А-цзян, Нику, вы что, на свидание ходили? — Осима Май подсела к Синьхун и с любопытством засыпала её вопросами. Остальные девушки, услышав этот вопрос, внешне притворились, что им всё равно, но при этом навострили уши.
Иди, иди отсюда, — Синьхун отмахнулась от стоявшей рядом Осима Май, посмотрев на неё с явным пренебрежением. — Боже, неужели глупость заразна?
Эй, эй, разве можно так говорить со старшей? — Осима Май была глубоко задета тоном Синьхун и отошла в сторону, делая вид, что страдает.
Синьхун лишь безразлично пожала плечами и развела руками: Ну, старшая или нет — кто знает.
Ой, да ну тебя, — Осима Май, увидев, что Синьхун осталась невозмутимой, тут же оправилась. — Нику, у тебя совсем нет сочувствия.
Глупцов не так-то просто ранить. Верно ведь, ста-а-р-ша-а-я? — Синьхун продолжила язвить с хитрой улыбкой. По правде говоря, перепалки между Май-май и Нику стали своего рода визитной карточкой AKB.
Ара, похоже, Май-май снова с треском проиграла, — Харуна, наблюдавшая за этим с лёгкой улыбкой, подошла к Синьхун. — Похоже, к Нику вернулось её прежнее настроение. — Она обняла Синьхун за шею, прижавшись всем телом. — Слушай, Нику, я сегодня утром собиралась, а один носок найти не смогла.
Почувствовав за спиной мягкость, Синьхун слегка напряглась: И что мне с того?
Я ведь в итоге приехала в двух разных носках!
Гм, не думаю, что этим стоит хвастаться. К тому же, какое отношение это имеет ко мне? Если уж на то пошло, это мы с А-цзян сегодня чуть не опоздали.
Ну, я с утра так расстроилась, что не нашла носок, и настроение сразу испортилось. А тут ещё этот итоговый экзамен, объявленный Маюми-сэнсэй… — она посмотрела на Синьхун с наивно-глупой улыбкой и прошептала на ухо: — Слушай, Нику, спой мне потом, ладно? Как только я слышу, как ты поёшь, мне сразу становится весело.
Синьхун покраснела: Ну… давай потом обсудим. Разве у нас сейчас не экзамен?
Договорились, — Харуна улыбнулась, довольная тем, что план удался.
Эй, Нян-нян, отпусти мою Нику! — А-цзян, увидев, что те стоят так близко, занервничала.
О-о, — Осима Май, услышав это, многозначительно протянула: — Ваша Нику…
Заметив устремлённые на неё взгляды, А-цзян принялась сбивчиво оправдываться: Нет, нет, не то! Всё совсем не так!
Как бы то ни было, мы все всё слышали, — Осима Май не дала А-цзян шанса оправдаться, уселась к Синьхун на колени и обняла её за шею. На её лице сияла властная, соблазнительная улыбка — или, скорее, улыбка человека, нашедшего отличную забаву. — Правда, Нику-тян?
Вы… — Синьхун, наконец, не выдержала. — Прекратите уже!
Итано Томоми, Усами Юки, Ямага Мино, Сато Юкари смотрели на этот бедлам с покрасневшими лицами, смущаясь происходящего. Такахаси Минами наблюдала за всем с горящими глазами, готовая смаковать сплетни. Хосино Мицу держалась за лоб, явно не в силах вынести поведение остальных. Наканиси Рина и Ории Аюми лишь безмятежно улыбались — похоже, они к такому уже привыкли.
Такахаси Минами тихонько дёрнула Наканиси Рину за рукав: Рина, как думаешь, может ли кто-нибудь увести у нас Нику?
Минами боится, что однажды Нику перестанет тебя любить? — Наканиси Рина задала вопрос туманно, и было неясно, что именно она подразумевает под этим любить. Увидев, что Такахаси Минами кивнула, Рина улыбнулась и покачала головой, бережно поправляя бант на голове подруги.
Этого не будет. Нику всегда любит нас всех, она никого не бросит.
Рина, откуда ты так хорошо знаешь Нику? — с недоумением спросила Такахаси Минами.
Потому что, — Наканиси Рина взглянула на Синьхун, которая продолжала дурачиться с Осима Май, — если Синьхун когда-нибудь бросит всех нас, то она перестанет быть Мидзуки Синьхун.
Услышав такой ответ, Такахаси Минами замерла: Бросит… нас? — она отчаянно замотала головой. — Нет, нет. Ни за что. Нику никогда так не поступит.
Наканиси Рина лишь улыбнулась в ответ на реакцию Такахаси Минами, но ничего не сказала.
Когда в зал вошли Акимото Ясуси и Нацу Маюми, они застали Синьхун верхом (если можно так выразиться) на Осима Май — та щекотала её под мышками. Осима Май, прижатая к полу, умоляла: Ваше Высочество, я была неправа! Ваше Высочество, смилуйтесь! Остальные участницы смущённо наблюдали, не в силах скрыть любопытства.
Учителя и экзаменаторы беспомощно покачали головами. Столько времени прошло, а у этих девчонок до сих пор нет ни капли самосознания айдолов.
Кхм-кхм. Акимото Ясуси не мог позволить им продолжать этот балаган, поэтому притворно кашлянул, давая понять, что пора бы и честь знать.
Услышав кашель, девушки обернулись и увидели вошедших. Они хором поклонились: Здравствуйте, учителя! Синьхун тоже встала, попутно помогая подняться Осима Май — она прекрасно знала, когда пора шутить, а когда нужно проявлять серьёзность.
М-м, — кивнул Акимото Ясуси. — Вы знаете, что завтра наш официальный дебют. Сегодня последняя репетиция. Поэтому все должны собраться и вложить в дело сто двадцать процентов усилий. Удастся ли нам преуспеть завтра — зависит от сегодняшнего дня. Понятно?
Да, понятно! — хором ответили двадцать одна девушка.
Хорошо, тогда начнём.
Да!
Зазвучала музыка к песне Юбка с оборками. Кстати, в этом мире, после того как Акимото Ясуси написал текст, он отдал его Синьхун для сочинения мелодии. Так что, простите уж, господин Окада Мион. Синьхун мысленно попросила прощения, а затем без всякого зазрения совести практически скопировала ноты из своих воспоминаний о прошлой жизни. Всё-таки в этом мире у неё были неплохие музыкальные способности, так что она легко подобрала нужные аккорды.
Девушки быстро вошли в ритм. Заняв свои места на сцене, они, сознательно или нет, выстроили круг, в центре которого оказалась Синьхун. Все выбрали её ведущей танцовщицей. Со стороны это выглядело почётно, но на деле давление было огромным. Однако, приняв доверие подруг, Синьхун осталась на своей позиции. По бокам от неё встали А-цзян и Минами, а прямо за спиной — Тога. Время от времени чувствуя на себе её пронзительный взгляд, Синьхун могла лишь пытаться игнорировать его.
Ну как? — спросил Акимото Ясуси, наблюдая за выступлением.
Ты имеешь в виду общее впечатление или отдельных участниц? — Маюми не спешила с ответом, глядя на сцену.
Скажи обо всём. — Тон его был спокойным, будто это была не группа, в которую он вкладывал душу последний месяц. Возможно, на данном этапе Акимото Ясуси думал лишь о том, что либо они добьются успеха, либо погибнут.
В целом — неплохо. Хотя они и не до конца отточили движения, от них исходит ощущение свежести и юности. Это неплохо, — Нацу Маюми постучала пальцами по подлокотнику кресла в такт музыке. — Что касается отдельных лиц… танец Синьхун я видела от начала до конца. Если коротко: потенциал безграничен. Маэда Ацуко не зря так льнёт к Синьхун — в её танце чувствуются отголоски манеры Синьхун. У Такахаси Минами выходит не идеально, но это очень старательная девочка. Хосино Мицу, возможно, гениальна в игре на пианино, но в танцах она отстаёт. Итано Томоми танцует неплохо, но я поставила её во второй ряд за Синьхун именно для того, чтобы она больше смотрела на неё. Её танец, в целом, — это блеск без глубины. Остальные ничем особенным не выделяются, но и грубых ошибок не делают. В общем, как айдолы — они соответствуют уровню.
