Готовый перевод I Became a Rabbit and Conquered the Galaxy / Я стал кроликом и покорил галактику: Глава 18

Добравшись до спортивной площадки для разбора полётов, Шэн Цзяюй только тогда понял, что произошло в лесу. Разъярённый Ху Цзун подошёл к ним и отвесил обоим по увесистой затрещине. Первым под раздачу попал именно он:

— Быстро бегаешь, да? Дорог не видишь, да? Почему тебя не занесло в какой-нибудь другой Звездный город? Посмотри на свой маршрут — ты же, чёрт возьми, чуть ли не по периметру всю трассу оббежал! Куда тебя нелёгкая понесла, я спрашиваю?

Шэн Цзяюй растерянно хлопал глазами и отвечал Ху Цзуну:

— Так не должно быть, я же рассчитывал, общая протяженность вроде бы сходилась.

— Тц, сходилась? Ты намотал лишние три километра, и ни единого следа не осталось на положенной трассе! Если бы ты не показал лучшее время, я бы вообще аннулировал твои результаты, ты в курсе?!

Ху Цзун отвесил Шэн Цзяюю ещё одну смачную оплеуху по лбу, от которой у маленького кролика в глазах заискрились звёздочки. Тот ошеломлённо пробормотал:

— Благодарю вас за милость, наставник!

Но ведь этого не должно было случиться! По его расчетам, дистанция составляла около десяти километров. Неужели он пробежал намного быстрее, чем предполагал?

Шэн Цзяюй совершенно ничего не понимал. Потирая ушибленный Ху Цзуном лоб, он уже собирался отойти в сторону, как заметил Фан Чэня, который как раз пытался смыться по-тихому. Ху Цзун окликнул его:

— Намылился сбежать? А ну марш сюда, получать наказание.

Недавно ещё заносчивый леопард перед лицом Ху Цзуна превратился в послушного котёнка, который не смел выразить недовольство. Он стоял, опустив голову и признавая вину, лишь изредка бросая искоса косые взгляды на Шэн Цзяюя.

Шэн Цзяюй: «И при чём здесь я?»

— Всё на него пялишься? Не нагляделся ещё, да? Да как тебе вообще в голову пришло увязаться за ним и угодить в канаву?! У него-то с ориентацией на местности проблемы, но у тебя-то голова на плечах была или нет? Слава богу, хоть из канавы смог выбраться и дорогу назад нашёл. Фан Чэнь, о боже, Фан Чэнь! Первая звезда класса «C», реальный претендент на первое место в параллели, бежишь по этой тропе уже второй раз — и мало того что позволил какому-то новичку сбить себя с толку, так ещё и в канаву умудрился свалиться! И как мне тебя теперь называть?

Под конец Ху Цзун уже вовсю ухмылялся, качая головой. Посмотрев на них обоих, а затем на электронное табло, он продолжил:

— Бегаете вы, конечно, резво, но почему ни один из вас не смотрит под ноги? Окажись вы на реальном поле боя или на настоящих соревнованиях, тоже побежите за врагом прямо в канаву?

Заметив, что разговор снова сводится к нему, Шэн Цзяюй покорно опустил голову под град упрёков.

Неудивительно, что он не встретил Фан Чэня. Видимо, тот с самого начала свернул не туда, а Фан Чэнь неотступно следовал за ним по пятам и, попытавшись обогнать, неосторожно свалился в канаву. Когда же он выбрался обратно, след беглеца уже простыл.

Фан Чэнь ведь прекрасно знал дорогу, поэтому, естественно, понял свою ошибку и вернулся на правильную трассу, а вот самому Шэн Цзяюю пришлось идти по ложному пути до самого конца.

К счастью... судьба благоволила ему — по крайней мере, он нашёл финиш и не заблудился окончательно в лесных дебрях.

Ху Цзун явно был сильно разозлён этой парочкой. Сказать, что они тупицы — так умудрились намотать лишние три километра, свалиться в канаву и всё равно прибежать быстрее остальных; сказать, что умные — так один дорогу не знает, а второй позволяет утащить себя за собой в овраг.

Он уже и сам не знал, что сказать. Отчитав их дважды и сорвав голос, наставник сухо объявил наказание:

— Возвращайтесь и перерисуйте мне карту десять раз!

Славный наставник наконец-то даровал им свободу, и Шэн Цзяюй виновато поплёлся прочь.

То ли из-за того, что инструктор всё это время метал громы и молнии, то ли по какой-то другой причине, но, вернувшись, он заметил, что на спортивной площадке стало намного тише.

До начала забега многие о чём-то шептались, и командир не пресекал нарушения армейской дисциплины, позволяя им шуметь, но теперь все притихли.

Единственная разница заключалась в том, стоило ему пройти мимо кого-нибудь, как люди, даже не дожидаясь вопросов, молча уступали ему дорогу.

