Горные хребты Анду также известны как Емояма — Гора Пожирателей Демонов. Говорят, что более двухсот лет назад легендарный Первый Герцог Клейтон обнаружил здесь первого на Континенте Емо. Вскоре после этого, по мере того как сюда прибывало всё больше священнослужителей и аристократов для расследования обстоятельств, увеличился и поток бродячих торговцев. Чтобы защитить их безопасность, на средства из казны Кафедрального собора Святого Города и под надзором принца Алемии вырос город под названием Валенсия. Впрочем, местные жители предпочитали называть его на местном наречии — Обитель упокоения богов и демонов.
С тех пор прошло более двухсот лет. Королевская власть неуклонно слабела, и монстры, именуемые емо, практически стали новыми хозяевами Континента. В то же время три безымянных правителя, чьи владения располагались соответственно на северных равнинах, в южных лесах и западной долине, начали расширять свои сферы влияния наружу. И по мере борьбы за власть и выгоду некогда благодатная земля превратилась в поле боя.
Валенсия располагалась на стыке восточных и северных земель и перекликалась с городом Крейтон. Её древние стены были прочными и высокими. Согласно преданиям, в истории зафиксировано семь масштабных нападений емо на город, и два из них произошли именно здесь — десятки емо были перебиты под стенами мощными луками и тяжёлыми арбалетами. Так что прозвище Обитель упокоения богов и демонов, пожалуй, и впрямь могло оказаться местом, способным усмирять емо.
Однако в этот момент Валенсия лежала в руинах. Внутри города бушевали пожары, в лунном свете мелькали бесчисленные силуэты емо, и их целью было ничтожное внутреннее святилище императорского дворца на склоне холма. В отличие от спасающихся бегством служанок и стражников, три молодых аристократа неизвестного происхождения неторопливо двигались против течения толпы в сторону дворца. Военные, пытавшиеся их остановить, без исключения погибали от лап других емо, даже не успев приблизиться к троице.
— Хм! Какая это Обитель упокоения, если она столь жалка и уязвима? — с презрением произнёс черноволосый юноша слева.
— Полное название так называемой Обители упокоения включает ещё и слова боги и демоны. Похоже, мы уже превзошли и богов, и демонов, — с лёгким видом отозвался светловолосый аристократ справа.
— Для людей они добились неплохих результатов. Если бы не мы, одни лишь эти емо, боюсь, не смогли бы прорваться внутрь и за сутки, — молодой человек с длинными серебристо-белыми волосами явно был их главарем. Предводительствуя остальными, троица поднялась в зал для совещаний.
Если не считать полоскавшегося на ветру боевого знамени с крестом и змеей у входа, внутри главного зала царила абсолютная тишина. Снаружи продолжались боевые кличи, но здесь не было ни единого стражника, а в воздухе странным образом витал лёгкий фруктовый аромат.
— Вы пришли, гости с севера.
Раздался старческий, но не утративший величия голос.
Вслед за звуком трое юношей перевели взгляд. При тусклом свете звёзд на троне восседал старик почти семидесяти лет. Пурпурные одежды, роскошный длинный меч и корона на серебристо-белых волосах выдавали его статус. Сейчас пара чёрных как смоль зрачков пристально смотрела на троицу.
— Должно быть, Ваша Светлость — принц Алемия из Валенсии? Моё имя — Исли, ныне я владыка Альфонса на Северных землях, и я прибыл сюда, чтобы объявить о новой принадлежности этого города, — серебристоловолосый юноша говорил мягко, но без малейшей тени вежливости.
— О? Так вы и есть тот самый прославившийся в последние годы северный правитель? Смею спросить, вы ведь не человек?
В голосе старика не было ни капли паники — это походило на беседу старшего с младшим.
— Разве это имеет значение?
— Лишь между представителями одного вида существуют понимание, сострадание, милосердие и прочие чувства. Инородцам уже не дано этого понять. И неужели вы думаете, что старик отдаст трон лишённому чувств тирану?
