— Шэ Е…
— Мм?
У Ши Сяо голова кружилась и раскалывалась от боли, казалось, она вот-вот взорвется: — Куда мы идем…
— На парковку. Я вызвал трезвого водителя, скоро будем дома, потерпи еще немного.
Место, где они ужинали, находилось не там, где Шэ Е припарковал машину.
Дорога занимала примерно минут пять пешком.
Ши Сяо никогда раньше не пил и не понимал, как эта сладковатая на вкус жидкость, оказавшись в желудке, может вызывать такое сильное головокружение.
В желудке все переворачивалось.
Живот упирался в крепкие мышцы Шэ Е, и его начало подташнивать.
Он болтал ногами, свисавшими с руки Шэ Е: — Я хочу слезть…
Шэ Е опустил его на землю и придержал. Ши Сяо, схватившись за живот, присел на корточки, уткнулся лицом в колени, свернулся калачиком и долго не двигался.
— Потерпи еще чуть-чуть. — Шэ Е погладил его по голове, собираясь снова взвалить его себе на спину.
— Нет, — Ши Сяо наотрез отказался садиться к нему на спину и пожаловался: — Живот очень болит.
Он снова сжался в комок.
Шэ Е молча постоял рядом с ним полминуты.
Через полминуты его силой распрямили, ноги оторвались от земли, и Шэ Е подхватил его на руки, прижав к груди.
Он держал его очень надежно, так было гораздо удобнее, чем раньше.
Хотя Шэ Е тоже выпил бокал, почему-то ему совсем не было плохо.
Фонари освещали обочину, и в свете лампы были видны танцующие нити дождя.
Лежа у него на груди, Ши Сяо немного посмотрел на ночное небо, а затем перевел взгляд на его лицо.
Бормоча что-то себе под нос, он заговорил сам с собой: — Почему потом ты перестал ездить в ту маленькую деревню…
— Потому что твоя бабушка умерла?
Шэ Е, который до этого смотрел вперед, услышав это, опустил голову и посмотрел на него очень мягким взглядом: — Это не связано с моей бабушкой. Просто когда мне было пять лет, вся моя семья переехала из той маленькой деревушки, и моя бабушка тоже. После переезда она всегда жила с моей мамой, а шесть лет назад она умерла в городе.
Ши Сяо знал, что сейчас ему не следует находиться в таком затуманенном состоянии, но ничего не мог с собой поделать, никак не удавалось сохранить ясность ума. Сопротивляясь, он спросил: — Почему… всей семье пришлось переехать?
Шэ Е не ответил.
Ши Сяо снова захотелось намеренно разозлить Шэ Е: — Вы сделали что-то зазорное?
Руки Шэ Е, державшего Ши Сяо, чуть крепче сжались. Ши Сяо думал, что тот не ответит, но услышал тяжелый голос Шэ Е: — Да.
Он признал это.
— Что именно — зазорное? — Ши Сяо изо всех сил старался широко открывать глаза и пытался разжать подбородок Шэ Е, боясь, что тот отведет взгляд. Шэ Е не стал уворачиваться. Он позволил Ши Сяо поворачивать свою голову, они находились так близко, что чувствовали дыхание друг друга.
Ши Сяо разглядел длинные ресцы Шэ Е и черные зрачки под ними.
Не мигая, Шэ Е пристально смотрел на него.
— А-Сяо.
Обжигающее дыхание коснулось лица Ши Сяо.
Ши Сяо запинался, помимо своей воли растягивая гласные: — Чего тебе?
— Вино вкусное? — задал он вопрос невпопад, резко сменив тему.
Ши Сяо же, подхватив нить его слов, тут же вспомнил тот бокал рисового вина с застолья и произвел: — Довольно вкусное.
— Хочешь еще?
Хочет ли еще?
Но ведь их уже нет.
— Больше негде взять, — ответил он.
— Есть, — уверенно произнес Шэ Е.
Неужели он собирается куда-то идти покупать? Наверное, если он скажет, что хочет, Шэ Е пойдет и купит? Поздней ночью купить вино точно непросто. Раз так, Ши Сяо захотелось помучить его.
Он сказал: — Тогда хочу.
Едва слова сорвались с губ, он увидел приближающееся лицо Шэ Е.
Черты лица становились всё ближе и ближе.
Он снова почувствовал запах рисового вина.
---
Глава 8. У меня есть человек, которого я терпеть не могу
Каким бы пьяным ни был человек, он все равно понимал, что так поступать нельзя.
Ши Сяо отвернулся, и лицо Шэ Е замерло в долях миллиметра от его губ, так и не коснувшись их.
Он сообразил, что именно задумал Шэ Е.
— Ты, — обратился захмелевший Ши Сяо к тому, кто вовсе не был пьян, — ты напился?
Шэ Е отрицательно качнул головой: — Нет.
— Ты же говорил, что не любишь мужчин…
— Да, не люблю.
Ши Сяо прикрыл ладонью половину лица Шэ Е снизу и прямо спросил: — Тогда что ты только что хотел сделать…
— Думаю, ты знал.
— Я не знал.
Шэ Е разоблачил его: — Знал, иначе ты бы не увернулся.
— …
Шэ Е только что хотел его поцеловать.
Если предыдущие поступки еще можно было списать на перегибы в общении между друзьями, то этот раз никак нельзя было замять под видом дружбы.
Ши Сяо теперь мог с уверенностью подтвердить.
Шэ Е, судя по всему, действительно имел на него виды.
Именно в том смысле, который выходит за рамки дружбы.
Но почему?
— Мы не так уж близки…
— Больше месяца проводим вместе каждый день, неужели не близки?
Ши Сяо покачал головой: — Не близки. — Он описал их отношения словом, которое только что выучил, когда ел стейк: — Прожарка медиум, пожалуй.
Он заявил об этом с самым серьезным видом: — Медиум нельзя целовать.
— А какая степень прожарки подойдет?
— По крайней мере, well-done… то есть, нет. — Ши Сяо чуть было не поддался на его уловку. — Нам нельзя целаваться.
— Почему?
— Ты же сам сказал, что тебе не нравятся парни! — Ши Сяо уперся рогом. — Я парень, раз уж ты так заявил, то не смеешь любить меня! И тем более целовать!
— А я всё равно буду. — Шэ Е тихо повторил: — Я всё равно буду любить Ши Сяо.
— …И какова же причина? — Ши Сяо лишился дар речи. — У любви должна быть хоть какая-то причина.
Шэ Е озвучил крайне неожиданный ответ: — Полюбил с первого взгляда.
С первого взгляда?
То есть в тот дождливый вечер, когда он упал перед машиной Шэ Е?
Это значит — любовь с первого взгляда?
…
Любовь с первого взгляда — не что иное, как влечение к внешней красоте.
— Шэ Е приглянулась эта его иллюзорная оболочка.
В тот же миг Ши Сяо успокоился.
Отуманенный алкоголем мозг мгновенно прояснился.
Неприязнь к Шэ Е в его сердце выросла еще на две доли.
Если бы он предстал перед ним в своем истинном облике, интересно, смог бы тот и дальше нести подобную чушь. Еще бы до смерти перепугал.
Шэ Е, конечно же, оказался ничем не лучше остальных смертных.
Мало того, что он эгоистичный негодяй со злым сердцем, так еще и мерзкий тип, который судит людей исключительно по внешности.
Но так даже лучше.
Ему и самому было лень тратить время на то, чтобы медленно возиться с ним под маской друга.
Если эта фальшивая оболочка поможет быстрее достичь цели, почему бы и нет.
Это сберегло бы кучу времени.
Ему уже не терпилось распороть Шэ Е живот и живьем прибить к той самой грязной, запятнанной грязью земле.
Хотя все шло строго по его плану, Ши Сяо понимал, что сейчас нельзя вот так просто взять и согласиться с Шэ Е. Нужно помучить его неопределенностью.
Людям свойственно не ценить то, что достается слишком легко.
