Готовый перевод See You Next Snow Season / До встречи в снежном сезоне: Глава 7

Сюй Шаоин сошёл с ума?!

Расстояние между ними сократилось до ста метров. Судя по тому, как Сюй Шаоин нёсся на него практически по отвесной траектории, столкновение должно было произойти через какие-то две-три секунды.

Однако этот узкий склон не позволял Янь Ци даже затормозить поперёк спуска. Инстинктивно он изо всех сил надавил хвостом сноуборда на снежную гладь, взметнув целые облака снежной пыли. Скорость упала, но не до нуля.

Он словно оказался в секунде от удара грузовика: тело онемело, а в расширенных зрачках всё ближе отражался чужой силуэт.

Пятьдесят метров.

Уклониться невозможно.

На этот раз столкновение будет самым настоящим. Не то что в тот раз у Большого Волка, когда Сюй Шаоин мог проскользнуть мимо него сбоку или по пологому склону.

Сейчас им предстояло врезаться друг в друга лоб в лоб, жёстко и без уступок. Ростом они были примерно равны, но в кости и плотности телосложения Сюй Шаоин превосходил его. Если они столкнутся, шанс получить серьёзные травмы у него гораздо выше.

Нет, прилечь на таком склоне — значит в лучшем случае остаться калекой, а в худшем сыграть в ящик.

Мозг Янь Ци отчаянно вопил, требуя принять защитную позу — согнуться и прикрыть голову, — но тело совершенно не успевало отреагировать.

Эта доля секунды растянулась до бесконечности. Несмотря на защитные очки, Янь Ци почему-то отчётливо разглядел, что глаза Сюй Шаоина смеются — жуткой, кровожадной, безумной улыбкой.

Первыми столкнулись сноуборд и горные лыжи. От сильнейшей тряски Янь Ци потерял равновесие, и его колени со злостью врезались в жесткий наст.

Однако ни удара, ни долгого полёта не последовало. Янь Ци не успел даже зажмуриться, как со звуком шуршащего рассекаемого воздуха тень пронеслась мимо его поля зрения. Сразу за этим послышался хруст ломающихся мелких ветвей — тихий, звонкий, напоминающий то, как хрустят на зубах кости.

Всплеск адреналина заставил его резко повернуть голову. Он увидел, как Сюй Шаоин проскользил вдоль упавшего ствола дерева, от самых корней до самой макушки. Выгнувшись натянутым луком, Сюй Шаоин развернулся на сто восемьдесят градусов и замер как вкопанный — с такой безупречной плавностью, что в это едва ли верилось.

От двух длинных лыж опору получали лишь жалкие десяток-другой сантиметров посередине, а всё остальное висело в воздухе. Он походил на птицу, сложившую крылья и примостившуюся на ветке.

Мир вокруг неестественно затих, нарушаемый лишь двумя выдохами разной частоты.

Сюй Шаоин стоял совершенно прямо, медленно переводя взгляд на Янь Ци. Одним этим движением он давал понять: если Янь Ци вздумает снова его задеть, он сделает так, что тот больше никогда в жизни не встанет на доску.

Однако ожидания Сюй Шаоина не оправдались — Янь Ци вовсе не трясло от страха и он не собирался молить о пощаде. Он даже не упал, а сумел намертво вцепиться в старый древесный корень, удержал равновесие и прижался к снежной стене.

Ветер стих. Взметнувшиеся пряди волос медленно опустились, вернувшись к ушам, и только тогда Янь Ци услышал грохот собственного сердца. Оно бешено колотилось в груди, удар за ударом.

Разделенные лишь стёклами очков, они долго смотрели друг другу в глаза.

Янь Ци ни капли не испугался. Напротив, каждая клетка его тела кричала от восторга; его сердце уже давным-давно не билось с такой бешеной силой.

Экстремальный спорт именно таков: опасный и манящий.

Безупречное владение доской, хладнокровный расчёт, железная сила мышц брюшного пресса, а момент и траектория входа в поворот точны, как скальпель. Всё это — физические данные эгидного райдера, владеющего снаряжением в совершенстве. Малейшая погрешность — и Сюй Шаоин сначала угробил бы сам себя.

Что уж говорить о том, чтобы на бешеной скорости вылететь на ствол дерева и там намертво затормозить — просто забраться туда и удержать равновесие уже трудно.

По крайней мере, повторить такой трюк Янь Ци был не в силах.

При всей головокружительной опасности Сюй Шаоин тоже не отделался абсолютной цельностью. Несколько переплетённых тонких веток зацепили куртку его горнолыжного костюма и порвали её, обнажив чёрную обтягивающую термоэкипировку, которая плотно очерчивала каждый сантиметр его талии и живота.

Янь Ци отчетливо видел, как мышцы живота парня резко напряглись, вздымаясь и опускаясь в такт дыханию. Все группы мышц были готовы к рывку — подтянутые, крепкие, наполненные пружинистой силой.

Сюй Шаоин был силён.

Тело сильного человека само по себе служит воплощением абсолютного контроля и абсолютной уверенности. Это предельная, жестокая эстетика силы, принадлежащая истинным волкам.

Черт, почему это так до чертиков сексуально?

Янь Ци передумал.

Он заставит Сюй Шаоина плакать и молить о пощаде на постели.

Глава 5. Помоги мне

Видя, что Янь Ци уставился на него в упор и молчит, Сюй Шаоин посчитал свою задачу выполненной.

Он решительно отвёл взгляд, спрыгнул со ствола и скрылся на другой трассе.

Любой нормальный человек после такого испытал бы животный ужас. Ощущение надвигающейся смерти наваливается лавиной, накрывая с головой — это поймет лишь тот, кто прочувствовал всё на собственной шкуре.

Он встал на снег в пять лет, а в шесть уже участвовал в соревнованиях. За границей часто случалось так, что любители экстрима не тратили время на поездки в официальные фристайл-парки, а просто расчищали от снега улицы или крыши домов и начинали кататься прямо там.

Именно поэтому, заприметив то упавшее дерево, Сюй Шаоин был полностью уверен в своих силах.

Он вовсе не собирался рисковать головой или калечить Янь Ци — он лишь хотел, чтобы тот проявил благоразумие, держался подальше и больше не мозолил ему глаза своим раздражающим лицом…

Эй!

…

Сюй Шаоин резко обернулся.

Янь Ци догонял его, вынырнув из-за спины.

— Сюй Шаоин!

Сюй Шаоин с недоверием уставился на парня.

Глаза Янь Ци ярко блестели, лыжные штаны надувались от встречного ветра, и он нагло вопил на весь склон:

— Погнали вместе!

Скользнув еще немного с повернутой назад головой, Сюй Шаоин словно очнулся ото сна. Он отвернулся вперед и прибавил ходу, оставляя Янь Ци лишь гордый отказ в виде удаляющейся спины.

Псих!

Эта гонка на скорость и сам Сюй Шаоин полностью разбудили в Янь Ци дух соперничества и жажду обладания. Ощущая свист рассекаемого воздуха, он растягивал губы в широкой улыбке, переполненный диким восторгом.

Сегодня Янь Ци оделся очень стильно — в классическом сноубордическом стиле западного побережья: свободное белое худи в сочетании с маленьким чёрным жилетом. На нём даже не было шлема — под шапкой скрывался подшлемник, поверх которого красовалась чёрная панама от Tolasmik с длинными лентами и буквами.

Стили одежды в сноуборде и горных лыжах — это извечное столкновение эпатажа и традиций, дерзкой свободы и сдержанной элегантности.

Разумеется, в глазах Сюй Шаоина этот стиль выглядел не более чем нелепым маскарадом.

Позёр.

Кататься в мелколесье без нормального шлема — вот потеха будет, когда он приложится головой, насмешливо подумал Сюй Шаоин.

Две ленты на панаме развевались на ветру за спиной Янь Ци, создавая впечатление, будто у того включены какие-то спецэффекты.

Издалека завидев стоящих у обочины Сяо Ма и Цзян Ци, Сяо Ма закричал:

— Вы где пропадали, чё так долго… Ой!

Шурх!

Они пролетели мимо Сяо Ма даже не думая тормозить, один за другим.

Сяо Ма взвизгнул:

— Вы что, убить меня решили?!

Стоило выехать из мелколесья, как началась самая интересная и уникальная часть маршрута — подушечный рельеф.

Если говорить просто, это был гигантский каменный каскад, скрытый толстым слоем снега. Наметы сформировали округлые, похожие на диванные подушки сугробы, напоминающие многоярусные ступени из гигантских полусфер. Пожалуй, это был самый сложный участок во всём Коктогае, ведь под снегом скрывалось бесчисленное множество трещин и пустот.

В обычных условиях, если удавалось сохранить плавность хода, аккуратный спуск по каждой такой подушке уже считался мастерством. Но они неслись с такой безумной скоростью и взлетали так высоко, что преодолевали препятствия прыжками, перелетая сразу по два-три бугра.

