Готовый перевод Entertainment God System / Система идола: Путь к славе через тернии: Глава 11

Ха, Система и правда вовремя подоспела, выдав ему задание именно в такой момент. Что ж, отказываться от награды — глупость, да и даже если в награду дадут таинственный сундук, а не очки жизни, прижимистый характер Оуян Цяньжаня заставил бы его непременно заполучить этот приз.

К тому же, даже без задания он хотел преподать Чжоу Цзыбиню урок, а системное поручение стало лишь приятным дополнением. Неужели тот думал, что он не заметил его умысла?

Во время недавней сценки, стоило Оуян Цяньжаню продемонстрировать подходящее выражение лица и взгляд, как Чжоу Цзыбинь нарочно усилил свой напор и выразительность глаз, стремясь создать очевидный контраст. На каждое проявление силы со стороны Оуян Цяньжаня он отвечал вдвое большими амплуа, однако воплощенный Оуян Цяньжанем Оуян Юй вовсе не относился к тем, кто выставляет свою властность напоказ. Ему предстояло не только сыграть жесткое противостояние с Чжоу Цзыбинем, полное накала страстей, но и не уронить холодное высокомерие второстепенного персонажа. Для этого требовалось поистине высокое актерское мастерство.

Если подумать, Оуян Цяньжань и сам проявил некоторую беспечность, недооценив Чжоу Цзыбиня. Актерская игра у этого парня оказалась весьма неплоха — по крайней мере, по мнению Оуян Цяньжаня, Чжоу Цзыбинь играл лучше, чем Чэнь Вэйвэй. Они прежде не сталкивались на площадке, и вот стоило им впервые сойтись в кадре, как тот сразу решил поставить его на место. Чжоу Цзыбинь с самого начала невзлюбил его и поначалу просто игнорировал, а теперь перешел к открытому давлению. Но неужели Оуян Цяньжань — тот человек, которого так легко запугать?

С другой стороны, наблюдая весь поутренний съемочный день за тем, как Янь Куань отчитывает Оуян Цяньжаня, Чжоу Цзыбинь испытывал невероятное наслаждение и невольно проникся к сопернику презрением. Подумать только, его актерские способности оказались не так уж велики! Хоть играл он неплохо, стоило Чжоу Цзыбиню выложиться на полную, как тот сразу начинал уступать. Вспомнив, как еще несколько дней назад Янь Куань расхваливал Оуян Цяньжаня за актерский талант и называл чуть ли не гением, Чжоу Цзыбинь не удержался от насмешливой усмешки: какой из него гений, пшик один.

Утро выдалось свободным от сцен для Чэнь Вэйвэй, поэтому она наблюдала за совместной работой Оуян Цяньжаня и Чжоу Цзыбиня. Поскольку она уже разделяла с Оуян Цяньжанем съемочную площадку, у нее было некоторое представление о его возможностях. И если сегодня утром дублей было так много, то вовсе не из-за проблем Оуян Цяньжаня — все дело крылось в Чжоу Цзыбине. Она прекрасно видела, как тот с помощью собственной игры пытается подавить Оуян Цяньжаня. Раз уж это заметила она, главный режиссер Янь Куань тем более не мог не разглядеть подобного, вот только оставалось загадкой, почему он предпочитал хранить молчание.

Раз Янь Куань ничего не говорил, Чэнь Вэйвэй тоже не собиралась вмешиваться. Хотя Чжоу Цзыбинь ей не нравился, наживать себе лишние проблемы на ровном месте она не хотела. И хотя к Оуян Цяньжаню она относилась неплохо, он всё же был новичком. И хотя тот подписал контракт со Звездными Развлечениями и заполучил в личные агенты такого звездного менеджера, как Хэ Цзюньцзюнь, до тех пор, пока не прояснится, есть ли у Оуян Цяньжаня серьезная поддержка, она не станет опрометчиво ввязываться в водоворот неприятностей.

Пятнадцать минут пролетели незаметно. Несмотря на палящую знойную погоду, Оуян Цяньжань обладал типом кожи, не склонным к обильному потоотделению, поэтому даже после полуторачасовых утренних съемок его легкий макияж ни капли не поплыл. Разве что он сделал глоток воды и слегка освежил губы бальзамом.

Вскоре съемки возобновились. Сюжет оставался прежним, реплики — слово в слово, но на этот раз, когда дело дошло до ключевого момента противостояния Оуян Юя и Шань Сянмина, сцена развернулась совершенно иначе.

Чжоу Цзыбинь вдруг понял, что Оуян Цяньжань разительно переменился. Стоило тому произнести свою реплику, как уголки его губ чуть тронула усмешка, а в глазах залегла такая непроницаемая чернота бездонной пучины, что казалось невозможным угадать его мысли.

— На что спорим?

Реплика осталась прежней, но звучала совершенно иначе. Голос стал глуше, словно намеренно приглушенный, а в момент произнесения фразы глаза слегка сузились, мгновенно излучая едва уловимую, но мощную ауру. Уверенность, невозмутимость и холодность сочетались в нем с капелькой высочества — казалось, он ни в грош не ставит так называемый спор Чжоу Цзыбиня и ничто на свете не способно потревожить гладь его души.

Стоявший напротив Чжоу Цзыбинь отчетливо ощутил перемену в сопернике и внутренне содрогнулся: неужели актерское мастерство Оуян Цяньжаня выросло? Как такое возможно? Однако, даже охваченный удивлением, Чжоу Цзыбинь не позволил эмоциям отразиться на лице, внешне продолжая сохранять присущую главному герою заносчивость.

— Если в этот раз я обставлю тебя на городской олимпиаде по английскому, ты публично, перед всей школой, извинишься перед Цяо Цзянвей и добьешься ее прощения. Если же проиграю я — принесу извинения тебе перед лицом всей школы. Ну что, принимаешь вызов?

Ответа не последовало. В отличие от предыдущего дубля, Оуян Цяньжань ответил не сразу. Ветерок взметнул пряди у него на лбу, обнажая высокий и благородный лоб, а в его глазах таилась непостижимая, глубокая тайна.

Хотя перед ним стоял тот же самый человек, взгляд его совершенно изменился: ледяной и пронзительный, словно колющая стужа зимнего ветра. Чжоу Цзыбиню почудилось, будто он перенесся в ледяную пустыню, прямо перед величественным, возвышающимся над миром бессмертным. Тот медленно приоткрыл рот и посмотрел на него взглядом, с каким смотрят на презренных букашек, после чего раздался неземной, лишенный всяких эмоций голос:

— Хорошо.

Чжоу Цзыбинь внезапно почувствовал, что его тело оцепенело и он намертво застыл на месте.

— Стоп... Чжоу Цзыбинь, что с тобой такое, почему ты уставился на Оуяна, как бревно? Где твои слова? Твои реплики собаки сгрызли?

Голос Янь Куаня донесся будто с другого края земли, ворвавшись в уши Чжоу Цзыбиня и вырывая его из оцепенения.

— Я... — опомнившись, Чжоу Цзыбинь на мгновение растерялся, и режиссер тут же рассвирепел еще сильнее.

Янь Куань и без того был раздражен тем, что утром Оуян Цяньжаню пришлось переснимать сцену столько раз, а увидев, что Чжоу Цзыбинь тупо пялится на партнера и забывает текст, окончательно вышел из себя:

— Какое еще я?! Я понимаю, что Оуян чертовски хорош собой, но тебе-то необязательно пускать на него слюни! Живо все сначала!

Окружающие рассмеялись от слов режиссера. И правда, взгляд, которым Чжоу Цзыбинь только что пялился на Оуян Цяньжаня, очень сильно напоминал тупое обожание. Чэнь Вэйвэй, сидевшая позади Янь Куаня, улыбалась, но в ее глазах читалась новая оценка способностей Оуян Цяньжаня. Актриса, исполнявшая роль второго плана и сидевшая неподалеку со сценарием в руках, тоже не удержалась и прикрыла рот ладонью, сдерживая смех.

Тут Чжоу Цзыбинь наконец пришел в себя и бросил на Оуян Цяньжаня свирепый взгляд: во всем виноват он, если бы не этот тип, над ним бы не стали смеяться. Его, оказывается, только что придавила своим авторитетом актерская игра какого-то сладенького мальчишки — это просто непростительно!

Стоило Янь Куаню крикнуть «стоп», как Оуян Цяньжань тут же вернул взгляду прежнее выражение. Заметив, как Чжоу Цзыбинь смотрит на него со злости и досады, он лишь равнодушно пожал плечами, и съемочная группа немедленно приступила ко второму дублю.

Следом за этим разыргралась забавная картина. Если раньше дублировали Оуян Цяньжаня, то теперь настала очередь Чжоу Цзыбиня совершать ошибку за ошибкой. С каждым новым дублем Янь Куань отчитывал его на чем свет стоит, не оставляя и следа от былого достоинства. Стоявший в стороне Хэ Цзюньцзюнь, видя, что Оуян Цяньжаня не только не ругают, но еще и хвалят, расплылся в улыбке. Молодой господин Оуян сделал это специально!

