Готовый перевод The Bad Kitty's Gratitude / Расплата плохой кошечки: Искушение стримерши: Глава 14

Линь Сюань несколько неуверенно нажал на кнопку ключа, и фары одного из автомобилей мигнули. Он сразу узнал машину, на которой Цинь Юйцзин обычно возвращалась домой.

— Ты водил только учебные машины, так что другие модели должны быть для тебя в новинку. Сначала немного освойся, — сказала Цинь Юйцзин, открывая перед своим водителем дверь.

Тот не стал церемониться и весьма уверенно уселся на водительское кресло. Цинь Юйцзин улыбнулась, обошла машину и села на пассажирское сиденье.

Линь Сюань, словно ребенок с новой игрушкой, принялся ощупывать всё вокруг, после чего повернулся к Цинь Юйцзин и спросил:

— А это для чего?

— Автоматическая парковка.

— О, а это?

— Круиз-контроль.

— Как сложно…

Цинь Юйцзин могла с уверенностью сказать: Линь Сюань пока лишь отдаленно понимает, что такое автоматическая парковка и круиз-контроль. Очевидно, он не тот квалифицированный водитель, которому можно доверить руль.

Поколебавшись, она предложила:

— Может, я сама поведу?

Линь Сюань никак не отреагировал, будто не расслышал её слов. Впрочем, более правдоподобным было то, что он притворился глухим, намеренно игнорируя её.

Впервые Линь Сюань отнесся к Цинь Юйцзин с таким холодным безразличием, и в её душе странным образом зародилось необычное чувство. Она уловила в нем зачатки высокомерия и дерзости, и по идее это должно было охладить её симпатию, однако, глядя на его чистый и утонченный профиль, она внезапно поймала себя на мысли, что его манера притворяться глухим выглядит даже мило.

Казалось, она потакает Линь Сюаню. Это шло вразрез с её первоначальными целями.

— Куда мы едем? — Линь Сюань обернулся, его темные глаза влажно блестели. — Можешь настроить навигатор? Это немного сложно.

— …Готово.

— Вот так, теперь понял.

Линь Сюань пристегнул ремень безопасности и наконец тронулся с места.

Заботясь о собственной безопасности, Цинь Юйцзин была вынуждена разрываться между наблюдением за дорогой и наблюдением за своим маленьким водителем. Она не ожидала, что у Линь Сюаня окажется такой талант к вождению: хоть он только что получил права, в его движениях не было ни грамма новичковой скованности. Напротив, он вел машину с необычайной легкостью и невозмутимостью, даже не притормозив на узком участке дороги, и так же плавно выехал с переполненной подземной парковки.

Цинь Юйцзин выдохнула с облегчением, но при этом по-новому взглянула на Линь Сюаня. В таком свете его прием на работу в Шэнлун не выглядел как кумовство — это вполне можно было назвать прозорливостью.

— Начальница, — внезапно серьезно произнес Линь Сюань. — Вы не пристегнулись, машина пищит.

Цинь Юйцзин улыбнулась, подыгрывая его серьезности:

— Прости, я нечасто езжу на переднем сиденье и забыла.

Линь Сюань с пониманием кивнул:

— М-м, начальники всегда ездят сзади.

Цинь Юйцзин решила провести для него краткий инструктаж:

— Так называют начальников только у них за спиной, никто не говорит этого в лицо.

Линь Сюань оказался не таким уж глупым:

— Я знаю, госпожа Цинь.

— М-м.

— Госпожа Цинь.

— Что такое?

— Ничего, просто привыкаю.

Цинь Юйцзин не вынесла того, с каким серьезным выражением лица он это сказал, и отвернулась к окну. Взглянув на свое отражение в стекле, она увидела чьи-то улыбающиеся глаза, полные поверхностной и легкомысленной радости.

Сердце её дрогнуло, словно она очнулась от странного сна. Легкомысленная радость утекла сквозь пальцы, оставив лишь легкое чувство одиночества.

Что касается Линь Сюаня, то в её мыслях о нем оставалось лишь три сухих и прагматичных слова — не подходит.

Глава 13: Ненавижу себя за такую переменчивость и неспособность держать всё под контролем.

Цинь Юйцзин отвезла Линь Сюаня в ресторан, спрятавшийся в глубине переулков. Хотя заведение было небольшим, в зале стояло всего несколько столиков, разделенных бамбуковыми шторами и легкой тканью, что обеспечивало отличную приватность. Обстановка соответствовала скромному и простому стилю штор — этакий уголок спокойствия посреди шумного города.

Линь Сюань шел следом за Цинь Юйцзин. Из-за его слишком вызывающей красоты никто бы не поверил, что он всего лишь водитель. В то же время, из-за юного возраста и чистого взгляда, из-за кожи, светящейся изнутри, словно свежее зернышко лотоса, никто бы не принял его за возлюбленного Цинь Юйцзин.

— Госпожа Цинь, давно не виделись, — владелец ресторана перевел взгляд с Цинь Юйцзин на Линь Сюаня и улыбнулся. — Это ваша младшая сестра? У вас в семье прекрасная генетика, я уж было подумал, что это какая-то кинозвезда.

Раньше Цинь Юйцзин приходила сюда только со Сян Линцзюнь и Чжао Юэ, так что догадка владельца была вполне логичной. Она не стала отрицать — ей показалось, что опровержение лишь поставит Линь Сюаня в неловкое положение.

Сам Линь Сюань тоже промолчал. Его внимание привлек длинный меч, висевший на стене. Он смотрел на него так прямо и пристально, что владелец решил пояснить:

— Это семейная реликвия, копия меча Цисин Лунъюань. Особой ценности не имеет, висит здесь просто для памяти.

— Я… — Линь Сюань запнулся, а затем, стараясь быть вежливым, произнес: — Можно взглянуть?

Меч висел на стене, и, конечно, на него можно было смотреть сколько угодно, но слова Линь Сюаня явно подразумевали желание вынуть его из ножен. Владелец удивленно приподнял брови, а затем рассмеялся:

— Без проблем.

Он с готовностью снял меч и, передавая его Линь Сюаню, поспешно добавил:

— Он заточен, будьте осторожны.

Линь Сюань взял старинный клинок и вытянул его из ножен на пару дюймов — он действительно был острым и сверкал холодным светом.

— Раз он заточен, почему он висит на стене?

— Сейчас не те времена, что раньше, так что особых суеверий нет, — владелец с довольным видом наблюдал за юношей. — Вы совсем молоды, а разбираетесь в этом?

— Не разбираюсь, просто слышал от других.

— Посмотрите-ка, даже то, как вы держите меч, выдает в вас знатока.

Цинь Юйцзин слегка нахмурилась, почти мгновенно поверив в оценку знатока. За ней ухаживало немало мужчин, и она хорошо знала эту натуру: если человек умеет играть на фортепиано, он при первой же возможности будет играть перед ней; если умеет танцевать, непременно станцует. Поклонники, обладающие талантами, всегда стремятся их продемонстрировать.

Цинь Юйцзин смотрела на Линь Сюаня, тихо дожидаясь продолжения.

— В детстве немного тренировался.

— Я так и знал! Раз уж выпал такой случай, может, покажете свое мастерство?

Однако Линь Сюань вложил меч обратно в ножны:

— Он заточен, пожалуй, не стоит.

Владелец подумал, что в детстве тот практиковался с незаточенным мечом, а острый в руках не держал, поэтому не стал настаивать, забрал клинок и спросил, что гости будут заказывать.

Цинь Юйцзин отвела взгляд, заказала два сезонных блюда и два фирменных, а затем передала меню Линь Сюаню. Тот, видимо, привык, что его угощают, и выбирал без стеснения: заказал всё, что упустила Цинь Юйцзин — основные блюда, суп, напитки и десерты, полностью позаботившись о своем аппетите.

С виду — создание, не знающее земных забот, а на деле — обжора. Наверное, стоит кому-то предложить угощение, как он тут же радостно соглашается, неудивительно, что вокруг него столько слухов.

Вспоминая сплетни об отношениях Линь Сюаня с Ян Цзяньцинем и Мэн Ци, Цинь Юйцзин невольно нахмурилась. Ей очень хотелось выяснить правду, но как ни пытайся разузнать об этом окольными путями, это всегда будет выглядеть как ревность. К тому же, в прошлом Линь Сюаня Ян Цзяньцин и Мэн Ци вряд ли занимали хоть сколько-нибудь значимое место.

Прошлое осталось в прошлом. Спрашивать или нет, правда это или ложь — уже не важно. Главное, чтобы в будущем Линь Сюань взялся за ум. Цинь Юйцзин уже видела холод в его глазах и не знала, как долго он еще будет покорно следовать её указаниям.

Дзинь… Дзинь…

Цинь Юйцзин очнулась от сложных мыслей, поняв, что звонит телефон Линь Сюаня. Но тот не собирался отвечать, лишь неотрывно смотрел на воробьев, прыгавших за окном.

— У тебя телефон звонит, — напомнила она.

— Он часто звонит, — ответил Линь Сюань.

Цинь Юйцзин на мгновение замолчала:

— Не хочешь проверить? Вдруг это что-то важное.

Линь Сюань широко открыл глаза, словно что-то вспомнив, и только тогда достал телефон. Цинь Юйцзин заметила мелькнувшую на его лице досаду.

— Что случилось?

— Трафик закончился.

— …

— Пакет, который мне оформил Цзиньбао, вечно заканчивается.

Ребенок, которому еще нет девятнадцати, сокрушается из-за нехватки мобильного трафика. Линь Юйцзин сохраняла спокойное выражение лица, хотя внутри всё клокотало, заставляя её спешно подавлять невыразимые мысли.

— Можешь оформить тариф подороже, — когда буря улеглась, она взглянула на него глазами старшего и мягко улыбнулась. — Помнится, в компании есть ежемесячная компенсация на мобильную связь.

Тем временем на стол подали изысканные домашние блюда. Цинь Юйцзин поспешила закрыть тему телефона:

— Давай есть.

Во время еды Линь Сюань был еще более сосредоточенным и тихим, опустив взгляд и выглядя необычайно послушным. То самое раздражение, которое Цинь Юйцзин только что подавила, тут же вспыхнуло вновь.

Она сделала глубокий вдох, едва ли не ненавидя себя за такую переменчивость и неспособность держать свои чувства под контролем. Раздражение — это более яркая эмоция, чем гнев или печаль. Линь Сюань, почуяв неладное, перестал жевать и посмотрел на Цинь Юйцзин.

Та молчала, лишь бросала на него пытливый взгляд.

Госпожа Цинь — сложная личность. У сложных людей всегда есть слой за слоем маски, чтобы эмоции не отражались на лице — так говорил опытный Сунь Цзиньбао, и Линь Сюань считал, что в этом есть доля истины. Большую часть времени он не мог понять, радуется она или злится.

Но сейчас она определенно была чем-то недовольна. Может, потому что он заказал слишком много еды?

Линь Сюань, полный тревожных мыслей, съел лишь девять десятых от своей порции.

— Наелся?

— Да.

http://bllate.org/book/25497/3041224