Готовый перевод The Little Zombie is a Master of Metaphysics / Маленький зомби — великий мастер метафизики: Глава 15

Забудь, в конце концов, он только что испил крови Фэй Цзинхэна, а в крови Фэй Цзинхэна таится неисчерпаемая духовная энергия, а также редчайшие великая удача и великие Заслуги — всё это необходимо переплавить.

Вовсе он не собирался следовать словам своего врага.

Нянь Сису вернулся в гостевую комнату и сосредоточился на выплавлении.

Обыкновенная кровь, в которой нет ни духовной энергии, ни удачи, ни Заслуг, годится лишь для того, чтобы маленький зомби заморил червячка, не дав Нянь Сису умереть с голоду.

Кровь, содержащая духовную силу, при поглощении увеличивает шкалу крови.

Кровь, содержащая удачу и Заслуги, после очищения может быть обращена себе на пользу: она и шкалу крови маленького зомби увеличит, и его уровень культивации усовершенствует.

Прошло ровно три дня, прежде чем Нянь Сису полностью переплавил и впитал всю духовную силу, удачу и Заслуги, таившиеся в крови Фэй Цзинхэна.

Нянь Сису вышел из гостевой комнаты и направился прямиком в главную спальню Фэй Цзинхэна. Он не стал стучать, а просто толкнул дверь и вошел.

В этот момент Фэй Цзинхэн переодевался. Голым его назвать было нельзя, но, по сути, разницы почти не было. На нем были надеты лишь свободные трусы-боксеры, едва прикрывавшие самые интимные места.

У Фэй Цзинхэна была безупречная фигура, очень плавные и красивые линии тела: широкие плечи, узкая талия, торс и бедра образовывали перевернутый треугольник.

На его теле имелись мышцы, но совсем не те бугры, что накачивают в качалках на протеиновых коктейлях — от таких бугров веет неестественностью: на первый взгляд еще куда ни шло, но при повторном взгляде становится не по себе.

Мускулы Фэй Цзинхэна были тонкими, ровно в меру, естественными и гармоничными. Мужественная грудь не казалась излишне выпирающей. В профиль тело выглядело тонким, создавая популярный ныне образ живой картинки. А при взгляде анфас ощущалась та самая надежная опора, какая и должна быть у мужской груди, и при этом никакой болезненной худости.

Восемь кубиков пресса на животе слегка рельефно выступали, а посередине проходила отчетливая дорожка аполлона, уходящая вниз, к сокровенным местам, которые не принято легкомысленно выставлять напоказ.

И надо же было такому случиться, что это самое главное место прикрывалось не до конца: облегающая ткань очерчивала длинный плотный контур, пробуждая самые безудержные фантазии.

Эта проклятая игра в прятки, когда сокрытое манит сильнее обнаженного, казалась куда соблазнительнее открытой наготы, заставляла кровь бурлить в жилах и пробуждала самые первобытные желания.

И тем не менее столь прекрасное тело вовсе не привлекло внимания Нянь Сису — все его мысли занимал лишь тот освежающий прохладный воздух, который он ощутил, только переступив порог. Столь приятная для зомби прохлада.

– Почему в твоей комнате такая низкая температура, а мой кондиционер никак не хочет выдавать такой холод? – Нянь Сису прошел мимо соблазнительного тела Фэй Цзинхэна, направился прямиком к кондиционеру и принялся сосредоточенно его изучать. Ему непременно нужно было узнать, чем же кондиционер в комнате Фэй Цзинхэна отличается от его собственного.

Взгляд Фэй Цзинхэна упал на уши Нянь Сису: даже самые мочки покраснели, а уши целиком налились алым цветом, казалось, с них вот-вот капнет кровь.

Фэй Цзинхэн опустил глаза и внутренне торжествовал.

– Кондиционер в моей комнате изготовлен по спецзаказу, минимальная температура у него — четыре градуса.

До вчерашнего дня кондиционер в комнате Фэй Цзинхэна был точно таким же, как у Нянь Сису — самым обычным бытовым прибором, где нижний предел составлял шестнадцать градусов.

Эту модель, способную охлаждать воздух аж до четырех градусов, Фэй Цзинхэн заказал у производителей посреди ночи, сразу после того, как привез Нянь Сису к себе.

