Готовый перевод 99 Days in Teldrassil: Paying Off Debts / 99 дней в Таиланде: расплата с боссом: Глава 10

Ли является это божеством или призраком — станет ясно при первой же встрече.

Му Сай вмиг воспрянул духом, и даже шаги его стали лёгкими.

Верно говорят: люди больше всего стараются, когда творят мерзости.

Только что опустилась ночь.

Ян Ди и Ци Чжаосюй успешно встретились и сидели друг напротив друга в небольшом ресторанчике на втором этаже.

Ян Ди с озабоченным видом помолчал немного, после чего достал из кармана часы и вернул их собеседнику:

— Не говори, мол, брат тебе не помогал — эту вещь здесь не продать.

Ци Чжаосюй слегка нахмурился:

— Даже настоящую не продать?

— Слишком дорого, ни у кого не найдётся сразу столько наличных.

— И что теперь делать?

Ян Ди перевёл взгляд и, прикрыв рот рукой, проговорил:

— Приоткрою тебе завесу тайны: эта штука всё ещё на дне шахты.

Тёмные глаза Ци Чжаосюя казались в свете ламп немного глубокими. Он снова надел часы на запястье:

— Большое спасибо.

Ян Ди сделал глоток крепкого алкоголя и махнул ему рукой:

— Брось, мы же оба китайцы, больше я ничем помочь не могу.

Когда Ци Чжаосюй ушёл, его фигура быстро растворилась в толпе.

Ян Ди посмотрел со второго этажа вниз и тяжело вздохнул.

— Что такое? Неужели тебя всё ещё мучит совесть?

Голос раздался прямо за его спиной, и человек в костюме-чжуншаньке уселся напротив без лишних приглашений.

— Третий мастер У шутит. Всё ради выживания, против воли не попрёшь. — Ян Ди чокнулся с ним бокалом, выказав лёгкую беспомощность.

Кто же виноват, что Ци Чжаосюй явился так не вовремя? Раз уж подвернулся козёл отпущения, грех было не подставить его.

— А ты с чего так уверен, что он точно туда пойдет? — У Шань крутил на большом пальце нефритовое кольцо, и его настроение вернулось в норму.

— У него нет денег, он наверняка рискнёт. В юности все склонны к авантюрам.

Ян Ди угадал.

Вернувшись в комнату, Ци Чжаосюй действительно собирал вещи: фонарик, верёвка, кинжал...

Жун Эньси сидела у окна и ковыряла маникюр, то и дело поворачиваясь, чтобы взглянуть на него.

— Ты о чём-то спросить хочешь? Нельзя ли по прямоте душевной? Каждые три минуты оборачиваться и смотреть на меня — это жутко бесит, знаешь ли.

У Ци Чжаосюя уже мурашки по коже шли.

— Ты же прекрасно знаешь, что он тобой пользуется, но всё равно идёшь на его поводу в шахту? Ты понимаешь, что ждёт обычного человека, если он сунется к частным рудникам посреди ночи?

— Знаю. Верная смерть, очевидно же.

— И всё равно идёшь?

— Ты понимаешь, что для меня значит сняться в тайском лакорне в жанре броманса?

Хотя Жун Эньси догадывалась, что положение Ци Чжаосюя в Стране Лун было далеко не простым — возможно, знатное или очень богатое, — она всё же спросила:

— Что?

— Забудь, проехали.

Вслух он этого не произнёс, но в мыслях Ци Чжаосюй всё разложил по полочкам.

Это же, блин, позор на головы предков до восемнадцатого колена! Вернись он домой — его бы сперва подвергли линчи, а потом вычеркнули из семейных списков.

Согласился же он на эти съёмки лишь потому, что числился здесь нелегалом. Будь у него хоть какие-то связи, он ни за что не позволил бы Ли Шисяо одержать верх.

Поэтому, прежде чем разыграется этот фарс, он во что бы то ни стало должен заранее вернуть те два миллиарда.

Поразмыслив целую неделю, он и положил глаз на этот лакомый кусочек — рудник. Во что бы то ни стало придется побороться за него с местными воротилами.

Жун Эньси заранее предупредила: ночью там грязно и опасно, она ни за что не пойдёт с ним.

Ци Чжаосюй и не настаивал. С ней было бы только больше хлопот, одному действовать куда проще.

Оставалось лишь рискнуть этой ночью: превратить велосипед в мотоцикл.

Два часа ночи.

Маленькая деревушка наконец полностью погрузилась в тишину.

