Готовый перевод Rebirth of Gratitude / Возрождение: Долг, оплаченный любовью: Глава 7

Время течет, словно песок сквозь пальцы, и вот быстро наступила пора ежегодных вступительных экзаменов в Академию проводников.

Первая академия проводников Империи располагалась в Горном хребте Сент-Элиан. Она занимала огромную территорию, ее архитектурный ансамбль поражал своей грандиозностью и величием, а глубокое культурное наследие делало ее колыбелью элитных проводников и заветным храмом в мечтах каждого из них.

Вэй Мин стоял перед главными воротами этого древнего тысячелетнего учебного заведения, задрав голову и разглядывая эмблему академии в виде зеленых холмов и прозрачных вод на массивных каменных створках, а также изваяния великих людей прошлого, что вышли из стен этой обители и вершили судьбы мира.

Оказавшись посреди бурлящего потока людей на месте подачи заявлений, он впервые с момента перерождения ощутил легкое чувство нереальности происходящего, словно во сне.

Все только начинается, прошептал Вэй Мин про себя.

После прохождения медицинского осмотра и подтверждения личности абитуриентам предстояло принять участие в трехдневных вступительных экзаменах. Испытания состояли из двух частей: первая — письменный экзамен, проверяющий базовые теоретические знания и кругозор новобранцев; вторая — практическая, оценивающая способность управлять духовной силой и восстанавливать ее.

Перед выходом из дома, чтобы обеспечить себе спокойное и гладкое поступление, Вэй Мин слегка изменил внешность: он надел крупные очки в черной оправе, которые прикрывали ту единственную половину лица, что обычно оставалась на виду.

Отлично, так точно не будет никаких проблем!

Вэй Мин испытывал к своей маскировке странную, ничем не подкрепленную уверенность.

Усевшись в изолированной кабинке экзаменационного класса, глядя на экран планшета с текстом заданий и слушая легкое постукивание клавиш вокруг, он уже полностью успокоился.

Хотя он и не перечитал горы книг, зато обладал богатейшим боевым опытом и широчайшим кругозором — именно это и было его главным преимуществом после перерождения.

Тема нынешнего письменного экзамена как назло касалась одного из множества иноземных зверей, с которыми он сталкивался во время выполнения заданий в прошлой жизни — Зубастого ящера.

Зубастые ящеры были крайне хищными животными, мастерами маскировки, любителями холода и мрака. Они держались поодиночке и обычно водились лишь в полярных регионах. В прошлой жизни отряд Вэй Мина однажды проходил через полярные земли во время задания, и из-за оплошности одного из бойцов весь корабль чуть было не погиб в лапах этого зверя. Об этом иноземном существе, обладавшем мощной разрушительной силой и скрытностью, Вэй Мин помнил каждую мелочь.

Старательно введя ответы на электронный планшет и несколько раз перепроверив предыдущую теоретическую часть, убедившись в отсутствии ошибок, Вэй Мин нажал кнопку сдачи работы.

У Вэй Мина не было такого природного преимущества, как у Вэй Цзычжоу, и доступа к бесчисленным книжным ресурсам. Он не так много знал в теории, и большую часть того, что написал, вывел сам, двигаясь от обратного — отталкиваясь от результатов и обобщая боевой опыт в виде теоретических постулатов. Если бы те несколько старых профессоров академии узнали об этом, то наверняка со слезами на глазах умоляли бы его стать их прямым учеником.

Прикинув, что из ста возможных баллов на экзамене проходным был порог в восемьдесят, Вэй Мин решил, что набрать проходной балл ему труда не составит, и спокойно отправился домой готовиться к следующему испытанию.

В то время как он покидал экзаменационный зал, Вэй Цзычжоу как раз нажал клавишу отправки.

Однако Вэй Цзычжоу не стал сразу уходить. Он развернулся, вошел в служебный лифт и с тяжелым сердцем направился прямо на второй этаж.

Отсканировав для разблокировки именную служебную карту своего дяди, он без труда миновал электронные световые ворота на втором этаже.

В это время суток на втором этаже почти никого не было. За весь путь ему встретился лишь один дежурный инспектор, которого он к тому же знал — звали его Ду Бовэнь, Вэй Цзычжоу уже видел его у дяди.

Ду Бовэнь как раз ломал голову над тем, каким образом какой-то студент забрёл на второй этаж в запретную зону — подумать только, ведь именно здесь находилась комната экзаменационной комиссии!

Он уже собирался прикрикнуть на Вэй Цзычжоу и прогнать его, как вдруг вспомнил, кем приходится этот юноша.

— Разве это не молодой господин Цзычжоу?

Вэй Цзычжоу тронул губы улыбкой и вежливо, сдержанно кивнул:

— Дядя Ду, я пришел к своему дяде. Он велел мне подождать его внутри. — Он указал на методический кабинет, находившийся всего в нескольких шагах от экзаменационной комнаты.

