Обе эти точки — официальные резиденции... — Не успев договорить и половины, личный страж замер под взглядом Сяо Чжао, постепенно умолкнув.
Ши Ци держал в руке сложенный складной веер, постукивая им по ладони. Спасающий от жары веер в весеннюю ночь, всё ещё хранящую следы холода, был совершенно ни к чему, но его движения придавали ему весьма элегантный вид.
Он вовремя подал голос, чтобы разрядить обстановку:
— Наследный княжич направится сначала на постоялый двор или в уездную канцелярию?
— На постоялый двор, — ответил Сяо Чжао.
Постоялый двор находился ближе, к тому же он не думал, что Сюэ Шаньюэ станет прятаться в резиденции уездного начальника.
В передвижениях Сюэ Шаньюэ он уже практически не сомневался.
В этот момент ночной ветер сбил цветы, и начался дождь.
………
Стражи плотным кольцом окружили Шан Цзиня. Сяо Чжао стоял заложив руки за спину, а слуга держал два фонаря, фитили которых мерцали на влажном ветру, отбрасывая зыбкий свет на его резной поясной ремень с семью подвесками.
Шан Цзинь вовсе не был удивлен его появлению. Сохраняя невозмутимое спокойствие, он вывел последнюю черту аннотации, спокойно отложил кисть, поправил рукава и произнес:
— Раз уж наследный княжич пожаловал, закройте за меня окно. Ветер холодный, а дождь сильный, как бы книги не отсырели.
Сяо Чжао слегка кивнул, и кто-то тут же по его знаку закрыл распахнутое окно. Лунный свет вместе с нитями дождя и порывами ветра оказался отрезан снаружи, а в комнате заплясал свет свечей.
— У вас, однако, отменное настроение, — бесстрастно произнес Сяо Чжао.
— Не сравнить с тем, как наследный княжич поднимает такой шум в дождливую ночь, — парировал Шан Цзинь. — Если бы не вы, я бы решил, что какие-то зарвавшиеся горные разбойники додумались грабить официальную резиденцию династии.
В искусстве словесных споров равных не было принцессе Цинхэ: она могла заставить потерять дар речи и опуститься до самобичевания любого цензора, чей хлеб заключался в ругани.
— Если бы не ты, с какой стати мне было поднимать такую бурю? — с усмешкой произнес Сяо Чжао. — Впрочем, пусть и пришлось потратить немного сил, но результат есть, всяко лучше, чем черпать воду решетом.
Он намекал на то, что Шан Цзинь пытался сбежать этой ночью, но был пойман.
Шан Цзинь же не видел смысла ввязываться с ним в пустые препирательства:
— Если от таких мыслей на сердце у наследного княжича становится легче, можете думать именно так.
Сяо Чжао: «………»
Его слова прозвучали излишне прямо, и обладай Сяо Чжао чуть более скверным нравом, он бы уже вышел из себя.
Однако он лишь продолжил в тон Шан Цзиню:
— Мысли об этом и впрямь способны утешить меня, но боюсь, тебе сейчас не до веселья. В конце концов, потерпеть крушение в самом шаге от победы — до чего же досадно.
Шан Цзинь равнодушно ответил:
— О крушении в шаге от победы говорить не приходится. После того как наследный княжич приказал перекрыть городские ворота, я прождал здесь уже полтора часа и успел прочесть половину свитка «И сян као чэн».
Сяо Чжао помнил эту книгу.
Он привез ее с собой из Наньляна, в ней были записаны сложнейшие астрономические календари. Сяо Чжао не увлекался подобным, поэтому, прочитав пару страниц, забросил ее в сторону.
Короче говоря, это была невероятно скучная книга.
И всё вышло так, как он и предполагал: Сюэ Шаньюэ, обладая не только острым умом, но и способностью превосходно оценивать обстановку, поняв, что после закрытия ворот бежать некуда, попросту остался ждать его на постоялом дворе.
Ничуть не тревожась о бушующей снаружи непогоде, он с безмятежным видом дочитал половину книги.
Поистине крайне интересный человек.
Жаль только... он принадлежит принцессе Цинхэ.
— Благодарю, что ждал столь долго, — произнес Сяо Чжао. — Раз так, пошли.
Его тон был столь непринужденным, словно ничего особенного и не произошло.
Шан Цзинь вышел из комнаты, и Сяо Чжао заботио укрыл его зонтом, но мелкий дождь все же слегка намочил кончики его волос. Начальник постоялого двора, отрезанный от них стражей Поместья князя Наньляна, увидев, как Сяо Чжао выводит из пустой, по идее, комнаты молодого человека, чуть не лишился чувств от страха и не рухнул на колени.
Сяо Чжао бросил на него мимолетный взгляд, ничего не сказал и зашагал дальше, отчего начальник постоялого двора лишь слегка перевел дыхание.
С чего бы в эти дни, стоило лишь наследнику князя Наньляна прибыть сюда, стало так неспокойно? Разумеется, винить Сяо Чжао он не смел и лишь терзался вопросом, почему на его долю выпало столь хлопотное поручение.
Но, к счастью, наследник князя Наньляна вот-вот должен был отправиться в столицу, так что ломать голову над этим предстояло столичным чинам.
Размышляя об этом, он бросил взгляд на окутанную сумраком комнату. В чиновничьих резиденциях никогда не жалели свечного жира: горели ли в комнатах постоялого двора огни или нет, с наступлением ночи свечи зажигали обязательно. Именно поэтому Шан Цзинь совершенно открыто зажег свет и читал в комнате книгу, и никто этого даже не заметил.
Несколько дней спустя из столицы внезапно пришел указ, призывавший к бережливости, из-за чего постоялые дворы на местах сократили штаты и урезали расходы. Вспомнив события этой ночи, начальник постоялого двора вновь покрылся холодным потом.
Наследник князя Наньляна прибыл с огромной помпой, но покидал уезд гораздо скромнее, не потревожив покой местных жителей. В комнате, где останавливался Шан Цзинь, из-под стола выглянул пухлый рыжий кот, которого вскоре — тихо и незаметно для чужих глаз — кто-то бережно забрал на руки.
………
День, когда Сяо Чжао въехал в столицу, выдался на редкость ясным: ивы трепетали на ветру, а легкий ветерок ласкал лицо.
Стражи закончили пересчитывать сундуки с поздравительными дарами. Это были свадебные подарки для великой принцессы Цинхэ: от изделий из золота, серебра и фарфора до тканей и ценных пород дерева — там было всё, и каждый сундук был наглухо опечатан.
Всё до единой вещицы было на месте.
Однако никто не стал срывать печати, чтобы заглянуть внутрь — такое право имел лишь сам наследный княжич. Впрочем, Сяо Чжао не питал особой нежности к великой принцессе Цинхэ, и свадебные дары были собраны еще в Наньляне по распоряжению княгини Наньлянь.
...Только вот почему-то этот сундук оказался значительно тяжелее, чем когда его переносили в первый раз? Стражник огляделся по сторонам и, заметив, что у всех лица остались привычными, подумал про себя: должно быть, это вовсе не тот сундук, который они переносили изначально.
Говорят, сундуки, доверху набитые золотом и серебром, чертовски тяжелы.
— После въезда в столицу прежней вольницы уже не будет, — вздохнул Сяо Чжао. В столице имелось пожалованное императором Поместье князя Наньляна, и все сопровождавшие его люди на этот раз поселятся там же. Сяо Чжао не послушал Ли Чжэньшу и не стал останавливаться во дворце или в Резиденции принцессы — в конце концов, разве может чужой кров сравниться с собственным домом?
Шан Цзинь, опустив взгляд, продолжал читать оставшуюся половину свитка «И сян као чэн».
Он тоже не особо жаловал подобные книги, но если бы ему пришлось вести беседу с Сяо Чжао, он бы предпочел чтение.
Потерпеть немного... а в столице уже удастся отделаться от Сяо Чжао.
Сяо Чжао следил за его выражением лица, параллельно излагая планы на столицу:
— По прибытии в столицу нам прежде всего предстоит предстать перед маленьким императором, а аудиенция у него неизбежно повлечет за собой дела с Ли Чжэньшу. После этого нужно будет навестить принцессу Цинхэ... Говорят, нрав у принцессы крайне надменный и с ней непросто ладить, я и впрямь опасаюсь, что она обнажит меч и пустит в ход оружие.
— Ваше высочество прекрасно владеет боевыми искусствами, так что наверняка останетесь в полной безопасности, — с дежурной вежливостью отозвался Шан Цзинь, снова утыкаясь в книгу.
В следующий мгновение свиток внезапно вырвали у него из рук. Сяо Чжао, даже не взглянув на него, свернул книгу и отбросил в сторону:
— Повозка раскачивается, читать в дороге — только портить глаза.
Предлог звучал более чем благовидно.
Шан Цзинь опустил глаза. В отличие от расслабленной позы Сяо Чжао, сам он сидел идеально ровно, с благородной осанкой, словно это было вбито в него тысячекратными повторениями и уже вошло в привычку.
Спустя мгновение Сяо Чжао с улыбкой произнес:
— До столицы еще несколько часов пути, если тебе скучно, я могу составить тебе компанию.
— О чем же? — бесстрастно отозвался тот, пользуясь моментом, чтобы задать встречный вопрос.
— А о чем любит говорить господин Сюэ? Всё, что вызывает у господина Сюэ интерес, я с готовностью готов обсуждать хоть до самого конца.
Шан Цзинь на мгновение замер под этим лукавым взглядом, но затуманенный разум тут же прояснился. Он вдруг понял: сегодня он с самого утра не видел того личного стража Сяо Чжао, что вечно следил за ним!
Поскольку в обычное время, когда он оставался с Сяо Чжао наедине, этот страж тоже не показывался на глаза, Шан Цзинь был занят другими мыслями и упустил это из виду.
По телу разлилась легкая дурнота, хотя сидевший напротив Сяо Чжао улыбался точно так же, как и всегда.
Но в этот момент Шан Цзинь впервые отчетливо осознал всю опасность этого противника, снискавшего грозную славу на Северной границе.
Ни единым движением не выдавая своих намерений, тот давно обнажил клыки и ждал лишь подходящего момента, чтобы растерзать жертву до кровавых ошметков.
………
В этот же миг Сяо Чжао с легкой усмешкой поддержал его за плечо, возвращая потерявшее равновесие тело в вертикальное положение.
— Господин Сюэ, осторожнее.
Автор писал:
Мало того, в будущем я проглочу тебя целиком (х)
Глава 20: Там, где идут рука об руку
Когда Шан Цзинь вновь обрел душевное равновесие, Сяо Чжао уже отнял руку.
Тонкие веки Шан Цзиня чуть дрогнули. Поскольку утренний красноватый след от подушки на уголках его глаз еще не до конца исчез, сейчас он выглядел словно полураскрытый цветок персика, отпечатавшийся у самых глаз — поразительно красивый и чарующий.
Опомнившись, он на секунду растерялся.
Сердечко Сяо Чжао ёкнуло, но он ничем не выдал себя и отвел взгляд.
— Человек, обычно столь невозмутимый и сдержанный, когда в нем прорывается хоть капля утраты контроля, приобретает странную, полную дикой жизненной силы, умопомрачительную красоту, из-за которой хочется лишь одного — заставить его обнажать эту сторону как можно чаще.
Неудивительно, что люди так любят сбрасывать безупречную чистоту с облаков и наблюдать за тем, как рушится чье-то хладнокровие. Сяо Чжао впервые признался себе, что он и впрямь самый обыкновенный смертный, одержимый грязными, ничтожными помыслами.
Сяо Чжао на миг погрузился в задумчивость, размышляя: а каков он перед принцессой Цинхэ? Неужели и там он каждую минуту столь же холоден, сдержан и безупречен? Или, оставшись с принцессой наедине, он являет миру другую, неведомую никому сторону?
Более нежную, более соблазнительную сторону.
Эта мысль вспыхнула внезапно, забурлила в груди Сяо Чжао, медленно поднимаясь к самому разуму, после чего он опомнился, словно от удара током.
Пространство кареты было тесным, двое взрослых мужчин сидели лицом к лицу, отчетливо слыша дыхание друг друга, не говоря уже о том, что любые изменения в выражении лиц невозможно было скрыть от чужих глаз.
В глазах Шан Цзиня мелькнуло недоумение, но, зная, что правдивого ответа от Сяо Чжао он не дождется, он благоразумно промолчал.
………
Чжоу Яньчу вернулась после утренней трапезы из покоев жены уездного начальника, отослала служанок и выпустила Шестого молодого господина Сюэ из-под кровати.
Хотя он ничего не видел, но то, что ему пришлось провести всю ночь в тесном и душном пространстве, все же заставило Сюэ Тинчжоу почувствовать легкое раздражение от собственной беспомощности. Он пошевелил затекшими пальцами, возвращая им былую чувствительность.
Чжоу Яньчу заговорила быстро, но четко выговаривая слова:
— Наследный княжич Наньляна уже покинул уезд Синин, и высочество распорядился передать твоего кота в особняк Сюэ. Я провожу тебя отсюда в два счета, а в остальном... высочество и ты, полагаю, сами обо всем договорились... Что у тебя с рукой?
Ее изящные брови сошлись на переносице, и, не дожидаясь, пока Сюэ Тинчжоу успеет спрятать руку, Чжоу Яньчу наотмашь ухватила его за запястье. Она засучила рукав из узорчатого шелка-фэнхуа, обнажая страшную кровавую полосу, тянущуюся сверху вниз, с чуть вывернутыми краями мяса. Рядом виднелось еще несколько царапин — мелких, но глубоко уходящих в плоть.
http://bllate.org/book/25231/3007330
Сказали спасибо 0 читателей