Готовый перевод I Failed to Escape After Becoming the Villain's Scumbag A's Delicate Wife / Пленница злодея: как я пыталась сбежать от своей судьбы: Глава 3

Глава третья. Семья Чи

Чи Юань: ???

Она огляделась по сторонам, убедившись, что вокруг никого нет, и заподозрила, что у неё слуховые галлюцинации.

Но не успело пройти и мгновения, как этот голос прозвучал снова: «Прошу хозяйку подтвердить привязку. Если хозяйка откажется от привязки, переместившаяся душа автоматически исчезнет».

Чи Юань испугалась и поспешно отозвалась: «Привязываю, привязываю!»

[Динь-дон — Система спасения злодея привязана. Пожалуйста, помогите злодею помешать главным героям пробиться наверх. В случае провала задачи хозяйка будет принудительно отключена. Ради вашей безопасности, пожалуйста, постарайтесь выполнить задание].

Чи Юань мысленно выругалась: «Не выполнишь задание — еще раз умереть придется, что это за мерзкая система такая?»

Система: «Хозяйка уже умерла в своём прежнем мире, и системный роман забросил вас сюда. Пока хозяйка старательно выполняет задание, у неё появится новая личность, чтобы продолжить жить в этом мире. Система к вашим услугам в любое время».

Ладно уж.

Такси медленно въехало в особняк семьи Чи. Резные перила, нефритовые ступени и роскошные здания предстали перед Чи Юань словно на живописном свитке. По дороге Чи Юань уже пообщалась с системой и разложила по полочкам примерный сюжет романа.

Водитель засмотрелся и не удержался, чтобы не подшутить над Чи Юань: — Я всю жизнь горбачусь, а заработать не смогу даже на один из столбов в вашем доме.

Чи Юань тоже преисполнилась глубоких чувств: — Перерождение — и вправду дело тонкое. Стартовая точка оригинала — это финиш, до которого другим за всю жизнь не добраться. Грех не жить в богатстве, так нет же, вечно тянет на приключения. И спрашивается, какого чёрта?

Система: — Мир романа вращается вокруг Героини, вот пушечное мясо и служит для массовки. От обаяния Героини, перед которым все преклоняются, не так-то просто укрыться, даже если очень захочется.

Глядя на свернувшуюся крошечным клубочком на кровати Цзян Цы, Чи Юань почувствовала укол в сердце. Она смочила полотенце, отжала его и бережно протерла ей лоб.

Закончив со лбом, Чи Юань опустилась ниже и протерла влажные от пота щеки, шею и изящные запястья. Доткнувшись до покрытых холодным потом и ледяных ладоней, она внезапно была схвачена по руке потерявшей сознание Цзян Цы.

В романе, если у Цзян Вань выпадало десять возможностей приблизиться к Цзян Цы, девять из них использовались для пакостей, а оставшаяся — чтобы насмехаться и издеваться с высоты победительницы. Хотя сама Цзян Цы никогда на это не обращала внимания.

Увидев, что болеет вовсе не Чи Юань, тот со смесью недоверия и удивления подошел к постели.

Чи Юань протянула руку, чтобы коснуться пылающего лба девушки, и решительно схватила домашний телефон на тумбочке, набирая номер семейного врача.

Отогнав от себя нереалистичные мысли, Чи Юань уложила крепко спящую Цзян Цы на кровать и лишь тогда с тревогой осознала, что температура у той совершенно ненормальная.

Чи Юань потерла нос, оставшись лишь сглатывать горькую пилюлю: расточая виноватые извинения и раз за разом уверяя, что не причинит Цзян Цы вреда, она кое-как проводила врача.

— Холодно… Му-му, холодно… — Цзян Цы вся дрожала, стуча зубами, и беспрестанно звала на помощь от холода.

Всю кашу заварила оригинал, откуда же Чи Юань было знать, какие именно лекарства приняла Цзян Цы? Она лишь бормотала что-то невнятное, не в силах вымолвить ни слова.

Сейчас было девять часов вечера, в особняке семьи Чи царила тишина, Мать Чи заснула рано. Чи Юань на цыпочках вернулась в свою комнату, смутно ощущая себя так, будто она тайком изменяет.

Цзян Цы и во сне не находила покоя: она хмурилась, тяжело и прерывисто дышала, выдыхаемый ею воздух казался раскаленным, а с губ срывались едва слышные бормотания — очевидно, жар был очень сильным.

Система: — Как бы то ни было, Героиня — личность опасная. Если хозяйка хочет выполнить задание, она обязательно должна следить за тем, чтобы у Героини не было возможности приблизиться к Цзян Цы.

Фан Ци легко вздохнул и посмотрел на Чи Юань осуждающим взглядом: — Я кое-что слышал об отношениях мисс Чи и мисс Цзян. Хотя ваш брак заключался вовсе не по обоюдному согласию, в конце концов, Цзян Цы — ваша законная супруга. Даже если вы её совсем не любите, нельзя же так издеваться и топтать её.

