Готовый перевод No In-Team Romance / Запрет на любовь: Сценарий для суперзвезды: Глава 4

Лин Юй остолбенел, зрители в зале остолбенели. А вот Хэ Цзинси ничегошеньки не понял и лишь радовался, что его инстинкт самосохранения сработал вовремя и помог избежать скандала.

После короткой паузы грянули оглушительные визги и крики из зала. Хэ Цзинси покрутил головой по сторонам, переводя взгляд то на Лин Юя, то на себя.

Что случилось?

Усевшись в машину, везущую их обратно, Фан Чжэ раскраснелся от возбуждения:

— Эффект просто потрясающий! Даже круче, чем от нормального выступления! На официальный аккаунт группы внезапно начали подписываться новые люди!

Хэ Цзинси слегка удивился и открыл Вейбо. Какой-то зритель нарезал три видеоклипа, наложил дурацкую музыку и запустил их в бешеные перепосты.

В первом родителе Хэ Цзинси нежно касался лица Лин Юя, во втором — улыбаясь, пел ему, а в третьем — вручал Лин Юю красную розу.

……

Да кто-нибудь может объяснить, что первое было из-за травмы Лин Юя, второе — потому что наушник никак не удавалось поправить на место и это выглядело неловко, а третье — он просто испугался, что его отругают!

Меньше чем за час у них даже появилась ветка для шипперов под названием «Сердцем с Лин Си». Но поскольку оба артиста были непопулярны настолько, что казалось, будто они падают в бездонную дыру, у них не нашлось даже ни одной совместной фотографии, так что на аватарке пейджа красовался свежесделанный кадр с выступления, на котором между ними словно залегла целая галактика.

[В китайской индустрии развлечений сто лет не было таких красивых айдолов [остолбенел]]

[Божечки, я за них умираю, во взгляде вон того парня столько затаенного сочувствия, аж через край!]

[Маленькое солнышко и холодный красавец, я сразу узнала в них моих давно потерянных папу и маму!]

[Великая эпоха новоиспеченных красоток и красавчиков [плачет] [плачет], мама любит вас, отправляйтесь вместе на большие сцены!]

Фан Чжэ, похоже, тоже наткнулся на эти горячие тренды, прочистил горло, пару раз кашлянул и снова улыбнулся:

— Ну что, Лин Юй, Цзинси, вы... кажется, прославились, ха-ха-ха.

Хэ Цзинси осторожно покосился на реакцию Лин Юя. Тот лишь нахмурился и протянул Фан Чжэ телефон со словами:

— А это что такое?

Хэ Цзинси испытывал одинаковое любопытство ко всему, что могло вывести Лин Юя из равновесия, поэтому тоже заглянул через плечо.

[И это кто-то умудряется шипперить? Сразу видно, что кто-то один занимается односторонним фансервисом]

[Первый вампир нашей империи снова тут… Лин Юй — железобетонный натурал, ха, накликал же беду на свою голову]

[Разве Хэ Цзинси не признанный аутсайдер в TAX? Опять присосался к капитану]

Прочитав это, Хэ Цзинси остался совершенно невозмутим и даже слегка приподнял бровь. По сравнению с хейтом, обрушившимся на него в бытность топ-звездой, эти комментарии были просто каламами да печеньками. Скорее ругались так, будто заигрывали.

Он улыбнулся:

— И что с того? Я в свое время…

Лин Юй устремил на него взгляд.

Хэ Цзинси тут же захлопнул рот и лихорадочно закрутил мысли в голове:

— Да я… да подумаешь, великое дело! — он рассмеялся. — Не обращайте внимания.

Однако Лин Юй продолжал сверлить его дотошным, изучающим взглядом.

Хэ Цзинси в ту же секунду почувствовал себя крайне неуверенно.

С чего бы вдруг? Неужели Лин Юй уже что-то раскусил?

Четвертая глава: Желающий сам идет на крючок~

Атмосфера накалилась, и Хэ Цзинси всерьез опасался, что в следующую секунду Лин Юй спросит его, кто он такой на самом деле. К счастью, Фан Чжэ наконец подал голос:

— Кстати, что это было сегодня вечером?

Хэ Цзинси внутренне сжался: что было? Пусть лучше кто-нибудь сначала объяснит ему, что вообще произошло.

Видя, что никто не отвечает, Фан Чжэ посмотрел на Лин Юя с синяком на лице:

— Лин Юй?

Хэ Цзинси тоже перевел взгляд на Лин Юя.

Лин Юй хранил молчание: он не стал раздувать из мухи слона, но и оправдываться не стал — лишь из вежливости покачал головой в ответ на вопрос Фан Чжэ.

Тогда Фан Чжэ повернулся к Хэ Цзинси:

— Цзинси?

Хэ Цзинси вздрогнул и замахал руками:

— Ничего, так, маленький эпизод.

Поняв, что добиться от них правды не удастся, Фан Чжэ оставил эту затею.

Тогда Хэ Цзинси снова украдкой покосился на Лин Юя. Тот отвернулся к окну, глядя на проносящийся мимо ночной пейзаж, и выглядел так, будто действительно ничего не произошло.

Похоже, его и вправду не волновали собственные неприятности. В конце концов, он пришел на помощь в опасный момент, а после этого даже не удосужился задать хотя бы один любопытный вопрос.

Добравшись наконец до отеля, Хэ Цзинси рухнул на огромную мягкую кровать и перевел дыхание — он чувствовал себя настолько уставшим, что кости казались ватными. События неслись одно за другим, не давая ему ни секунды на осмысление, даже в телесериалах не бывает таких фантастических сюжетов.

Больше всего голову ломало то, что Хэ Цзинси никак не мог раскусить Лин Юя.

Да и ладно, в конце концов, человек он хороший, пусть и сложный для понимания.

Хэ Цзинси не собирался надолго задерживаться в этой группе, а потому не планировал подыгрывать парному фансервису. Характер Лин Юй и подавно исключал подобные вещи.

Но продюсеры шоу, разумеется, вцепились бы зубами в этот внезапно свалившийся с небес пиар, так что сценарий переписали прямо посреди ночи.

Ванючее шоу называлось «На одной волне» и позиционировалось как реалити-шоу обнародования социальной динамики, но все прекрасно понимали, что на деле это очередное брачное шоу, где участники строят романтические линии ради хайпа.

Программа транслировалась в прямом эфире от начала и до конца. Рано утром следующего дня съемки стартовали прямо с момента, когда участники с чемоданами в руках собирались вместе.

Сотрудники в холле сияли улыбками:

— Добро пожаловать, дорогие гости, в третий сезон шоу «На одной волне»! Прежде всего, мы распределим комнаты с помощью жребия: жить будете по двое, те, кому выпадут одинаковые номера, окажутся в одной команде.

Хэ Цзинси обвел взглядом фойе: помимо их собственных ребят, здесь находилось еще четверо участников. Лицо одного из них показалось ему смутно знакомым, и он отчаянно зарылся в памяти, пытаясь вспомнить, где его видел.

— Лин Юй — номер три!

Хэ Цзинси вынырнул из раздумий и поднял голову.

Лин Юй вытянул номерок, и камера крупным планом запечатлела цифру на карточке, демонстрируя ее зрителям, в то время как другие сотрудники мгновенно подсунули новый чемодан. Вся процедура была отточена до совершенства, и оператор тут же снова переключился на общий план.

И так можно было? Хэ Цзинси молча кивнул, глядя на свежепринесенный чемодан. Подошла его очередь тянуть жребий.

— Отлично, наш Цзинси тоже вытянул тройку и отправляется в одну группу с капитаном Лин Юем!

Все шло точно по предсказаниям, он и не сомневался, что съемочная группа не упустит подплывшую в руки рыбу. Хэ Цзинси послушно улыбнулся и поднял номерку, показывая ее в объектив камеры.

Помимо них двоих, продюсеры объединили в пары и других участников, между которыми искрила химия.

Лю Юйхэн и Чэнь Чэнь достались друг другу — эта парочка, естественно, должна была изображать «собаку и кошку», вечно пилящих друг друга. Хотя на самом деле они вовсе не ссорились…

Закончив с жеребьевкой, участники, грохоча колесами чемоданов и окруженные толпой операторов, двинулись по комнатам разбирать вещи.

Хэ Цзинси толкнул дверь и огляделся. Комната оказалась небольшой, но светлой, с двумя полутораметровыми кроватями. Бежевые шторы были наполовину задернуты, а с улицы по стене карабкался дикий виноград, заливая всю комнату зеленоватым светом.

Сама комната ему даже понравилась.

Оба открыли чемоданы: Лин Юй встал у левой кровати, а Хэ Цзинси опустился на правое колено у правой и принялся тихонько развешивать одежду.

Яркое, лучезарное солнце падало на их профили, смягчая резкие черты челюсти Лин Юя и придавая еще больше мягкости и без того нежной внешности Хэ Цзинси.

Чат трансляции побежал быстрее.

[Ой, подруга, смотри, пришли те самые парни из манги…]

[Помню, как в том году мы с Лин Си ездили красть картины в Лувр, охранники уже бежали к нам, а они просто встали там — и превратились в произведения искусства, из-за чего меня выпустили только сейчас.]

