Готовый перевод Years Without Worry / Годы без забот: Глава 8

— Да, в этом есть смысл. Если объявить эту новость после экзаменов, ученики обязательно придумают тысячу и одну причину, почему они плохо написали работу. А если сказать до, то, какая бы ни была причина, классный руководитель будет действовать по уговору. Тогда ученикам уже нечем будет крыть, — рассуждал Чжан Ци, потирая подбородок.

— Неплохо! Не зря ты сидишь со мной за одной партой. Истинная амазонка, ничем не уступаешь мужчинам, куда круче тех парней, у которых только и хватает ума, что на словах геройствовать, — Лу Ин похлопала Чжан Ци по плечу.

Чжан Ци смущенно хмыкнул.

Все вокруг: ...

У тебя, похоже, какое-то свое, особое понимание того, что значит не уступать мужчинам!

Надо признать, метод классного руководителя сработал на ура: во всем классе поднялась настоящая волна рвения к учебе, и учителя-предметники не могли нарадоваться.

Лян Ци продолжал подтягивать Мэн Цзина по физике во время послеобеденных часов самоподготовки, заодно помогая ему и с китайским языком.

А вот Чжан Ци выглядел совершенно спокойным.

Лу Ин с сомнением спросила:

— Почему ты не нервничаешь?

Чжан Ци покачал головой:

— А с чего мне нервничать?

— Не боишься, что мать тебя вздует?

Чжан Ци дьявольски усмехнулся:

— Мою маму не волнуют мои оценки за четверть, ха-ха-ха!

Лу Ин с материнской нежностью потрепала его по голове, словно смотрела на собственного глупенького сынишку, а Чжан Ци в ответ лишь довольно светился от счастья.

Усердие не всегда ведет к успеху, но отсутствие усердия — прямой путь к провалу. После окончания экзаменов эта истина наглядно проявилась на примере Чжан Ци и всего класса.

Почему? Да потому что только Чжан Ци сдал позиции — причем сразу на пятьдесят с лишним мест! Классный руководитель при виде него так и рвался пустить в ход кулаки.

Чжан Ци же, будучи человеком широкой души, заявил, что ему совершенно плевать. Мэн Цзин, услышав это, мог лишь молча отправиться с Лян Ци готовиться к спортивному фестивалю.

Мэн Цзин записался на бег на полторы тысячи метров и эстафету четыре по сто. Лян Ци выбрал дистанцию в пять тысяч метров. Лу Ин, будучи настоящей железной леди, без колебаний выбрала женский забег на три тысячи метров и эстафету четыре по четыреста. Если бы не ограничения по количеству дисциплин, она бы еще и ядро толкать пошла, и прыгать в длину. Правда, из-за того, что на эстафету четыре по четыреста нашлось только две девушки, этот вид программы отменили. Лу Ин немного поворчала, но, стоило ей развернуться, как она тут же радостно записалась на толкание ядра.

Когда все дисциплины были распределены и староста подтвердил, что ошибок нет, списки передали классному руководителю.

До начала фестиваля оставалось две недели. Чжан Ци пригласил Мэн Цзина, Лян Ци, Лу Ин и двух ребят, сидящих перед Мэн Цзином — Го Синя и Ци Жуньда — вместе тренироваться на стадионе во время вечерней самоподготовки. Лян Ци сказал, что у него дела, но остальные согласились без проблем.

В первый день фестиваля на стадионе было не протолкнуться. Члены студсовета с микрофонами в руках поддерживали порядок. Погода стояла ясная, дул легкий ветерок, солнце светило как раз как надо.

Первые два часа утра были отведены под выступления классов. Другие классы подготовили кто классические танцы, кто песни. Наконец очередь дошла до второго класса второго года обучения. Все ученики отложили телефоны, выпрямились, их глаза горели ожиданием выступления своего класса. Надо сказать, что подготовкой руководил сам классный руководитель.

И все же.

— Хэй! Ха! Ха!

Что это за чертовщина — армейская гимнастика? Какой добрый человек, уведите скорее этих девушек в камуфляже, которые показывают нам военные приемы! Мы хотим танцев, мы хотим песен, мы хотим красивых девчонок! И правда, будучи старым партийцем, классный руководитель ни на миг не забывал о патриотизме.

Все ученики второго класса закрыли лица руками, в то время как исполнители излучали праведный гнев и решимость.