Экзаменационная была особо охраняемой зоной, куда без разрешения главы экзаменационной комиссии не разрешалось заходить даже наблюдателям. Насколько ему было известно, Вэй Цзычжоу тоже числился среди нынешних абитуриентов, причем входил в десятку самых перспективных претендентов.

Ду Бовэнь замялся. Подняв глаза на камеру с красным лучом, контролировавшую отрезок от методического кабинета до экзаменационной комнаты, он почувствовал легкие сомнения.

Дядя Вэй Цзычжоу, Чжао Чжицзе, являлся одним из десяти управляющих Академии Сент-Элиан, а также заведующим учебной частью, в чьем ведении находились все преподаватели. Мелкий сошка вроде него самого никак не мог позволить себе перейти ему дорогу!

В конце концов, они же договаривались не в самой экзаменационной комнате, да и коридор под присмотром камер, верно? А чтобы войти в экзаменационную, требовалось двойное сканирование — сетчатки глаза и ключа шифрования, так что проблем возникнуть не должно?

Ду Бовэнь сжал зубы: ладно, меньше знаешь — крепче спишь!

— Раз так, тогда жди в методическом кабинете. У меня дела, я пойду.

Вэй Цзычжоу с улыбкой проводил взглядом колеблющегося мужчину. Как только фигура Ду Бовэня скрылась в конце коридора, он повернулся и шмыгнул в методический кабинет.

В этот час там стояла абсолютная тишина. Он знал, что дядя вместе со всей инспекционной группой отправился проверять аудитории — иначе с чего бы ему выбирать именно это время для визита?

Он бывал в этом методическом кабинете не впервые, а потому с привычной легкостью обошел две камеры наблюдения и на полусогнутых ногах прокрался к личному рабочему планшету Чжао Чжицзе.

Этот дурак Ду Бовэнь думал, что раз вход в экзаменационную закрыт, то у него не останется выхода? Ха-ха!

Вэй Цзычжоу ловко ввел веб-адрес и код извлечения, мгновенно отыскав в базе данных именно то, что искал.

Последнее задание открытого типа на этом письменном экзамене оказалось слишком сложным: там попался такой редкий иноземный зверь, как Зубастый ящер! Он-то листал лишь простейшие научно-популярные книжки, и хорошо еще, если запомнил телосложение и внешность ящера, откуда ему было знать, как действовать при встрече с такой тварью?

Впрочем, раз он не знал, это вполне мог знать кто-то другой.

Ли Юбинь!

Прямой потомок в пятом поколении старого столичного аристократического клана Ли, первый среди тех самых десяти перспективных новичков текущего года, о которых говорил дядя, — парень, что с малых лет мотался по диким местам со своим отцом и вел боевые действия в полевых условиях!

Воспользовавшись внутренней поисковой системой, Вэй Цзычжоу без труда отыскал работу Ли Юбиня. Бегло просмотрев ее сверху вниз, он почувствовал смесь злорадства и зависти. Не раздумывая ни секунды, он тут же скопировал текст.

Нет, стоп. Если семья Ли подаст запрос на пересмотр работы, не вскроется ли обман? Вэй Цзычжоу засомневался, и хотя ему этого ужасно не хотелось, он с досадой скопировал ответы обратно для Ли Юбиня, а затем, подумав, что так оставлять нельзя, кое-что подчистил и сократил в чужой работе, прежде чем успокоиться.

Дело было сделано, и он уже собирался тихонько смыться, как вдруг вспомнил о Вэй Мине, ощутив странное любопытство. Интересно, как этот его двоюродный брат справился с экзаменом? Наверняка ведь даже не притронулся к этому вопросу?

Он быстро отыскал экзаменационный лист Вэй Мина.

Стоило ему целиком прочитать ответы Вэй Мина, как выражение лица Вэй Цзычжоу стало сложным и противоречивым.

Они с Вэй Мином были ровесниками, разница в возрасте составляла всего чуть больше месяца. Он помнил, что в детстве этот двоюродный брат подавал большие надежды, взрослые вечно ставили их в пример друг другу, а обе семьи следовали по пятам, постоянно соревнуясь.

Вэй Мин, конечно, мог сдать экзамен хорошо, но ни в коем случае не лучше него!

Он категорически не позволял Вэй Мину смотреть на себя сверху вниз!

Игнорировать его мог кто угодно, но только не Вэй Мин!

В душе Вэй Цзычжоу бушевала буря, он был готов до крови искусать губы.

Кто бы мог подумать, что этот внешне невозмутимый двоюродный брат знает столько всего! Его ответы не только походили на решения Ли Юбиня, но даже превосходили их по детальности и полноте!

И при этом он заявился на экзамен с совершенно невинным видом — неужели рассчитывал, как в детстве, стоять в стороне и потешаться над его провалами?!

Неужели он забыл, благодаря чьей милости вообще получил возможность сюда явиться?

Паршивец, с самого детства смотревший на него свысока, даже теперь, когда всё так изменилось, он все равно не желает признавать поражение!