Просто чудеса какие-то.

Шэн Цзяюй вернулся к Фу Минчэну. Тот уже закончил свой забег и отдыхал, а завидев приближающегося товарища, протянул ему бутылку воды:

— Слушай, ты просто терминал ходячий! Люди вообще сбились с пути, а ты взял и прибежал первым.

Сам беглец поначалу не догадывался, что свернул не туда, но остальные-то всё видели: оба парня синхронно исчезли с экранов мониторов, а объявились вновь лишь на финальном отрезке спринта.

— Не мудрено, что Ху Цзун так взбесился. Вы двое просто... нечто... — Ху Цзуном звали Ху Чжуна. Поскольку он был главным инструктором, курсанты за глаза сокращали его прозвище до аббревиатуры.

Шэн Цзяюй сделал большой жадный глоток из полупустой бутылки. Во время финишного рывка он едва не умер от страха, не понимая, что там за монстр преследует его по пятам — а оказалось, что это свалившийся в канаву Фан Чэнь.

— Да я и сам не рад! Лес этот весь на одно лицо, но я никак не ожидал, что Фан Чэнь увяжется за мной и тоже свернёт не туда...

Знай он заранее, что всё так позорно обернётся, лучше бы сам пустил Фан Чэня вперед, чтобы хоть бежать следом за ним.

На обратном пути Фан Чэнь пребывал в мрачнейшем расположении духа — очевидно, он был безумно зол из-за того, что Шэн Цзяюй затащил его в этот злосчастный овраг.

Но Шэн Цзяюю всё равно было жутко любопытно:

— Как Фан Чэнь вообще умудрился свалиться в канаву? Вы видели?

Сам он ни за что не осмелился бы спросить главного виновника. Каким бы смелым ни был травоядный перед лицом хищника, но...

Он ведь сам первым сбился с пути, а потерять правильное направление под натиском бегущего впереди соперника — дело обычное. Задавать столь ехидные вопросы выглядело бы слишком наигранно.

Однако Фан Чэнь находился неподалёку, услышал его недоумённый вопрос, скомкал пластиковую бутылку в руке и уставился в их сторону:

— Через пять минут после того, как мы вошли в лес, ты преодолел один участок прыжками. А я — нет.

Шэн Цзяюй мысленно напряг память: похоже, действительно было что-то такое.

— А почему ты не прыгал?

— А ты почему прыгал?

— Да так... инстинкты сработали. Родная кровь подсказывала, что без прыжка будет некомфортно, — ответил Шэн Цзяюй. В последнее время ему и впрямь очень нравилось передвигаться вприпрыжку.

— ... — Фан Чэнь-то думал, что в те моменты кролик совершал эти пируэты с каким-то тайным умыслом. Сам же он решил поберечь силы для финального рывка и прыгать не стал, за что и поплатился, угодив прямо в канаву. — ...Ладно, признаю, ты крут.

Фан Чэнь, никогда в жизни не испытывавший такого позора, с зажатой в кулаке бутылкой молча отошёл в сторону.

Сегодня были промежуточные экзамены, и разбор полётов назначили на вторую половину дня, так что уйти раньше дозволялось — Ху Цзун предупреждал, что препятствовать не станет.

Как только Фан Чэнь удалился, доселе молчавшие однокурсники один за другим окружили Шэн Цзяюя.

Сначала Шэн Цзяюй мысленно подготовился к худшему: ему чудились сценки в духе защитников чести обиженного вожака стаи, желающих смыть позор. Однако, приблизившись, они замялись, не зная, с чего начать. Те самые парни, что обычно упражнялись в остротах и сарказме, всем своим видом демонстрируя презрение к кроликам, в этот момент словно в рот воды набрали.

— Что-то случилось?

— Э-э... понимаешь... — заговорил тот, кто шёл впереди. Здоровяк с простодушным выражением лица явно был выдвинут вперёд всеобщим решением. Окинув взглядом товарищей, он набрался храбрости и обратился к Шэн Цзяюю: — Мы хотели узнать, как ты тренируешься? Почему твой прогресс происходит так стремительно?

— Я тренируюсь точно так же, как и все вы. Никакого особого прогресса у меня нет, просто вы изначально были уверены, что я на это не способен.

И это была чистая правда. Он действительно совершенствовал свои навыки, но не сказать чтобы развивался семимильными шагами.

Раньше он намеренно скрывал истинную силу из-за того, что организм не справлялся с нагрузками, опасаясь нанести вред здоровью. Но теперь он на восемьдесят-девяносто процентов овладел новыми способностями, пробудившимися после эволюции, и отпала необходимость беспокоиться о физическом состоянии. Стоило ему побежать в привычном для себя темпе, как результат не заставил себя ждать.

