Хэлянь Хань в одиночестве шагал туда-сюда по высокому помосту, давая выход гневу, затем глубоко вздохнул и уселся обратно в высокое кресло. Едва он взял в руки стопку докладов, как снова вспомнил противное лицо Су Сяо, и на душе стало еще тоскливее — читать дальше не было никаких сил. Швырнув доклады в сторону, он крикнул:
— Сяо Линьцзы!
— Император? — услышав зов Хэлянь Ханя, Сяо Линьцзы, который топтался у входа и никак не мог решиться, стоит ли заглянуть внутрь, поспешно толкнул дверь и вошел.
Заложив руки за спину, Хэлянь Хань с мрачным лицом спросил:
— Цзин Я вернулась?
— Докладываю Императору, Цзин Я еще не вернулась.
— Хорошо, я понял. — Бросив взгляд на доклады и слегка нахмурив брови, он произнес: — Ин-цзеюй вернулась во дворец?
Слегка замешкавшись, Сяо Линьцзы неуверенно ответил:
— Раб видел, как она направлялась к выходу, но особо не приглядывался. Наверное, вернулась.
— Нарядилась черт знает во что и посмела шататься где попало! — Вспомнив наряд Су Сяо, Хэлянь Хань холодно фыркнул, заложил руки за спину и сошел с помоста. — Я устал, приготовь меня ко сну.
— Слушаюсь.
Вернувшись в личные покои, Хэлянь Хань позволил слугам умыть его в передней комнате. Цзин Я, которая обычно стелила постель, отсутствовала, так что после умывания он отослал слуг, прошел во внутренние покои и протянул руку, чтобы снять верхнюю одежду, как вдруг замер. Там кто-то есть! Глаза его сузились, движения прекратились, и он настороженно посмотрел в сторону, откуда доносился звук.
На огромном императорском ложе одеяло было скомкано в комок, а его мерные движения вверх-вниз выдавали, что кто-то спрятался внутри.
Убийца? Если да, то до чего же неосторожный! Хэлянь Хань вытянул висевший на стене меч, сдвинул брови и приблизился. Одним движением клинка он приподнял уголок одеяла, обнажив безмятежно спящее лицо Су Сяо.
Эта женщина уснула прямо здесь! Бэви Хэлянь Ханя сошлись еще круче. Окинув взглядом человека на кровати, он повернулся, вложил меч обратно в ножны, взмахнул широким рукавом и распахнул двери покоев:
— Сяо Линьцзы!
— Император? — озадаченно сложив руки в поклоне, отозвался тот.
— Найди кого-нибудь и перенеси ее в Боковой дворец!
— А? — Сяо Линьцзы опешил. Только теперь он заметил Су Сяо на кровати и подумал про себя, что эта наложница — та еще головная боль. Но, замявшись, в нерешительности произнес: — Император, в Боковом дворце спит Минъе-ван...
— Тогда перенеси в Задний дворец.
— И-Император... — Сяо Линьцзы занервничал и продолжил запинаться: — Прошу прощения за дерзость, но до Заднего дворца путь неблизкий. Если бы наложница бодрствовала — другое дело, но нести ее спящей... боюсь, Вдовствующая императрица узнает и снова начнет чинить препятствия...
Взгляд Хэлянь Ханя холодно блеснул. Постояв с заложенными за спину руками, он кивнул:
— Ладно, ступай.
— А Ин-цзеюй...
— Я сам с ней разберусь, — бесстрастно бросил Хэлянь Хань.
— Слушаюсь.
Стоя перед кроватью и разглядывая сладко спящую Су Сяо, которая завернулась в кокон из одеяла, Хэлянь Хань хмурился все сильнее. Эта женщина была слишком необычной, ее поступки и слова всегда превосходили ожидания. Су Сяо — женщина-загадка.
— Император, ты можешь перестать так упорно пялиться на меня?
Она в ту же секунду распахнула ясные глаза и расплылась в насмешливой улыбке.
Хэлянь Хань чуть приподнял угол рта:
— Изволила проснуться?
— Императорское величие потрясает небеса! Не то что я — даже мертвец ожил бы от такого грозного вида.
Су Сяо наполовину приподнялась, и шелковое одеяло соскользнуло с ее плеч, обнажив белизну шеи и рук.
Взгляд Хэлянь Ханя метнулся в сторону, но он ничем не выдал себя и спокойно ответил:
— И не подозревал, что ты мастак умасливать людей.
— Благодарю за похвалу, Ваше Величество! — Су Сяо широко улыбнулась, изогнула бровь и перешла к делу: — Император, ты и вправду собрался спать здесь?