Вэй Мин! Ты не смеешь так со мной поступать!

— Плагиат?

Вэй Мин опешил, не сразу сообразив, о чем речь.

На следующий день после окончания экзаменов его вызвали в Академию Сент-Элиан.

Стоя в одиночестве перед панорамным окном административного корпуса, за изогнутым электронным столом, он с бесстрастным лицом выдержал пронзительный, изучающий взгляд сидевшего напротив мужчины средних лет.

— Ваши с Вэй Цзычжоу работы совпали слово в слово. — Заведующий учебной частью Академии Сент-Элиан Чжао Чжицзе уперся локтями в столешницу, и из-под его золотой оправы очков блеснул холодный огонек.

Услышав имя Вэй Цзычжоу, Вэй Мин едва заметно нахмурился и парировал:

— Насколько мне известно, вы — дядя Вэй Цзычжоу?

— Тук-тук. — Чжао Чжицзе постучал костяшками пальцев по крышке стола — это была его привычка, выдававшая раздражение. Как один из десяти управляющих академии, он славился своей железной требовательностью к дисциплине.

— Хотя Вэй Цзычжоу — мой племянник, я всегда руковедую принципом трех «про»: прозрачности, справедливости и беспристрастности! Я никогда не покрываю родню! Более того, я абсолютно уверен в том, что способен вывести на чистую воду любого изворотливого студента! А теперь, выступая от лица инспекционной комиссии Академии Сент-Элиан, я оглашаю меру наказания в ваш адрес — аннулирование оценки по данному предмету и лишение права на дальнейшую сдачу экзаменов!

Вэй Мин не шелохнулся и так же бесстрашно смотрел ему прямо в глаза:

— Тогда почему это не Вэй Цзычжоу скопировал у меня?

— В ваших с Вэй Цзычжоу работах за первую часть теоретических вопросов у него стоит шестьдесят баллов, а у вас — пятьдесят пять.

Вэй Мин произнес:

— И что это доказывает?

— Мы провели расследование. В средней школе Вэй Цзычжоу был отличником, в то время как ваши собственные оценки изначально были неплохи, но после смерти родителей вы забросили учебу и в конце концов даже бросили школу, не явившись на выпускные экзамены.

Вэй Мин усмехнулся:

— А разве моя тетушка, то есть ваша почтенная сестра, не в курсе причин, по которым я бросил школу?

Предоставить ему самую дальнюю комнату, выделить самую убогую утварь — лампу накаливания, газовую горелку, вентилятор, давно снятые с производства средства связи первой модели... всё шло в ход ради экономии!

Лицо Чжао Чжицзе помрачнело: он никак не ожитал, что Вэй Мин окажется таким колючим. Этот сопляк вовсе не был угрюмым и молчаливым увальнем, каким его описывала сестра, — он языком владел острее бритвы!

Впрочем, за двадцать лет педагогической стажа еще не рождалось ученика, которого он не смог бы приструнить!

— Перед вами мы уже беседовали с Вэй Цзычжоу. Он смог назвать книгу, в которой читал описание Зубастого ящера, и признался, что часть сведений ему передал отец — министр Вэй Шоули это подтвердил. А вы? Быть может, вы тоже назовете источник, откуда узнали о Зубастом ящере?

Вэй Мин умолк.

Он узнал о Зубастых ящерах не из книг, а на собственном горьком опыте. Но то происходило в прошлой жизни, а в этой он даже пределов континента не покидал, не говоря уже о поездках в далекие полярные края! Любой желающий мог запросто проверить всю его биографию с малых лет. Ему было абсолютно нечем оправдаться.

Впрочем, доказать свою невиновность было возможно, вот только...

Чжао Чжицзе резко ударил ладонью по столу и поднялся, в его голосе прорезались резкие, угрожающие нотки:

— И вам еще хватает наглости спорить! Вэй Мин! Вы додумались оклеветать собственного кузена, хотя знаете, что он даже ходатайствовал перед руководством за вас! Вам должно быть стыдно!

Вэй Мин остался непоколебим:

— Я требую предоставить записи с камер наблюдения экзаменационного зала за тот день.

Чжао Чжицзе холодно усмехнулся:

— Уже поздно. Записи переданы на рассмотрение в Имперское министерство образования.

Разумеется, записи в экзаменационном зале уже успели подчистить.

Вэй Мин тяжело выдохнул. Посреди внезапно обрушившейся бури он стоял словно упрямый сосновый бамбук: в незыблемой вере выпрямив спину, очистив разум от суеты, он до конца отстоял черту дозволенного и собственное достоинство ради того, к чему стремился в сердце.

Он холодно бросил:

— Было бы желание — а повод обвинить всегда найдется. Академия, выносящая приговоры на основе субъективных домыслов, не стоит того, чтобы за нее держаться.

С этими словами он развернулся и ушел.

http://bllate.org/book/25427/3031956