На табло его фамилия красовалась на первом месте, а сразу за ним шёл Фан Чэнь.

Для первокурсника такие показатели звучали пугающе, да и в прошлые годы мало кто мог похвастаться подобными результатами.

Некоторые даже высказывали предположение, что, не сверни они оба с дистанции, возможно, удалось бы даже побить рекорд.

После слов Шэн Цзяюя все вокруг невольно потупили взор: в этот момент их месячные насмешки и выпады выглядели невыносимо стыдно.

Парень всё это время обладал точно такой же силой, это они сами смотрели на него свысока исключительно из-за предвзятости.

Стоявший впереди застенчиво умолк, густо покраснев от смущения. Сосед легонько хлопнул его по плечу, жестом призывая отойти назад.

На его место встал другой — на вид весьма вежливый и обходительный юноша. Шэн Цзяюй не мог припомнить его лица: судя по всему, тот никогда над ним не издевался, впрочем, кролик в любом случае не запоминал чужие имена...

— Ты очень силен. Мы недооценивали тебя, и мы искренне сожалеем. Раньше я тоже разделял общее предвзятое мнение и смотрел на тебя свысока, но теперь я приношу свои извинения и сердечно приглашаю тебя обсудить тактику на предстоящий командный межфакультетский турнир. Ты согласен?

Фу Минчэн шёпнул ему на ухо знакомое имя, и Шэн Цзяюй бегло взглянул на табло.

Там красовалось третье место — Чэн Чжо с результатом в тридцать одну минуту и двенадцать секунд.

Его время было одним из лучших в этой дисциплине, однако они с Фан Чэнем безжалостно обошли его со значительным отрывом.

И тем не менее от Чэн Чжо не исходило неприятных вайбов, не было присущей Фан Чэню странной, ядовитой иронии. Казалось, он искренне и спокойно извиняется за прошлое, одновременно рассчитывая на совместное обсуждение стратегии для командного противостояния.

Шэн Цзяюй не знал, что ответить. Под ошеломлёнными взглядами толпы вокруг него возникло ощущение, будто его загоняют в угол:

— Мне ещё предстоит пересдача, в ближайшие дни времени может совсем не быть.

— Ничего страшного. Мне ещё предстоит разговор с Фан Чэнем. Но с такими бойцами, как вы двое, нам будет трудно проиграть — останется лишь утрясти кое-какие детали. Мы сможем всё обсудить после твоей пересдачи, договорились?

Время до турнира действительно ещё оставалось, и Шэн Цзяюй кивнул.

— Отлично. И ещё раз поздравляю с первым местом. Ты невероятно силён — сильнее всех, кого я когда-либо встречал.

Искренность, прозвучавшая в голосе Чэн Чжо, заставила Шэн Цзяюя смутиться. Кивнув в ответ, он поспешно ретировался.

Глядя на то, как испуганно убегает маленький кролик, Чэн Чжо лишь усмехнулся и бросил оставшимся зевакам:

— Расходимся. Вы сами знаете, как вели себя с ним раньше — не забудьте потом извиниться перед ним.

В душе он абсолютно спокойно воспринял поражение. Соперник не мошенничал, а оторвался вполне честно. Сам же он давно привык вечно оставаться вторым — так повелось с самого детства. Сначала внутри клокотало негодование, но со временем отношение сменилось на философское «будь что будет». Да и набирали в команду не одного человека, так что трагедии не было.

Первое место всё равно оставалось для него недосягаемым.

Значит, стоило сменить подход: то, что ускользает в личном зачёте, он непременно возьмет в командном.

Боевой потенциал Шэн Цзяюя превзошёл все его ожидания. Прежде признанные лидеры уже успели обменяться мнениями насчёт тактики забега, но теперь, когда расклад сил изменился, стратегию придется пересмотреть...

В конце концов, свысока на кроликов смотрят не только в их классе.

Предавшись размышлениям, Чэн Чжо улыбнулся с предвкушением неизбежной победы.

После обеда начинались теоретические занятия, и первым стояло полевое военное дело.

Строгий военный преподаватель, заметив, как заходящие в аудиторию курсанты клеем носом о парты от усталости, раздражённо стукнул указкой по столу:

— А ну проснулись! Если вы после десяти километров с препятствиями уже еле живы, как собираетесь сдавать итоговые экзамены?!

От этого резкого стука Шэн Цзяюй мгновенно выпрямился, случайно встретившись взглядом с суровым преподавателем.

Он заметил зловещую усмешку на лице лектора, после чего тот перевёл взгляд на соседа по парте:

— Слыхал я, на утреннем экзамене кое-кто заблудился и даже умудрился угодить в канаву? Герои нашего времени, встаньте-ка и поделитесь опытом с товарищами.

http://bllate.org/book/25209/3002895

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь