учитель Шань чувствовал, что сегодня выходил из дома, явно не заглянув в календарь.
Когда зазвонил телефон, он как раз остановил машину перед красным сигналом светофора. Бросив взгляд на экран — Матушка, — он почувствовал, как сердце ушло в пятки. Подождав пару секунд, он всё же ответил.
— Сынок, сынок, ты ходил на свидание вслепую, о котором я в прошлый раз говорила? — голос его матери обладал невероятной пробивной силой. — Тот парень скрипач, такой чистенький, беленький, пришелся тебе по вкусу?
Учитель Шань уперся одной рукой о дверцу машины, а другой помассировал виски:
— Сходил.
— И что потом?
— Не сошлись.
— Не сошлись?! — на том конце провода повисло двухсекундное молчание. — Шань Е, ох и Шань Е, ну до чего же ты безнадежен! — мать сокрушенно вздохнула и принялась отчитывать сына. — Десять лет прошло с тех пор, как ты совершил каминг-аут, а за душой ни одного партнера! Скажи на милость, кроме как читать лекции, на что ты вообще способен?
Последовала еще одна порция горьких упреков. Шань Е прервал ее:
— Мам, на этот раз моей вины точно нет.
— А чьей же?
— Другой стороны.
— И что с ней не так? Чем человек тебя недостоин?
Шань Е бесстрастно ответил:
— Он сказал, что родился в год Петуха, а я в год Собаки, и если мы сойдемся, покоя в доме не будет.
— Не подходит. — на лице учителя Шань читалось полное пренебрежение.
В трубке царила тишина целых три секунды, а затем раздался оглушительный взрыв материнского смеха.
— В год... в год Петуха и Собаки? — мать смеялась так, что ее аж подбрасывало. — Покоя не будет? До чего же забавный парень, ха-ха-ха…
— …Мам.
— Нет, сынок, дай матери досмѣяться… Ой, не могу, поясницу от смеха прихватило.
Шань Е: «……»
Без того было тошно, как вдруг светофор переключился на зеленый. Шань Е собрался сбросить вызов и сосредоточиться на вождении, но сзади посрочно раздался глухой стук.
— Бац! —
Кузов качнуло, кто-то врезался в его машину.
Тело Шань Е по инерции подалось вперед, ремень безопасности больно впился в грудь.
Он бросил взгляд в зеркало заднего вида: черная легковушка прижалась вплотную к его заднему бамперу, расстояние между ними было таким мизерным, будто они собрались слиться воедино.
Въехали в зад.
А ведь Шань Е только-только забрал машину из салона.
— Мам, я пока сброшу, мне в машину въехали. — Шань Е глубоко вздохнул.
— А? С тобой всё в порядке?
— Со мной всё в порядке, а вот с машиной нет. — Досказав, Шань Е оборвал звонок и пробормотал себе под нос: — При такой-то ширине дороги умудриться въехать в зад... Водить ты мастер, ничего не скажешь.
Он вышел из машины и резким движением захлопнул дверцу — все его движения были быстрыми и слаженными.
Позади стояла черная легковушка, до того невзрачная, что в потоке машин ее ни за что не сыщешь. Шань Е глянул на свой задний бампер: там красовалась огромная вмятина.
Он заглянул через лобовое стекло — водитель неподвижно сидел на своем месте.
И всё еще сидит?
Разве ж можно так поступать: въехать в чужую машину и преспокойно сидеть внутри?
Он нагнулся и постучал по стеклу, мысленно уже заготовив речь: При такой ширине дороги и то умудрился врезаться, ты права в переходе купил, что ли?
Стекло под взглядом Шань Е медленно поползло вниз, и стоило ему разглядеть человека внутри, как все заготовленные слова вмиг вылетели из головы.
Он замер.
В машине сидел мужчина: короткий ежик волос, глубокий разрез глаз, крутой изгиб переносицы, губы сжаты в тонкую нить. Кожа цвета легкого загара, ключицы едва заметно проступали из-под воротника.
Мужчина повернулся к нему и произнес:
— Извините. — Голос у него был низким и холодным.
Мужчина толкнул дверь и вышел, а Шань Е невольно отступил на шаг назад.
Шань Е застыл вовсе не потому, что этот человек оказался писаным красавцем — поразило другое: мало того что тот въехал в чужую машину, так еще и вёл себя донельзя невозмутимо.
Не наглость ли часом?
Заготовленная речь вдруг сама всплыла в памяти, и Шань Е на ходу перефразировал:
— При такой-то ширине дороги, как вам это удалось?
Он указал на широкую дорогу позади них, на которой свободно разошлись бы три автомобиля в ряд. Людей вокруг почти не было, и по всем законам логики столкнуться здесь было просто невозможно.
Мужчина остановился прямо перед ним — ростом он возвышался над Шань Е почти на полголовы, плечи широкие, талия узкая, адамово яблоко отчетливо выдается на горле.
Мужчина проследил взглядом за его пальцем, оглядел дорогу сзади, а затем снова перевел глаза на Шань Е:
— Извините, я не заметил. — Голос низкий, бархатистый и холодный.
— …Такую здоровую машину вы не заметили? — Шань Е нахмурился.
Мужчина сохранял совершенно невозмутимый вид, на лице ни единой эмоции:
— Угу.
Шань Е подавился этим «угу».
Он моргнул. Вот это самомнение!