Акимото Ясуси усмехнулся: Похоже, ты видишь этих девчонок насквозь.
Нацу Маюми с глубоким и серьёзным выражением лица смотрела на сцену, казалось, она всё ещё не была полностью удовлетворена исполнением: В конце концов, все они — мои ученицы.
Ха, и то верно.
Стоя на сцене, Синьхун поначалу думала, что будет чувствовать себя неловко. Когда зазвучала музыка и на неё упали огни софитов, она действительно на миг растерялась. Но по мере того как музыка продолжалась, сердце Синьхун постепенно успокаивалось. Вслушиваясь в знакомую мелодию и повторяя движения, которые репетировала бесчисленное количество раз, она перестала воспринимать это как выступление и представила, что они просто тренируются в студии, шутят и смеются. Девушка расслабилась и вошла во вкус.
Итано Томоми, которая сама обучалась танцам, всегда хотела получить похвалу от Маюми-сэнсэй, ведь по натуре она была очень амбициозной. Но сколько бы она ни старалась, Маюми-сэнсэй неизменно хвалила лишь стоявшую впереди Мидзуки Синьхун, ни разу не удостоив её даже взглядом. Чёрт возьми, почему учитель не видит моих стараний? Что такого в этой Синьхун? Не сказать, чтобы она танцевала намного лучше… почему все вертятся вокруг неё? Я тоже могу! Сегодня, глядя в спину стоящей впереди Синьхун, Итано Томоми злилась. Раз все так пекутся о ней, давай сравним, кто из нас лучше.
Почему? Итано Томоми была поражена тем, что её собственные, отточенные до совершенства движения, оказались под влиянием Синьхун — она непроизвольно начала копировать её ритм. Неужели в этом уникальность Синьхун? Или это доказательство того, что я ей уступаю? Хе-хе, значит, я во всём хуже неё. Неудивительно, что все тянутся к ней и крутятся вокруг неё. Но даже если я пока не могу сравниться с тобой, я так просто не сдамся, Нику-тян. Пусть сейчас блистаешь ты.
Когда песня закончилась, группа ушла на короткий перерыв, чтобы перевести дух и настроиться. Синьхун вытерла полотенцем капельки пота со лба и слегка перевела дыхание.
Нику, ты просто потрясающая. Я чуть было не сбилась с ритма, глядя на твои движения, — А-цзян протянула ей бутылку минеральной воды. Яблочко, державшая в руках свою воду, увидев это, посмотрела на свою бутылку и, развернувшись, сунула её в руки Наканиси Рине. Та лишь слегка улыбнулась, ничего не сказав.
Нику оправдывает своё имя. Она способна на всё, — Харуна, неизвестно когда оказавшаяся рядом, похлопала Синьхун по плечу. — И правда, как бы я хотела быть такой, как ты, Нику~~ Синьхун поспешно замахала руками: Нет, это просто инстинкты. — Правда? Ну ладно, пока поверю тебе. — Харуна подошла к Рине. — Нику, помни, ты всё ещё должна мне песню. — Сказав это, она ушла. — Эй? Эта простушка… она ведь всё помнит.
Так, — Акимото Ясуси о чём-то задумался, переговорил с Нацу Маюми и обратился к девушкам: — Выступление было неплохим. Главное — продолжайте в том же духе. Помните, вы — будущие айдолы. А теперь готовьтесь к следующей песне.
Да! — хором ответили они.
Похоже, все уже забыли об этом самом итоговом экзамене.
http://bllate.org/book/25443/3033667
Сказали спасибо 0 читателей