Между ними возникло какое-то странное взаимопонимание: в два счета рассортировав одежду по шкафам, они первыми спустились вниз, чтобы собраться вместе.

Когда все наконец подтянулись, подошло время обеда. Участники уплетали коробочки с едой на вынос, слушая, как персонал объявляет первое задание на день.

— Наше сегодняшнее послеобеденное задание — это игра в рыбалку! Всего у нас четыре команды, и количество пойманной рыбы определит очки каждой группы. Желаем всем хорошего улова, пусть рыбы будет вдоволь!

Рыбалка. Хэ Цзинси мысленно подсчитал шансы: с самого детства он занимался исключительно постановкой голоса да танцами, а после дебюта его сутки приходилось делить едва ли не по секундам, так что в рыбной ловле он не смыслил ровным счетом ничего.

Главное было неясно, умел ли рыбачить прежний владелец этого тела. Чтобы не спалиться, он решил про себя, что просто сядет в уголочке и будет молча притворяться бревном.

После полудня солнце стало припекать сильнее, и автобус съемочной группы, покачиваясь на дороге, привез всю компанию к загородному рыбному хозяйству.

Выйдя из транспорта, все разбрелись кто куда. Хэ Цзинси последовал за Лин Юем и устроился под тенью раскидистого дерева, пристроив на траве складной стульчик. Листва шелестела, и по их фигурам непрерывно бегали солнечные зайчики.

Лин Юй стоял рядом и сосредоточенно собирал удочку; его пальцы были длинными и сильными, и после нескольких щелчков снасть была полностью готова.

Хэ Цзинси просто сидел, задрав голову, радуясь, что Лин Юй умеет абсолютно всё и его помощь вовсе не требуется.

— Умеешь? — неожиданно повернувшись, спросил Лин Юй.

Хэ Цзинси посмотрел на Лин Юя, и в его голове закрутились шестеренки: стоит ему сказать, что он умеет, или что не умеет?

— Не особо. — Ну а что, классический выбор между А и Б? Вот только убивать варианты ответов наугад — верный путь к провалу.

Лин Юй кивнул и неожиданно протянул удочку ему:

— Мм, можешь попробовать.

Хэ Цзинси догадывался, о чем думает Лин Юй — наверное, переживал, что у него совсем не будет эфирного времени. Но… блин, вот это и называется «хотел как лучше».

Колеблясь, он принял удочку:

— Я правда не очень умею.

Лин Юй присел на корточки, чтобы нацепить приманку, но, услышав это, поднял голову и попытался взглянуть на Хэ Цзинси, однако яркое солнце ударило ему прямо в глаза, заставив зажмуриться и опустить голову. Но когда он снова медленно открыл глаза, ослепительный солнечный свет куда-то исчез — откуда в ясный день взяться тучам?

Он поднял взгляд и увидел, что Хэ Цзинси слегка подвинулся, заслоняя его собой от солнца и создавая крошечную зону местной облачности.

Лин Юй на мгновение растерялся. Неужели Хэ Цзинси тоже способен на такую заботу, способен учитывать чужой комфорт?

— Просто забрось, тут нет никаких хитростей. — Не придавая этому особого значения, он поднялся на ноги и направился за стульчиком позади Хэ Цзинси.

— Ну хорошо.

Хэ Цзинси больше не стал отпираться: подумаешь, забросить удочку, неужто это сложнее всего на свете?

Подумав так, он занес руку и привычным движением, вложив обычную силу, попытался закинуть удочку вперед. Но это тело больше не было его прежним телом: мышцы рук ослабли от недостатка тренировок, а из-за чрезмерной худобы центр тяжести гулял из стороны в сторону. Совершенно не готовый к такому повороту, он позволил тяжеловатой удочке попросту утянуть себя за собой.

— Ой? — он инстинктивно разжал пальцы.

Глухой плех — это был не только звук упавшей в воду удочки, но и тяжелый удар его собственного сердца.

Хэ Цзинси сглотнул. За все двадцать шесть лет своей жизни разве он хоть раз так позорился? Раньше, при любых обстоятельствах, Хэ Юонань считался профессиональным, ослепительным, всемогущим, а теперь умудрился забросить удочку так далеко, что выпустил ее из рук!

Потратив целых десять секунд на внутреннее успокоение, Хэ Юонань наконец повернулся к Лин Юю.

[Это постановочное шоу? Умру со смеху]

[Какое к черту шоу, ха-ха-ха-ха, вы только посмотрите на выражение лица Цзинси?]

[Срочно выкопайте для Цзинси норку! По-моему, он жутко хочет в нее спрятаться]

http://bllate.org/book/25408/3029044