природы не слишком хорошо запоминал чужие лица, так что не заметить чего-то поначалу было вполне нормально.
— Видеть-то не видел… но мне почему-то кажется, что лицо этой женщины до боли знакомо… Только вот никак не пойму, почему… — отозвался 125.
Знакомо?
Шэнь Цзыцин погрузился в задумчивость, мысленно восстанавливая внешность той женщины.
Миндалевидные глаза, брови в форме ивовых листьев, тонкая талия и гибкий стан…
При ближайшем рассмотрении ее облик и впрямь казался до странности знакомым, но он никак не мог вспомнить, где именно ее видел или на кого она была похожа.
Шэнь Цзыцин ушел в себя настолько глубоко, что даже не ожидал, когда кто-то внезапно коснется его глаз.
Вздрогнув от неожиданности, он инстинктивно отпрянул назад и вылупился на сидевшего рядом Великого генерала Е.
Тот дотронулся до довольно чувствительного уголка глаза. Когда с Шэнь Цзыцином обращались подобным образом? В тот же миг у него едва ли не шерсть встала дыбом!
Глядя на реакцию Шэнь Цзыцина, похожего на испуганного кота, Е Линсю невольно нашел это забавным, однако вслух произнес лишь:
— Почему твое тело кажется еще более слабым, чем в прошлый раз?
Шэнь Цзыцин замер, а Е Линсю тем временем снова протянул руку и мягко коснулся уголка его глаза:
— У тебя тут всё покраснело…Ранее Шэнь Цзыцин потратил слишком много физических сил на создание пятизарядного самострела, и после завершения работы уголки его глаз покраснели.
Шэнь Цзыцин моргнул, а затем сообразил: судя по всему, подействовали стимуляторы, которые ему ранее вкололи У Я и У Линь.
Однако об этом нельзя было говорить Е Линсю, поэтому он лишь улыбнулся, опустив взгляд:
— Ничего страшного, наверное, просто устал.
Сказав это, он снова поднял глаза и бросил взгляд в окно летательного аппарата:
— Приехали.
Е Линсю на мгновение замер и тоже повернул голову.
И действительно, за окном сияли огни — это была усадьба Клана Шэнь.
Е Линсю помолчал немного и произнес:
— Я провожу тебя донутри.
Шэнь Цзыцин кивнул.
Но когда Е Линсю подошел к главным воротам Клана Шэнь, Шэнь Цзыцин вдруг обернулся, посмотрел на него с улыбкой и сказал:
— Хватит, на этом закончим. Генерал Е, возвращайтесь, а я войду один.
Е Линсю на секунду замялся:
— Я все же провожу тебя.
Шэнь Цзыцин улыбнулся:
— В такое время — идти со мной домой одному? Что это значит? Лучше возвращайся. Это мой дом, неужели со мной что-то случится?
Е Линсю помолчал пару секунд и наконец произнес:
— Хорошо, будь осторожен.
Шэнь Цзыцин кивнул и направился вглубь усадьбы Клана Шэнь.
Е Линсю остался стоять на месте, глядя в спину Шэнь Цзыцину, и вдруг крепко сжал кулаки. Осталось два дня.
Великий генерал Е неожиданно для себя не удержался и окликнул:
— Шэнь Цзыцин…
Тот замер и оглянулся на него.
Е Линсю несколько раз открывал рот, но так и не смог заставить себя произнести фразу: «Через два дня жди, я приду за тобой», поэтому лишь бросил:
— Спокойной ночи.
Шэнь Цзыцин улыбнулся:
— Спокойной ночи.
Стройная, но прямая фигура мужчины постепенно растворилась во тьме.
А впереди горели яркие огни.
Е Линсю смотрел на это еще какое-то время, пока Шэнь Цзыцин не вошел в главные ворота усадьбы, и только после этого развернулся и ушел.
Вскоре он будет горько сожалеть о своем нынешнем столь беспечном уходе и бесчисленное количество раз захочет вернуться в этот момент, чтобы заставить себя пойти следом за Шэнь Цзыцином.
Но сейчас…
Е Линсю открыл дверцу летательного аппарата, сел внутрь и уехал.
Шэнь Цзыцин сказал: «Это мой дом, что со мной может случиться?»
Мужчина открыл парадную дверь и только ступил на порог прихожей, как прямо ему в лицо полетела керамическая чашка для чая.
Шэнь Цзыцин испугался и поспешно отпрянул в сторону, чашка разлетелась на осколки прямо рядом с ним, а чай забрызгал весь пол.
— Ты наконец-то вспомнил, что нужно вернуться?! Разве тебе не велели вернуться пораньше?!
Шэнь Цзыцин опешил, поднял глаза и увидел, что впереди в гостиной на него с яростью смотрит Шэнь Цан.
А позади него сидели двое пожилых людей — мужчина и женщина, которым было уже около шестидесяти.
Неужели… это его дедушка с бабушкой?
На самом деле атмосфера в гостиной была вовсе не такой напряженной, какой ее представлял себе Шэнь Цзыцин перед входом.
Если не считать пылающего гневом Шэнь Цана, лица остальных выглядели совершенно спокойными.
Шэнь Цзыцин поднял глаза и посмотрел на двух стариков, неторопливо попивавших чай на диване за спиной Шэнь Цана, и мысленно все понял: должно быть, это и есть его дедушка с бабушкой.
Родственники по материнской линии у старшего молодого господина Шэня почти все давно погибли, но вот со стороны отца почти все были живы.
Клан Шэнь был влиятельным и богатым кланом, однако родственников у них было раз-два и обчелся, если пересчитывать — набиралось всего человека три-четыре.
Дедушку Шэнь Цзыцина звали Шэнь Гуаньянь, и если отмотать лет семьдесят-восемьдесят назад, в политических кругах он был весьма авторитетной и непреклонной фигурой; его жену звали Сяо Цян, она происходила из знатного и влиятельного рода, говорила мало, но отличалась исключительной проницательностью.
По правде говоря, эти старики относились к Шэнь Цзыцину вполне сносно: хотя в их семье и не было принято сюсюкать с внуками, словно с драгоценностями, заботы о нем хватало.
Шэнь Цзыцин был законным и при этом старшим сыном в Клане Шэнь, а его мать Шэнь Гуаньянь лично сосватал Шэнь Цану в законные жены, так что его статус в сердцах стариков, разумеется, был особым.
Он шел ни в какое сравнение с каким-нибудь вторым молодым господином Клана Шэнь.
По крайней мере, внешне дело обстояло именно так.
Увидев вошедшего Шэнь Цзыцина, Шэнь Гуаньянь, который всё это время потягивал чай, опустил чашку на стол:
— Вернулся?
Шэнь Цзыцин не до конца понимал характер отношений между прежним владельцем тела и его дедушкой с бабушкой, поэтому просто выпрямился и как можно более почтительно ответил:
— Да.
Шэнь Гуаньянь окинул Шэнь Цзыцина взглядом:
— Сегодня был выпускной тест? Как сдал? Не то чтобы я упрекал тебя, Цзыцин, но ты — законный старший сын моего Клана Шэнь, а значит, должен стараться изо всех сил; сколько бы ни пыжился всякий сброд, это не имеет никакого значения, ведь в родословной Клана Шэнь его все равно нет. Ты же другое дело: когда меня не станет, Кланом Шэнь придется управлять тебе.
Именно когда меня не станет, а не когда не станет твоего отца.
http://bllate.org/book/25685/3067551
Сказали спасибо 0 читателей