Натянув чёрную кепку и бросая вокруг опасливые взгляды, Ци Чжаосюй старался не ходить по главным дорогам и добрался до входа в шахту лишь спустя добрых тридцать минут.

У входа возвышалась смотровая вышка, там постоянно дежурили стражники, а впереди виднелись палатки лагеря.

Обойдя периметр ещё раз, Ци Чжаосюй при лунном свете пробрался на территорию рудника с тыльной стороны склона.

Оказавшись внутри, он принялся искать шахтный колодцы, но их тут оказалось навалом — добрый десяток.

— Опа... сно, вход воспрещен? — присев на корточки перед третьим стволом, он заглянул внутрь.

В луче фонарика показался неказистый железный лифт, а дальше зияла темнота — свет уже не пробивал такую глубину.

Понять, какой именно колодец нужен, было решительно невозможно.

В этот момент кто-то внезапно опустил руку ему на плечо.

Ци Чжаосюй оцепенел, мгновенно сжал фонарик и приготовился дать отпор.

Крупная рука протянулась вперёд, зажала ему рот и резко дёрнула вверх. Они встретились взглядами: расстояние между ними не превышало пяти сантиметров, и было слышно каждое дыхание.

К носу подмешался знакомый запах благовоний, а прямо перед глазами возникли безупречные черты лица, заставившие невольно вытаращить глаза.

— Всё-таки ты, Ци Чжаосюй. Да что ж ты вездесущий-то такой? — приглушённо бросил Ли Шисяо с недовольным выражением лица.

Выбравшись с Му Саем из деревни, он шёл по пятам за чёрной фигурой. Мало того, что этот тип вёл себя крайне подозрительно, так он ещё с каждым шагом всё больше походил на Ци Чжаосюя.

Ошибнись он хоть на секунду, Ли Шисяо свернул бы ему шею в следующем же мгновении.

Ци Чжаосюй захлопал ресницами: ты что, издеваешься, братец?

От тебя вообще никак не избавиться, да?

— Тсс... — Ли Шисяо резко втянул воздух и был вынужден разжать пальцы. — Ты что, собака бешеная, ещё и кусаешься?

Сплюнув после укуса, Ци Чжаосюй принялся вытирать рот с видом крайнего брезгливости.

Затем он предупреждающе зашипел:

— Мы оба здесь ради кражи, ты тоже не великий праведник. Каждый сам по себе, прощай.

С этими словами он выключил фонарик и бросился менять дислокацию.

Раз уж они столкнулись здесь, оба явно были не из лучших людей.

Глава 13: Попасть в чужую ловушку

— Со всеми этими шахтами ты и до рассвета ничего не найдёшь, верно?

Насмешливый и вызывающий голос заставил его развернуться на сто восемьдесят градусов и тут же натянуть самую любезную улыбку:

— Братец Сяо, работаем в команде?

— Ха-х, и правда китаец — лицо меняешь на лету, — подколол Ли Шисяо.

Тебя должно волновать, умеет ли твой батя менять маски в сычуаньской оперре?

Мысленно посылая проклятия, Ци Чжаосюй продолжал улыбаться.

Ли Шисяо привёл его к недавно пробитой шахте. Проход перегораживала железная решетка с навесным замком, а сверху красовалась красная предупреждающая табличка.

В три часа ночи стражники у входа спали мертвецким сном.

Повозившись с замком с помощью куска проволоки, Му Сай послушно остался сторожить наверху.

Железный лифт поехал вниз.

Воздух вокруг замер, и Ци Чжаосюй нарушил эту тишину:

— Какого чёрта ты здесь делаешь?

— То же, что и ты. Пришёл забрать то, что спрятано в шахте. Как думаешь, кто из нас доберётся до этого первым? — Ли Шисяо тихо усмехнулся, и в его тоне сквозило такое издевательство, будто он флиртовал.

— Не будь таким мерзким.

— Дай-ка угадаю. Ты встретил в деревне Ян Ди, это он сболтнул тебе про вещь в шахте, соблазнил тебя добыть её, ну а ты, не выдержав искушения, примчался сюда среди ночи.

— Смешно. До того как опуститься, этот молодой господин вообще не опускался до борьбы с вами за всякий хлам. Подумаешь, горстка драгоценностей — какая бы роскошь это ни была, ей далеко до сокровищ Пекина. — Ци Чжаосюй прикусил коренной зуб и добавил: — Но времена нынче не те.

— Дурачок, крутясь в Тайском Развлекательном Агентстве, ты ещё мог бы потихоньку расплатиться с долгами, а здесь проще простого отдать концы. — Ли Шисяо вглядывался в юношу, освещённого слабым светом, а его взгляд таил в себе едва заметную глубину.

— Ты ещё издеваешься?! Да я в этом Тайском Развлекательном Агентстве тоже сдохну!

Выпалив это, Ци Чжаосюй покосился на Ли Шисяо:

— А сам-то почему туда не пойдёшь?

Ли Шисяо тонко поджал губы:

— Я не люблю мужчин.

— Тц.

Ци Чжаосюй лишился дар речи. Он что, забыл, что сам же нёс в прошлый раз?

Разве можно быть настолько беспринципным?

В его голове созрел план. Внезапно подавшись вперёд, он почти прижался к Ли Шисяо и заговорщицки шепнул на укороченной дистанции:

— Подойди-ка, дам тебе поцеловать себя.

Железный лифт с глухим стуком ко дну остановился.

Пальцы Ли Шисяо едва заметно дрогнули, но в следующее мгновение он оттолкнул его белое, мальчишеское лицо.

— Я же сказал: не люблю мужчин. Держись от меня подальше.

Сказав это, он невозмутимо включил фонарик и зашагал внутрь туннеля.

— Значит, и правда не любишь? Выходит, в прошлый раз ты меня просто пугал?

Ци Чжаосюй даже почувствовал некоторое облегчение и, окинув взглядом мрачные окрестности, поспешил сделать несколько шагов, нагоняя спутника.

В воздухе сильно пахло благовониями. Приглядевшись, он заметил в углу три догорающие палочки, на кончиках которых еще тлели угольки.

Неужели здесь водятся призраки?

Он тут же вцепился в полу одежды Ли Шисяо.

— Тц, ты чего увязался за мной? — Ли Шисяо бросил взгляд вниз. Пальцы юноши вцепились так крепко, что ткань пошла складками.

Голос Ци Чжаосюя стал совсем тихим:

— Я слышал, благовония в шахтах жгут только тогда, когда там кто-то погибает.

— Мм.

По спине Ци Чжаосюя пробежал зловещий сквозняк. От страха его рука скользнула с полы одежды выше, намертво вцепившись в мужской бицепс.

— Страшно — вали отсюда наверх, — нетерпеливо бросил Ли Шисяо, пытаясь отмахнуться.

Но обнаружил, что от этого жестянщик прижался только сильнее — теперь к нему прилипла едва ли не половина чужого тела.

— Ци Чжаосюй! — голос мужчины стал чуть холоднее.

— Мы же уже полпути прошли, давай я лучше не пойду обратно...

Параллельно с тем, как Ци Чжаосюй трусливо жался к нему, в нём просыпалась огромная жажда наживы — в мыслях он уже прикидывал, как отжать добычу у самого Ли Шисяо.

Луч фонарика замер: человек рядом дрожал от страха.

Ли Шисяо помрачнел окончательно, настроение испортилось еще сильнее:

— У тебя вообще есть хоть капля гордости? Мы прошли-то всего ничего! Знал бы — велел Му Саю вырубить тебя с удара, вечно от тебя одни проблемы.

— Это... случайно... не гробы?

Ци Чжаосюй обеими руками обнимал руку Ли Шисяо. Вообще-то он был парнем не робкого десятка — не боялся ни темноты, ни грозы с молниями, но с самого детства панически страдал боязнью призраков.

Ли Шисяо протащил его пару шагов вперёд и присмотрелся: внешне это и правда смахивало на погребальные деревянные колоды.

— Слушай, а давай свалим отсюда? Я кажется понял, что именно откопали на дне рудника. Никакие это не драгоценности или нефрит, похоже, мы набрели на древнюю императорскую гробницу!

Струсив по полной программе, Ци Чжаосюй тянул его назад.

Редко когда удавалось увидеть его таким перепуганным, поэтому уголки губ Ли Шисяо тронула улыбка — так даже интереснее.

— Уходить нельзя. Ты ведь всё ещё должен мне два миллиарда. Если это и впрямь древняя гробница, как ты говоришь, у тебя появится отличный шанс разбогатеть за одну ночь.

— Братец, умоляю, не надо этих фокусов! Деньги я и в Тайском Развлекательном Агентстве заработаю, оставь этот шанс кому-нибудь другому!

— Даже ценой съёмок в лакорне?

Ци Чжаосюй промолчал, лишь упрямо кивая.

http://bllate.org/book/25638/3058456