Готовый перевод Scum Reborn, Scum Must Be Scum / Негодяй негодяю рознь: курс по самосовершенствованию [Быстрое прохождение]: Глава 18

Маркиз Чу казался крайне непринужденным, отдавая распоряжения слугам, словно и вправду собирался остаться ночевать во дворце!

Неужели у нынешних сановников развился столь стойкий дух самопожертвования?

Глядя на валявшийся на полу кубок и отлетевший в сторону свежий фрукт, Цзян Юань подумал, что его прежние насильственные действия, судя по всему, не принесли ни малейшей пользы.

Наверное, нужно было сделать человеку больно, чтобы запугать его... Но, учитывая утонченный, сдержанный и погруженный в себя нрав собеседника, что, если он окажется слишком хрупким для побоев?

Не на шутку встревожившись, Цзян Юань отбросил прежние планы и поспешно остановил его:

— Полагаю, в этом нет необходимости. Лучше обсудить всё в императорском кабинете, там будет проще сосредоточиться.

Маркиз Чу слегка удивился, нахмурился и спросил:

— Прошу прощения за тупость моего ума, но разве вы не говорили, что ясность мысли приходит лишь в императорских покоях?

Цзян Юань не колеблясь тут же опроверг свои слова:

— ...Внезапно я почувствовал прилив сил, возвращаться в покои не нужно.

Нарушение собственных слов — тоже весьма отталкивающее качество.

Осознав, что над ним посмеялись, собеседник вполне мог усилить неприязнь к нему.

Главный евнух Хуан с беспомощным видом тихонько напомнил императору Му:

— Ваш императорское величество всё же выпили лишнего, будет лучше немного отдохнуть, переутомление вредит здоровью!

Цзян Юань покачал головой, его глаза сияли. Совсем не походя на пьяного, он успокоил евнуха:

— Ничего страшного, я уже протрезвел и со свежей головой.

Какая же непостоянная натура!

Маркиз Чу бесстрастно посмотрел в их сторону и спокойно поинтересовался:

— Неужели Ваш императорское величество и впрямь полны сил?

Взгляд Цзян Юаня был ясен и чист, и он слегка кивнул.

Однако услышал продолжение:

— Вот и отлично. Сначала я искупаюсь и обслужу вас в постели, а затем отправлюсь с Вашим императорским величеством в императорский кабинет обсуждать важнейшие государственные дела.

К чему снова это обслуживание в постели...

Цзян Юань замер. Придя в себя, он принялся настойчиво твердить:

— Обсудим всё напрямую.

Маркиз Чу промолчал.

Цзян Юань постучал пальцем по подлокотнику кушетки:

— Как же так, неужели у вас хватит смелости спорить со мной?

Тон звучал крайне скверно!

Чу Лань немного подумал и тихо произнес:

— Я не возражаю, только вот если мы продолжим беседу прямо во время... Если мне придется записывать доклады, склонившись над столом, почерк может получиться неразборчивым. Прошу Ваше императорское величество, стоящего за моей спиной, не судить строго.

Цзян Юань:

— ...

Закончив говорить, маркиз Чу с поклоном покинул зальчик. Танцовщицы, прикрывая лица рукавами, тоже смущенно удалились, а музыкант напоследок нарочно взял несколько распутных аккордов для пущего веселья.

Главный евнух Хуан с улыбкой принялся отдавать распоряжения о подготовке горячей воды, воскурении благовоний и прочего — вдруг император Му решит искупаться вместе с маркизом Чу? Будучи преданнейшим слугой, он обязан продумать всё до мелочей.

Оставшись на месте, Цзян Юань глубоко перевел дыхание и мысленно восстановил каждый шаг своего прежнего плана — где-то явно произошла ошибка.

Вскоре главный евнух Хуан вернулся в зал и, заметив, что император по-прежнему полулежит на кушетке, о чем-то глубоко задумавшись, почтительно доложил:

— Маркиз Чу уже всё подготовил. Ваш императорское величество изволите отправиться прямо в бассейн Цинхуа или сначала вернетесь в покои?

Цзян Юань слегка растерялся — зачем им идти в бассейн Цинхуа?

Бессильно махнув рукой и выказывая легкую усталость, он произнес:

— Вино оказалось слишком крепким, пожалуй, пусть маркиз Чу возвращается домой.

На сегодня дела отменяются, а завтра, приведя мысли в порядок, он возобновет свои злодейства.

Услышав это, главный евнух Хуан тут же заволновался: еще недавно император уверял, что совершенно трезв, почему же он снова слег? С тревожным видом он спросил:

— Вашему императорскому величеству нездоровится? Не позвать ли немедленно императорского лекаря?

Цзян Юань покачал головой, явно демонстрируя, что совершенно не держит вино.

Евнух по-прежнему беспокоился, но больше ничего не говорил, лишь бросил взгляд искоса на стоявшего рядом молодого слугу.

Тот слуга был воспитан лично Хуан Тином и являлся его доверенным учеником. Поняв наставника по одному взгляду, он тут же тихонько выскользнул из зала.

Цзян Юань мысленно подсчитывал: не нарочно ли маркиз Чу бросил фразу об обслуживании в постели, чтобы вогнать его в краску и заставить замолчать, тем самым избежав угрозы унижения?

При таком раскладе подобное и впрямь казалось весьма вероятным!

Быть может, тот попросту решил сыграть на опережение...

Главный евнух Хуан с тревогой вглядывался в дверной проем и лишь тогда, когда вдалеке наконец показалась изящная фигура в белых одеждах, с облегчением выдохнул.

Чу Лань шагнул внутрь и в несколько мгновений добрался до кушетки. Заметив лежащего императора Му, он невольно нахмурился, протянул руку и проверил пульс на его запястье. Убедившись, что всё ровно и в норме, он спросил:

— Где болит?

Цзян Юань с легким удивлением посмотрел на него: неужели тот даже забыл про официальные обращения?

Сердце его радостно ёкнуло: подвернулся шанс!

Он уже собирался явить всю мощь императорского гнева, от которого за версту прольется кровь, и покарать маркиза Чу за неуважение, сослав из дворца, как вдруг услышал тихий бормотаний собеседника:

— Неужели это лихорадка из-за осенней разницы температур, да еще и усугубленная хмелем...

Прежде чем Цзян Юань успел что-либо произнести, Чу Лань внезапно наклонился, упершись руками по обе стороны от подушки, и легко прижался лбом к его лбу.

Подождав немного и не ощутив заметного жара, Чу Лань выпрямился, а его хмурое лицо слегка расслабилось.

Вокруг витал слабый аромат испарений воды. Потерпев еще немного, Цзян Юань медленно произнес:

— Почему ты без одежды?

В этот момент одежда маркиза Чу была распахнута на груди, обнажая совершенные линии крепкого тела, источающие завораживающую притягательность. Хотя посторонним наблюдателям снаружи было ничего не разглядеть за преградой тканей, с ракурса Цзян Юаня всё открывалось... абсолютно во всей красе!

— Вашему императорскому величеству не нравится?

Соблюдая приличия, Цзян Юань отвел взгляд и кивнул.

— Я нарушил приличия.

Собеседник тут же запахнул одежды и почтительно отступил в сторону.

Цзян Юань мысленно с облегчением выдохнул.

С бесстрашным выражением лица и совершенно спокойным тоном маркиз Чу произнес:

— Не думал, что Вашему императорскому величеству больше по душе раздевать меня лично.

Цзян Юань:

— ...

http://bllate.org/book/25307/3016772

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь