Готовый перевод Interstellar Marriage of Convenience and Love / Предбрачная любовь в космосе: Глава 3

О текущем положении Селвина никто во внешнем мире ничего не знал.

Когда генерал-майор Сэйн объявил о своей отставке, Вэй Ци некоторое время был очень расстроен.

Умный дворецкий Шан сказал:

— Насчет этого я не уверен, но как бы там ни было, завтра ты отправляешься на Священную Звезду, чтобы пожениться.

Вэй Ци испугался:

— Завтра? Так быстро?

Умный дворецкий Шан хмыкнул:

— Радовался бы в душе. Если затянуть еще хоть немного, твои ненаглядные папаша с мамашей и впрямь превратят тебя в круглого идиота.

Вэй Ци немного подумал и понял, что в этом есть смысл:

— Но у меня еще остался вопрос.

Умный дворецкий Шан поинтересовался:

— Какой же?

Вэй Ци едва не плакал:

— Если генерал-майор Сэйн и правда сошел с ума, смогу ли я дожить до завтрашнего восхода солнца? Он же боец S-класса, меня прикончит одним щелчком пальцев, понимаешь?

Умный дворецкий Шан утешил его:

— Подумай с другой стороны: по крайней мере, перед смертью ты сможешь получить автограф своего кумира, разве нет?

Вэй Ци возразил:

— Спасибо, но я предпочел бы прожить долгую и счастливую жизнь.

Умный дворецкий Шан подбодрил его:

— Тогда постарайся, юноша.

С этими словами умный дворецкий Шан развернул перед собой голографический экран, на котором было расписано сегодняшнее расписание Вэй Ци.

Умный дворецкий Шан сообщил:

— Сегодня тебе в основном предстоит примерка парадного костюма и медицинский осмотр. Твои названые родители будут сопровождать тебя почти все время. Смотри не проколись, иначе умрешь еще быстрее, да и автограф кумира тебе в придачу не достанется.

Вэй Ци помрачнел:

— …

После этого умный дворецкий Шан поделился с Вэй Ци остальной известной ему информацией, но поскольку умный дворецкий — всего лишь машина и запоминает лишь программные команды, полезных сведений оказалось немного.

Одевшись, Вэй Ци при поддержке умного дворецкого Шана вышел за дверь.

В тот самый момент, когда дверь отворилась, Вэй Ци почувствовал, как Шаньян ускользнул обратно в его духовное облако. Рядом с ним умный дворецкий на мгновение замер, но тут же снова пришел в движение.

Сразу за спальней тянулся длинный коридор, устланный толстым ковром, так что шагов совсем не было слышно. Обойдя коридор и миновав несколько залов, то тут, то там можно было заметить одинаково одетых слуг и умных дворецких. При виде Вэй Ци они почтительно кланялись, однако отношение слуг было заметно пренебрежительным.

— Похоже, положение прежнего хозяина в поместье и правда было незавидным, — мысленно отметил Вэй Ци.

Наконец умный дворецкий привел Вэй Ци в столовую, где уже сидели два человека — мать и отчим прежнего хозяина: Моника Морган Ан и Джефф Эйварт Ан.

На вид обоим было чуть за тридцать, но реальный возраст уже приближался к полусотне — впрочем, по нынешним меркам, когда средняя продолжительность жизни составляет сто пятьдесят лет, они находились в самом расцвете сил. К тому же оба они были проводниками и бойцами, так что их век выдался только долгим, но никак не коротким.

Поскольку Вэй Ци считался слабоумным, необходимость в приветствиях отпала сама собой.

Под наставлениями умного дворецкого Вэй Ци уселся на дальнем конце обеденного стола, примерно в пяти метрах от Джеффа и госпожи Морган.

Глядя на этот зеркально блестящий массивный деревянный стол, Вэй Ци был глубоко потрясен проявлениями капитализма:

— Этот стол больше моей комнаты в общежитии.

Шаньян поддразнил его:

— Он еще и дороже всех твоих сбережений за десять лет.

Вэй Ци вздохнул:

— …

Шаньян продолжил:

— Если подумать, ты за десять лет накопил всего сто пятьдесят тысяч звездных кредитов. Тебе не кажется, что это... ну, как-то того?

Вэй Ци запротестовал:

— …Ты хочешь довести меня до слез?

Шаньян извинился:

— Прости.

В неловком молчании вскоре подали завтрак: густой сливочный суп, яичницу с беконом, круассаны, разнообразные соусы и фрукты. Трапеза выглядела исключительно щедрой.

У Вэй Ци от жадности округлились глаза, а в зрачках вспыхнул зеленоватый лазерный свет.