И верно, Оуян Цяньжань делал это намеренно. Он от природы отличался злопамятностью: око за око, зуб за зуб, раз уж Чжоу Цзыбинь первый полез к нему с пакостями. Теперь пришла очередь самого Чжоу Цзыбиня прочувствовать это на себе — как говорится, вернуть бумеранг хозяину.

Впрочем, Оуян Цяньжань знал меру. Как только Чжоу Цзыбинь накосячил ровно столько же раз, сколько в свое время он сам, Оуян Цяньжань сжалился над ним и позволил сцене успешно завершиться. Иначе из-за него пострадали бы остальные участники съемочной группы, да и тратить впустую бюджет и время команды не стоило.

Янь Куань прекрасно видел всё происходящее. Сначала режиссер собирался одернуть Оуян Цяньжаня, если тот перейдет черту, но не ожидал, что парень вовремя остановится сам. Поэтому Янь Куань решил не вмешиваться. Если хороший актер не способен справиться с давлением со стороны более сильного партнера, ему никогда не стать выдающимся мастером. Однако чего Янь Куань никак не мог ожидать, так это того, что всего за полмесяца Оуян Цяньжань сумеет настолько прокачать свои навыки, что сравняется с Чжоу Цзыбинем, а то и превзойдет его. Этот Оуян действительно рожден для сцены, прирожденный гений.

Чжоу Цзыбинь бесился от злости. Он-то рассчитывал подавить Оуян Цяньжаня актерской игрой, а вышло так, что тот сам задавил его ответным прессингом. Из-за этого Янь Куань отчитывал его битый час, и он стал посмешищем для всей съемочной группы. Это лишь усилило ненависть Чжоу Цзыбиня к Оуян Цяньжаню. Во время обеда он в гневе переломал две пары одноразовых палочек, а глядя на собственный безвкусный коробок с едой и на роскошный обед Оуян Цяньжаня из четырех блюд и супа, который, судя по слухам, готовили дома и который его личный агент лично приносил каждый день, Чжоу Цзыбинь буквально скрипел зубами от ненависти.

В часы обеда и ужина члены съемочной группы обожали собираться вокруг Оуян Цяньжаня, и даже главный режиссер Янь Куань не был исключением. Почему? Да потому что с Оуяном всегда можно было рассчитывать на лакомый кусочек! Вы только посмотрите: у него на обед и ужин всегда подавали как минимум четыре блюда и суп. Мясо, овощи, невероятно аппетитный аромат, и меню каждый день разное!

Поначалу, когда члены группы видели, как агент Оуян Цяньжаня то и дело бегает туда-сюда, доставляя ему еду, все думали, что у этого молодого господина просто капризный характер и он не привык к тяготам. Но очень скоро Оуян Цяньжань купил всю съемочную группу с потрохами, потому что никогда не ел в одиночку: каждый раз он приглашал к трапезе всех окружающих. Это не только сблизило его с коллективом, но и заставило людей проникнуться к нему глубокой симпатией.

Особенно ярко отношение к нему изменилось после того случая, когда Хэ Цзюньцзюнь из-за срочных дел не смог привезти обед, и Оуян Цяньжаню пришлось целый день питаться обычной актерской едой из коробочек. Он не только не высказал ни единой жалобы, но и уплетал всё за обе щеки с видимым удовольствием, чем окончательно завоевал сердца всей съемочной группы.

Видя, как все вокруг него дружно и тепло общаются с Оуян Цяньжанем, Чжоу Цзыбинь зеленел от зависти, но ничего поделать не мог. В конце концов, он проигрывал во всем: внешность не та, фигура не та, харизма хромает, а эта поганая девчонка... то есть, что еще хуже, актерский талант этой гадины оказался вовсе не хуже его собственного, да к тому же вырос в разы со времени их прихода на площадку.

Заметив, что вокруг Оуян Цяньжаня толпится весь народ, в то время как возле него самого околачивается лишь личный помощник, Чжоу Цзыбинь ощущал невыносимую тяжесть в груди. Даже эта стерва Чэнь Вэйвэй и та подсела к этому наглецу и весело с ним болтала! С какой стати? Главной звездой в этом сериале был он!

Оуян Цяньжань и Чжоу Цзыбинь столкнулись в уборной после обеда — если говорить точнее, Чжоу Цзыбинь последовал за ним специально.

— Оуян Цяньжань, не думай, что раз научился парочке фокусов, так сразу стал великим. Погоди, я покажу тебе такую игру, из-за которой ты пожалеешь, что вообще явился на эту съемочную площадку, — процедил сквозь зубы Чжоу Цзыбинь.

— Вот как? С нетерпением жду, — на губах Оуян Цяньжаня заиграла загадочная полуулыбка. Меряться актерским мастерством? Да ради бога, он никому не уступит.

http://bllate.org/book/25357/3022528