В морге Больницы Сиань температура круглый год поддерживается на отметке в четыре градуса. Согласно медицинским исследованиям, этот низкий уровень температуры, основанный на необходимости соблюдать баланс между подавлением активности микроорганизмов и сохранностью тел, позволяет эффективно замедлять процессы разложения трупов.

По своей истинной природе Нянь Сису — зомби, а зомби по сути своей — те же мертвецы, поэтому температура, идеально подходящая для хранения тел, кажется ему чрезвычайно комфортной.

– Сними этот кондиционер и установи в моей комнате, – властно потребовал Нянь Сису.

– Я не умеешь ставить кондиционеры. А ты? Если умеешь, можешь установить сам.

Нянь Сису с досадой заскрежетал зубами: с чего бы ему уметь такое?

Фэй Цзинхэн наверняка делает это нарочно. Прекрасно знает, что тот не умеет, и специально издевается, лишь бы не отдавать кондиционер.

Нянь Сису лукаво перевел взгляд и тут же придумал выход:

– Перебирайся жить в мою комнату, а я займу твою.

Нянь Сису полагал, что Фэй Цзинхэн снова станет чинить препятствия и придумывать отговорки, но никак не ожидал, что тот и впрямь переберется в его комнату.

Нянь Сису не понимал, какие тайные замыслы кружатся в голове у Фэй Цзинхэна, но ему было все равно — главное, он наконец-то поселился в комнате с кондиционером, дающим такую приятную для любого зомби прохладу.

Выбираясь из собственной спальни, Фэй Цзинхэн беззвучно улыбнулся.

Его цель была проста — он хотел, чтобы Нянь Сису пожил в его комнате. Скажи он об этом прямо, Нянь Сису ни за что бы не согласился: тот брезговал даже вещами, которые он носил, не говоря уже о спальне, где он дневал и ночевал. Вот Фэй Цзинхэн и прибегнул к небольшой хитрости.

Стоило только представить, как Нянь Сису спит в его комнате, укрывается его одеялом, спит на его постели, как его тело пропитывается его запахом, и их ароматы сливаются воедино — от одной этой мысли по всему телу Фэй Цзинхэна пробегала сладкая дрожь.

Не прошло и минуты, как Фэй Цзинхэн вернулся. Нянь Сису настороженно уставился на него:

– Ты чего удумал? Я уже поселился в этой комнате и съезжать не собираюсь.

Фэй Цзинхэн был бы только рад, если бы Нянь Сису не съезжал отсюда до конца своих дней.

Фэй Цзинхэн протянул Нянь Сису новенькое удостоверение личности. На документе красовались собственные фотографии Нянь Сису, его имя и новый номер.

– Мне не нужно, – бросил Нянь Сису и небрежно отмахнулся от паспорта.

Фэй Цзинхэн наклонился, чтобы подобрать удостоверение. Его искренний жест презрели и выбросили, и на лице Фэй Цзинхэна отразилась глубокая печаль.

– Почему не нужно?

– Просто не нужно, и всё, – Нянь Сису почувствовал раздражение.

Больше ничего не говоря, Фэй Цзинхэн на глазах у Нянь Сису открыл сейф в спальне и бережно, как величайшую ценность, спрятал его удостоверение на самом дне. После чего молча развернулся и вышел.

Оставшись один, Нянь Сису с раздражением ворочался на кровати с боку на бок — не получалось пролежать в ней и минуты.

Он поднялся с постели, открыл дверь и услышал голос Фэй Цзинхэна — тот как раз разговаривал по телефону в гостиной на первом этаже.

– Директор Фэй, я очень прошу вас оказать мне услугу.

Фэн Юань изо всех сил старался сдерживать эмоции, но в голосе все же проскальзывала тревога.

У Фэй Цзинхэна было немало недвижимости, и Фэн Юань оказался соседом по другому его элитному жилому комплексу. Фэй Цзинхэн порой заезжал туда переночевать, и они случайно пересеклись. Позже, столкнувшись на деловой встрече, обменялись контактами.

– О чем речь? – Фэй Цзинхэн не стал давать слепых обещаний и решил сначала всё расспросить.

– У моего сына на ровном месте вдруг отказали ноги!

Приходилось ли ему делать КТ? Фэй Цзинхэн всегда говорил мало и не любил пустых разговоров с посторонними, предпочитая сразу переходить к сути дела.