Шаньян поспешно закричал в его голове:

— Спокойно! Держи себя в руках! Нельзя разрушать созданный образ!

Длинные ресницы Вэй Ци слегка затрепетали, после чего он опустил веки и застыл с бесстрастным лицом манекена.

Однако в мыслях Вэй Ци уже почти рыдал:

— Шан-Шан, ты знаешь? Самая вкусная еда, которую я ел в жизни — это котелок тушеной курицы, когда я только поступил на военную службу. После этого, чтобы накопить денег на покупку жилья, я питался практически одними питательными смесями. Ты представляешь, как сильно я скучаю по той курице? Вкус этих блюд до боли ее напоминает!

Шаньян уточнил:

— Так вот почему ты материализовал меня в образе цыпленка?

Вэй Ци смутился:

— …Эм.

Шаньян добавил:

— Да еще такого жирного.

Вэй Ци оскорбился:

— Это у тебя просто отек от полноты! Выщипи перья — и мяса не останется.

Шаньян замолк:

— …

4. Зелененький цыпленок

Вэй Ци не оплошал: подкармлитаемый умным дворецким, он послушно изображал пищащего птенца, ждущего еды.

Они съели лишь половину завтрака: в животе было уже полно, но рот все еще оставался голодным. Вэй Ци оставалось лишь с унынием смотреть, как посуду убирают, и тоскливо вздыхать про себя:

— Нужно срочно приводить тело в форму. Надо же, сколько еды пропадает зря!

Шаньян промолчал:

— …

Посидев еще немного, госпожа Морган и Эйварт закончили трапезу. Затем умный дворецкий помог Вэй Ци подняться, и они вместе с госпожой Морган отправились на выход.

Поместье семьи Ан раскинулось более чем на девятьсот му земли. На его территории было всё необходимое, включая собственную частную больницу, которую называли лечебным корпусом — именно там прежнему хозяину проводили операции. Разумеется, в поместье имелось и специальное место для хранения и пошива одежды для хозяев.

Это было трехэтажное вращающееся здание с металлической внешней структурой, выглядевшее весьма футуристично. Однако стоило Вэй Ци войти внутрь, как по его шее побежали мурашки — комнаты были заставлены манекенами в самых разных роскошных нарядах, и все они смотрели на вход пустыми глазами.

Шаньян поспешно помог Вэй Ци успокоить сердцебиение и дыхание: обладая мощной духовной силой, проводники и бойцы способны гибко и осознанно управлять своим телом. Конечно, от Вэй Ци, который перепрыгнул из низших бойцов в высшие проводники, не стоило и ждать понимания того, как пользоваться духовной энергией.

Вэй Ци успешно поддержал образ ничего не выражающей куклы, позволив умному дворецкому усадить себя на мягкий пуфик.

Едва усевшись, Вэй Ци завопил в своем сознании:

— Напугал! До смерти напугал!

Шаньян успокоил его:

— Они же ненастоящие. Разве на военной подготовке не используются такие же манекены?

Вэй Ци возразил:

— Но на тренировках командиры заставляли нас относиться к ним как к живым людям.

Шаньян вздохнул:

— …

Госпожа Морган и Джефф тоже присели. Госпожа Морган махнула рукой умному дворецкому и велела:

— Чарли, достань парадный костюм молодого господина и переодень его.

— Слушаюсь, госпожа. — Умный дворецкий склонил голову, поднялся на второй этаж и вскоре вернулся со строгим парадным костюмом.

После этого умный дворецкий отвел Вэй Ци в примерочную для переодевания. Хотя переодеваться под присмотром умного дворецкого было немного неловко, Вэй Ци стерпел ради конспирации — по крайней мере, трусы с него снимать не стали.

Выйдя в новом костюме, Вэй Ци встал на круглый ковер перед госпожой Морган и ее спутником. Умный дворецкий подошел к свисавшему у края ковра алому занавесу и резким движением отдернул его, обнажив огромное зеркало.

Зрачки Вэй Ци сузились, когда он сам был поражен своей красотой.

Отражение являло собой юношу — хотя физическому телу прежнего хозяина уже исполнилось двадцать лет. Этот юноша был очень тощим: точеное личико с острым подбородком, круглые глаза, слегка вьющиеся волосы с задорно загнутыми прядями на затылке — он выглядел живым и милым, точь-в-точь как ангел.

Облаченный в белое, он носил форменный костюм, подчеркивающий его хрупкую, словно сосна или бамбук, гибкую фигуру. Особенно золотой пояс, стягивающий узкую талию, которая казалась невесомой и лишь усиливала впечатление хрупкости. В сочетании с отрешенным выражением лица, казалось, будто он смотрит на всех свысока, возвышаясь над суетным миром, и в следующее мгновение готов вернуться в легендарный рай.

Он походил на изящную, хрупкую ветвь из стекла — чистую и прекрасную. На такую хотелось любоваться, бережно оберегать и холить, но в то же время она невольно пробуждала дикое, исступленное желание разрушения.

Вэй Ци мысленно вздохнул:

— Какая же я все-таки прелесть!

Шаньян промолчал:

— …

Вэй Ци продолжил:

— Теперь мне понятно, почему генерал-майор Сэйн согласился жениться на слабоумном проводнике.

Шаньян усомнился:

— По-твоему, твой кумир настолько поверхностен?

Вэй Ци возразил:

— Почему сразу поверхностен? Я ведь тоже стал фанатом генерал-майора Сэйна только потому, что он красивый.

Шаньян вздохнул:

— …

— И вправду неплохо. — Госпожа Морган осталась крайне довольна тем, как костюм сидит на юноше. Подойдя к Вэй Ци со спины, она положила руку с ярко-красным маникюром ему на плечо и посмотрела на застывшее лицо Вэй Ци в зеркале.

Тихо усмехнувшись, госпожа Морган произнесла:

— Единственное, чем ты во мне вызываешь гордость — это твое лицо. С такой внешностью, думаю, даже генерал-майор Сэйн дрогнет сердцем.

Вэй Ци шепнул Шаньяну:

— Видишь? Что я тебе только что говорил?

Шаньян лишь вздохнул:

— …Мне не понять этот мир, помешанный на внешности.

Джефф тоже подошел ближе. Обняв госпожу Морган сзади, он принялся ласкать губами ее белую шею и с легким смешком произнес:

— На мой взгляд, Моника, прекраснее всех ты. Твоя кожа, гладкая как личи, каждую секунду источает манящий меня сладкий аромат.

Госпожа Морган кокетливо рассмеялась, повернула голову, подцепила Джеффа за подбородок и легко прикусила его губу:

— Ты по-прежнему мастер говорить сладкие речи.

Джефф улыбнулся и, склонившись, впился в губы госпожи Морган.

В тишине раздались отчетливые звуки поцелуев, временами прерываемые тем, что госпожа Морган покачивалась, используя Вэй Ци вместо опоры. Вэй Ци почувствовал себя обиженным:

— Она не могла отпустить меня чуть раньше? Совсем не улыбается перспектива играть роль бутерброда.

Шаньян ответил:

— …Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

Страсть между госпожой Морган и Джеффом разгоралась все сильнее. Наконец госпожа Морган отпустила Вэй Ци, и Джефф, подхватив ее на руки, опустил на мягкий диван.

— Чарли, отведи молодого господина переодеться, а затем отправь к Калиде на осмотр. Результаты пришли мне на терминал. — Бросив это распоряжение умному дворецкому, госпожа Морган продолжила заигрывать с Эйвартом.

Умный дворецкий склонил голову в поклоне:

— Слушаюсь, госпожа.

Вэй Ци вновь утащили в примерочную. Когда он переоделся и вышел, госпожи Морган и Джеффа уже не было — в комнате повсюду валялись разбросанные вещи, а из неизвестных уголков доносились двусмысленные звуки. Сражение выдалось жарким.

Направляясь к выходу в сопровождении умного дворецкого, Вэй Ци поделился с Шаньяном:

— Как странно.

Шаньян спросил:

— Что именно?

Вэй Ци рассудил:

— Судя по тому, как усердствуют госпожа Морган и остальные, у них должен быть далеко не один названый сынок вроде меня.

Шаньян оставил реплику без ответа:

— …

Покинув павильон, умный дворецкий отвел Вэй Ци в лечебный корпус поместья.

Лечебный корпус оказался вовсе не таким механическим и холодным, как воображал Вэй Ци. Напротив, его первый этаж представлял собой панорамную стеклянную оранжерею. Внутри порхали пчелы и бабочки, в траве то и дело мелькали кролики, под искусственным голографическим небом щебетали и летали разноцветные птички. Стоило человеку ступить внутрь, как он словно погружался в сказочный лес, где нервы расслаблялись сами собой.

Вэй Ци усадили в кресло-качалку посреди лужайки, и заботливый умный дворецкий положил ему на колени маленького кролика. Мягкая шерстка и холодноватая на ощупь искусственная кожа сразу дали понять Вэй Ци, что это механический питомец.

Вэй Ци разочарованно протянул:

— А я-то думал, он живой.

Шаньян удивился:

— Ты любишь кроликов?

Вэй Ци пояснил:

— Угу. В эпоху Древней Земли существовало блюдо под названием острая крольчатина по-особому. Пять лет назад на межгалактическом фестивале еды федерации кто-то воссоздал этот рецепт. Во время дегустации все гурманы рыдали от жгучего перца, но никто не останавливался, продолжая сквозь слезы хвалить еду. После этого блюдо снова вошло в бешеную моду. Но настоящие кролики такие дорогие, одна маленькая порция стоит две тысячи звездных кредитов. Эх, как же я мечтаю попробовать ее хоть раз!

Шаньян прокомментировал:

— …Пожалуй, я недооценивал твою страсть к еде.

Они прождали минут десять, пока в холл лечебного корпуса не вошла женщина. Она была довольно молода, с легкой пухлостью на щеках, черты лица казались самыми обычными, но стоило ей улыбнуться, как на щеках появлялись ямочки, придавая ей игривый и милый вид.

— Доброе утро, доктор Калида. — Умный дворецкий почтительно поклонился женщине.

Калида жизнерадостно отозвалась:

— Эй, Чарли. Привет, молодой господин Ан, доброе утро.

Вэй Ци остался абсолютно неподвижен, но Калида ничуть не смутилась. Протянув руку, она мягко взяла Вэй Ци за запястье:

— Пойдемте со мной, молодой господин Ан, сегодня у нас дел невпроворот.

С этими словами Калида повела Вэй Ци к лифту, а умный дворецкий сел им на хвост.

Стоило войти в кабину, как ощутимый толчок невесомости подсказал, что лифт движется вниз. Потухший взгляд Вэй Ци скользнул по панели экрана, где одна за другой сменялись отметки с минусом, угрожая отправить их прямиком в адские глубины.

Глядя на бегущие цифры, Вэй Ци слегка поежился.

Лифт остановился только на девятом уровне. При открытии дверей в лицо ударил яркий свет: потолок здесь тоже украшала голографическая проекция, но на сей раз имитировавшая городской пейзаж, так что весь этаж казался залитой солнце поверхностью земли.

Такой визуальный эффект немного успокоил Вэй Ци.

На этаже находилось немало вспомогательных роботов и всего пара исследователей. Все они облачились в белые халаты с туго застегнутыми пуговицамии, на руках красовались перчатки из искусственной биокожи, а головы защищали защитные маски энергетического поля. На подоле халата одного из сотрудников Вэй Ци даже заметил пятна крови.

И тут же обретенное спокойствие испарилось.

Вэй Ци запереживал:

— Шан-Шан, чем они здесь вообще занимаются?

Шаньян ответил:

— Делают кое-какие вещи, не предназначенные для чужих глаз.

Вэй Ци уточнил:

— А... призраки здесь водятся? Или неудачные эксперименты? Такие, что могут выпрыгнуть и укусить?

Шаньян усмехнулся:

— Человеку, занявшему чужое тело, бояться призраков?

Вэй Ци парировал:

— Генерал-майор Сэйн тоже боится гусениц.

Шаньян признал:

— …Ладно, аргумент железный.

Калида вела Вэй Ци вглубь коридора. То ли в теле прежнего хозяина еще теплилась память, то ли по мере продвижения вперед Вэй Ци охватывало инстинктивное чувство ужаса, и его тело начало мелко дрожать.

Не успел Вэй Ци позвать на помощь Шаньяна, как шедшая рядом Калида внезапно обернулась. Ее улыбающиеся глаза были полны въедливого, почти машинного любопытства.

С улыбкой она осведомилась:

— Молодой господин Ан, что с вами?

Вэй Ци, разумеется, ничего не ответил: его красивые большие глаза лишь нервно подергивались, но не проявляли никаких признаков сопротивления или попытки к бегству.

Внимательно изучая лицо Вэй Ци с десяток секунд, Калида отвела взгляд и со вздохом произнесла:

— Мышечная память?.. Эх, как жаль, ведь уже завтра нам отправляться в путь.

От этого вздоха Вэй Ци побежали мурашки по коже:

— Шан-Шан, эта женщина просто ужасна!

Шаньян подколол его:

— Это ты еще не видел ее за работой во время операций: клинок наголо, с ног до головы в крови, глаза навыкате и нервная улыбка на губах ~

Вэй Ци ужаснулся:

— …К чему эта волнистая линия в конце?

Шаньян продолжил:

— В чипе умного дворецкого еще остались неформатированные обрывки памяти. Хочешь, я тебе вечером соберу целую коллекцию ее гифок с выражениями лица?

