Готовый перевод Fangman / Мастер сделок: Агент по недвижимости из прошлого: Глава 17

Удивление Ян Чжэня было открытым и очевидным.

Вечером Цюань Вэй не стал его спасать, и в тот момент опасности ему стало жутко от этого холода, но, успокоившись, он понял, что Цюань Вэй ему ничем не обязан. Если бы Цюань Вэй спас его, Ян Чжэнь был бы безумно благодарен, а если не спас — значит, ему просто не повезло.

Человек никогда не должен использовать мораль, основанную на собственной выгоде, как меру для других людей; только так можно осознать истинный вес доброты, а не считать любую помощь чем-то само собой разумеющимся.

Представь он себя на месте Цюань Вэй в тот момент, Ян Чжэнь ни за что не поручился бы, что бросился бы спасать человека. Мысли и реакции человека в чрезвычайных обстоятельствах нельзя оценивать по обыкновенной логике. Он испокон веков не предъявлял к людям завышенных требований, поэтому и разочарований у него было мало.

Он не имел ничего против Цюань Вэй, просто Ян Чжэню всё казалось невероятным совпадением — возможно, на любые истовые молитвы всегда находится отклик. Он как раз размышлял о том, куда ему податься дальше и как поступить со всей этой суетой вокруг, чтобы всё выглядело пристойным, и тут один из главных участников событий сам явился перед ним.

У базарного зазывалы, помимо языка, способного заговорить солому так, что она покажется золотом, есть еще и глаза, умеющие улавливать настроение окружающих. Ян Чжэнь видел, что Цюань Вэй чистоплотен: за те нечастые разы, что они виделись, хозяин квартиры ни разу не надел одну и ту же вещь дважды, причем на его одежде не было той расслабленной неопрятности, которая появляется, если не стирать её по несколько дней. Да и состояние кожи и волос тоже многое говорит об аккуратности человека.

Ян Чжэнь незадолго до этого полоскал рубашку в пруду, и от него несло чем-то вроде пренины. Что бы ни заставило Цюань Вэй окликнуть его, ему совсем не хотелось садиться в машину и вызывать у того брезгливость. Ян Чжэнь стоял на обочине, указал на свою рубашку, с которой всё еще капала вода, и с дежурной улыбкой произвел:

— Неудобно. Что-то случилось?

Цюань Вэй редко проявлял дружелюбие и уж точно не ожидал, что этот похожий на утонувшую собаку Ян Чжэнь так наотрез откажется. Какого черта ему вообще могло быть нужно? В общем, вопрос застал его врасплох.

Причиной, по которой Цюань Вэй остановил машину, был обычный мимолетный порыв — вроде как когда увидишь в соцсетях что-то вдохновляющее и просто так ставишь лайк. Счастливый сад находился по пути к его дому, а Ян Чжэнь как раз подвернулся под колеса в самый подходящий момент. Из соображений, что вид у парня был еще относительно сносный, он решил потратить лишние пару десятков секунд и подбросить его.

Впечатления о незнакомцах обычно ограничиваются тем, что лежит на поверхности, и в целом его мнение о Ян Чжэне было неплохим. Просто этот человек своими глупыми поступками постоянно наступал на его любимые больные мозоли.

Возможно, даже сам Цюань Вэй не осознавал, что именно это противоречие в характере и поступках незримо заставляло его уделять Ян Чжэню больше внимания.

Если разобраться, Цюань Вэй на самом деле был не таким уж щепетильным, как казалось Ян Чжэню. Одежда не повторялась каждый день просто потому, что они, Скорпионы, следовали моде, да и свободного времени у него было много, поэтому и гардероб ломился. На самом деле дома он ходил обычным неряхой, чьим стандартным нарядом были хлопковая майка и широкие шорты.

Цюань Вэй обычно реагировал в зависимости от чужого отношения. Вежливость Ян Чжэня сводила его отказ к пустяку, а проблема, с точки зрения хозяина квартиры, и вовсе не стоила выеденного яйца, ведь сам Цюань Вэй уже полгода не чистил коврики в машине.

Цюань Вэй помедлил секунду и бесстрастно произвел:

— Ничего неудобного. Если ты сейчас собираешься домой, мне по пути, так что подброшу.