– Делали, – скрывать теперь было уже нечего. – Мы побывали и в больницах Киото, и в госпитале Военного округа, и в клиниках Хайчэна с Сянганом. Везде делали КТ ног, и все врачи в один голос утверждали, что кости у ребенка целы, но Цунцун всё равно хромает.

Ради этого я даже привлекал зарубежных специалистов для консилиума. Те изучили КТ-снимки Цунцуна и тоже сказали, что всё в полном порядке.

Нянь Сису неизвестно когда устроился на диване по левую руку от Фэй Цзинхэна. Тот бросил на него взгляд и переложил телефон из правой руки в левую. Нянь Сису чуть-чуть придвинулся ближе и, склонив голову, принялся подслушивать.

Со стороны Нянь Сису в этот момент походил на вислоухого кролика: одно длинное ухо висело вниз, а другое отчаянно тянулось вверх.

В глазах Фэй Цзинхэна мелькнула теплота.

– Зарубежные эксперты делают упор на психологическое воспитание. Они решили, что у Цунцуна могли возникнуть проблемы с психикой, и посоветовали показать его психотерапевту для психологической коррекции, мол, тогда всё может пройти само собой.

Фэн Юань действительно водил ребенка к психологу.

– Только толку нет, ничего не помогает. Я уж думал, вдруг пацан симулирует, так даже отходил Цунцуна ремнем — и пугал, и ругал, чуть до болезни ребенка не довел. Но хромота так и не прошла. Никакая это не симуляция.

Фэн Юань исчерпал все доступные средства и, совершенно отчаявшись, обратился к Фэй Цзинхэну.

– Приведи ребенка сначала в Больницу Сиань на КТ, а там посмотрим, – произнес Фэй Цзинхэн.

– Мы прямо сейчас едем. И спасибо вам за помощь, чем бы всё это ни закончилось, – вежливо попрощался Фэн Юань.

– Столько известных больниц, профессоров и светил медицины как в стране, так и за рубежом ничего не смогли обнаружить, неужели какая-то частная больница справится? – Ань Кэ не доверяла уровню медицины Больницы Сиань.

Хотя Больница Сиань была крупной сетевой клиникой с филиалами во многих городах и пользовалась отличной репутацией среди простых людей, Ань Кэ все равно скептически оценивала ее возможности.

Разве могут врачи из частной больницы тягаться с профессорами из государственных больниц высшей категории? Тех светил медицины знают и уважают по всему миру, к ним без связей и талончик-то не достанешь. Разве это сравмимо?

– А что еще делать? Зарубежные светила уже провели консилиум, и все поставили диагноз: патологий нет, – Фэн Юань сейчас был взвинчен до предела, словно туго натянутая тетива. – Твоя мать ведь говорила, что лечилась в Больнице Сиань и тамошние доктора вполне неплохи.

– У мамы были пустяковые хвори, с которыми любой врач справится, – бормотала себе под нос Ань Кэ.

– Всё, хватит. Будем цепляться за любую соломинку, съездим пока проверимся, а если не поможет — придумаем что-нибудь другое, – отрезал Фэн Юань.

Цунцун был всеобщим любимцем в семье, так что на прием отправилась целая делегация: папа с мамой, дедушка с бабушкой, бабушка по материнской линии, да вдобавок еще и несколько нянечек-помощниц по хозяйству.

Фэй Цзинхэн положил трубку, сменил одежду, намереваясь лично съездить в больницу, и, обернувшись, обнаружил, что по пятам за ним семенит вислоухий кролик.

Заметив, что его раскрыли, Нянь Сису перестал прятаться и вышел на свет самым открытым образом:

– Я с тобой.

Фэй Цзинхэн был только рад компании Нянь Сису. Если бы это было возможно, он с удовольствием превратил бы того в карманную игрушку, чтобы носить с собой повсюду.

– Пошли.

Когда Нянь Сису и Фэй Цзинхэн прибыли на место, семейство Фэн уже вовсю ждало. Нянь Сису с первого взгляда заметил эту шумную толпу — такую большую ватагу трудно было не заметить.

Поскольку семья Фэн приехала заранее, Фэй Цзинхэн предварительно позвонил Цяо Мину, поручив ему встретить гостей.

Когда они вдвоем направились к семейству Фэн, Цяо Мин стоял к Фэй Цзинхэну спиной, но, казалось, у него на затылке выросли глаза, так как он мгновенно заметил их приближение.

http://bllate.org/book/25322/3018362