Кто бы мог подумать, что о плохих отношениях между Чи Юань и Цзян Цы знает даже семейный врач.

— У неё слабый желудок и селезенка в сочетании с симптомами лихорадки. Она случайно не приняла перед этим какую-то неположенную гадость? — Врач опустил термометр и поставил Цзян Цы капельницу с физраствором, только после этого стабилизировав её состояние.

Врачу было около сорока с небольшим, волосы аккуратно зачесаны назад. Из-за того, что он бежал сюда всю дорогу бегом, у него по всему лбу выступал пот.

— Мисс Цзян?! Да что здесь…

Не зря он был личным врачом богатой семьи: не прошло и десяти минут после звонка, как человек в белом халате с медицинским чемоданчиком наперевес уже стоял на пороге.

Чи Юань кашлянула, жестом показывая врачу, чтобы тот прекратил пустые разговоры и немедленно занялся Цзян Цы.

Машина остановилась у главных ворот, и Чи Юань на руках внесла Цзян Цы прямо в дом семьи Чи.

Чи Юань: — И вот расписывают её как этакую святошу, а я еще во время чтения книги находила это странным: Героиня то завидует, то подстраивает пакости то одному, то другому, неужели ни у кого не возникло ощущения, что её образ добродетели и милосердия насквозь фальшивый? Это же совершенно нелогично.

Чи Юань смотрела на её раскрасневшееся лицо и безумно переживала: чертова оригинал совсем потеряла человеческий облик!

Поколебавшись немного, она проворно скинула обувь и забралась на кровать. Уловив жаркое тело Цзян Цы, Чи Юань плотно закутала её в одеяло, а затем прижала к груди вместе с этим коконом.

Страдающая от синей лихорадки Цзян Цы в сновидениях, казалось, вновь вернулась в то палящее зноем лето.

Тогда она только-только ступила в шоу-бизнес. Этот пестрый, причудливый и разноцветный мир за её многолетние ожидания отплатил ей новой отправной точкой.

Она стала героиней малобюджетной веб-дорамы.

Хотя старт был невысок, это всё же означало, что Цзян Цы получила квалификацию дебютантки.

Она с воодушевлением спешила поделиться этой радостной новостью с Му Шэном, но слова, донесшиеся из трубки, заставили её рухнуть в ледяной погреб.

— Сяо Цы, твой отец… арестован. Семья Цзян кончена.

Пять лет спустя фраза Му Шэна семья Цзян кончена всё еще тысячекратно эхом отдавалась в её ушах в тишине ночных часов, унося с собой юношеские надежды и мечты.

После этого всевозможные неудачи обрушились на Цзян Цы, словно цепная реакция падающих костяшек домино.

Отец попал за решетку, мать сошла с ума, особняк семьи Цзян среди ночи опечатали и стерли с лица земли, и даже Му Шэн, её последняя опора, собирался уехать за границу.

Двадцатилетняя Цзян Цы не понимала, чем она прогневила небеса: стоило им разгневаться, как они разом вылили на неё всевозможные несчастья, какие только смогли придумать.

Одинокая и беспомощная, она балансировала на грани полного краха.

Таким было отражение её изо дня в день тянувшихся боли и скорби.

Лишь обезумевшая мать на больничной койке оставалась её единственным стимулом с трудом цепляться за жизнь и не сдаваться.

Покинув семью Цзян, она поселилась в съёмной комнатке площадью меньше двадцати квадратных метров. Под потолком скрипел и покачивался старый электрический вентилятор, а в комнатах за тонкой стеной не умолкал плач детей и перепалки супругов.

Шумно, тесно, от этого воздуха почти не оставалось.

Хотя стояла самая середина знойного летнего августовского дня, ледяной, пробирающий до костей зимний ветер задувал сквозь все щели в обветшавших стенах, заставляя Цзян Цы сжиматься в комок и отчаянно обхватывать себя руками.

Всё то же чувство одиночества и беспомощности. За столько лет она уже должна была привыкнуть…

Однако внезапно донесшийся легкий, изысканный аромат цветов заставил Цзян Цы разгладить нахмуренные брови. Пронизывающий холодный ветер неизвестно когда утих, и её окутало теплое, уютное ощущение.

Небольшая желтоватая настольная лампа отбрасывала мягкое теплое сияние на крепко обнимающих друг друга людей на кровати в полумраке комнаты.

Тихое неизвестное начало менять шестеренки этого мира.

*

На следующее утро Чи Юань проснулась от голосов за дверью.

Она потрепала себя по волосам, приоткрыв глаза и долго-долго притираясь щекой к прохладной и нежной поверхности, пока сознание наконец не прояснилось окончательно. Слегка повернув голову, она нос к носу столкнулась с парой изучающих её глаз.