Старик ничуть не выказывал страха перед лицом неприятеля у ворот.
— Тиран? Какое донельзя предвзятое слово. Разве люди не существа, которые боготворят власть и жаждут силы? А божества, перед которыми они благоговеют, разве принадлежат к их роду? — с презрением ответил Исли.
— У вас ведь нет жены?
— Женщин у меня предостаточно.
— А потомства?
— Мне не нужна такая утварь.
— Вот как? Тогда тем более нечего и говорить о семье, верно?
— Старик, что именно ты пытаешься сказать? — черноволосый юноша явно начал терять терпение.
— Хе-хе, тогда задам последний вопрос: вы трое — друзья?
— … — Все трое юношей одновременно замолчали. Сплотившиеся ради выгоды трое мужчин в лучшем случае годились на роль временных напарников, товарищами их назвать было нельзя.
— Ни родных, ни семьи, ни друзей... Хоть я и не знаю, кто вы такие, но для столь высокоразвитых живых существ — за столько времени не найти в этой жизни ничего, кроме легко добываемой власти, хотя бы одной вещи, способной принести вам счастье... Какая же это печаль.
Старик легко вздохнул.
— Ты, с самого начала молотишь языком без умолку! Если сейчас отдашь свою корону и печать, ещё сможешь сохранить себе жизнь, — светловолосый аристократ тоже потерял терпение.
— Приди сюда захватывать город кто-нибудь другой, нынешний старик, пожалуй, и отдал бы её. Но вы — не тот случай.
Тон старика был искренним, вовсе не похожим на отговорку.
— Только из-за того, что у нас не нашлось подходящего ответа на твои вопросы? Но разве среди людей не бывает тиранов?
Исли по какой-то причине не выказал ни малейшего раздражения, напротив, держался со стариком чрезвычайно учтиво.
— Человеческая жизнь длится всего несколько десятков лет, а вы существуете с тех пор, когда я был ещё ребёнком. Я не могу передать город в вечное управление тирану.
— Но судя по всему, у тебя нет выбора, — Исли закрыл глаза, его тон был непреклонен.
— Есть. Стоит уничтожить печать и документы с моей личной подписью, как Святой Город выберет нового короля. И, насколько мне известно, на другом конце этого континента существует организация под названием Клеймор, которая вполне способна с вами справиться.
С этими словами, не обращая внимания на удивление на лицах троицы, он выхватил из ножен острый меч и срубил стоявшую рядом подставку для свечей. Теперь-то трое юношей сообразили, что этот фруктовый аромат исходил от знаменитого фирменного вина Валенсии — красного вина Ариан. Последствия соприкосновения высокoградусного алкоголя с огнем были предсказуемы.
Молниеносно пробудивший ноги и правую руку Исли попытался с отчаянием остановить старика, но успел вырвать из его рук лишь мёрзлый клочок бумаги, прежде чем стена огня отрезала его от остального пространства. Глядя на то, как старика в мгновение ока поглощает огненный дракон, северный правитель почему-то ощутил странное чувство поражения.
— Что это ещё за чёрт? Проклятый упрямец думает, раз он умер, то всё кончено? Как он сам и сказал, у него ведь есть родные, мы можем... — свирепо произнёс черноволосый мужчина.
— Их больше нет. У такого человека больше никого не осталось, — Исли протянул развёрнутый лист бумаги черноволосому юноше. — Рикардо, в битве за Валенсию победителем вышел этот старик.
В руках Царя Льва был рисунок. На нём улыбаясь стояла пара молодых юноши и девушки, а поодаль них, держа на руках девочку-младенца, находился ещё не столь старый принц. Семья выглядела невероятно счастливой. Внизу рисунка шла аккуратная строчка: «Написано в день первого года жизни Паресии, старшей дочери герцога Клейтона и леди Алемии».
