— Хочу поспать с тобой.
Сюй Фэй бросил на него равнодушный взгляд:
— Это мой младший брат Сюй Юй. — Затем он повернулся к Сюй Юю:
— Это Лу Чжэн.
— Здравствуйте, господин Лу.
Лу Чжэн окинул Сюй Юя оценивающим взглядом, после чего перевёл глаза обратно на лицо Сюй Фэя:
— Кажется, вы не очень-то похожи.
Сюй Фэй ничего не ответил, Сюй Юй тоже промолчал.
Лу Чжэн с улыбкой отвёл взгляд и, беззаботно ухмыльнувшись, завёл мотор.
На дороге, спускающейся с горы, Лу Чжэн вёл машину небыстро. Утреннее солнце пробивалось сквозь стеклянные окна, заливая светом весь салон.
Прошлой ночью Сюй Фэй неплохо выспался, но сейчас не смог противостоять теплу утреннего солнца и постепенно прикрыл глаза.
Лу Чжэн украдкой взглянул на него, а уголки его губ изогнулись в очаровательной улыбке.
— Мы с братом действительно встречаемся?
С заднего сиденья донёсся голос Сюй Юя. В его тоне не слышалось особого удивления, лишь лёгкое недоумение.
Лу Чжэн взглянул на Сюй Юя через зеркало заднего вида:
— Да.
Сюй Юй едва заметно кивнул.
Это даже заставило Лу Чжэна слегка удивиться:
— Тебе не кажется это трудным для принятия?
Услышав это, Сюй Юй приподнял брови:
— С чего бы мне считать это трудным? Даже если бы мой брат сегодня полюбил нищего, я бы всё равно поддержал его.
Уголки ртов Лу Чжэна невольно дёрнулись.
— Ты любишь моего брата? — снова спросил Сюй Юй.
— Конечно.
— Вот и хорошо.
После этого воцарилось молчание.
Сюй Юй невозмутимо разглядывал мужчину за рулём. Тот действительно был невероятно красив, и даже его профиля было достаточно, чтобы заставить женщин визжать от восторга.
Но почему такой человек оказался рядом с его старшим братом — вот что казалось Сюй Юю крайне загадочным.
Он снова перевёл взгляд на Сюй Фэя, который сидел с закрытыми глазами.
В семье Сюй, помимо Фу Ланьсинь, Сюй Юй был близок только с Сюй Фэем. Он не знал, что происходило со старшим братом все те годы, что тот провёл в Англии, но интуиция подсказывала ему, что старший брат любит женщин.
К тому же у него имелась невеста — Юэ Ши.
Через полчаса машина остановилась перед воротами учебного заведения Сюй Юя.
Сюй Фэй наполовину сонным взглядом посмотрел на Сюй Юя, стоявшего за дверью машины, притянул его пониже и протянул руку, чтобы растрепать его волосы:
— Учись как следует.
Сюй Юй кивнул, помахал Сюй Фэю и Лу Чжэну, а затем повернулся и шагнул в ворота.
Сюй Фэй опереди1лся рукой о стекло автомобильной двери, а его взгляд провожающе следовал за удаляющимся Сюй Юем.
— Плохо, когда дети слишком рассудительны, — со вздохом произнёс Сюй Фэй.
Лу Чжэн приподнял брови, притянул его обратно, одной рукой зафиксировал его подбородок и, наклонившись, поцеловал.
Прямо за окнами машины шумели воротные ворота школы, а воздух внутри салона от всё более глубокого поцелуя постепенно пропитывался атмосферой двусмысленности. Дыхание Сюй Фэя стало чуть участившимся, он попытался оттолкнуть мужчину, но тот не сдвинулся с места, лишь крепче обнял его за талию, прижимая их плотно соприкасающиеся тела ещё ближе. Губы и язык настойчиво штурмовали позиции, норовя проникнуть в самую глотку, словно пытаясь добраться до потаенных глубин души Сюй Фэя, раздвинуть все туманы и взглянуть: что же за секреты таятся в его сердце?
Когда поцелуй завершился, Сюй Фэй уже тяжело и прерывисто дышал.
Лу Чжэн с безмятежным видом облизнул уголки губ, слизывая до последней капли выступившую серебристую ниточку слюны.
Этот жест выглядел одновременно двусмысленно и развратно.
Сюй Фэй легонько пнул его ногой, но тон его остался совершенно мягким:
— А у господина Лу и страсть, и задор.
Лу Чжэн знал, что тот разозлился, поэтому подался вперёд и поцеловал его в уголок губ:
— Ты вечно заставляешь меня терять над собой контроль, Сюй Фэй.
Само имя Сюй Фэй не таило в себе ничего особенного, но сейчас, слетев с губ Лу Чжэна, оно приобрело какое-то совершенно иное очарование. Сюй Фэй почувствовал, как у него в груди ёкнуло сердце, а пальцы против воли едва заметно задрожали.
Его охватил смутный трепет, но тут он услышал продолжение слов Лу Чжэна:
— Ты уже завтракал или поедем домой сразу?
Сюй Фэй успокоил бурю в душе, повернул голову к окну и, не оборачиваясь, бросил:
— Домой.
Лу Чжэн усмехнулся и лишь спустя мгновение произнёс:
— Сюй Фэй, отныне это место — твой дом.
От этих слов у Сюй Фэя всё внутри сжалось, но на лице застыла фальшивая усмешка:
— Прекрасно, тогда не сочти за труд переоформить дом завтра же на моё имя. Вот тогда он и вправду станет моим домом.
— Старший молодой господин семьи Сюй не станет мелочиться из-за какого-то особняка. — Лу Чжэн завёл мотор, но язык у него работал без устали.
Сюй Фэй поправил растрёпанные на лбу прядки волос и мягко, очаровательно улыбнулся:
— Раз этот дом принадлежит господину Лу, он, конечно же, отличается от всего остального. Как раз к слову — я чрезвычайно им заинтересовался.
Лу Чжэн скосил на него взгляд, и улыбка на его губах, подобная мартовскому легкому ветерку, была такой нежной, что казалось, вот-вот начнет сочиться влагой:
— Хорошо.
Сюй Фэй продолжал лишь слабо улыбаться и больше не произнес ни слова.
Дорога обратно прошла в тишине. Сюй Фэй снова прислонился к спинке кресла, погрузившись в полудрему, а Лу Чжэн время от времени поворачивался, чтобы взглянуть на него, после чего вновь сосредоточенно вёл машину.
Для Лу Чжэна всё это развивалось слишком стремительно.
Хотя ему самому безумно хотелось немедленно затащить Сюй Фэя в постель, когда подобные требования выдвигал сам Сюй Фэй, это невольно заставляло испытывать некоторую нервозность.
Подумав об этом, Лу Чжэн не удержался от тихого смешка.
Казалось, все люди в этом мире одинаковы: какими бы расчетливыми и хитрыми стратегами они ни были, перед лицом того, кто им дорог, они превращаются в круглых дураков.
Когда машина подъехала к особняку Лу Чжэна, Сюй Фэй как раз очнулся от дремоты.
— Если хочешь спать, вернемся и продолжишь, — Лу Чжэн наклонился к нему и расстегнул ремень безопасности.
Стоило Сюй Фэю опустить голову, как перед глазами предстали его темные, густые волосы, отливающие при свете слабого блеска, а в нос тут же ударил легкий мятный аромат. Не успел он и глазом моргнуть, как Лу Чжэн уже отпрянул назад, жестом предлагая Сюй Фэю выходить.
Сад перед особняком выглядел точно так же, как и в дни его прошлых визитов — вечноцветущий уголок зелени и красок. На качелях в дальнем углу сада сидел маленький мальчик лет шести-семи. Ребенок был невероятно красив, и если бы не одежда, Сюй Фэй вполне мог бы принять его за девочку.
Увидев малыша, Сюй Фэй ничуть не удивился.
Лу Чжэн запер машину, догнал его и, заметив выражение лица гостя, произнес:
— Похоже, ты навел обо мне справки.
Сюй Фэй вовсе не смутился оттого, что его раскусили, напротив, улыбнулся с поистине королевским великодушием:
— Господин Лу только и твердит, как сильно он ко мне неравнодушен. Раз уж я не проявил к тебе ответного интереса, разве это не значило бы пренебречь твоими чувствами?
Лу Чжэн легко улыбнулся, притянул его за талию и увлек за собой в дом.
Маленький мальчик, заметив приближающихся людей, торопливо спрыгнул с качелей и подбежал к ним:
— Папа!
Малыш обнял Лу Чжэна за ногу, а когда улыбнулся, его глазки превратились в две изящные полумесяца — зрелище до крайности умилительное.
Лу Чжэн протянул руку, потрепал мальчишку по голове и представил гостю:
— Цзюньцзюнь, это дядя Сюй Фэй.
Малыш тут же перевел взгляд на Сюй Фэя своими чистыми, невинными глазами:
— Здравствуйте, дядя Сюй! Меня зовут Лу Цзюнь, я папин сын.
Сюй Фэй присел перед ним на корточки, легко потрепал по щечке и доброжелательно улыбнулся:
— Привет, Цзюньцзюнь.
Одной рукой Лу Чжэн держал за руку Лу Цзюня, а другой властно приобнимал Сюй Фэя за талию, увлекая обоих внутрь.
Лу Цзюнь оказался на редкость смышленым и вежливым ребенком. Заметив, что Сюй Фэй устроился на диване, он тут же пустился вприпрыжку на кухню и принес оттуда чашку с чаем, которую аккуратно налила служанка:
— Дядя Сюй, выпейте чаю, пожалуйста.
Глядя на его смиренное выражение лица и сообразительность, Сюй Фэй невольно вспомнил Сюй Юя.
В детстве Сюй Юй был таким же милым и очаровательным, беспрекословно выполняя любые его указания. Но потом Сюй Сяньчэн насильно отправил Сюй Юя за границу, и характер мальчика неизбежно изменился — он больше не улыбался так беззаботно и не звал его братом с прежней радостью.
Заметив легкую складку между бровей Сюй Фэя, Лу Чжэн участливо спросил:
— Что такое?
Сюй Фэй покачал головой:
— Где моя комната?
Услышав это, Лу Чжэн двусмысленно ухмыльнулся:
— Главная спальня.
— О? Господин Лу оказался столь гостеприимным, что намерен уступить главную спальню мне, простому гостю?
Лу Чжэн наклонился к самому его уху и прошептал так, чтобы услышать могли только они двое:
— Мы с тобой спим в главной спальне.
Сюй Фэй приподнял брови и ничего не ответил.
Малыш Цзюньцзюнь, видя столь нежные отношения между ними, невинно поинтересовался:
— Дядя Сюй — папин любовник?
Когда подобное слетает с уст ребенка младшего возраста, даже столь невозмутимый человек, как Сюй Фэй, едва не поперхнулся чаем. Но у Лу Чжэна, безусловно, имелась железная выдержка: он сохранил абсолютное спокойствие и ответил сыну:
— Да. Цзюньцзюнь любит дядю Сюя?
Лу Цзюнь широко улыбнулся, обнажив ряд белых зубов:
— Люблю, потому что дядя Сюй очень красивый.
Уголки губ Сюй Фэя невольно задергались. Что вообще творится с нынешними детьми?
Главная спальня располагалась в самом дальнем конце второго этажа. По соседству находился кабинет, а другую ее стену образовывал фасад здания. Комната поражала своими размерами, однако ее убранство отличалось лаконичностью — под этим словом подразумевалось лишь то, что вещей было немного, но каждая из них представляла собой безупречный предмет роскоши. Пройдя через помещение, Сюй Фэй вышел на примыкающий к спальне балкон, сделав вид, будто не заметил чудовищно огромную кровать.
Лу Чжэн, засунув руки в карманы брюк, следовал по пятам, выглядя при этом столь непринужденно и расслабленно, словно и впрямь был избалованным бездельником-наследником.
Стоя на балконе и окидывая окрестности взглядом, можно было разглядеть зеленеющие вдалеке поля для гольфа, а еще дальше — гладь бирюзового озера, искрящуюся под лучами солнца невероятно живописным блеском. Отыскать в городе Нин подобное местечко требовало колоссальной власти и финансовых возможностей. По этому поводу Сюй Фэй не удержался от колкости:
— Господин Лу и впрямь невероятно богат.
Стоявший рядом Лу Чжэн с беззаботной улыбкой ответил:
— Благодарю за комплимент.
Сюй Фэй с улыбкой опустил глаза, а затем произнес:
— Я немного устал и хочу отдохнуть. Ты можешь выйти.
Лу Чжэн принял невинный вид:
— Дорогой, я ведь тоже устал. Позволь мне отдохнуть вместе с тобой.
Его светло-серые глаза не выражали ни единой эмоции, лишь уголки глаз лукаво сузились, источая непреклонную холодность:
— Раз уж господин Лу тоже устал, я могу уступить это место и отправиться отдыхать в гостевую комнату.
Он уже собрался уходить, но Лу Чжэн резким движением заключил его в объятия. Теплое дыхание мужчины опалило его лицо, обжигая с силой расплавленной лавы, от которой не было спасения:
— Здесь нет гостевых комнат. — С этими словами тон его изменился, став еще более низким и томным:
— Я хочу поспать с тобой, Сюй Фэй.
Сюй Фэй: «……»
В последнее время нынешний президент корпорации Яншэн Сюй Сяньчэн стал главной темой для сплетен на каждом углу города Нин.
Люди только и делали, что судачили о нем за чашкой чая.
Вспоминали, каким статным и выдающимся героем он был в молодости, сколь славился любовными победами, и сокрушались, что даже в зрелые годы он не образумился.
Затем переходили на его законную супругу, рассуждая о ее благородном происхождении и о том, как идеально они подходили друг другу, словно созданные на небесах.
А после принимались за его новую пассию — ослепительную женщину-президента группы Шэнлань, вопрошая, до чего же она хороша собой и почему вдруг лишилась всяких понятий о стыде и приличиях, раз польстилась на женатого мужчину.
Различные версии этой истории пересказывались в ярких красках, превращаясь в захватывающее зрелище.
В самом центре самой оживленной коммерческой улицы города Нин возвышалось главное здание корпорации Яншэн. Все пятьдесят три этажа постройки были сплошь покрыты пуленепробиваемым стеклом, и в лучах солнца сооружение казалось несокрушимой крепостью.
Сюй Лань сидел в своем кабинете, а напротив него расположился мужчина среднего возраста в сером костюме.
— Директор Ван, вся надежда на эту пресс-конференцию теперь только на вас.
В голосе Сюй Лань не осталось и следа обычной мягкости и неторопливости — сквозь них проступала холодная и непреклонная решимость.
Директор по фамилии Ван поспешно закивал в знак согласия, не смея выказывать ни малейшего пренебрежения перед этим вторым молодым господином корпорации.
Раз уж президент умудрился вляпаться в столь грандиозный скандал и лично поручил организацию пресс-конференции именно второму молодому господину, это ясно свидетельствовало о высшей степени доверия со стороны главы компании.
Те недоброжелатели, что раньше посмеивались над Сюй Ланем, теперь, должно быть, горько кусали локти и тайком молились за собственную шкуру.
Сюй Лань посмотрел на собеседника и вдруг чуть изогнул губы:
— Если пресс-конференция пройдет успешно, компания щедро вас отблагодарит.
— Слушаюсь, второй молодой господин, — немедленно отрапортовал директор Ван.
Сюй Лань склонил голову набок, его глаза, сияющие словно весенняя вода, заискрились бликами, и тон вновь сделался привычно мягким и учтивым:
— Здесь, в компании, директору Вану лучше называть меня по имени. Я вовсе не желаю, чтобы кто-то в корпорации воспринимал меня как второго молодого господина семьи Сюй, ведь я здесь для того, чтобы учиться.
Директор Ван на миг замер, глядя на его улыбку.
В городе ходили слухи о двух сыновьях семьи Сюй: старший — писаный красавец, младший — мягок и прозрачен, словно вода. Сам он старшего господина пока не видывал, но этот младший оказался самым красивым из всех мужчин, что директору Вану доводилось встречать в своей жизни — пожалуй, даже затмевая старшего брата Сюй Фэя.
— Если у директора Вана есть дела, можете идти. Завтра уже пресс-конференция, предстоит еще уйма подготовительной работы.
Директор Ван поднялся, сделал несколько шагов к выходу, но затем нерешительно обернулся:
— Второй молодой господин, на завтрашней конференции со стороны группы Шэнлань не возникнет каких-либо…
Сюй Лань слегка тронул уголком рта улыбку, и выражение его лица стало еще более зловещим:
— Об этом директору Вану беспокоиться не стоит. Лань Мэй сейчас, боюсь, совсем не до нас.
Услышав это, директор Ван немного успокоился и покинул кабинет.
Тяжелая дверь закрылась, и в помещении вновь воцарилась тишина.
Сюй Лань посидел в одиночестве еще немного, как вдруг раздался стук в дверь.
— Войдите.
Вошедший был облачен в строгий деловой костюм по фигуре, черные волосы аккуратно уложены, а на лице играла застенчивая улыбка — это был не кто иной, как Фан Мин.
Фан Мин прошел внутрь и молча опустился на диван. Сюй Лань поднялся с места и подошел к нему:
— Все сделано?
Фан Мин кивнул:
— Лань Мэй только что улетела в Канаду к своему сыну.
Сюй Лань устроился на диване напротив, и улыбка на его губах казалась одновременно чужой и опасной:
— Пока человек жив, у него всегда есть слабости. Женщины куда слабее мужчин, их сердце легче дрогнет. Сын, рожденный ею вне брака, станет для нее самым уязвимым местом, за которое ее смогут держать мертвой хваткой. Если эта история всплывет наружу, положение группы Шэнлань станет еще плачевнее. — Тут он слегка вздохнул:
— Вот почему слабость — это ахиллесова пята человечества. Если ты способен ее защитить, она может существовать, но если у тебя нет на то силенок, лучше избавиться от этой уязвимости заблаговременно, чтобы не дать никому шанса использовать ее для шантажа.
— Но ведь Лань Мэй понятия не имеет о содержании нашей пресс-конференции. Как только она вернется… — Фан Мин все еще сомневался в исходе задуманного.
Шантажировать Лань Мэй ее внебрачным ребенком, чтобы заставить покинуть город Нин — это одно, но стоить ей вернуться, как все тайное станет явным, и тогда трудно предсказать, какую бурю поднимет группа Шэнлань против корпорации Яншэн.
Сюй Лань прикрыл рот рукой, а его взгляд блеснул лезвием клинка:
— Не переживай, она не вернется.
Фан Мин мгновенно уловил смысл его слов и с тревогой во взгляде уставился на него:
— Ты… Сяо Лань… — он даже не смог закончить фразу.
Сюй Лань остался непреклонным, и его слова звучали с пугающей естественностью:
— Отец впервые позволил мне сделать что-то ради него. Если я и с этим не справлюсь, какой из меня второй молодой господин семьи Сюй? Конечно, мне не сравниться со старшим братом, но я хочу выполнить поручение безупречно, чтобы не опозорить отца. Фан Мин, ты же поможешь мне? С самого детства, стоило мне столкнуться с трудностями, ты всегда приходил на помощь.
Фан Мин кивнул, однако брови его нахмурились еще сильнее:
— И что ты намерен сделать с Лань Мэй?
— Ничего особенного, — улыбнулся Сюй Лань. — Просто временно задержу ее возвращение на родину. Если она объявится слишком быстро, у нас возникнут проблемы. По крайней мере, ей лучше не показываться в городе Нин с полгодика или даже год. К тому времени группа Шэнлань уже развалится до основания, и что бы она ни затеяла, сил у нее на это не останется.
— Сяо Лань, если А-Фэй узнает, что мы поступили так, он наверняка этого не одобрит.
При звуке имени Сюй Фэя лицо Сюй Ланя едва заметно напряглось, но он мгновенно взял себя в руки:
— Это дело никак не касается старшего брата. К тому же, именно он потребовал, чтобы отец переложил всю вину на пресс-конференции на Лань Мэй. Пусть наши методы оказались чересчур жесткими, цель-то в итоге достигнута, разве нет?
Услышав это, Фан Мин больше не нашел что возразить:
— Будем надеяться, завтрашняя пресс-конференция пройдет гладко.
Сюй Лань лишь равнодушно улыбнулся, отражая яркий солнечный свет за окном, и в этой улыбке не было ни капли тепла.
Проснувшись на следующее утро, Сюй Фэй прежде всего уперся взглядом в заспанное лицо господина Лу крупным планом.
Для самого Сюй Фэя подобный опыт был внове.
Прежде у него, разумеется, бывало бесчисленное множество постельных партнеров, но привычки делить с кем-то ночной сон он не имел. Обнаружить по пробуждении рядом с собой чужого человека оказалось непросто для восприятия, поэтому он без лишних колебаний двинул ногой и сбросил сладко спящего мужчину на пол.
Бум! — глухой звук раскатился по комнате.
Спустя пару секунд Лу Чжэн карабкался обратно, цепляясь рукой за край матраса, и смотрел на него с улыбкой, в которой читалось изрядное веселье:
— С добрым утром.
Сюй Фэй поднялся с постели, обошел кровать и скрылся в ванной, не удостоив Лу Чжэня даже взглядом.
Он прекрасно помнил, что вчера перед сном запер на замок и двери, и окна, однако Лу Чжэну всё равно удалось пробраться в спальню. Похоже, дверной замок в этой комнате придется срочно сменить.
Когда Сюй Фэй вышел после водных процедур, Лу Чжэн уже был полностью одет и сидел у окна с утренней газетой в руках. На журнальном столике дымилась чашка свежего чая, а для Сюй Фэя приготовили стакан теплой воды.
Сюй Фэй прихватил из усадьбы Сюй лишь пару комплектов одежды, но Лу Чжэн уже позаботился о нем самым тщательным образом.
Половина гардеробной ломилась от всевозможной одежды, брюк и носков, а оставшаяся часть была занята вещами самого Лу Чжэна.
Очевидно, желание Лу Чжэна жить с ним под одной крышей было жгучим и непреклонным.
Сюй Фэй усмехнулся, наугад вытащил черную рубашку и облачился в нее.
Похоже, Лу Чжэн провел домашнюю работу: от белья до обуви всё в гардеробной принадлежало его любимым брендам, не говоря уже о запонках, подобранных с безупречным вкусом.
Сюй Фэй не стал ни хвалить это, ни ругать.
Увидев вышедшего после переодевания Сюй Фэя, Лу Чжэн поднял голову. В какие бы обстоятельства и в какое бы время ни попадал Сюй Фэй, от него всегда исходило неуловимое ощущение дистанции. Сейчас было то же самое: аура, окружавшая его с ног до головы, походила на тонкую ледяную корку — вроде бы хрупкую, но чтобы пробить ее, потребовалось бы немало сил.
Впрочем, времени у него предостаточно.
Мысленно Лу Чжэн усмехнулся.
— Сюй Фэй, ты очень красив, — сделал он искренний комплимент, отпив глоток чая.
Сюй Фэй бросил на него косой взгляд:
— Спасибо.
Они сидели друг напротив друга, каждый со своей утренней газетой в руках. Воцарилась тишина и покой, создавая едва уловимое ощущение домашнего уюта.
Сюй Фэй даже замер от неожиданности, поймав себя на этой мысли, но тут же отмахнулся от нее с легкой усмешкой.
Чувства между мужчиной и женщиной едва ли заслуживают доверия, чего уж говорить о союзе двоих мужчин.
Лишь когда служанка постучала в дверь и доложила, что завтрак подан, Лу Чжэн отложил газету и произнес, глядя на сидящего напротив Сюй Фэя:
— После завтрака я отвезу тебя проветриться.
Сюй Фэй приподнял брови:
— Я ориентируюсь здесь лучше тебя. Занимайся своими делами и не возись со мной.
Лу Чжэн уже поднялся и, остановившись рядом с его креслом, наклонился сверху:
— Сюй Фэй, между нами вообще-то должны быть свидания, это нормально.
Сюй Фэй небрежным движением сложил газету по сгибу:
— Прости, но у меня нет такой привычки.
— Я заставлю тебя воспринимать это как привычку. — Не терпящим возражений жестом Лу Чжэн подбросил его подбородок вверх, и утренний поцелуй разгорелся прямо посреди их дискуссии о полезных привычках.
Сюй Фэй не противился его поцелуям, но и сам инициативы не проявлял.
В большинстве случаев Лу Чжэн изо всех сил старался угодить ему, и лишь когда Сюй Фэй изредка поддавался порыву и обвивал руками его плечи, этот скрытый намек придавал Лу Чжэну колоссальный стимул.
К моменту окончания поцелуя дыхание у обоих сбилось.
Сюй Фэй поднял руку, стирая с губ прозрачные капли влаги, и направился к выходу.
Лу Чжэн следовал за ним по пятам, с предвкушающей улыбкой глядя на его стройную, пропорциональную фигуру.
http://bllate.org/book/25290/3015735
Сказали спасибо 0 читателей