— Ты же слышала все, что говорил Сяо Линьцзы, зачем переспрашиваешь? — холодно усмехнулся Хэлянь Хань. Еще когда он вытащил меч из ножен, то заметил, как изменилось дыхание Су Сяо: она давно проснулась, но намеренно валялась в постели, притворяясь спящей!
— Хе-хе, значит, ты давно раскусил меня.
Су Сяо ничуть не смутилась. Она перевернулась, села, подперла голову рукой и подмигнула Хэлянь Ханю:
— Эх, тяжела жизнь настоящего правителя, когда над душой стоит собственная мать — тут никакого покоя.
Хэлянь Хань не ответил, его холодный взгляд оставался неподвижным.
— Вставай.
— Что?
— Освободи ложе, я буду спать.
Хэлянь Хань чеканил каждое слово бесстрастным тоном.
Су Сяо вытаращила глаза. Посмотрев на его невозмутимый вид, она прижала к себе одеяло и наотрез отказалась:
— С какой стати? Я легла первой.
— Это моя постель, ты будешь спать на полу.
Властно вскинув подбородок, приказал Хэлянь Хань.
— Я отказываюсь! — ничтоже сумняшеся отрезала Су Сяо, поджав губы. — Ты хозяин, я гостья, а хозяин должен уступать гостям!
Хэлянь Ханя, которому отроду никто не смел возражать, впервые так напрямую осадили. В нем взыграла гордость истинного правителя, и он холодно усмехнулся:
— Чушь собачья.
Взмахнув рукавом и гордо глядя на Су Сяо, он процедил:
— Раз уж ты проснулась — изволь покинуть покои и возвращаться во дворец.
Услышав это, Су Сяо показала Хэлянь Ханю огромную гримасу, заново завернулась в одеяло с головой и завопила изнутри:
— Я сплю, я сплю! Если хочешь выпроводить меня во дворец, приказывай кому-нибудь нести меня на носилках! А завтра я пойду к Вдовствующей императрице и раструблю, что ты ни на что не годен, и бросил меня посреди ночи!
Услышав, как бесстыдно она болтает о подобных интимных вещах, Хэлянь Хань одновременно вспыхнул от стыда и разозлился, на мгновение потеряв дар речи. Долгонько же он хлопал глазами, прежде чем с издевкой захлопать в ладоши:
— Хорошо, прекрасно!
Этот голос...
Су Сяо вся задрожала — от него веяло чистейшей жаждой убийства. Украдкой приоткрыв уголок одеяла, она бросила на Хэлянь Ханя пугливый взгляд, сглотнула слюну и снова забилась в кокон. Неужели он из-за бешенства прикончит ее на месте? В конце концов, мужчины ужасно трепетно относятся к своей гордости, особенно когда это касается... кхм. Во всем виноваты те придурки-старшие братья, с которыми она привыкла вечно препираться, вот и с Императором повела себя так же по привычке. И язык ведь за зубами не удержался!
Если подумать, возвращение во дворец не такое уж плохое дело: можно наконец снять фальшивую маску, всласть поваляться на собственной кровати и не таращиться на этого ледяного чурбана Хэлянь Ханя. Но стоило ей взглянуть на его перекошенное злостью лицо, как ей непременно захотелось вывести его из себя!
Ладно, пожалуй, стоит извиниться. Мужская несостоятельность — вовсе не его вина, и нечего было сыпать соль на рану. Мысленно приняв решение, она откинула одеяло и, озарив лицо льстивой улыбкой, уставилась на ледяной взгляд Хэлянь Ханя, приторно затянув:
— Ой, Император, наложница вовсе не это имела в виду. И то, что ты того... не виноват, винить нужно... кхм... ты ведь вечно занят. Я слышала от целителей, ну, то есть от ваших здешних лекарей, что от переутомления всякое случается... Ты наверняка валишься с ног от усталости, вот и не справился...
С каждым услышанным словом кулаки Хэлянь Ханя сжимались все сильнее. Он искренне удивлялся, как до сих пор собственными руками не свернул шею этой женщине!
— Ин-цзеюй.
Хэлянь Хань неожиданно спокойным голосом оборвал ее поток красноречия.
Су Сяо немного расстроилась, что ее прервали, но, помня о том, как сильно он разъярен, послушно отозвалась:
— А?
— Ты и вправду женщина?
Холодный тон Хэлянь Ханя так и сквозил глубочайшим, неизбывным сомнением.
— Чего?
В ту же секунду сбросив одеяло, Су Сяо подскочила на кровати и ткнула в Хэлянь Ханя пальцем, яростно изогнув брови:
— Не думай, что раз ты Император, то можешь оскорблять людей! Хоть я и веду себя порой как пацанка, да и крута не по-детски, но спереди у меня все на месте, и сзади тоже! Слово женщина — чистейшая правда от начала до конца!