Ладно, раз не заметил — значит, не заметил.
Шань Е бросил взгляд на собственную машину, потом на лицо незнакомца — ему всё же было жаль свою новенькую ласточку.
— И… что делать будем?
Мужчина наконец хоть как-то отреагировал, приподняв веки:
— Оформим через автостраховку.
Шань Е: «……» Он уже собирался что-то возразить, как вдруг заметил приближающегося инспектора дорожной полиции.
Инспектор вышел из патрульной машины и поинтересовался:
— В чем дело?
Шань Е бросил на него взгляд и улыбнулся:
— Ничего страшного, просто легкое столкновение, мы сами во всем разберемся.
Инспектор кивнул:
— Если есть страховка, оформляйте по страховке, но нельзя оставлять машины посреди дороги и создавать помехи движению.
— Хорошо, мы сейчас же отъедем. — Шань Е посмотрел на мужчину напротив и кивнул на противоположную сторону улицы: — Видите ту кофейню? Давайте перейдем туда, присядем и спокойно уладим вопрос со страховкой.
Мужчина проследил за направлением его руки:
— Кофейня?
— Что, у вас есть неотложные дела?
— Нет, пошли.
Оба сели по своим машинам, и Шань Е, управляя автомобилем с помятым задом, покатил к кофейне на противоположной стороне, то и дело косясь в зеркало заднего вида — не дай бог этот тип решит скрыться с места ДТП.
Хотя на вид тот не был похож на беглеца; хоть и холодный, но судя по всему, человек ответственный.
Не прошло и минуты, как Шань Е припарковался и вышел из машины, наблюдая, как черная легқовушка медленно подруливает к тротуару.
И впрямь никуда не спешит.
Дождавшись, пока тот заглушит мотор, Шань Е первым направился к кофейне. Хотя это заведение находилось неподалеку от его университета, сам он здесь еще ни разу не бывал. Шагнув внутрь, он с удивлением отметил приятный интерьер и витающий в воздухе густой аромат кофе.
Окинув взглядом помещение, он подумал, что это весьма уютное местечко для отдыха, в следующий раз можно будет прийти сюда и посидеть подольше.
Официант приветливо улыбнулся Шань Е:
— Добро пожаловать! Что желаете заказать?
За спиной звякнули колокольчики — тот самый мужчина тоже вошел.
Шань Е ждал его.
Официант посмотрел на вошедшего парня, уголки его губ тронула улыбка:
— Здравствуйте, босс! Вы сегодня так рано.
Босс?
Шань Е нахмурился, оглянулся назад, а затем перевел взгляд на официанта:
— Ты к кому обращаешься?
Официант чуть приподнял подбородок: само собой, к тому, кто стоит у вас за спиной.
Шань Е проследил за его взглядом:
— Вы здесь босс?
Мужчина бесстрастно кивнул:
— Угу.
Он прошел к стойке, отодвинул боковую шторку и скрылся за ней.
Шань Е посмотрел на то, как шторка покачнулась и вновь замерла.
Какое совпадение! Первая попавшаяся кофейня на пути — и та принадлежит ему.
Занимательно.
Спустя пару секунд шторка качнулась вновь, и мужчина вышел наружу. На нем уже был надет темно-серый фартук, а длинные пальцы заводили за спину тесемки, не спеша их завязывая.
Бросив взгляд на Шань Е, который всё еще стоял на прежнем месте, он спросил:
— Чего выпьешь?
Шань Е пристально посмотрел на него и вдруг усмехнулся:
— Латте.
— Сам сделаешь? — уточнил он.
Шань Е выбрал столик у окна и стал терпеливо ждать.
Его глаза ни на минуту не оставались в праздности — он неотрывно следил за тем, как хозяин кофейни моет руки, дезинфицирует их и берется за приготовление кофе.
Стоило признать, лицом босс вышел на славу, напоминая Шань Е сосны на заснеженных склонах гор Северо-Запада, о которых он вспоминал прошлой зимой — такие же суровые, чистые и холодные. Заказанный им горячий латте мастер как раз украшал рисунком из молочной пены.
Шань Е засмотрелся на его руки: точеные суставы, длинные пальцы. На тыльной стороне ладони едва заметно проступали голубоватые вены.
А руки выдались на редкость красивыми.
Если бы только удалость подержать их за руку…
Он вовремя оборвал эту опасную мысль.
Вскоре официант-подросток принес кофе:
— Приятного аппетита.
— Спасибо.
Шань Е уставился на чашку: узор из молочной пены изображал маленькое, очень милое деревыо. Он разглядывал его добрую минуту, даже жалко было пить.
Закончив с кофе, мужчина подошел к столу. Шань Е поднял на него глаза: хозяин уже успел снять фартук, его руки были влажными, от них едва заметно веяло мягким ароматом дезинфицирующего средства.
Шань Е мысленно прикинул, что у этого парня, должно быть, мания чистоты — больно часто он моет руки.
Мужчина опустился на стул напротив, прихватив с собой стакан ледяной воды. Сделав глоток, он кадык его дважды дернулся вверх-вниз, и Шань Е вновь обратил внимание на те самые чуть выступающие ключицы — кажется, на одной из них виднелась крошечная красная родинка.
Взгляд Шань Е невольно проследовал за движением этого кадыка.
http://bllate.org/book/25308/3016839