Готовый перевод Quick Transmigration Judge System / Система Судьи: Билет в один конец: Глава 16

Глава 15: Том роботов, гл. 01

В пустой комнате посреди стоял лишь операционный стол. Гу Цинчжи лежал на нём, в голове непрерывно кружилось от головокружения. Он попытался приподняться и сесть, но в момент, когда поднял руку, та замерла и заклинила, словно лишённый машинного масла механизм: он кое-как мог шевелить ею, и при этом было слышно нечто вроде звука ржавого трения.

Услышав этот шум, в комнату толкнул дверь подросток лет двадцати в белой рубашке и джинсах. Увидев, что Гу Цинчжи держит руку на весу и бессмысленно смотрит на собственные пальцы, парень тут же радостно воскликнул:

— Кинг?

Кинг?

Неподвижные глазные яблоки Гу Цинчжи наконец зашевелились. Он поднял взгляд на вошедшего, ожидая от подростка объяснений, и принялся безумно донимать систему в своей голове:

— Система, система, система, выходи скорее.

В ответ воцарилось молчание.

Подождав немного, Гу Цинчжи вмиг всё понял: верно, это же искусственный интеллект доставил его сюда, тут нельзя звать его так, будто подзываешь маленькую собачку. Он тут же включил двенадцать тысяч процентов энтузиазма и принялся страстно взывать:

— Система, ты тут? Организация нуждается в твоей помощи…

Система решительно впихнула ему в голову все сюжетные данные, заткнув тому рот.

Гу Цинчжи определенно принадлежал к числу тех, кого так и тянет отлупить. Листая сюжет на ходу, он возмутился:

— Разве не говорилось, что сюжет нужно покупать за очки энергии? И что даже новичкам в подарок выдают лишь стандартный сюжетный набор? У меня нет денег, и брать взаймы я не собираюсь. Ваши ростовщические услуги в Подземном Мире — это просто живодерство, проценты слишком высокие!

Металлический голос системы прозвучал холодно:

— Согласно оценке искусственным интеллектом поведения призрака Гу Цинчжи в прошлом Мире Одержимости, способности призрака Гу Цинчжи находятся на низком уровне. В систему экстренно установлен патч, позволяющий пользователю получать стандартный сюжетный набор бесплатно при каждом задании.

— Отлично сработано, можешь быть свободен.

Гу Цинчжи изобразил замашки Наследного принца из своего прошлого Мира Одержимости и заткнул систему за пояс, отчего на душе у него стало приятно.

В описании сюжета говорилось, что нынешний мир обладает невероятно высоким уровнем развития технологий, а производственные процессы, за исключением сфер, требующих точного мышления, полностью заменены роботами.

Хозяина этого тела звали Кинг, и он был роботом, обладающим собственным разумом. Подросток перед ним — Цю Бай, создатель Кинга. Хотя в этом мире роботы повсюду, существуют строжайшие законы и предписания: запрещено разрабатывать любые технологии, наделяющие роботов разумом. При обнаружении подобного робота уничтожают, а создателя сбрасывают в искусственную космическую червоточину — место, где нет ни света, ни звука, вообще ничего. Говорят, что даже маршал Тан Чжэнь, некогда покоривший всю вселенную, не продержался в искусственной космической червоточине и полмесяца. Цю Бай же неустанно трудился над созданием робота, обладающего разумом.

Нынешнее задание было поручено самим Кингом.

Мысленный двойник Гу Цинчжи ткнул пальцем в интерфейс сюжета и с бесстрастным видом произнес:

— Система, а ну выходи! Я в гневе бью посуду. Не смей мне говорить, что это одержимость какого-то робота. Если посмеешь заикнуться, я тебя просто забью до смерти. Ты же Система Судьи, относишься к ведомству Подземного Мира, что забирает души, так объясни мне, откуда у робота возьмутся души!

Система идеально воплотила в жизнь крылатое выражение молчание — золото.

— Кинг? — снова позвал Цю Бай, его глаза блестели от крайнего восторга. Хотя Гу Цинчжи отвлёкся на чтение сюжета, с точки зрения Цю Бая, его собственный робот просто работал со сбоями и немного затормозил, из-за чего и возникла такая пауза.

