Готовый перевод Rebirth of the Boss / Возрождение босса: Путь сквозь эпохи: Глава 12

Цзи Ли, — позвал Сяо Мин, и Цзи Ли толкнул дверь и вошел. Увидев, что в комнату вломился посторонний, Хэ Цзычжэ в панике натянул одеяло, укутавшись с головой, и обнаженное тело Сяо Мина оказалось на виду. Тот невозмутимо поднялся на ноги и раскинул руки, позволяя Цзи Ли одеть себя.

Хэ Цзычжэ с любопытством взглянул на Цзи Ли и спросил: — Кто он?

— Мой младший братуха.

— Ты и с ним занимаешься таким? — Личико юноши покраснело до предела, и он тихо задал этот вопрос.

— Нет, мое правило — не связываться с младшими братухами. — Отчетливо почувствовав, как рука Цзи Ли на мгновение замерла, Сяо Мин признался себе, что сделал это намеренно. Цзи Ли был самым серьезным и упрямым человеком из всех, кого он встречал, и связываться с таким он не осмеливался.

Днем Цзи Ли привел Хэ Цзычжэ в небольшой лесок. Чэнь Сюн и остальные окинули его оценивающими взглядами, а затем перевели их на бесстрастного здоровяка, какое-то время не в силах разгадать всю сложность их отношений.

Цзи Ли поставил Хэ Цзычжэ в пару с Хуцзы, велев сперва заняться самым базовым — стопкой в стойке мабу.

Не прошло и двух часов, как у Хэ Цзычжэ начали неметь ноги. Стоило ему хоть чуть-чуть качнуться, как бедра сводило судорогой, а стопы пронзало жгучей болью, словно они принадлежали уже вовсе не ему. Крупные капли пота падали с лба, все тело давным-давно промокло насквозь, а одежда липла к коже.

В детстве он учился боевым искусствам: отец нанимал ему бывалого охранника караванов, но тот наставник относился к делу спустя рукава и не вкладывал душу в обучение. Лишь теперь Хэ Цзычжэ понял, насколько же тяжелым оказывается путь боевых искусств.

— Фух, — Сяо Мин медленно выдохнул дым и подошел к нему. — Все еще хочешь учиться драться?

Хэ Цзычжэ бросил взгляд на стоявшего рядом крошечного Хуцзы. Семилетний сопляк мог выдержать это, так с чего бы он сам оказался хуже? И тогда он решительно посмотрел на Сяо Мина: — Хочу.

Сяо Мин усмехнулся, и на его лице появилось редкое серьезное выражение: — То, о чем договорились, менять нельзя, ладно? Мужик, с тех пор как у него между ног начинают расти волосы, должен отвечать за свои слова.

— Ты... пошляк! — Хэ Цзычжэ закатил глаза и обессиленно бросил в ответ.

Ужинали все вместе, Хуцзы тоже посадили за стол. Матушка Ху и остальные ни в какую не соглашались трапезничать со всеми вместе, и тогда Сяо Мин велел поставить для них небольшой столик в стороне.

Хэ Цзычжэ впервые ел в компании стольких людей, находя это невероятно волнующим и необычным.

После ужина все собрались вместе.

— Как ты познакомился с нашим главой? — Чжоу Лин терпел весь день, но в конце концов пал жертвами собственного любопытства и тихо спросил.

— Это... — Хэ Цзычжэ смущенно почесал в затылке, покосился на Сяо Мина, который беседовал с Цзи Ли, и, убедившись, что тот вроде бы не обращает на них внимания, вполголоса рассказал о том, что произошло в тот день.Что? Ограбление похитителя сердец? Ты грабишь Брата Ли? — завопил Чжоу Лин.

Все в комнате бессловесно уставились на него. Не мог бы ты говорить потише, мы же всё слышим, эй! А Сяо Мин и вовсе скользнул взглядом ниже его пояса и облизнул уголки губ:

— Что, тоже хочешь попробовать?

— О-о-о-о-ла-а-а-д-д-д-н-н-о, то есть, босс, я вспомнил, что у меня есть кое-какие дела, я пошёл. — У Чжоу Лина встали дыбом все волоски на теле, он подорвался с места и схватил Хэ Цзычжэ. — Цзычжэ, пошли со мной.

С этими словами они оба в панике вылетели за дверь.

Сяо Мин приподнял брови. Эти двое простофили были знакомы всего полдня, а уже перешли на имена. Одноклеточные создания и впрямь куда быстрее адаптируются к новой обстановке — совсем как те свирепые мутировавшие звери.

Не прошло и нескольких дней, как Хэ Цзычжэ уже вовсю сдружился со всеми обитателями Обители Слушающих Бамбук.

В мгновение ока настал день отъезда Чжун Фэйчуаня. Перед самым выходом он украдкой поглядывал на Цзи Ли и Хэ Цзычжэ, а когда встречался взглядом с Сяо Мином, неизменно принимал вид человека, который хочет что-то сказать, но не решается. Сяо Мин, конечно же, прекрасно знал, что слухи о его разнузданности средь бела дня уже давным-давно расползлись по всей усадьбе. Главными героями этой истории выступала их троица, и все вокруг единогласно решили, что у них была групповуха.