Чтобы привезти Шэ Е на Гору Ечжи, содрать с него кожу, вытянуть сухожилия и замучить до смерти прямо там, нужно предварительно полностью завоевать его доверие, усыпить его бдительность и заставить добровольно пойти за собой. Насколько сильной будет его радость сейчас, настолько же тяжелой окажется боль, когда он в конце концов узнает правду.
Сокрушить его как морально, так и физически — убить двух зайцев одним ударом.
Но условием было то, что он не должен дать Шэ Е пресытиться им до завершения плана. Если Шэ Е заполучит желаемое слишком легко, нет никакой гарантии, что он мгновенно не потеряет интерес. В таком случае он не только не добьется своего, но и будет вынужден ломать голову над тем, как притащить этого человека силой.
Это точно создало бы слишком много хлопот.
От одной мысли об этом становилось утомительно.
— Я… — Ши Сяо изобразил затруднение. — Давай сначала вернемся домой, ладно?
— Хорошо. — Шэ Е не стал допытываться у Ши Сяо ответа.
Этот разговор начался внезапно, и детали той темной истории в итоге забылись сами собой.
По прибытии на парковку трезвый водитель уже ждал их.
Шэ Е и Ши Сяо сели на заднее сиденье. Алкоголь еще не до конца выветрился из организма Ши Сяо, и Шэ Е уложил его голову себе на колени, монотонно поглаживая по спине.
— Получше?
Ши Сяо действительно чувствовал себя скверно после долгого пребывания на ветру, и это не было притворством. Когда они добрались до места, вышли из машины и водитель уехал, Шэ Е на руках занес его в лифт.
Ши Сяо бросил взгляд на камеру видеонаблюдения в углу лифта и вдруг вспомнил, что по тому экрану в машине Шэ Е можно было разглядеть происходящее у него дома.
Получается, всё, что он обычно делает дома, Шэ Е может видеть?
— Камеры… — тихо пробормотал он.
— Что?
— …Дома есть такие штуки?
Шэ Е проследил за его взглядом на камеру лифта и ответил: — Только несколько камер снаружи, для безопасности. — Он имел в виду те, что стояли в гостиной и на кухне.
Ши Сяо вспомнил свою спальню, где он спал: — А в комнате тоже есть?..
Услышав это, Шэ Е с улыбкой ответил: — Ну как такое возможно.
Выпитый алкоголь давал о себе знать, а из-за тряски в дороге по возвращении домой в голове у Ши Сяо стало еще хуже. В глазах так сильно кружилось, что он едва стоял на ногах и не мог сделать ни шагу. Стоило только коснуться простыни, как ему безумно захотелось тут же повалиться и уснуть.
Его одежда пропахла алкоголем и дождем, испачкалась, и ее требовалось переодеть. Шэ Е принес чистую одежду, но у Ши Сяо не осталось сил даже на переодевание — он намеревался прямо так, в чем был, залезть под одеяло. Шэ Е уложил его на постель, наклонился и принялся расстегивать пуговицы.
Расстегивая пуговицу за пуговицей, Ши Сяо чувствовал себя безвольной тряпичной куклой, с которой делают всё, что захотят. Вскоре тело обдало прохладой — это Шэ Е принес таз с теплой водой и принялся обтирать его.
Одурманенный сном Ши Сяо не мог приподнять и пальца. Закрыв глаза, он со спокойной душой доверился заботе Шэ Е.
— А-Сяо.
Закончив обтирать его тело и видя, как сильно тот мучается, Шэ Е не стал надевать на него одежду, а сразу укутал в мягкое пуховое одеяло.
Положив голову на подушку и уже погружаясь в сон, Ши Сяо внезапно услышал, как Шэ Е окликнул его.
С трудом приоткрыв один глаз, он взглядом поинтересовался, в чем дело.
Шэ Е присел на корточки у края кровати, приблизив лицо вплотную к нему: — Ты когда-нибудь кого-нибудь любил?
http://bllate.org/book/25240/3009025
Сказали спасибо 0 читателей