Забеги Мэн Цзина и Лян Ци были назначены на второй и третий дни, поэтому сегодня они просто бродили по стадиону.

Когда они стояли у сектора для прыжков в высоту, поддерживая одноклассников, кто-то внезапно похлопал Мэн Цзина по плечу. Он обернулся.

— Черт, ты как здесь оказался? Разве тебе не запретили участвовать? — удивился Мэн Цзин.

— Хе-хе, — Чжан Ци почесал затылок. — Сказали, что нельзя участвовать, но не говорили, что нельзя прийти посмотреть, верно?

Мэн Цзин: ...Тут и не поспоришь.

— Я всё равно не могу вернуться в нашу зону, буду околачиваться с вами.

Мэн Цзин кивнул.

Так их дуэт превратился в трио. Хотя Лян Ци по-прежнему сохранял каменное лицо, Мэн Цзин чувствовал, что тот чем-то недоволен.

— Что с тобой?

Лян Ци взглянул на него и зашагал вперед. Мэн Цзин вопросительно посмотрел на Чжан Ци.

— Не смотри на меня, я понятия не имею, какая муха его укусила.

Всю дорогу царило напряжение. Мэн Цзин несколько раз пытался завести разговор, но Лян Ци лишь односложно отвечал, зато Чжан Ци, не имея ни капли совести, беспрестанно болтал и смеялся.

Так продолжалось, пока они не встретили Лу Ин.

— Лу Ин, когда у тебя забег?

Лу Ин, державшая в руках форму бегуньи на четыреста метров, стояла у финишной черты.

— Сегодня в три часа дня, приходите поболеть за меня, — просияла она.

Мэн Цзин и Лян Ци не успели ответить, как Чжан Ци выскочил вперед и восторженно закивал.

— Обязательно придем! Обязательно!

Мэн Цзин придержал Чжан Ци за подбородок:

— Голову себе оторвешь от усердия.

— Классный руководитель — судья на толкании ядра.

— Бояться его — не по-мужски.

Лу Ин отвесила Чжан Ци тумака:

— Бро, вот это я понимаю — верность делу!

Чжан Ци про себя подумал: вообще-то не хочу я быть бро.

— Может, вы пока погуляете, а я здесь с Лу Ин подожду? — Чжан Ци быстро подмигнул Мэн Цзину.

Истинная правда: женщины как руки и ноги, а братья — как одежда.

Мэн Цзин увел Лян Ци к сектору для прыжков в длину. Всю дорогу Лян Ци был явно в хорошем настроении.

Мэн Цзин осторожно спросил:

— У тебя что-то случилось?

— Нет, ты себе напридумывал, — улыбнулся Лян Ци.

Ну ладно!

Первый день прошел легко.

На второй день в девять утра была эстафета четыре по сто, а в четыре часа дня — забег на полторы тысячи метров, так что Мэн Цзин был занят весь день.

Выпив глюкозы, Мэн Цзин, У Цзянъи, Ли Жуй и Тянь Цзэ выстроились на дорожке. Мэн Цзин бежал третий этап. Пока он разминался на месте, Лян Ци наблюдал за ним неподалеку. Мэн Цзин одарил его широкой улыбкой.

Сто метров — дистанция короткая. После забега Мэн Цзин легко отправился смотреть на толкание ядра, где выступала Лу Ин. Лян Ци заставил его выпить стакан теплой воды и сунул в рот пару леденцов, прежде чем пойти вместе с ним к сектору.

Когда они подошли, соревнования уже начались. Чжан Ци стоял рядом с Лу Ин и вовсю ее подбадривал.

— Лу Ин, давай! — Мэн Цзин сжал кулак в жесте поддержки.

— Ага! Папочка не подведет своих сыночков! — Лу Ин с высоким хвостом и в спортивном костюме выглядела очень браво, вот только слова ее заставляли пожалеть, что нельзя дать ей подзатыльник.

— Следующая — номер ноль-два-пять, Лу Ин.

Встав в круг, Лу Ин приняла стандартную стойку. Со свистом ядро описало идеальную параболу и с глухим стуком упало на землю, покатившись вперед.

Вокруг воцарилась тишина. Судья достал рулетку, не упуская ни миллиметра. Итоговый результат: Номер ноль-два-пять, Лу Ин, фактический результат — семнадцать и один десятая метра.