В то же время на вершине Горы Пожирателей Демонов зазвенели тревожные колокола церкви, и волны гулкого эна раскатились по долине, долетев до самого Кафедрального собора в Святом Городе.
Сутки спустя, в конференц-зале базы Клейморов в Стаффе, сорок семь ключевых фигур вновь собрались вместе.
— Этот ублюдок Исли становится всё более наглым, он вознамерился поглотить даже Валенсию, аппетит у него слишком велик, — сердито произнёс низкорослый Олхен.
— Если подумать, мы тоже проявили излишнюю спешку: слишком торопились вернуть первого прототипа и упустили из виду амбиции этого малого, — заговорил другой старейшина.
— Хм, однако на сей раз Белый Король, похоже, тоже сел в лужу. Хьюберт предпочёл умереть, но не отдал им город, — Эльмида выглядела злорадно. — Без печати, без признания Святого Города, пока Исли не начнет тотальную войну с церковью, он не сможет забрать Валенсию под своё начало...
— Не факт.
Увидев, что заговорил предводитель, все приготовились внимать.
— Только что пришли известия: Святой Город направит людей для тщательного расследования инцидента в Валенсию, а затем выберет из числа нынешней северной знати того, кто примет город. Состоящие у Исли на службе Царь Лев Рикардо и Клинок Вагнер обладают дворянскими титулами, так что они тоже входят в число кандидатов.
— Раз глава говорит так, у него наверняка уже есть контрмеры? — подметила настроения начальника искусная в угадывании его желаний Эльмида.
— Полагаться на одних лишь аристократов, умеющих лишь пить да развлекаться, в противостоянии с ними не выйдет. Я намерен всеми силами поддержать одного аристократа, чтобы он взошёл на трон принца, — голос предводителя был глухим.
— Но если наш кандидат — тоже лишь драчливый малый, с ним ещё полбеды. Беда в том, что Клинок Вагнер обладает колоссальными амбициями и к тому же очень умен. Если наш человек создаст ему угрозу, боюсь, он первым делом вырвет сорняки с корнем.
— А что, если наш кандидат — тоже Полу-ёма? — предводитель прервал сомнения старейшины.
— Милорд? Это...
— У Хьюберта есть внучатый племянник. Ему едва исполнилось двадцать лет, он долгое время жил на юге и хворал, поэтому его мало кто видел. Говорят, у него чёрные волосы и чёрные глаза — вылитый один из наших проблемных персонажей. Олхен, твой забракованный образец, похоже, как раз сгодится для дела...
Несколько дней спустя в маленьком южном городке староста и множество сельчан явно кого-то с трепетом ждали. Вскоре на дальнем тракте показался облаченный в серебряные доспехи воин, который неспешно шагал к деревенским воротцам. Слегка вьющиеся длинные волосы, утонченное кукольное личико, печать в виде трезубца на груди и та самая уверенная улыбка на губах.
Воин Клеймор бросил взгляд на шушукающихся вокруг деревенских жителей, а затем перевёл его на старого старосту. Уголки её губ изогнулись в еще более яркой улыбке, и она неторопливо подошла ближе.
— Ты — заказчик?
— Д-да...
— О, у меня есть две новости: хорошая и плохая. Какую хочешь услышать первой?
Ленивый тон, чарующий голос.
— Я... я... — глядя на приближающегося воина Клеймор, староста, казалось, испугался.
— Ха... Пожалуй, начну с хорошей. Хорошая новость в том, что тебе не придется мне платить. А плохая...
Она слегка вздохнула, а затем под изумленными взглядами окружающих в мгновение ока взмахнула мечом, срубив голову старосты. Скорость клинка едва ли уступала Скоростному Мечу.
— Плохая новость заключается в том, что будучи емо, ты уже не сможешь расплатиться со мной живым.
Следом безжизненное тело старосты обратилось в рослого, ростом с не одну сажень емо и рухнуло в лужу крови.
http://bllate.org/book/25367/3024360
Сказали спасибо 0 читателей