Этим вечером Обитель Слушающих Бамбук пожаловал незваный гость. Сяо Мин бросил взгляд на ночного воришку в маске, разделся и соскользнул в купальню, с наслаждением выдохнув.

Гость в маске подплыл к нему поближе и помахал рукой перед его лицом:

— Ты слепой?

— Вовсе нет.

— Тогда почему ты такой невозмутимый?

— Я очень удивлен.

— По тебе не скажешь. — Гость в маске зачерпнул рукой воду. — Неужели ты не боишься, что у меня злые умыслы?Ты ведь не легендарный похититель цветов? — с интересом спросил Сяо Мин, а затем погладил себя по груди. — Жаль только, что я мужчина.

Какая разница, мужчина или женщина, я, эм... то есть мне доводилось играть и с мужчинами, ощущения совсем другие. — Человек в маске подцепил пальцем прядь его волос и принялся накручивать на палец.

О? Хочешь поиграть прямо сейчас? — Сяо Мин приподнял бровь.

Давай... — Ещё не затихли последние слова, как ноги оторвались от земли: Сяо Мин уже подхватил его на руки и перенёс к кровати. Человек в маске стиснул зубы, и от него мгновенно повеяло удушающей жаждой убийства. — Ты ищешь смерти.

Едва умолкнув, он сорвал с лица и саму маску. Ледяной, строптивый взгляд, узкие и длинные фениксовы глаза, высокий прямой нос и чётко очерченные, тонкие, хищные губы выдавали зловещую, чарующую красоту — поистине демоническое лицо!

Я... мф... — Человек в маске хотел что-то сказать, но Сяо Мин нетерпеливо запечатал его рот поцелуем. Трещит тут без умолку и конца краю не видно! Если бы Хэ Цзычжэ в последние дни не утруждал себя до изнеможения, ему бы не пришлось терпеть до сих пор, а с человеком, чьи желания остались неудовлетворенными, шутки плохи.

Закончив дело, человек в маске воспользовался ситуацией, а затем тут же сделал вид, что знать никого не знает. Схватив Сяо Мина за горло, он зловеще процедил:

Как смеешь, наглец! Как ты посмел поступить со мной подобным образом?

Сяо Мин нежно коснулся пальцами лица красавца — тело получило разрядку, а потому договариваться стало куда проще.

Как твоё имя?

Красавец холодно фыркнул и ничего не ответил.Манжета маски хоть и скрывала кое-что, но позволяла разглядеть иное. Сяо Мин слегка прищурился и потрогал маску на лице соседа:

— Может, назвать тебя Господин Маска?

— Цзо Ихан, — уныло произнес Цзо Ихан. Он изначально собирался повстречаться с Чжун Фэйчуанем из Усадьбы Тысячи Листьев, но, прибыв на место, узнал, что тот покинул усадьбу еще утром. По воле случая забредя в комнату Сяо Мина, он в итоге оказался в таком положении, однако сегодня ему все же довелось оценить боевые навыки этого заместителя главы.

Он внимательно оглядел Сяо Мина — тот определенно был хорош собой, — и рука парня, державшая его за горло, переместилась на щеку:

— Впредь тебе запрещено заниматься таким с другими. Ты — мой.

— Не выйдет.

— Тогда я убью тебя. — Цзо Ихан яростно вцепился ему в горло, постепенно сжимая пальцы.

Сяо Мин по-прежнему беспечно улыбался:

— Лишь я сам способен лишить себя жизни.

После столь долгого противостояния Цзо Ихан неожиданно разжал пальцы, накинул верхнюю одежду и ушел.

— Глава! — раздался за дверью голос Цзи Ли. Шум действительно потревожил здоровяка из соседней комнаты. Цзи Ли знал, что вошедший направился в комнату Сяо Мина, и, простояв на страже у двери добрую половину дня так никого и не дождавшись, тут же пришел к определенному выводу. В следующую секунду он вспомнил странную болезнь, о которой упоминал Сяо Мин: неужели для него годился абсолютно любой мужчина?

— Что такое? — раздался ленивый голос Сяо Мина.

— Что-то случилось?

— Пустяки. Просто заблудившийся котенок.

Цзи Ли резко сжал кулаки: снова какой-то незнакомец?

Последующие дни выдались на редкость размеренными. Сяо Мин переложил тренировки на плечи Цзи Ли и всерьез занялся развитием своих сверхспособностей. Потеря памяти в пятнадцать лет и непонятный белый кокон в голове указывали на то, что прошлое этого тела было далеко не простым, и Сяо Мин отчетливо ощущал приближение бури.

Пилюли из мутировавших фруктов расходились очень быстро: теперь Сяо Мину требовалось съедать по одной каждый раз, когда он полностью исчерпывал свою энергию. К тому же пилюли были необходимы для помощи в тренировках Цзи Ли и остальным, так что Сяо Мин остро нуждался в повышении общей боевой мощи.

Спустя три месяца Чжун Фэйчуань вернулся в усадьбу — говорили, на этот раз ему удалось благополучно спасти Цин Вэйвэй. С его возвращением Усадьба Тысячи Листьев обрела надежную опору, и Сяо Мин получил гораздо больше свободы. Когда энергетические пилюли почти подошли к концу, Сяо Мин захватил с собой Цзаонигао, перевалил через задние горы и наведался на гору Фэнхуан. Исколесив ее вдоль и поперек, он обнаружил всего два дерева с мутировавшими фруктами.

Используя свежие мутировавшие фрукты, Сяо Мин успешно поднял свой уровень сверхспособностей до второго. Обычные люди при употреблении этих плодов столкнулись бы с дисбалансом энергии и в конце концов погибли бы от разрыва тела, поэтому Сяо Мин, по обыкновению, переработал оставшиеся фрукты в пилюли.

Свирепый холодный ветер завывал, трепля волосы путников. Дорогу занесло толстым слоем снега, который налипал на копыта лошадей; кони фыркали и нетерпеливо скребли передними ногами землю. Ветки сосен по обочинам дорог, укушенные белым пушистым снегом, тяжело клонились вниз, и время от времени с глухим стуком падали крупные, размером с ладонь, снежные комья, беззвучно оседая на сугробах.

— Но! — крупный мужчина во главе отряда натянул поводья, направил коня к повозке и крикнул: — Глава, впереди полуразрушенный храм, сегодня ночью остановимся там.

После короткого выдоха раздался ленивый голос:

— Хорошо, пусть Чжоу Лин и остальные нарубят хвороста и разожгут костер.

Мужчина отрывисто ответил, развернул коня и поскакал в голову колонны.

Снег все еще падал крупными хлопьями. Сяо Мин протянул руку, поймав снежинку: хотя в этих краях ему уже доводилось видеть столь ослепительно белый снег в прошлом году, сейчас это зрелище по-прежнему казалось диковинным. Снег в эпоху бедствий всегда был сероватым и тут же обагрялся кровью, стоило ему упасть на землю.

Снег растаял. Сяо Мин поднял голову: место, где он стоял, находилось на возвышении, позволяя окинуть взором окрестности — сосновый бор вблизи, горы вдали, полностью укушенные белым покровом, а чуть ниже виднелось скованное льдом озеро. Хвойный аромат смешивался с морозной свежестью снега, принося удивительное умиротворение.

— Глава! — под тихое шуршание по глубокому снегу к нему приближался Цзи Ли. — Костер уже разожжен, пойдемте внутрь, холодно.

Сяо Мин отряхнул ладони — влага на них мгновенно испарилась, — и, развернувшись, направился обратно.

— Разве в такой развалюхе вообще могут жить люди? — не успел он войти в полуразрушенный храм, как до него донесся громкий возмущенный вопль. — Мне плевать, я хочу в постоялый двор!

— Меньше болтай, а не то сбавлю с тебя пару стружек, — злобно процедил Чэнь Сюн, слегка поигрывая лезвием ножа.

— Ладно, старший брат, остынь. Думаю, этот молодой господин Юань уже понял свою ошибку, — прищурившись, Янь Юньжоу размяла кулаки так, что суставы громко хрустнули, и с угрозой посмотрела на молодого господина Юаня. — Верно?

Юань Цин испуганно задрожал, пятясь назад и торопливо кивая.

— Глава, Брат Ли, вы вернулись! — зоркий Чжоу Лин поднял голову, заметив их. — Скорее идите погреться у огня.

Возле костра расстелили ковры, и Сяо Мин, приподняв полы одежды, опустился на землю. Юань Цин бочком подкрался ближе:

— Заместитель главы Сяо, неужели мы и правда ночуем в таком дырявом месте?

Сяо Мин медленно выпустил струю дыма и с загадочной улыбкой посмотрел на него, ничего не отвечая. За него заступилась Янь Юньжоу:

— Ну а как же? Спасибо нашему молодому господину Юаню, который делал по три шага и останавливался каждые пять: небо уже почти стемнело, а заброшенный храм, укрывающий от ветра и снега — это уже огромная удача.

Лицо Юаня Цина мгновенно переменилось:

— Бесцеремонность! Я разговариваю с вашим хозяином, а ты, какая-то слу… мф!

Сяо Мин заткнул ему рот зачерствелой булочкой и похлопал по щеке:

— Не умеешь говорить по-человечески — молчи. Будешь и дальше лаять — отрежу твою маленькую сосиску снизу к пиву.

— Глава, после таких слов я теперь вообще не смогу смотреть на сосиски, — Янь Юньжоу густо покраснела. Прошло уже больше года, а она все никак не могла привыкнуть к хулиганским замашкам главы.

http://bllate.org/book/25417/3030058