Вэй Ци взмолился:

— Нет, пожалуйста, дай мне провести вечер в тишине и покое.

Шаньян вздохнул:

— Эх, ладно. Кстати, когда ты женишься, сделай мне уже нормальный искусственный контейнер. Твое нынешнее духовное облако слишком никчемно, мне неудобно использовать его для запечатления и хранения духовной энергии.

Вэй Ци промолчал:

— …

5. Зелененький цыпленок

Калида завела Вэй Ци в просторную комнату, заставленную массой незнакомых ему приборов. Вэй Ци вовремя изобразил легкое сопротивление, но в целом вел себя более чем послушно.

Усадив Вэй Ци на стул, Калида принялась ласково его успокаивать. Однако сколь бы мягким ни был ее голос, Вэй Ци казалось, будто кто-то дует ему ледяным воздухом прямо в затылок, отчего дрожь лишь усилилась.

Убедившись, что уговоры не действуют, Калида оставила эти попытки и повернулась к приборам.

Стоило ей отойти, как Вэй Ци тревожно зашептал в голове:

— Шан-Шан, она обнаружит мое психическое состояние?

Шаньян успокоил его:

— С проверкой разума я помогу справиться, так что перестань уже трястись! Переигрываешь.

Вэй Ци запротестовал:

— Я не играю, мне правда страшно.

Шаньян вздохнул:

— …

Вэй Ци с самого детства панически боялся больниц: из детского дома он сбегал от любых плановых осмотров, а когда его все-таки ловили, чтобы поставить прививку, мог проораться полдня. К тому же у него наблюдалась клаустрофобия — правда, исключительно в отношении закрытого медицинского оборудования. Ярче всего Вэй Ци запомнил последний медосмотр перед совершеннолетием и выпуском из приюта, когда его засунули в капсулообразный аппарат, и он выручился прямо внутри от страха.

Шаньян вздохнул:

— Ладно, предоставь тело мне.

Вэй Ци согласился:

— Угу-угу.

Только они закончили мысленный диалог, как к ним подошла Калида. Во время последующего осмотра Вэй Ци оставался в сознании, но контролировать реакции своего тела уже не мог.

Поэтому, даже несмотря на то, что Вэй Ци чувствовал себя так, будто его сейчас стошнит от напряжения, внешне он сохранял румянец и полную безмятежность.

Спустя полчаса череда тестов подошла к концу. Умный дворецкий одел Вэй Ци, и запертый в оболочке тела парень наконец-то немного расслабился.

Через несколько минут Калида получила итоговые данные проверки и, бросив на них взгляд, осталась крайне довольна.

— Доктор Калида, сообщите мне результаты осмотра, я должен доложить госпоже. — Одев Вэй Ци, умный дворецкий мягко напомнил о себе.

— Хорошо, Чарли. — Калида занесла данные в медицинскую карту Вэй Ци и пояснила: — Психическое состояние молодого господина Ана относительно стабильно, однако физические показатели все еще ниже нормы. Если мы хотим зачать здорового ребенка, я рекомендую госпоже разрешить ему ежедневные тренировки. Кроме того, развитие матки молодого господина протекает отлично, уже началось формирование яйцеклеток. Впрочем, до их полного созревания пройдет еще два месяца, и в этот период состояние здоровья молодого господина имеет критическое значение. Поэтому решение об увеличении дозировки препаратов, принятое вчера, я бы советовала госпоже пересмотреть. На этом всё.

— Я передам это госпоже, вы отлично потрудились, доктор Калида. — Умный дворецкий слегка поклонился Калиде и осведомился: — Могу ли я забрать молодого господина Ана?

— Да. — Калида обернулась и ласково погладила Вэй Ци по волосам: — До завтра, молодой господин Ан.

Вэй Ци, разумеется, ничего не ответил. С отрешенным выражением лица и пустым взглядом он походил на марионетку еще больше, чем когда шел сюда.

В мыслях же этой куклы сейчас вихрем проносился целый табун темных лошадок:

— Мне сейчас послышалось про облачные булочки? Это тот самый деликатес со звездной системы Шаньвэнь?

Шаньян заметил:

— Неудивительно, что твое тело в таком ужасном состоянии — оказывается, в прошлый раз тебе делали операцию по модификации организма.

Вэй Ци взвыл:

— А-а-а, заткнись! Не хочу слушать! Я ничего не слышал! Это все галлюцинации!

Шаньян вздохнул:

— …Этот твой прием с затыканием ушей во время звонка просто великолепен.

В нынешнюю эпоху мужчины тоже способны рожать естественным путем. Все такие мужчины обладают генами зверолюдов.

http://bllate.org/book/25496/3041130