Лицо Хэлянь Ханя окаменело, и лишь спустя несколько мгновений он выдавил из себя:
— Ин-цзеюй, ты можешь выражаться хоть чуточку приличнее?
— Приличнее?
Су Сяо опешила и поскребла в затылке:
— А что не так с моими словами?
— Пошлость невыносимая!
Какая нормальная девушка станет поминать груди да ягоды, да еще величать себя пацанкой? Называть себя его старшей сестрой? Да это же тягчайшее оскорбление монарха!
Су Сяо поджала губы, мысленно ругая этих древних за их невыносимую заумь — подума подумаешь, выразилась чуть проще. Если бы он сам не усомнился в ее половой принадлежности, она бы ни за что не взбеленилась! С самого детства ее больше всего на свете бесило, когда ее принимали за парня, ведь она женщина, самая настоящая женщина!
Погодите-ка... А это что за два румянца на щеках Хэлянь Ханя?..
Словно открыв новый материк, Су Сяо с диким воплем соскочила с кровати и босиком подбежала прямо к Хэлянь Ханю:
— Ты покраснел?! Боже мой, да у Императора, оказывается, кожица-то тоньше некуда!
— Ин-цзеюй!
Хэлянь Хань отвернулся, не желая показывать ей лицо, и проскрежетал зубами так, что на висках вздулись вены:
— Спорим, я прямо сейчас снесу тебе голову?!
— Верю, верю!
Услышав заветное слово «голова», Су Сяо в мгновение ока превратилась в шелкового зайчика. Схватившись пальцами за край одежды, она жалобно затянула:
— Наложница была неправа... О Ваше Величество, прояви великодушие, не судите строго такую мелкую сошку...
Столь мгновенная перемена масок вогнала Хэлянь Ханя в такой ступор, что он даже схватился за голову. Он всё меньше понимал эту девицу: донельзя непостоянная, и какая же из ее личин настоящая?
Заметив, что фениксовы глаза Хэлянь Ханя сузились, наполнившись глубокими раздумьями, Су Сяо перевела дух. Поиграла — и хватит, если дразнить его и дальше, он в конце концов всерьез рассвирепеет и действительно срубит ей голову, а этого допустить нельзя. Сделав лицо попроще, она снова приняла благопристойный вид примерной наложницы и произнесла:
— Император, ночь уже глубока. Всё, что полагалось сделать и чего делать не полагалось — уже завершено. Задача наложницы выполнена.
Хэлянь Хань с подозрением оглядел ее с ног до головы, прекрасно понимая скрытый смысл ее слов. Хотя эта девчонка и способна была раскалить его печень до белого каления, нельзя было отрицать: Су Сяо — умнейшая женщина, какой сыщешь днем с огнем. Если удастся привязать ее к себе и использовать в своих целях, выгода будет неизмеримой, ну а если нет... тогда придется убить!
Обдумав все и глядя на ожидающую его вердикта Су Сяо, он кивнул:
— О сегодняшнем вечере никто не должен проронить ни слова.
— Наложница поняла. Если завтра Вдовствующая императрица или Императрица станут расспрашивать, я непременно заявлю, что императорское величие бушевало подобно шторму, и наложница просто не выдержала.
— Кхе!
Хэлянь Хань подавился воздухом. Эта женщина и вправду не знала ни стыда, ни совести — такие бесстыдные речи слетали с ее губ без малейшего смущения! С мрачным лицом он бросил:
— И как после такого я могу доверять тебе и использовать тебя?
— А почему бы и нет? — в свою очередь парировала Су Сяо, гордо задрав подбородок. — Другого не обещаю, но в том, что касается верности слову, я, Су Сяо, отроду никому не изменяла и никогда не изменю! Раз уж я согласилась помочь Императору, значит, слово свое сдержу!
— С чего вдруг? Ты разве не боишься вляпаться? — приподнял бровь Хэлянь Хань.
С чего вдруг? Су Сяо немного подумала и честно ответила:
— Ты кажешься приятнее остальных.
Что до трудностей... каких уж тут трудностей бояться, в худшем случае можно просто сделать ноги! Изначально она вообще собиралась смыться из дворца через пару дней, но нынешний расклад пробудил в ней подлинный интерес. Хитро усмехвшись, она решила: поживется здесь, пока ей не надоест эта дворцовая мышиная возня, а уж способ сбежать найдется всегда.
Приятнее?
Хэлянь Хань слегка нахмурил брови, но расспрашивать дальше не стал. Будь она верна или коварна — годится в дело, так останется в живых, нет — пойдет на плаху! Ледяной огонек мелькнул в его глазах, и он уголками губ улыбнулся:
— Я как раз собираюсь поручить тебе одно дело.
http://bllate.org/book/25519/3044677
Сказали спасибо 0 читателей