Ян Чжэнь не любил быть кому-то обязанным, да и добраться на метро не составляло труда. Но им с Цюань Вэй всё равно предстоял серьезный разговор, а лучший день для дела — день сегодняшний. Больше не отступая, Ян Чжэнь распахнул дверь и тут же шмыгнул внутрь, а сзади уже вовсю сигналили нетерпеливые водители.

Сев в машину, Ян Чжэнь первым делом поблагодарил его, затем пристегнулся ремнем безопасности и сел прямо, не прижимаясь спиной к спинке сиденья. Цюань Вэй следил за дорогой и не заметил этого мелкого движения.

Этот участок торговой улицы был забит так, что продвинуться не получалось ни на шаг. За окнами кипела настоящая суета: ряды палаток, толпы людей, снующих туда-сюда, — от этого атмосфера внутри салона казалась еще более отстраненной и пустынной.

По идее, обнаружив, что жилец влез в ростовщические долги, хозяин квартиры должен был испугаться, как бы тот не навлек на него неприятности. Однако Цюань Вэй хранил молчание и почти не смотрел на Ян Чжэня, словно на пассажирском сиденье рядом с ним находился всего лишь сгусток воздуха. Воздух, разумеется, никаких неудобств не доставляет.

Но у Ян Чжэня были к нему слова. Дождавшись, когда они выберутся из пробки, выедут на главную дорогу и прибавят скорости, Ян Чжэнь, собравшись с мыслями, поинтересовался:

— Если я буду разговаривать, это не помешает тебе вести машину?

Цюань Вэй бросил на него короткий взгляд в зеркало заднего вида над головой, думая про себя, что именно эта незаметная… заботливость? Внимание к деталям? Или просто вежливость? — заставляла его верить, что Ян Чжэнь не тот тип людей, который станет подводить других или влезать в крупные долги. Но факты упрямо вещь упрямая. Цюань Вэй пересекался с ним крайне редко, и все его впечатления строились лишь на мимолетных ощущениях: казался Ян Чжэнь нормальным человеком — относился к нему получше, переставал нравиться — просто отгораживался.

На этот раз отгораживаться от Ян Чжэня ему не хотелось, и, не сводя глаз с дороги, он тут же ответил:

— Не помешает, говори.

На фоне стремительно проносящихся мимо уличных пейзажей Ян Чжэнь внезапно выдал:

— Не переживай, я скоро съеду из твоей квартиры.

Цюань Вэй понятия не имел, что в договоре ростовщиков указан адрес именно его квартиры, поэтому никак не связывал Брат Хун со случаем ночного грабежа. Сначала он слегка опешил от неожиданности, а затем бросил взгляд с выражением: «С какого перепугу мне переживать из-за твоих долгов?» — и произвел:

— Я и не переживал. И выгонять тебя не собираюсь.

Ян Чжэню показалось, что эти слова прозвучали искренне, поскольку Цюань Вэй не имел ни малейшего повода любезничать с ним. Он улыбнулся и с благодарностью произвел:

— Спасибо. Значит, я ошибся, это я сам переживал, что доставлю вам хлопоты.

Жилец попался на редкость понятливый, и у Цюань Вэй не осталось причин задерживать его. Он лишь напомнил:

— Если съедешь до окончания срока аренды, оставшиеся деньги я тебе не верну.

Потребность в безопасности и сохранении средств временно перевешивала всё остальное, и Ян Чжэнь произвел:

— Я знаю.

Судя по всему, тот собирался пуститься в бега. Чего тут быть недовольным, если можно срубить легких денег? По лицу Цюань Вэй было невозможно понять, рад ли он неожиданной выживе, он также не стал расспрашивать, что тот намерен делать дальше:

— Как хочешь. Только верни ключи перед уходом.

Ян Чжэнь коротко бросил «хорошо», помедлил мгновение и добавил предельно деликатным тоном:

— Я арендовал квартиру целиком у вас, а потом устно договорился с Хуан Цзинем о совместном проживании. Думаю, до конца срока аренды он… вряд ли съедет.

Стоило Ян Чжэню уйти, как у Хуан Цзиня не осталось бы на руках никакого договора, и если бы Цюань Вэй захотел его выставить, это оказалось бы проще простого — легче, чем цыплят разогнать. Цюань Вэй прекрасно понял, что тот пытается позаботиться о Хуан Цзине, и холодно произвел:

— После твоего ухода вся квартира останется за ним.