Гу Цинчжи посмотрел на него с бесстрастным выражением лица. При сложившихся обстоятельствах в любом случае следовало хоть что-то ответить, но первоначальный владелец тела всегда звал Цю Бая хозяином. Уж простите, но произнести это он был не в силах. Помявшись некоторое время с пустым видом, он выдавил из себя лишь короткое:

— Угу.

Цю Бай ликовал и прыгал от радости, готовый расплакаться от счастья. Он бросился вперёд, схватил Гу Цинчжи за руку и крепко сжал своими пальцами:

— Кинг, у тебя появилось сознание! У меня получилось!

Если бы не прочитанный сюжет, Гу Цинчжи с точки зрения режиссера оценил бы эту сцену как весьма заразительную, но, зная все спойлеры наперед и глядя на Цю Бая, он едва не задохнулся от подступающей тошноты. К счастью, он был роботом и не имел такой штуки, как желудок.

Этот Цю Бай определенно являлся крайне расчетливым и лицемерным типом. С самого детства, сколько он себя помнил, он жил в государственном детском доме, родители его были неизвестны. С малых лет он проявлял поразительные способности в физике и машиностроении, а благодаря смазливой внешности всегда пользовался особой любовью всех обитателей приюта.

Если бы дни в детском доме текли своим чередом, Цю Бай так и остался бы наивным и добрым юношей. К сожалению, в один прекрасный день в приюте внезапно объявили о возможности усыновления. Один за другим товарищи Цю Бая по играм стали обретать приемные семьи, и в той партии детей в итоге остался один лишь Цю Бай. К тому же те немногие из усыновленных товарищей, что порой наведывались в приют, вели себя так, будто делают одолжение, и отпускали в адрес Цю Бая скрытые и явные насмешки.

Цю Бай становился всё более замкнутым, пока по достижении восемнадцати лет не покинул детский дом и не вышел в большой мир. Там он снова столкнулся с теми самыми усыновленными товарищами. Теперь все они жили неплохо, опираясь на поддержку приемных семей. И лишь один Цю Бай, некогда одаренный ребенок-вундеркинд, скатился до того, что был вынужден повсюду искать работу. Старые товарищи, представляя его знакомым, бросали: Цю Бай в детстве был просто гениальным ребенком в физике, учителя даже восхищались его успехами в машиностроении. Кстати, Цю Бай ведь теперь устроился в Академию наук, да?

Именно с того самого момента Цю Бай заперся дома и потратил почти два года на то, чтобы собирать по заводам по утилизации роботов никому не нужные машины, ожидавленные отправки на переплавку. Он скручивал с них полезные детали, приносил домой и наконец собрал робота, который нравился ему больше всего — Кинга. А затем он потратил еще целых три года, усердно изучая, как наделить Кинга разумом, равным человеческому или даже превосходящим его.

Наконец Цю Бай добился успеха. Кинг не только обрел разум, но и, будучи единственным обладающим сознанием среди всех роботов, оправдал свое имя и стал предводителем роботов.

Дальнейший жизненный путь выглядел так: Цю Бай вместе с Кингом пробиваются к вершинам Империи, цепляются за влиятельного красавца из богатой семьи, после чего ради этого богатого красавца используют авторитет Кинга среди роботов, помогают молодому господину громить врагов со всех сторон, подчиняют соседние империи и объединяют всю вселенную. Но в конце концов из-за того, что Кинг проникся к нему совсем не роботами испытываемыми чувствами, а также потому, что личность Кинга была раскрыта недоброжелателями, Кинга уничтожили.

— Кинг, у тебя появился разум!

Цю Бай явно остался недоволен столь холодным откликом Гу Цинчжи и повторил свои слова снова. Его глаза сияли так, будто в них прятались звезды — они горели настолько ярко, что могли осветить ночную тьму, а уголки рта растянулись в улыбке почти до ушей.

Гу Цинчжи попытался увернуться от прикосновений Цю Бая, но детали, из которых собрали робота, были подобраны на свалке, сильно проржавели, а смазка оказалась из рук вон плохой. Из-за этого движение в сторону выглядело прерывистым, напоминая покадрово замедленную киносъемку.

Он нахмурился.

Цю Бай смущенно почесал в затылке и пояснил:

— Кинг, прости меня. Детали в твоем теле все еще в ржавчине, но ты погоди немного: у меня скоро появятся деньги, и я смогу купить тебе машинное масло. Тогда ты станешь совсем как настоящий человек.

Гу Цинчжи издал неопределенное мычание и холодно кивнул:

— Спасибо.

Цю Бай слегка занервничал, чувствуя, что обретя разум, Кинг стал совсем не таким, каким он его себе представлял. Раньше безмозглый Кинг беспрекословно исполнял любые его приказы, воспринимая их как императорские указы, и следовал им буква в букву. И пусть это казалось немного скучным, но давало ему чувство покоя.

Изначально он создал Кинга как раз из-за насмешек и издевательств той группы людей, надеясь, что у робота в глазах и сердце будет только хозяин, и он уж точно не превратится в таких, как они. Позже мысль наделить Кинга разумом пришла к нему потому, что все действия робота запрограммированы заранее, и это постоянно напоминало ему: робот навсегда останется роботом и ни за что не заменит человека. И тогда он полностью погрузился в исследования, думая, что если Кинг обретет разум, то сможет составить ему компанию точно так же, как человек, но при этом останется роботом, обладающим абсолютной преданностью.

Заметив, как улыбка на лице Цю Бая застыла и он разочарованно опустил голову, Гу Цинчжи тут же занервничал: стоящий перед ним субъект мог из-за пары чужих насмешек вырезать целый влиятельный род. Как бы тот сгоряча не решил, что робот бракованный, и не разобрал его на запчасти! Срочно выудив из глубин своего обширного опыта просмотров фильмов всё, что касалось роботов, он изо всех сил попытался изобразить машинный режим, медленно вытянул указательный палец и легонько ткнул Цю Бая в щеку:

— Цю... Бай?

В душе он облегченно выдохнул: к счастью, в прошлом, чтобы сделать Кинга более человечным, Цю Бай заложил в настройки привычку время от времени звать его по имени. Иначе, если бы его заставили звать себя хозяином, Гу Цинчжи проявил бы ту же силу духа, с какой некогда держался перед допросами Императора государства Мин, и предпочёл бы быть уничтоженным, но не произнес бы этого — уж слишком «постыдно».

Цю Бай мгновенно поднял голову, его глаза ярко засияли:

— Кинг?

Ему оставалось лишь со слезами благодарности рыдать от умиления. Он так долго мечтал, чтобы Кинг звал его по имени, как человек. И пусть этот окрик все еще отзывался некоторой роботоподобной заторможенностью, по крайней мере, в нем уже не слышался тот холодной металлический голос стандартных настроек, фальшивый с первой же ноты.

Внезапно Гу Цинчжи почувствовал, что потерял контроль над телом, которое задвигалось само по себе: правая нога отступила на полшага назад, затем левая нога прерывисто согнулась в колене, и он опустился на одно колено прямо на пол. Шейные суставы со щелчком хрустнули, обозначая поклон, после чего Гу Цинчжи почувствовал, как зашевелились его губы, а горло завибрировало. Он услышал собственный голос:

— Благодарю хозяина за дарованную мне жизнь!

Система, здесь завелась нечисть!

В голове Гу Цинчжи молниеносно пронеслись мысли, и он снова активировал режим донимания системы. Однако в тот же миг тело Гу Цинчжи, словно лишившись всякой энергии прямо в позе стояния на одном колене, неестественно завалилось назад, напоминая грудуломаного железа, скрепленного лишь остатками проводов.

Система бесстрастно пояснила:

— Хотя одержимость робота Кинга уже прибыла в Подземный Мир и присоединилась к проекту «Мир Одержимости» Системы Судьи, сами роботы обладают функцией сохранения данных. Поэтому Кинг сохранил внутри своего тела часть одержимости. Только что Кинг высвободил сохраненную одержимость, чтобы выразить благодарность своему создателю Цю Баю, после чего одержимость рассеялась. Теперь робот Кинг полностью уничтожен.

Гу Цинчжи, застрявший внутри металлического тела и неспособный пошевелиться, сквозь две искусственные стеклянные глазницы увидел, как Цю Бай на мгновение замер от охватившего его трогательного чувства, а затем с перекошенным от паники лицом выбежал из комнаты. Гу Цинчжи почувствовал жалость к Кингу: этот преданный робот даже после собственного уничтожения, несмотря на глубокую обиду на Цю Бая, все равно думал лишь о том, как поблагодарить своего создателя за подаренную жизнь.

Жаль только, что прежний Цю Бай не оценил по достоинству эту жизнь.

http://bllate.org/book/25389/3026712