Толпа взорвалась аплодисментами.

— Это вообще девчонка? Просто монстр какой-то! — изумленно прошептал парень рядом с Мэн Цзином. — Какой там у нас школьный рекорд?

Другой парень покачал головой:

— Не знаю, но первое место в этом году точно ее.

Ребята из второго класса окружили Лу Ин, поздравляя ее, но эта девушка лишь махнула рукой и бросила: — Слава — это всего лишь пыль, — после чего отправилась смотреть выступление своих подруг.

Чжан Ци, разумеется, поплелся следом.

Мэн Цзин и Лян Ци переглянулись в недоумении.

Вскоре объявили результаты: Лу Ин заняла первое место и побила школьный рекорд. Весь второй класс ликовал, особенно классный руководитель, старик Чжан, который улыбался так, что глаз не было видно — за толстыми стеклами очков остались лишь две узкие полоски.

Классный руководитель третьего класса язвительно заметил:

— У вас в классе девчонки просто силачи.

— Это не сила, это сила знаний. Старина Лю, надо больше читать, — парировал старик Чжан, удачно уколов коллегу. Затем он начал транслировать Лу Ин идеи о важности эрудиции и стремления к знаниям, и та слушала его с таким видом, будто только что закончила тренировку по армейской гимнастике.

Точно так же, если кто-то из учеников не добивался успеха, старик Чжан продолжал вливать в них партийный энтузиазм. Те, кто удостаивался такой «чести», говорили, что теперь им доверь самолет — они и его поведут.

— Лян Ци, тебе не кажется, что наш классный похож на сетевика?

Лян Ци, услышав это, подумал, что сравнение очень точное:

— Действительно похож.

Если бы старик Чжан не пошел в учителя, индустрия сетевого маркетинга потеряла бы великого деятеля.

В вечернем забеге Мэн Цзин выступил отлично, первым пересек финишную черту и сорвал овации.

На время фестиваля вечерние занятия отменили, и почти две трети класса не пришли. В кабинете сидело человек десять. Мэн Цзин старательно листал учебник, запоминая формулы, не расслабляясь ни на минуту.

На третий день начались соревнования Лян Ци. Время было назначено на четыре тридцать — как раз после финала забега Мэн Цзина на полторы тысячи метров.

В этот раз Мэн Цзин бежал тяжело — соперники были сильные, и он пришел лишь третьим. Впрочем, он не расстроился из-за результата и сразу после забега пошел помогать Лян Ци разминаться.

Чжан Ци усмехнулся:

— Вы двое становитесь всё более прилипчивыми, как влюбленные щеночки.

Лян Ци украдкой посмотрел на Мэн Цзина, и, видя, что тот никак не реагирует, опустил голову.

Мэн Цзин закатил глаза:

— Чжан Даци, у тебя кожа чешется? Кто тут щеночки?

Чжан Ци трусливо указал на себя.

Го Синь с презрением посмотрел на такое поведение Чжан Ци, но вот на что обращал внимание Мэн Цзин... ц-ц-ц.

Лян Ци был в первой группе, поэтому начал соревноваться рано. Полотенце и бутылка воды были наготове.

Соревнования начались. Лян Ци не спеша бежал в середине группы.

Пятитысячная дистанция — это состязание не только в скорости, но и в выносливости. Это был последний вид программы, и почти все на стадионе болели за него. Звук стоял оглушительный, в толпе раздавались признания в любви. Мэн Цзин вытирал пот: девчонки были такими отчаянными! Но еще больше его удивило, что он услышал признания и от парней. В наше время геи стали такими открытыми? Или это шутки?

К концу забега Мэн Цзин уже относился к этому философски. Круг за кругом — другие атлеты были либо черными от загара, либо мощными и мускулистыми, и только Лян Ци выглядел словно весеннее утро, радуя глаз всех присутствующих.

На шестом круге, пробегая мимо Мэн Цзина, Лян Ци взял из его рук воду. Мэн Цзин, как заботливая мамаша, крикнул вслед:

— Подержи во рту и выплюнь, ни в коем случае не глотай, горло повредишь! Запомнил? Не глотай!

Лян Ци в ответ улыбнулся.

По пути многие девчонки и парни протягивали ему полотенца и воду, но Лян Ци не отвлекался. Лишь один из соперников, бежавший впереди, постоянно принимал подношения, а однажды даже обернулся и бросил на Лян Ци презрительный взгляд. Тот лишь пренебрежительно хмыкнул.

Мэн Цзин считал круги. К десятому кругу несколько участников ускорились. Лидеры, включая Лян Ци, сохраняли прежний темп, но уже обогнали некоторых на целый круг. К двенадцатому кругу ускорились все, и атмосфера на стадионе накалилась до предела.

Все ученики второго класса стояли у дорожки, выкрикивая слова поддержки. Даже старик Чжан размахивал руками и восторженно орал, осыпая слюной всё в радиусе десяти метров.

Мэн Цзин, Чжан Ци и еще несколько ребят из класса с тревогой ждали у финиша. Красную ленту уже натянули.

На повороте Лян Ци прибавил, догнал лидера. Второй участник уже давно отстал.

Они бежали ноздря в ноздрю и пересекли финишную черту одновременно.

Мэн Цзин бросился к Лян Ци. Несколько парней, возбужденные победой, хотели подбросить его в воздух, но Мэн Цзин и Чжан Ци в ужасе пресекли их порывы, сказав, что им нужно увести его отдохнуть. Ребята отступили.

Другие атлеты, кроме Лян Ци и того парня, с которым они финишировали, едва держались на ногах, ноги их дрожали от усталости.

Мэн Цзин смотрел на Лян Ци, которого поддерживал под руку. Если бы не пот на лице и холодные руки, никто бы не сказал, что этот человек только что пробежал пять километров — выглядел он так, будто пробежал стометровку. Мэн Цзин был искренне восхищен.

Напоив Лян Ци водой, Мэн Цзин достал из кармана конфету и протянул ему. Лян Ци взял ее, развернул и положил в рот — знакомый апельсиновый вкус, густой и свежий.

Через некоторое время подошли три девушки. Две из них подтолкнули третью, и та, смущенно краснея, протянула Лян Ци полотенце и воду.

— Лян... Лян Ци, держи. Наверное, устал? Вытри пот.

Лян Ци с каменным лицом вытянул у Мэн Цзина полотенце и вытер лицо.

— Не надо, у меня есть.

Сказав это, он вместе с Мэн Цзином вернулся к месту соревнований. Отвергнутая девушка выглядела несчастной, слезы блестели в ее глазах, как у белого цветка. Она опустила голову, вызывая жалость, но рядом раздался смешок.

— Некоторые даже не смотрят, что из себя представляют, а всё туда же — жаба хочет съесть лебедя, не боишься подавиться?

— Ха! — фыркнула подружка той девушки. — Некоторые и вовсе никакой чести не имеют, даже жабы лучше них!

— Ты! — лицо обидчицы побагровело, она не знала, что ответить, бросила угрозу и в ярости удалилась.

Зрители молча наблюдали за представлением.

Лян Ци, ставший причиной переполоха, не имел ни малейшего понятия, что произошло.

— Лян Ци, я схожу куплю воды, подожди меня здесь! — сказал Мэн Цзин.

— Я с тобой.

— Не надо, тут всего-то пара шагов, я не потеряюсь. Сиди смирно, жди, пока брат вернется с победой.

Лян Ци послушно остался ждать.

У Юй, тот самый парень, с которым Лян Ци финишировал одновременно, подошел к нему.

— Отлично выступил.

Получив похвалу от соперника, Лян Ци с невозмутимым лицом ответил:

— Спасибо.

Глядя на его выражение лица, У Юй усмехнулся.

— Я искренне тебя хвалю.

— А я искренне говорю спасибо!

У Юй расхохотался:

— Ты интересный человек.

Лян Ци промолчал.

У Юй продолжил сам:

— Меня зовут У Юй, восемнадцатый класс, второй год обучения. Раньше я проходил профессиональную подготовку, так что если ты на моем уровне, значит, ты действительно талант.

Восемнадцатый класс был последним гуманитарным классом.

— Раз уж мы так сошлись на этом фестивале, может, подружимся?

— Давай.

У Юй не ожидал такого ответа, он думал, что тот откажется.

— У Юй, иди сюда! — позвали его издалека.

— Ты еще не сказал, как тебя зовут.

— Лян Ци.

— Хорошо, запомнил. Друг, как будет время, поболтаем, я пошел.

Глядя на спину У Юя, Лян Ци четко видел его прямую осанку и четкую походку — как у военного. Похоже, подготовка, о которой он говорил, была армейской. Лян Ци погрузился в раздумья.

Когда Мэн Цзин вернулся, он увидел, что Лян Ци витает в облаках.

— Лян Ци, вернись на землю.

Он протянул ему бутылочку напитка:

— О чем задумался так глубоко?

— Ни о чем, — Лян Ци вставил трубочку и сделал глоток.

Честно говоря, высокий парень ростом метр восемьдесят, пьющий детский напиток, выглядел довольно странно.

— А ты почему так долго?

— В школе закончился, пришлось идти в магазин за воротами.

Лян Ци недовольно нахмурился:

— В следующий раз не уходи так далеко. А если бы я ушел, как бы ты меня нашел?

Мэн Цзин беспечно ответил:

— Школа не такая большая, как я могу не найти? К тому же, если я не найду тебя, ты не можешь найти меня?

Сердце Лян Ци екнуло, и он замолчал.

Все соревнования закончились, судьи начали объявлять результаты. Лян Ци с досадой уступил У Юю ноль целых две сотых секунды и занял второе место.

Тем не менее, его результат побил прошлогодний школьный рекорд, который установил У Юй. В этом году У Юй его обновил.

Спортивный фестиваль завершился. Эстафета Мэн Цзина выбыла в отборочных, но он занял третье место в беге на полторы тысячи метров. Кроме них двоих, другие ребята из класса заняли призовые места в толкании ядра, беге на сто и четыреста метров, прыжках в высоту и длину, а также в прыжках через длинную скакалку. Весь класс ликовал, классный руководитель тоже не отставал.

Классный руководитель третьего класса язвительно заметил:

— У вас в классе такие силачи, а мои только и знают, что учиться.

Старик Чжан не остался в долгу:

— Это называется знание — сила. К тому же в учебе нужно чередовать труд и отдых, нельзя всё время зубрить.

Классный руководитель третьего класса вдруг вспомнил, что оценки у второго класса всегда были лучше, и понуро сел на место.

От радости за отличные результаты старик Чжан потерял бдительность и, махнув рукой, крикнул:

— Ребята, сегодня вечером веду вас есть хого!

Ученики второго класса закричали от восторга, а ученики третьего класса смотрели на них с завистью.

К вечеру старик Чжан протрезвел. Это же хого! Сорок с лишним человек, вся зарплата за месяц улетит. Как потом отчитываться перед женой? Эх! Но раз уж пообещал, нельзя идти на попятную.

В итоге, руководствуясь принципом экономии, классный руководитель повел учеников в обычную забегаловку с безлимитным хого.

Толпа из сорока с лишним человек ворвалась внутрь и забила ресторан, где до этого было лишь несколько посетителей.

Еду смели мгновенно. Староста где-то раздобыл пиво:

— Сегодня наш классный в хорошем настроении и угощает нас, так что, братья, пьем до упаду!

Если бы не школьная форма, можно было бы подумать, что это банда головорезов.

Раздались свистки, громче всех свистела Лу Ин — вылитая хулиганка.

Староста и несколько парней начали раздавать пиво. Дойдя до стола Мэн Цзина, староста посмотрел на Лу Ин и крикнул:

— Девушкам пить нельзя! Кто выпьет — замуж не выйдет!

Лу Ин плюнула в его сторону.

Чжан Ци протянул пару бутылок:

— Брат Ци, Мэн Цзин, ваши.

Мэн Цзин с улыбкой принял пиво.

Чжан Ци открыл бутылку, и половина сразу исчезла. Лу Ин сглотнула слюну.

— Даци, дай мне одну бутылочку, а? — Мэн Цзин вытаращил глаза: Лу Ин подлизывалась к Чжан Ци!

— Нет, девушкам вечером пить нельзя, это опасно, — сурово отказал Чжан Ци.

— Ой, ну всего одну! Я много пью, от одной бутылки мне ничего не будет, — Лу Ин умоляюще смотрела на него. — Даци, ты самый лучший, Даци!

Чжан Ци дрогнул и, не выдержав натиска, протянул ей бутылку. Лу Ин радостно схватила ее.

Мэн Цзин подумал, что этот Чжан Даци — просто слабовольный правитель, ослепленный красотой.

http://bllate.org/book/25132/2987925