Серовато-карие глаза походили на красивые, но несколько бездушные стеклянные шарики, длинные изогнутые ресницы хлопали раз за разом, излучая сплошную наивность и невинность — ни малейшего смущения от того, что её застали врасплох.

Цзян Цы: — Проснулась?

Чи Юань: — …Проснулась.

Уголки губ Цзян Цы изогнулись в улыбке, и она капризно качнула подбородком вправо: — Ну что ж, мисс Чи, теперь вы не могли бы отпустить мою руку?

Ммм???

Чи Юань опустила взгляд и действительно увидела, что обеими руками мертвой хваткой вцепилась в правую руку Цзян Цы. Неудивительно, что ощущения от утренних потираний были просто великолепными…

Она разжала пальцы и соскочила с кровати.

— Ты только ничего не подумай, я ничего не делала!

— Ничего не делала? — Цзян Цы приподняла затекшую от того, что на ней лежала Чи Юань, руку, скрестила обе руки на груди и склонила голову набок, лукаво улыбаясь. — Ты имеешь в виду, что не подсыпала мне лекарство, или что не шаталась с Цзян Вань, наставляя мне рога?

Ух… Чи Юань невольно шумно втянула воздух: вопрос поставлен так, что шансов на отступление не оставалось вовсе.

Цзян Цы явно обладала изрядным терпением и, вальяжно откинувшись на изголовье кровати, с предвкушением ждала, как же Чи Юань станет изворачиваться.

Чи Юань: — Я…

В этот момент дверь спальни Чи Юань распахнулась с такой силой, что деревянная скалка для раскатки теста летела прямо ей в лицо.

Из-за внезапности происходящего Чи Юань уже не успевала увернуться и была вынуждена поднять руку для защиты.

Скалка с глухим стуком ударила её по предплечью и покатилась по полу. И кто бы мог подумать, что это только начало.

Женщина в роскошном наряде на высоких каблуках решительно и бодро зашагала к Чи Юань и, не говоря ни слова, со всего маху шлепнула ладонью по прямой спине дочери.

— Целыми днями шляешься где попало, гуляешь напропалую, а теперь докатилась! Притащила девицу прямо домой кутить!

— Если я сегодня же тебя хорошенько не проучу, ты совсем от рук отобьешься!

Чи Юань скривилась от боли, согнувшись пополам и чувствуя жжение в спине, но краем глаза успела заметить, как женщина наклонилась и подобрала упавшую скалку.

Чи Юань в панике отпрыгнула назад, вскинув руки в примиряющем жесте: — Мама! Мама! Я не гуляла! Положи немедленно скалку!

Кто же эта грозная дама? Мать оригинала, железной рукой управляющая главой семьи Чи — Чи Шуанчжи.

Самоуверенная и избалованная «Чи Юань», способная идти на любые бесчинства, больше всего на свете боялась именно этой «тигриной мамочки», предпочитающей переходить от слов к делу.

Чи Шуанчжи широко раскрыла глаза, изогнула брови и снова замахнулась скалкой, ничуть не заботясь о том, что её родная дочь скривилась от боли и вовсю голосила.

— Совсем распоясалась? Совсем охамела? Не гуляла, говоришь? А кто это там на кровати?

— Какая-то шлюха, которую ты притащила среди ночи?

— И что мне теперь сказать Цзян Цы?!

— Матушка моя! — Чи Юань казалось, что за окном сейчас пойдет снег среди июня — до того обидно ей было.

— Вы загляните на кровать! Да это же и есть Цзян Цы! Ваша ненаглядная невестка! — уворачиваясь во все стороны, она бросила взгляд на постель, надеясь, что та хоть слово скажет в её защиту, но увидела лишь, как девушка прикрывает рукой рот, скрывая торжествующую улыбку.

— Цзян Цы? — Чи Шуанчжи, наконец сообразив в чем дело, поспешно оглянулась на кровать и встретилась взглядом с Цзян Цы, которая изящно и вежливо кивнула ей в знак приветствия.

Скалка в её руке ослабла. Чи Шуанчжи перевела взгляд с лежащей на постели на стоящую сбоку дочь, застыв в изумлении. Выражение её лица менялось так быстро, будто это была палитра красок. Наконец, потоптавшись на месте от досады, она снова отвесила Чи Юань затрещину.

Душевно и физически пострадавшая Чи Юань завопила: — Мама! Я же говорила, что это Цзян Цы! За что ты меня опять бьешь?!

Чи Шуанчжи: — А кого мне бить, если не тебя? Говори! Зачем приволокла Цзян Цы домой, какие у тебя были тайные замыслы?!

Чи Юань окончательно рухнула духом: — Она моя законная жена, какие у меня могли быть замыслы?!

От автора:

Мать Чи: Кто просил тебя изо дня в день творить всякую дичь…

Чи Юань: Я… да я же невинна!

Цзян Цы: Бей, давай бей еще, мне ужасно весело за этим наблюдать.

http://bllate.org/book/25233/3007872