Готовый перевод System Forces Him to Have Babies / Система принудительного материнства: Родить или умереть: Глава 13

Хорошо, что выслушав Су Цзинъяна, паренек с полминуты сверлил его своими черными глазами, а затем отступил в сторону и бросил: «Ладно, лови уж», — и больше не стал над ним измываться. Точнее будет сказать, ему просто было лень продолжать издеваться.

Су Цзинъян с кряхтением поднимался добрую половину минуты: ему казалось, что кости в его теле готовы рассыпаться от падения. Сначала он хотел потереть занемевшую от боли задницу, но посчитал это слишком постыдным, поэтому рука сама собой переместилась на пояс. Так, придерживая пояс и хромая на обе ноги, он приблизился к курице, которая безмятежно прогуливалась под чужим окном.

Сзади донесся голос праздного зрителя:

— Эй, ты в таком виде вообще на что-то способен? Помощь нужна?

Су Цзинъян, разумеется, не верил, что тот станет ему помогать, и принялся засучивать рукава:

— Лучше держись от меня подальше, а не то попадешь под горячую руку!

Эта сбежавшая из курятника курица, похоже, еще не догадывалась, что за ней открыли охоту. Опустив голову, она выискивала на земле зернышки, но стоило Су Цзинъяну сосредоточиться и прицелиться, как он собрал все силы в кулак и ринулся в атаку. В тот же миг яростный куриный вопль огласил весь двор. Не сбавляя темпа ни на секунду, Су Цзинъян устроил свирепую погоню с прыжками, поднимая тучи пыли, и наконец-то сгреб в охавку эту взбалмошно бьющуюся птицу!

С испачканным пылью лицом, прижимая к груди пойманную курицу, Су Цзинъян плюхнулся на землю. От резких движений заныло всё тело, так что он только кривился и тяжело, прерывисто дышал.

Пока Су Цзинъян приходил в себя, снаружи раздался настойчивый стук в дверь. Паренек, которого Су Цзинъян со своими грозными манерами только что загнал в угол, бросил взгляд на ту сторону и не спеша зашагал отворять.

Лин Ли стоял на пороге бледный, прижимая к себе А Сюана. Сначала он взволнованно извинился перед соседом и всё объяснил, а затем с глубоким беспокойством посмотрел в сторону Су Цзинъяна и позвал:

— Цзинъян!

Зная, что заставил того волноваться, Су Цзинъян торопливо подхватил курицу и направился к выходу.

— Я в порядке, всё хорошо.

Су Цзинъян уже собирался уходить вместе с Лин Ли, как вдруг вспомнил, что они так и не забрали лестницу, поэтому он вернулся, чтобы взвалить ее на плечо. Обернувшись, он с изумлением обнаружил, что Лин Ли вовсю разговаривает с этим новым соседом!

На лице Су Цзинъяна застыло выражение крайнего неверия. Он стремглав бросился назад, чтобы послушать, о чем они толкуют.

Оказалось, Лин Ли узнал, что спасшим А Сюана человеком был именно этот парень, и теперь со всей искренней благодарностью приглашал его вечером к ним на ужин.

У Су Цзинъяна округлились глаза. Про себя он подумал: ну всё, А Ли, тебе конец, тебе сейчас откажут в самой жестокой форме и безжалостно высмеянят!

Су Цзинъян уже собирался вклиниться в разговор и утащить Лин Ли домой, как его слуха коснулся звонкий и бодрый голос паренька:

— С удовольствием, а то я как раз ломаю голову над тем, где бы поужинать.

— …！！！? — Тело Су Цзинъяна оцепенело, он застыл, как изваяние.

Согласился?! И правда согласился?! И даже не заявил, что они недостойны делить с ним трапезу?!

Нет, нет, погодите, это противоречит всякой логике.

— Ах да, вы же только переехали, и здесь действительно многое неустроено, — Лин Ли отнял от рта А Сюана палец, который тот усердствовал пожевать, машинально бросил косой взгляд в сторону Су Цзинъяна и добавил: — Если… если вы не брезгуете, можете и завтракать приходить к нам, я варю много лапши.

— Правда? Прекрасно, лучше и быть не может.

Этот тип принял приглашение без тени смущения. Бросив на Лин Ли взгляд из-под чуть изогнутых бровей со светлой улыбкой на губах, он любезно произнес:

— Вы идите домой, я переоденусь и скоро подойду.

Лин Ли поинтересовался:

— Кстати, я до сих пор не знаю… как к вам обращаться?

Ясные черные глаза паренька скользнули по Су Цзинъяну, который отчаянно пытался что-то сказать, но лишь довел лицо до багрового цвета. На губах юноши расцвела улыбка — его белые зубы блеснули в ослепительной и яркой усмешке, и он ответил Лин Ли:

— Я, пожалуй, младше вас, так что можете просто звать меня А И.

Су Цзинъян: «…………»

Вернувшись домой и сгрузив курицу вместе с лестницей, Су Цзинъян всё еще не мог восстановить дыхание. Лишь сравнив всё в уме, он понял: оказывается, этот парень вполне вежливо общается с людьми, просто к нему самому он относится из рук вон плохо! Тьфу! На душе было откровенно паршиво.

Лин Ли опустил А Сюана на пол и, помедлив немного, подошел к Су Цзинъяну, чтобы тихонько спросить:

— Ты ведь не злишься, что я позвал его на ужин?

Лин Ли заметил, что лицо спутника помрачнело еще по дороге домой.

Обернувшись на него, Су Цзинъян пришел в себя, и на его лице проступило смешанное выражение комичной растерянности:

— Ни капельки. К тому же, А Ли, это твой дом, и кого бы ты ни захотел притащить…

— Это и твой дом тоже. — Лин Ли перехватил его за запястье, заглянул в глаза и мягко покачал головой: — Если тебе неприятно, мы можем отблагодарить его как-нибудь иначе. Я не хочу, чтобы ты злился.

От этих слов у Су Цзинъяна на душе потеплело. Он вовсе не хотел ставить Лин Ли в неловкое положение и поспешил успокоить его:

— Да я не сержусь, просто перемахивать через чужие заводы и быть пойманным с поличным — это жутко неловко. Раз придет — так придет, ну поел пару раз, невелика беда. Тем более он спас А Сюана, его действительно стоит отблагодарить как следует.

Только тогда Лин Ли немного успокоился и с улыбкой кивнул:

— Хорошо, я пойду загляну на кухню.

Лин Ли уже сварил с утра лапшу с мясом и овощами. С тех пор как у Су Цзинъяна появилась стабильная плата за труд, он почти каждый день носил домой мясо, причем брал помногу. Лин Ли от этого сжималось сердце, он усовестил Су Цзинъяна копить деньги и не разбрасываться ими — мол, если есть еда досыта, этого уже более чем достаточно, — но тот стоял на своем, заявляя, что любит свежее мясо, а не соленое.

Переубедить Су Цзинъяна Лин Ли не мог, оставалось только смириться. Стоило тому принести продукты, как он принимался стряпать: жарил, тушил, варил, запекал, готовил в маринаде, постоянно меняя блюда. Су Цзинъян уплетал всё за обе щеки, а А Сюан на такой пище заметно окреп и даже округлился щечками, избавившись, наконец, от прежнего жалкого, заморенного вида. А вот сам Лин Ли, сколько бы ни ел, оставался всё таким же тонким и звонким, разве что цвет лица стал немного лучше.

Опасаясь, что пустая лапша покажется гостям слишком скудным угощением, Лин Ли быстренько обжарил еще пару блюд, а для А И сварил совершенно новую, отдельную большую миску лапши с мясными полосками, поскольку та, что осталась от утренней варки, уже слегка разварилась.

Стоило Лин Ли расставить на столе дымящуюся, источающую аппетитный аромат еду, как переодевшийся А И вальяжной походкой вошел в комнату. Он по-прежнему был облачен в черное: высокий, длинноногий, с широкими плечами и узкой талией, плотно затянутыми на запястьях рукавами и короткой прядью темных волос, собранной на затылке. От него веяло лихой удалью и бьющей через край юношеской дерзостью.

С улыбкой поприветствовав Лин Ли, А И устроился за столом, причем как раз рядом с Су Цзинъяном. Заметив, что тот развалился так свободно, будто находится в собственном доме, Су Цзинъян не удержался и фыркнул носом. А И повернулся к нему, изогнув алые губы в ласковой улыбке, и крайне мягким голосом поинтересовался:

— Это ты сейчас на что… фыркаешь?

Последнее слово он нарочно немного протянул, звучало это так, будто они старые приятели, подшучивающие друг над другом.

Су Цзинъян подумал, что этот парень явно не в своем уме — такой молодой, а настроение меняется по сто раз на дню, да еще с придурью какой-то. Отодвинув задницу вместе с собственной миской лапши подальше от соседа, он подхватил А Сюана и усадил к себе на колени, после чего бросил:

— Фыркаю, харкаю — тебе-то какое дело? Лучше бы поел как следует да подрос, вот это было бы дело.

Сказав это, он тут же подавился собственной мыслью: этот хлыщ, кажется, и так выше его…

Су Цзинъян умолк, снедаемый жгучей обидой и гневом, и принялся уплетать еду, попутно подкармливая А Сюана.

А И взял палочки и с первого же взгляда заметил, что бульон в его собственной миске прозрачный и чистый — лапша явно была сварена только что, совсем не так, как у Су Цзинъяна.

Бросив косой взгляд на сердито надутые щеки Су Цзинъяна, А И перевел глаза на Лин Ли и произвел:

— Какое обильное угощение, вы просто зря хлопочете.

Едва смолкли его слова, как Су Цзинъян со звонким чавканьем втянул порцию лапши — звук вышел громче прежнего, словно трапеза доставляла ему невероятное наслаждение, хотя вряд ли кто-то поверил бы, что это не нарочно. Он снова сунул ложку А Сюану, а тот тут же передразнил старшего, с видом знатока издал точно такой же чавкающий звук и радостно уставился на Су Цзинъяна, ожидая похвалы. Су Цзинъян тут же напустил на себя суровый вид и принялся отчитывать малыша, требуя есть культурно и не шуметь понапрасну. Получив нагоняй, А Сюан замер с набитым лапшой ртом, даже забыв пережевывать, и жалостливо поднял на Су Цзинъяна свои круглые глазенки.

Сидевший рядом А И не выдержал и тихонько хмыкнул, после чего восхищенным тоном изрек:

— Какая поразительная самодисциплина в сочетании со строгим спросом с окружающих!

Пойманный с поличным Су Цзинъян залился краской до самых ушей и зыркнул на него глазами:

— Ешь давай. Слишком уж много болтаешь для юнца, так и до беды недалеко, от тебя впору устать.

— Уж лучше так, чем без конца ворчать на ребенка, как ты.

— Ворчать?! Да разве я ворчу?! Разве я ворчу?!

— Ну, пока не ворчал, но ушам моим уже досталось.

— Иди сюда, дай голову — я тебе ее сам с плеч сверну!

Лин Ли к этому моменту уже понял, что эти двое друг другу почему-то не по нраву. Пододвинув тарелку с овощами поближе к А И, он поспешил прервать их зашедший слишком далеко диалог:

— Попробуйте, если придется по вкусу — ешьте на здоровье, а если не понравится, я могу приготовить что-нибудь другое.

— И это отлично.

Стоило заговорить с Лин Ли, как лицо А И мгновенно смягчилось и приобрело благожелательное выражение. Он подцепил палочками порцию лапши, отправил в рот, пожевал, и в его взгляде промелькнула тень удивления. Он и впрямь не ждал ничего особенного от такой простецкой лапши с мясом, но вкус оказался на редкость приятным. Две стоявшие на столе закуски тоже были самыми немудреными, домашними: хрустящий картофель с уксусом да яйца, обжаренные с зеленым перцем. В прикуску с лапшой еда шла просто на ура.

А И ел изящно и неторопливо, составляя полный контраст Су Цзинъяну. Тот в два счета с громким хлебанием прикончил остатки своей порции, решил вовсе игнорировать присутствие А И, будто тот был пустым местом, и со всем усердием принялся кормить А Сюана из детской мисочки.

Су Цзинъян уже пытался приучить малыша держать палочки самостоятельно, но тот неизменно зажимал их в кулаке, хмурил брови и сидел с таким озадаченным видом, что было ясно — овладеть наукой пока не выйдет. Приходилось и дальше кормить его с ложки.

— Давай я, Цзинъян, а тебе пора собираться, — Лин Ли отложил палочки и уже поднялся, чтобы перехватить А Сюана, но Су Цзинъян остановил его:

— Время еще раннее, я сначала пройдусь, чтобы укачало еду.

Лин Ли пришлось сесть обратно. Заметив, как Су Цзинъян легонько морщится и растирает плечо, он забеспокоился:

— Что такое? Место укуса всё еще болит? Давай я тебе потом мази подновлю.

А И, который только что опустил глаза в тарелку, замер. Он резко вскинул голову: его сузившиеся черные зрачки в упор впились в руку Лин Ли, только что отнятую от левого плеча. На дне его бездонных глаз взметнулись темные, бурные волны, а дыхание на миг сбилось.

Лин Ли ответил Су Цзинъяну:

— Нет, дело не в укусе, кажется, потянул плечо, когда таскал воду.

Не успел Су Цзинъян раскрыть рта, как А И бросил палочки на стол и неожиданно вклинился в разговор. Глядя на Лин Ли, он произнес:

— У меня есть целебное масло, я принесу тебе чуток попозже. А рану от укуса тоже запускать нельзя, как бы не началось нагноение. И еще… — Взгляд А И стал еще темнее, он в упор уставился на бледное, утонченное лицо Лин Ли и негромко спросил: — Скажи, а когда тебя укусили?

Услышав столь естественную заботу в его голосе, Лин Ли на мгновение умолк, ошеломленный, после чего ответил:

— Вчера… вчера вечером меня укусили… Вряд ли всё так серьезно, сейчас уже почти не болит.

http://bllate.org/book/25122/2986473