Их застали врасплох, но находившиеся в комнате двое вовсе не спешили.
Янь Чэнь ждал именно этого момента, поэтому был даже воодушевлен, а Чу Муюнь внутренне радовался, что долгожданное представление наконец-то началось.
Вот только…
Малыш Лин: «А-а-а-а-а! Аомань идет!! Конец, нам конец, всё кончено!!!»
Чу Муюнь: «Я думал, ты уже заблокировал восприятие».
Линлин: «Разве сейчас время обсуждать такие мелочи? Что делать? Аомань заметил… он наверняка…»
— Успокойся, — лениво отозвался Чу Муюнь. — То, что произойдет дальше, не для твоих глаз.
Линлин: ⊙△⊙
Чу Муюнь: «Не переживай, пока ты со мной, я не умру».
Линлин: «……» Звучит на редкость убедительно.
Успокаивая Линлин, Чу Муюнь не забывал удерживать на лице выражение крайнего шока.
На нем и так была просторная шелковая мантия черного цвета, а теперь она соскользнула вниз…
В отличие от его растрепанного вида, Янь Чэнь был одет куда приличнее: хотя ворот и распахнулся, поясной кушак оставался завязан.
Вошедший Мо Цзюшао сразу же увидел, как Янь Чэнь целует Чу Муюня. Юноша же даже не сопротивлялся — напротив, он вел себя донельзя покорно и, словно жаждая чего-то большего, вцепился в резной столб кровати, выставляя себя перед Янь Чэнем безо всякой защиты.
Если добавить к этому те самые сорванные с губ юноши томительные слова…
Зрачки резко сузились. Сохранявший невозмутимость на протяжении тысяч лет Аомань Дицзунь впервые почувствовал, как в глубине души зародился уголек истинного гнева.
Чу Муюнь встретился с ним взглядом и полностью остолбенел. Он даже не понимал, как заставить мышцы лица двигаться: унижение, срам и та невыразимая безысходность отразились на нем с поразительной достоверностью.
Первым заговорил Янь Чэнь.
Он мягко улыбнулся, но уголки его губ изогнулись в холодной и безжалостной усмешке:
— Старший братец, тебе не следовало возвращаться так рано.
Мо Цзюшао даже не взглянул на него, не говоря уже об ответе. Его светло-серые глаза были прикованы к Чу Муюню, и он не смел даже моргнуть.
Янь Чэнь протянул руку, притянул юношу к себе и нежно поцеловал в лоб, с показной жалостью произнеся:
— Посмотри, до чего же ты напугал Сяо Юня.
Чу Муюнь выглядел так, будто лишился души, — он не мог даже пошевелиться. Позволив Янь Чэню обнимать себя, он оцепенел, превратившись в безжилостный кусок камня.
Утешая юношу, Янь Чэнь перевел взгляд на Мо Цзюшао:
— Он не хотел, чтобы ты узнал. Когда ты вот так внезапно возвращаешься, он…
— Почему? — наконец произнес Мо Цзюшао. Его голос, и в обычные дни холодный, как снега на неприступных вершинах, теперь казался смешанным с осколками льда, отчего у слушателей замирало сердце.
Чу Муюнь, разумеется, не мог ответить.
Янь Чэнь тихо рассмеялся:
— Сяо Юнь уже вырос, у него есть естественные потребности. Ты не можешь удовлетворить его, а я — могу.
Чу Муюнь всем телом крупно задрожал и, вскинув голову, свирепо уставился на него.
Янь Чэнь смотрел на него с переполнявшей его сердце нежностью; ему даже не нужно было ничего говорить, чтобы лишить Чу Муюня последних сил к сопротивлению.
Услышав это, Мо Цзюшао бесстрастно произнес:
— Он не такой человек.
Спина Чу Муюня мгновенно напряглась, а в глазах быстро заблестели слезы — казалось, стоило Мо Цзюшао сказать еще хоть слово, и он заплакал бы в голос.
К сожалению, из-за выбранного раθурса он стоял к Мо Цзюшао спиной, и Аомань Дицзунь ничего не видел, зато Янь Чэня от этого зрелища едва не скрутило от возбуждения.
До чего же он восхитителен.
Янь Чэнь сглотнул вставший в горле ком и, кое-как совладав с нахлынувшим порывом, продолжил:
— Да, Сяо Юнь — послушный мальчик, он не стал бы вести себя так жадно, но люди ведь меняются. Сначала я прибег к небольшим уловкам, но разве можно забыть этот сладкий вкус, распробовав его хоть раз? Ты ведь все равно не способен его удовлетворить: проводить ночи с любимым человеком и не иметь возможности унять страсть — что ему оставалось делать? Не выдержав, он, естественно, пришел ко мне.
С этими словами Янь Чэнь любовно поцеловал Чу Муюня и добавил:
— Старший брат, можешь не волноваться, между мной и Сяо Юнем нет никаких любовных уз — мы просто используем друг друга. Если бы ты не вернулся, то ничего бы и не узнал. Сяо Юнь по-прежнему твой любимый Сяо Юнь, и отнимать его у тебя я не собираюсь. Просто время от времени…
— Вон, — бросил Мо Цзюшао. Его голос звучал предельно спокойно, но аура, внезапно вырвавшаяся из его тела, была настолько мощной, что весь Пик Тысячи Фениксов слегка содрогнулся.
Янь Чэнь прикрыл собой Чу Муюня, но понимал, что момент выбран идеально: раз его старший брат так разозлился, значит, этот малыш для него и впрямь настоящее сокровище.
Жаль только, отведать его так и не удалось.
Впрочем, неважно. Так даже лучше.
Никогда прежде не познав истинных утех, в первый же раз столкнуться с такой жестокостью со стороны любимого человека — разве это не сделает отчаяние еще более глубоким?
Янь Чэнь провел языком по нижней губе. Его зияющая пустотой грудь переполнилась огромным удовлетворением в предвкушении гтядущей тьмы.
Столь искренние чувства, столь палящая страсть, столь очаровательный мальчик.
То, чего нельзя заполучить, непременно нужно уничтожить!
— Раз уж старший брат вернулся, мне, конечно, пора идти… — С этими словами он разжал объятия и удалился, не замедляя шага ни на секунду.
Дверь за его спиной захлопнулась. Температура в комнате падала с каждой секундой: хотя стояла глубокая осень, воздух здесь казался пропитанным льдом и снегом, от пронизывающего холода которого кровь стыла в жилах.
Чу Муюнь кое-как поднялся на ноги и неловко попытался запахнуть разорванные одежды, но прежде чем он успел прикрыться, Мо Цзюшао шагнул вперед и единым движением толкнул его обратно на кровать.
Чу Муюнь ошеломленно вскинул голову и наконец произнес первые за вечер слова:
— Отец…
Глаза Мо Цзюшао были мрачными, как небо перед бурей, — тяжелые тувы давили так, что невозможно было вздохнуть, а его ледяной голос прозвучал раскатом грома, рухнувшего с небес прямо в самую душу.
— Раз уж ты так изголодался, я удовлетворю тебя.
Чу Муюнь широко раскрыл глаза, и отчаяние в его зрачках стало почти осязаемым; смешавшись с прозрачными слезами, оно безмолвной горькой каплей скатилось по щеке.
Мо Цзюшао лишь бросил на него мимолетный взгляд и отвел глаза. Он приблизился к кровати…
В самый последний момент…
Аомань склонился и впился зубами в его шею.
Боль была настолько сильной, что Чу Муюнь ее уже почти не чувствовал.
Смотря пустым взглядом на полог кровати, он лишь услышал низкий, влажный, словно напоенный запахом грозового воздуха голос мужчины, прошептавшего прямо над его кожей:
— Почему… ты не подождал меня?
— Я ведь… и правда люблю тебя.
Крупная капля слезы сорвалась с уголка глаза Чу Муюня, после чего он закрыл глаза и погрузился в забытье.
Разыграть столь великолепный спектакль, не имея зрителей, — это немного огорчало Цзэ-е, но самое печальное заключалось в том, что больно и впрямь было по-настоящему.
Хотя он подготовился основательно, заранее расслабился и даже пустил в ход немного бутафорской крови, а его жалкий и несчастный вид на девяносто процентов состоял из чистой игры… но неужели эта штука у Мо Цзюшао не могла быть хоть капельку меньше? И где же обещанные «больше тысячи лет воздержания»? С каких пор у него такая выносливость?
Цзэ-е, слегка просчитавшийся в этом вопросе, мысленно выругался: быть снизу — это просто чертовски паршиво!
К счастью, добыча оказалась богатой, а остальное зависело от этой маленькой блудливой Зависти.
Чу Муюнь устал, да и пришла пора изображать упавшую без чувств невинную белую лилию, так что он просто спокойно заснул.
Мо Цзюшао долго сидел рядом, охраняя его сон, пока снаружи не ощутилось чужое присутствие.
Он глухо бросил:
— Выходи.
Из тениступил Янь Чэнь. С жалостью взглянув на свернувшегося калачиком на постели юношу, он повернулся к хозяину комнаты:
— Старший брат, а Сяо Юнь ведь и вправду хорош, верно?
Мо Цзюшао холодно ответил:
— Думаешь, раз здесь есть «Врата Жизни», я не посмею тебя тронуть?
Янь Чэнь усмехнулся:
— Старший брат шутит, где уж мне тягаться с тобой в силе.
Не дожидаясь, пока Мо Цзюшао снова велит ему убираться, Янь Чэнь сам заговорил:
— А знаешь, почему Сяо Юнь позволил мне шантажировать себя?
Он нарочно выделил голосом слово «шантажировать».
http://bllate.org/book/25288/3015448
Сказали спасибо 0 читателей