Готовый перевод After Becoming a Salted Fish, the Villain Self-Cultivated / Злодей-пацифист: как я нечаянно приручил антагониста: Глава 13

— Ты всё ещё знаешь, что я сержусь?

Сюй Фэнчжи вздохнул, поднялся на ноги и подошёл к нему:

— Ситуация была безвыходная и экстренная, великий ты человек, не держи на меня зла.

Сделав паузу, он мягко спросил:

— Всё ещё болит? Хочешь, я тебе разомну?

При этом он протянул руку, собираясь прикоснуться.

Юнь Цзинчжао резко отпрянул назад:

— Что ты делаешь?!

— Разве не болит? — невозмутимо произнёс Сюй Фэнчжи. — Я просто забочусь о тебе.

— Кто просил тебя заботиться! — голос Юнь Цзинчжао прозвучал чуть жёстче. — И вообще, ты со всеми так запросто распускаешь руки?

— Ничуть не запросто, — Сюй Фэнчжи послушно отдёрнул руку. — Раз тебе не нужна моя забота, значит, уже не болит. А раз не болит, значит, и не сердишься больше.

Юнь Цзинчжао:

— …

Железная логика!

Между ними повисло молчание. Наконец Юнь Цзинчжао поднял палец и сделал несколько небрежных взмахов.

Вокруг прислонившегося к дереву Чу Чжэнцина разлилось слабое свечение, его фигура начала блёкнуть и в мгновение ока исчезла.

Сюй Фэнчжи опешил:

— Ты его…

— Отправил обратно к вашим соратникам по секте, — ответил Юнь Цзинчжао. Заметив удивлённый и недоверянный взгляд Сюй Фэнчжи, он добавил прежним суховатым тоном: — Не переживай, не помрёт.

Сюй Фэнчжи посмотрел на то место, где только что находился Чу Чжэнцин, затем перевёл взгляд на Юнь Цзинчжао и вдруг тихо усмехнулся.

— Эй, — в его голосе послышалась лёгкая насмешка. — А ты вовсе не такой бессердечный.

— Меньше болтай.

Не успели они отойти далеко, как вдалеке раздался резкий птичий крик.

Юнь Цзинчжао посмотрел в сторону звука и сказал Сюй Фэнчжи:

— Посиди пока здесь, никуда не уходи, я мигом.

Сюй Фэнчжи только успел кивнуть, как фигура Юнь Цзинчжао уже растворилась среди деревьев.

Сюй Фэнчжи как раз томился из-за промокшей одежды — липкая ткань неприятно прилегала к коже. Воспользовавшись уходом Юнь Цзинчжао, он отыскал укромное местечко: небольшую пещерку под скалистым уступом, как раз вмещавшую одного человека.

Густая темнота мягко укутала его, свет резко обрывался у самого входа, и лишь тусклые лучи едва очерчивали грубые контуры каменных стен.

Он достал запасную сухую одежду, собираясь сменить эти просквозившие насквозь мокрые вещи.

Юнь Цзинчжао шёл на звук, когда Сюань Ду слетел с верхушки дерева, держа в клюве туго набитый мешок.

Приняв его, он слегка взвесил на руке — вес оказался вполне приличным — и убрал.

В этот момент рядом с ним беззвучно завис длинный меч.

Стройное лезвие из абсолютно чёрного металла украшал старинный узор на рукояти, напоминавший свернувшегося чешуйчатого дракона. Ножны отсутствовали, а холодный блеск клинка был скрыт внутри.

Юнь Цзинчжао взялся за рукоять и провёл по лезвию платком, стирая оставшиеся слабые следы крови и пыли, пока металл не отразил холодное небесное сияние. Только тогда он разжал пальцы.

Меч засиял, превратился в тёмно-нефритовый бубенчик и упал ему на ладони.

— Всё, ступай, — бросил он Сюань Ду.

Птица издала глухое угуканье, взмахнула крыльями и скрылась в чаще.

Юнь Цзинчжао качнулся и тоже исчез.

Вернувшись на место прежнего расставания, он не обнаружил Сюй Фэнчжи.

Юнь Цзинчжао нахмурился: разве он не велел ему никуда не уходить?

Он слегка сосредоточился, распространив вокруг бесшумную волну духовной энергии, и мгновенно определил местонахождение Сюй Фэнчжи.

Он двинулся по следам, ступая легко и беззвучно.

Пещера была мрачной, свет — тусклым, обычный человек ни за что не заметил бы здесь живой души. Однако зрение Юнь Цзинчжао было превосходным, и для него эта темнота ничем не отличалась от белого дня.

Он уже собирался окликнуть парня, но, мельком взглянув на открывшуюся картину, внезапно лишился дар речи.

Сюй Фэнчжи стоял спиной ко входу, его одежда была спущена до пояса.

Мягкий полумрак ложился на кожу тончайшей вуалью, очерчивая стройную, но пропорциональную линию позвоночника.

Лопатки чуть выдавались вперёд, и при каждом движении поднтой руки проступали плавные рельефные мышцы. Узкая талия на уровне бёдер резко переходила в мягкий, округлый изгиб, а ниже спускались прямые и стройные ноги.

Юнь Цзинчжао затаил дыхание.

Сюй Фэнчжи, ни о чём не подозревая, подхватил чистую верхнюю одежду и набросил на плечи. Ткань каскадом скользнула вниз, в одно мгновение скрыв всю открывшуюся красоту.

Юнь Цзинчжао отступил на шаг, резко развернулся и бросился прочь, едва ли не спотыкаясь в панике.

Он шёл быстро и нескладно, даже не замечая, что шагает с руки на ногу.

Уши нестерпимо горели, а скрытое под маской лицо наверняка раскраснелось до предела.

Это осознание лишь усилило его смятение, из-за чего он потерял бдительность и со всего маху врезался в дерево.

Раздался глухой удар.

Маска слетела с лица и покатилась по земле.

Тот самый скрытый облик наконец обнажился. Юношеское лицо выглядело утончённым, но сейчас пылало ярко-красным румянцем.

Он замер на месте, долго тупо глядя перед собой, прежде чем наклониться за маской. Однако надевать её обратно он не стал.

Вместо этого он прижался тыльной стороной ладони к горячим щекам, пытаясь остудить их.

Прохлада проникала в кожу, но помогала слабо.

Юнь Цзинчжао до боли зажмурился и яростно помотал головой.

Подумаешь, мельком увидел тело человека того же пола, чего тут паниковать? Оба мужчины, у Сюй Фэнчжи есть всё то же самое, что и у него, к тому же он видел лишь спину.

Юнь Цзинчжао заставлял себя не думать об этом, но образ в голове не только не исчезал, а становился ещё отчётливее.

Шлёп!

Юнь Цзинчжао отвесил себе пощёчину.

Хватит думать, хватит думать, хватит думать!

Он прислонился спиной к стволу дерева и тяжело задышал, пытаясь успокоить бушующие эмоции.

Когда жар на лице наконец немного спал, он с облегчением выдохнул, но вдруг почувствовал влажное тепло под носом.

Коснувшись пальцем кожи, он обнаружил капельку алой крови.

Юнь Цзинчжао: ………

Юнь Цзинчжао: !!!!!

День клонился к вечеру.

Сюй Фэнчжи сидел на траве, снедаемый смертной скукой. Разве он не говорил, что вернётся быстро? Тот ушёл ещё до ужина, а теперь уже стемнело вовсю, и до сих пор ни следа.

Когда ночь окончательно вступила в свои права, Сюй Фэнчжи лёг на заранее разостланный мягкий матрас, собираясь спать.

Только он закрыл глаза, как послышались шаги.

Он приоткрыл веки и увидел Юнь Цзинчжао — тот стоял в нескольких шагах от него в маске.

— Куда тебя носила нелёгкая? Ты же говорил, что скоро вернёшься? — Сюй Фэнчжи приподнялся на локте.

Юнь Цзинчжао не осмеливался ответить.

Он провёл весь вечер, окуная лицо в ледяную воду, и только когда сердцебиение полностью пришло в норму, рискнул вернуться.

Ему казалось, что он, должно быть, сошёл с ума.

Сейчас он боялся приближаться слишком близко и даже взгляд отводил в сторону, страшно опасаясь снова вызвать в памяти те самые неуместные образы.

Достав из рукава мешочек, который принёс Сюань Ду, он небрежно бросил его Сюй Фэнчжи.

Сюй Фэнчжи поймал вещицу — она оказалась увесистой.

Взглянув на молчаливого Юнь Цзинчжао, он развязал завязки.

Из горловины хлынул мягкий сияющий свет: мешок до отказа набит звериными ядрами самого разного вида и переливчатых оттенков, их там набралось почти под тысячу штук.

Несколько ядер излучали чистую, мощную духовную энергию и слабо искрились, явно обладая огромной ценностью.

Сюй Фэнчжи радостно вскинул голову:

— Выходит, ты всё это время ходил добывать для меня звериные ядра?

Юнь Цзинчжао невнятно буркнул в ответ что-то вроде «угу».

Он терпеть не мог запах крови, так что всю грязную работу проделали Сюань Ду и Меч Жизни. Но и духовные звери, и меч принадлежали ему, так что ложью это назвать было нельзя.

— Благодарю вас за столь щедрую доброту, Ваша милость, — улыбнулся Сюй Фэнчжи, и его глаза засияли ещё ярче в отражении драгоценного света.

Юнь Цзинчжао уже успел услышать от Сюй Фэнчжи немало сладких речей и знал, что тот мастерски умеет умасливать людей, да и кому только не говорил подобных слов.

Но сейчас, видя его искреннюю улыбку, он почему-то подумал, что на этот раз Сюй Фэнчжи говорит от всего сердца.

Глядя на эту улыбку, натянутое и растерянное смятение в душе Юнь Цзинчжао наконец улеглось, и даже напряжённые плечи расслабились.

Он прислонился к дереву неподалёку и небрежно бросил:

— Просто попутно.

Ценность этого мешка с ядрами намного превосходила те пять тысяч духовных камней.

Сюй Фэнчжи аккуратно убрал сокровище, пребывая в прекрасном расположении духа, и его голос зазвучал непринуждённо и легко:

— Ты провозился полдня, не устал? Не проголодался?

Он поднялся и направился к Юнь Цзинчжао:

— Я захватил с собой много еды, хочешь чего-нибудь…

— Не подходи! — резко повысил голос Юнь Цзинчжао.

Сюй Фэнчжи замер на месте, озадаченно моргая.

Сообразив, что отреагировал слишком бурно, Юнь Цзинчжао смягчил тон:

— …Ложись спать. Я не голоден.

Сюй Фэнчжи не стал настаивать и послушно лёг обратно.

Свалившееся на него богатство напрочь прогнало весь сон, и он, заложив руки за голову, уставился в ночное небо.

Сплошная смоляная чернота, ни звёзд, ни луны.

— На что ты смотришь? — не выдержал Юнь Цзинчжао, заметив, что тот неотрывно глядит вверх.

— Сегодня нет звёзд, — ответил Сюй Фэнчжи.

— Дурак.

— ?

— В тайной обители свои законы творения, — голос Юнь Цзинчжао звучал тихо в ночной прохладе. — Здесь не увидеть солнца, луны и звёзд, смена дня и ночи происходит по воле самой обители.

Сюй Фэнчжи моргнул, вспомнив, что и правда засыпал последние ночи не глядя по сторонам и ни разу толком не разглядывал небо.

Ночной ветер мягко коснулся кожи: ночи в тайной обители выдались совсем не холодными, вот только вокруг стояла такая звенящая тишина, а небесный купол казался настолько чёрным, будто всё живое вокруг уже погрузилось в вечный сон.

Он невольно вздохнул:

— Тогда здешние ночи получаются чересчур тёмными.

— Боишься темноты? — спросил Юнь Цзинчжао.

— Нисколько, — покачал головой Сюй Фэнчжи. — Просто думаю, что если застрять здесь надолго, станет очень одиноко.

— Почему?

— Ни солнца, ни луны, не отличить созвездий, чувство времени стирается. Словно тебя выбросили на задворки мира.

Юнь Цзинчжао умолк, тоже задрав голову к этой бездонной темноте.

Помолчав долгое время, он тихо произнёс:

— И правда… станет одиноко.

Едва его слова затихли, Сюй Фэнчжи вдруг заметил, как вокруг них начинает светлеть.

Он приподнялся на локте.

Бесчисленные светлячки вспыхнули крошечными искорками, слились в ручейки, а затем рассыпались тонкими лучами света, которые, словно лёгкая прозрачная вуаль, начали плавно кружиться и струиться вокруг них двоих.

Свечение не слепило глаза, а лишь нежно разгоняло мрак, преображая этот уголок мира в нечто сказочное.

Сюй Фэнчжи посмотрел на Юнь Цзинчжао.

Тонкие лучики света сочились прямо из его ладони. Заметив взгляд Сюй Фэнчжи, тот медленно сжал пальцы, и сияние погасло.

— Боишься темноты — так и скажи, я же не стану над тобой смеяться.

Сюй Фэнчжи хотел было возразить, но вдруг что-то сообразил и улыбнулся ему.

— …Чего ты улыбаешься?

http://bllate.org/book/25504/3042256