Ян Чжэнь никак не ожидал, что тот окажется столь сговорчивым. Он облегченно выдохнул, принявшись снова и снова повторять слова благодарности. Его лицо постепенно разгладилось, а глаза ярко заблестели в отраженном свете уличных фонарей.

Глядя на его улыбку, Цюань Вэй подумал, что душа у этого парня должна быть размером с черную дыру, раз он умудряется так улыбаться при столь паршивых обстоятельствах.

Оставшуюся дорогу они ехали молча. Перед тем как выйти, Ян Чжэнь снова поблагодарил Цюань Вэй за то, что тот его подвез.

Цюань Вэй уже онемел от его благодарностей и ничего не хотел говорить. Вспомнив, что сосед по комнате всё еще остаётся в квартире, он прикинул, что сам Ян Чжэнь за ключами вряд ли явится и они больше никогда не увидятся, поэтому с какого-то перепугу брякнул:

— Наверху в кухонном шкафу лежит аптечка.

Произнеся это, он подумал, что он просто образец идеального китайского арендодателя, который успевает всё: и небольшой подарок сделать, и базовыми лекарствами обеспечить.

Его фольксваген набирал скорость медленно, но разгонялся резво и мгновенно умчался прочь, рассекая воздух.

Хуан Цзинь был совершенно не в курсе развернувшихся за его спиной бурных страстей. Он знал лишь одно: стоило ему отстоять смену, как его дорогой братец Ян собрался покинуть его.

Ян Чжэнь принимал решения взвешенно, но действовал быстро. Такая пассивная жизнь, когда кто-то держит тебя за горло, была не для него, и он решил держаться подальше от всего, что контролировал Брат Хун.

В его поведении не было ни намека на шутку. С абсолютно серьезным лицом он объяснял всё прямо напротив:

— Прости, Хуан Цзинь, у меня возникли личные дела, всё произошло так внезапно, я не успел предупредить тебя заранее… Думаю, завтра я уже съеду. Я заранее предупредил хозяина квартиры, ты можешь продолжать жить здесь, но тоже постарайся подыскать себе новое жилье как можно скорее… Насчет работы — звучит, конечно, очень безответственно, но сейчас я просто не могу об этом думать. Вот те деньги, что ты переводил мне на WeChat, пересчитай.

Хуан Цзинь тупо взял в руки те несколько купюр старого образца и сбивчиво принялся расспрашивать, что стряслось. Ян Чжэнь, движимый надеждой не разочаровать своего единственного друга, не сказал ему ни слова.

Шила в мешке не утаишь: рано или поздно Хуан Цзинь узнает, что главными виновниками пропасти в виде потерянных компьютера и диплома был именно его соседик, которого он изо дня в день называл братцем и которому так слепо доверял. Но Ян Чжэнь раз за разом повторял про себя: «Это не моя вина», — надеясь хотя бы сохранить подобие мирного прощания.

Хуан Цзиню так и не удалось вытянуть из него ни слова, а на лице читалась горькая обида брошенного человека.

Руководствуясь мыслью набраться сил перед дорогой, Ян Чжэнь лег спать ровно в десять.

На следующий день он не пошел на работу. В пять утра он уже встал и принялся собирать вещи. Боясь разбудить Хуан Цзиня, он даже обуваться не стал, а поскольку деньги нужно было экономить, то даже те книги с полок у изголовья кровати из серии «чему научиться за несколько дней» не стал забирать.

Очистив комнату подчистую, Ян Чжэнь присел на облупленный матрас, чтобы найти жилье. Он быстро присмотрел крошечную комнатку где-то на южной окраине в «деревне городского типа» — чуть больше тридцати квадратных метров за пятьсот в месяц.

Закончив со всеми сборами, он надел оставшуюся одежду для повседневности, спустился вниз и купил завтрак. Поскольку это был прощальный прием пищи, он не поскупился и щедро залил лапшу бульоном с говядиной и кровяным тофу, на которые обычно жалел денег. Когда Хуан Цзинь проснулся и почувствовал по всей квартире аппетитный мясной запах, он порадовался пару секунд, а затем снова загрустил. Умывшись, он держал в руках пиалу с лапшой, собирался что-то сказать, но так и не решился, и в конце концов попросил лишь об одном: как только Ян Чжэнь устроится на новом месте, обязательно ему позвонить.