По правде говоря, Янь Ци и сам никогда раньше не пробовал пускать доску стремглав на таком рельефе. При приземлении казалось, что коленные чашечки сейчас разлетятся вдребезги, но адреналин напрочь глушил любую боль.

То Сюй Шаоин оказывался впереди, то Янь Ци обгонял его. Несколько раз Янь Ци был уверен, что падения не избежать, но в последний момент отчаянная физическая подготовка возвращала его в равновесие.

Этот баланс на грани потери контроля, но под жёстким управлением давал колоссальное чувство триумфа. Он вызывал зависимость, заставляя раз за разом бросать вызов собственным пределам.

Высокая скорость означала потерю контроля, притупление реакции и нехватку времени на раздумья с корректировкой. Короче говоря, когда оба окончательно потеряли голову от куража…

Ни один из них не ожидал, что впереди окажется обрыв.

Силуэт Сюй Шаоина вмиг растворился в снежной пелене, а за ним исчез и Янь Ци.

Оба рухнули в глубокую яму.

Невесомость, круговорот неба и земли, а затем — вспышка острой боли.

Перед глазами Янь Ци на секунду потемнело. Приведя дыхание в норму лишь спустя несколько мгновений, он с силой выдохнул и обнаружил, что Сюй Шаоин подмялся под него, а сам он повис вниз головой. Его доска застряла снаружи, не давая выбраться.

Ещё через несколько секунд до Янь Ци дошло, откуда исходит эта адская боль: лодыжки и колени горели огнём. Его нижняя половина тела была перекручена по отношению к верхней почти на сто восемьдесят градусов. К счастью, гибкие и подвижные суставы таза смягчили удар, иначе дело вполне могло кончиться переломом.

Часто и поверхностно дыша, он инстинктивно попытался шевельнуться или выкрутиться, чтобы отстегнуть доску, но любое движение отзывалось такой болью, что холодный пот градом катился по лицу.

Он перевёл взгляд на Сюй Шаоина. Тот лежал на дне ямы, уже успев сорвать маску, и с холодным безразличием наблюдал за его барахтаньем.

Лыжи Сюй Шаоина застряли во внешнем слое снега. Если выкрутить ногу вместе с пристёгнутой лыжей, перелом гарантирован, поэтому горнолыжные крепления снабжены механизмом автоматического сброса — их настраивают так, чтобы при падении ботинки легко выскакивали. В этом и кроется причина, почему на трассах после падения лыжников снаряжение разлетается в разные стороны.

Но сноубордические ботинки намертво притянуты крепами к доске.

Янь Ци шумно и прерывисто вздохнул:

— Сюй… Сюй Шаоин.

Через прозрачные стёкла очков Сюй Шаоин видел, как Янь Ци нахмурил брови, зажмурился, а его ресницы мелко дрожали, выражая крайнее напряжение и сдерживаемую боль.

В точности как в ту ночь… тот же самый ракурс снизу вверх…

— Сюй Шаоин! — у Янь Ци задрожали ноги. — Помоги мне…

Сюй Шаоин резко опомнился. Сжав губы, он молча сверлил взглядом лицо Янь Ци пару секунд, а затем внезапно приподнялся и парой резких щелчков расстегнул крепления на доске Янь Ци.

Янь Ци рухнул прямо на Сюй Шаоина.

Сюй Шаоин глухо охнул.

Янь Ци замер, уткнувшись лицом ему в грудь.

Сюй Шаоин не стал сбрасывать парня — возможно, потому, что яма была слишком узкой и оттолкнуть его было просто некуда. Ледяным тоном он произнёс:

— Сдох? Если нет, поднимайся.

Янь Ци не отреагировал.

Сюй Шаоин опустил взгляд: теперь была видна лишь макушка Янь Ци, прижатая к его груди, да длинные ресницы, которые забавно заломились от соприкосновения с одеждой. Тот по-прежнему не шевелился.

Прошла ещё пара минут. Тишина стала настолько зловещей, что даже Сюй Шаоин занервничал.

— …Ногу сломал?

…

— Эй! — Сюй Шаоин резко переменился в лице, вцепился пальцами в подбородок Янь Ци и насильно задрал его голову вверх. — Ты не…

Речь оборвалась на полуслове.

Он упёрся взглядом в лицо Янь Ци, который щурился от широкой, лукавой улыбки.

http://bllate.org/book/25254/3010549