Ян Чжэнь пообещал, что так и сделает. Когда Хуан Цзиню уже вовсю пора было бежать на работу, Ян Чжэнь сам обнял его у порога и торжественно произвел слова благодарности. И Хуан Цзинь никогда не поймет, за что именно он на самом деле благодарен.

В девять десять Ян Чжэнь позвонил менеджеру и заявил об увольнении. Тот, разумеется, был против: хоть в последнее время Ян Чжэнь и сдал позиции, его прошлые результаты были у всех на виду. Извиняясь изо всех сил, Ян Чжэнь даже не стал заезжать в офис.

Повесив трубку, он вызвал курьера и отправил вещи посылкой прямо к железнодорожному вокзалу. Затем он оставил ключи на журнальном столике, отправил Хуан Цзиню прощальное сообщение и черкнул еще одно Цюань Вэй — о том, что ключи лежат в гостиной.

Вернувшись после утренней планерки, Хуан Цзинь долго сидел над присланным сообщением, глядя в экран стеклянными глазами. Он и сам понимал, что обещание поддерживать связь — пустой звук; его прежние одноклассники и приятели после расставания тоже растворялись в никуда.

Когда телефон завибрировал, Цюань Вэй как раз строгал беленый дуб в оборудованной под мастерскую комнатке. Рубанок шуршал негромко, но этого вполне хватало, чтобы заглушить вибрацию, так что Цюань Вэй ничего не услышал. Битый час он самозабвенно строгал: пару дней назад он приметил в интернете цветочную подставку, которую выставил кто-то из мастеров, и решил попробовать повторить её.

Цветы он, правда, не разводил — рука была тяжелая, у него дохли любые растения, зато их разводил отец, да так фанатично, что это уже граничило с помешательством. Увидев в чате хвастовство знакомого цветовода роскошной этажеркой, батя принялся вздыхать, какая она красивая. По словам «матушки», он завидовал так сильно, что даже аппетит потерял.

Изучив историю переписки в том чате, Цюань Вэй пришел к выводу, что отца просто задели за живое. Хозяин подставки вел себя невероятно напыщенно, расписывая своё творение так, будто оно не имело аналогов в подлунном мире.

Подставка под цветы и впрямь выглядела изящно: тонкая работа, мелкие детали, но сказать, что сделать её было невероятно сложно, тоже нельзя. Опытный мастер собрал бы каркас за пару дней, вся возня заключалась лишь в лакировке. Дед Цюань Вэя по материнской линии был столяром, и сам он много лет рос рядом со стариком, поэтому мастерил для дома и табуретки, и конвертницы своими руками. Правда, за столь вычурные и сложные вещи еще не брался.

У Цюань Вэя руки чесались попробовать. Он втайне решил: если вызов увенчается успехом, он преподнесет шедевр отцу как примерный сын, а если мастерства не хватит — разберет всё к чертям и зажарит на этих деревяшках куриные крылышки.

Небо было пасмурным и затянутым тучами, дул легкий ветерок четвертого уровня — идеальная погода для прогулок и выездов на природу. Перекинув через одно плечо черный рюкзак, Ян Чжэнь тихо, без единого звука покинул Счастливый сад. Спустившись в метро, он затесался в толпу пассажиров и отправил ростовщикам короткое сообщение.

[Брат Хун, твои проценты слишком высоки, выплатить эту сумму я не смогу при всем желании, так что я в бегах.]

По идее, не следовало поднимать шум раньше времени, но Ян Чжэнь не хотел, чтобы Брат Хун снова заявился устраивать погром туда, где жил Хуан Цзинь. Вскоре Ян Чжэню пришел ответ. Взглянув на экран, он с удивлением обнаружил, что отправителем был вовсе не Брат Хун.

Хозяин квартиры: [Понял. Счастливого пути.]

С легкой улыбкой Ян Чжэнь набросал несколько знаков, нажал кнопку отправки и выключил телефон.

[Благодарю за добрые слова, спасибо.]

http://bllate.org/book/25420/3030314

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь