Готовый перевод Growing Pains: A Psychological Theory / Боль роста: Теория вкуса: Глава 7

— Мы можем завтра пойти в парк развлечений? Я только что видел его по телевизору, кажется, там очень весело.

— Вернутся Сун Цзяньвэнь и Чжоу Вэньцзин — попроси, чтобы они тебя отвели, — Сун Юй вымыл посуду, вытер руки и безжалостно отверг предложение Шэнь Жугуя.

— Но я хочу пойти с братом, — Шэнь Жугуй ухватился за полу одежды Сун Юя, не давая ему уйти. — Только мы вдвоем, хорошо?

Видя, что Сун Юй не соглашается, Шэнь Жугуй запрыгнул ему на спину.

От толчка Сун Юй качнулся вперед, и его руки инстинктивно подхватили ягодицы человека за спиной — такие мягкие, словно тесто. Шэнь Жугуй прижался к спине Сун Юя и потрався макушкой о его шею, в точности как ластящийся зверек.

— Слезай, — строго сказал Сун Юй.

— Не хочу, — заупрямился Шэнь Жугуй. — Пообещаешь отвести меня в парк развлечений — тогда отпущу.

Сун Юй не стал больше потакать Шэнь Жугую и просто донес ребенка наверх в ванную, разжал руки, намертво вцепившиеся ему в шею, и усадил Шэнь Жугуя на раковину:

— Иди купайся, ложись спать пораньше, а завтра я отведу тебя в парк развлечений.

Щеку обдало жаром.

Шэнь Жугуй обхватил лицо Сун Юя ладонями и шумно чмокнул его.

— Братик лучше всех!

Сун Цзяньго, узнав, что Сун Юй собирается вести Шэнь Жугуя в парк развлечений, от радости перевел Сун Юю огромную сумму денег, велев им хорошенько повеселиться и укрепить братские узы. Сун Юй перевод вернул, сославшись на то, что у него есть свои сэкономленные карманные деньги, хотя кто знает, не пытался ли он просто избежать сближения.

Шэнь Жугуй с максимально возможной скоростью умылся и переоделся в наряд, над которым ломал голову весь вечер: светло-голубую рубашку с коротким рукавом и цвета хаки шорты. Впервые с тех пор, как он сюда переехал, он собирался выйти на улицу в шортах и с коротким рукавом. Шэнь Жугуй встал перед зеркалом, оглядел шрамы по всему телу и в конце концов так и не стал переодеваться в длинные рукава.

Сегодня он идет с братом в парк развлечений, нужно быть веселым, к тому же брат уже все видел и ничего не спросил.

Шэнь Жугуй почувствовал, как на душе стало намного легче.

Сун Юй заметил, что Шэнь Жугуй впервые за долгое время обнажил руки и ноги, но сделал вид, что не замечает следов на них, и не стал расспрашивать, откуда они взялись. Он просто пододвинул к Шэнь Жугую молоко и завтрак:

— Ешь быстрее, выйдем пораньше — пораньше вернемся.

Шэнь Жугуй сел за стол и, прихлебывая молоко маленькими глотками, словно котенок, не сводил глаз с Сун Юя. Брат сегодня был одет в свой обычный спортивный и подтянутый костюм, но волосы, казалось, были уложены по-особенному: челка падала на лоб, смягчая его привычную холодность и отстраненность.

— Брат сегодня такой красивый, — вырвалось у Шэнь Жугуя.Сун Юй подавился молоком и пару раз кашлянул, а на его щеках проступил легкий румянец:

— Ешь давай.

Шэнь Жугуй хихикнула.

По дороге на метро в парк развлечений Шэнь Жугуй не переставала возбужденно вертеться: даже когда за окнами поезда был виден лишь непроглядный туннель, она продолжала то и дело заводить с Сун Юем разговор.

То спросит, бывал ли брат в парке развлечений раньше, то поинтересуется, какой аттракцион там самый популярный и весёлый.

В конце концов Шэнь Жугуй выдала Сун Юю обязательное задание на сегодня:

— Тогда братик должен со мной покататься на всех аттракционах!

Сун Юй не смог отказать в требовании ребенку и кивнул, соглашаясь.

Всё равно выносливости у Шэнь Жугуй не так много, наверняка уже после пары кругов начнет жаловаться на усталость.

Поскольку сейчас стояли летние каникулы, веселую музыку и крики из парка было слышно еще до того, как они вошли внутрь.

Стоило Шэнь Жугуй ступить на территорию, как пестрые аттракционы тут же приковали ее взгляд, и она даже растерялась, куда смотреть.

— Брат! Давай сначала покатаемся вон на том!

Сун Юй проследил за пальцем Шэнь Жугуй: двухъярусная карусель, украшенная разноцветными гирляндами и зеркалами, медленно вращалась, а на ее сиденьях разместились в основном дети и молодые девчонки.

— ...Ты уверена? — лицо Сун Юя приобрело несколько странное выражение.

— Угу, смотри какая красота. — Шэнь Жугуй уже тянула Сун Юя за собой к карусели.

Очередь оказалась небольшой, так что Шэнь Жугуй шустро запрыгнула на платформу и выбрала белого коня. Заметив, что брат стоит рядом и все никак не выберет себе место, она принялась подгонять его, чтобы он тоже поскорее стал прекрасным принцем.

Сун Юй покачал головой и остался стоять рядом с Шэнь Жугуй, придерживая поручень точь-в-точь как какой-нибудь рыцарь.

Шэнь Жугуй надула губки, про себя ворча, что братик и впрямь обожает покрасоваться.

Заиграла музыка, и лошадки закружились. Сидя на коне и покачиваясь в такт музыке вверх-вниз, Шэнь Жугуй посмотрела на стоявшего рядом Сун Юя и заметила: хотя на лице брата не было особого выражения, стоило ей улыбнуться, как уголки его губ тоже чуть-чуть дрогнули.

Парк развлечений и впрямь оказался местом, способным радовать людей: даже холодный и отстраненный брат научился улыбаться.

Слезши с карусели, Шэнь Жугуй потащила Сун Юя на автодром.

Они вдвоем забрались в красную машинку, и Сун Юй, похоже, твердо решив позволить Шэнь Жугуй повеселиться от души, усадил её на водительское место.

Шэнь Жугуй сроду не управляла машиной, и та закружилась на месте в бешеных пируэтах, так что Сун Юю пришлось просто взять руки Шэнь Жугуй в свои, помогая ей рулить.

— Брат! Впереди! Врезаемся в них! — возбужденно завопила Шэнь Жугуй.

Совместными усилиями они врезались в синюю машинку впереди: сидевшая в ней парочка издала преувеличенный визг, а затем залилась смехом и пошла в контратаку.В мгновение ока все так увлеклись, что, выходя с площадки с бамперными машинками, Шэнь Жугуй смеялся так сильно, что его лицо покраснело. Он схватил Сун Юя за руку, стал её раскачивать и, ластясь, спросил, нельзя ли в следующий раз покататься на чём-нибудь поинтереснее.

Сун Юй сразу же повёл ребёнка в очередь на американские горки.

Шэнь Жугуй не отрывал глаз от рельсов американских горков — там было несколько отвесных участков, и каждый раз, когда вагончик срывался вниз, сверху доносились крики пассажиров.

— Боишься? — спросил Сун Юй.

Шэнь Жугуй упрямо заявил, что не боится.

Усевшись в вагончик и пристегнув ремни безопасности, Шэнь Жугуй крепко вцепился в поручни.

Вагончик медленно тронулся с места, пополз вверх, и когда они добрались до высшей точки, перед глазами предстал весь парк развлечений. На самом пике вагончик замер на несколько секунд, и Шэнь Жугуй почувствовал, как его сердце стучит прямо в горле.

Никто еще не успел опомниться, как вагончик резко бросило вниз. Ощущение невесомости нахлынуло в тот же миг, и Шэнь Жугуй не удержался от пронзительного крика.

В ушах свистел ветер, казалось, сердце действительно готово выпрыгнуть из груди, а сам он летит куда-то ввысь.

Вдруг чья-то рука легла поверх руки Шэнь Жугуя.

В отличие от Шэнь Жугуя, который орал во всё горло, Сун Юй страшно боялся, что в следующую секунду ребёнок, глядя на остальных, вскинет руки вверх, и поспешно прижал его ладони к поручню.

Шэнь Жугую было не до того — всё его внимание поглотили предстоящие повороты и мёртвые петли.

Шэнь Жугуй чувствовал ветер, чувствовал скорость, чувствовал тепло руки старшего брата на своей ладони, и страх постепенно отступал, а чувство свободы захлестывало вместе с восторгом.

Этот миг навсегда отпечатался в жизни Шэнь Жугуя, придав ничем не примечательной дороге впереди бесчисленные живые краски.

Шэнь Жугуй затащил Сун Юя на американские горки несколько раз подряд — ему всё не надоедало, пока у него окончательно не подкосились ноги, и тогда он повис на Сун Юе, сбивчиво бормоча, что хочет сходить в комнату ужасов.

Сун Юй отлепил от себя ребёнка и нахмурился:

— Внутри очень темно и страшно. — Он вспомнил, как неуклюже Шэнь Жугуй спотыкался в первый день дома, и забеспокоился, как бы тот снова не упал со страху.

— Я не боюсь. — Шэнь Жугуй разгладил складки на одежде. — Я даже на американских горках катался, подумаешь, комната ужасов!

— Точно хочешь пойти? — переспросил Сун Юй.

— Хочу! — не отступал Шэнь Жугуй.

Сотрудники парка коротко напомнили правила безопасности, и Сун Юй за руку повёл Шэнь Жугуя в комнату ужасов. Освещение мгновенно померкло, впереди протянулся узкий коридор со старыми картинами на стенах, тусклый свет то вспыхивал, то гас, а в ушах раздавалась жуткая музыка.

Шэнь Жугуй действительно немного пожалел о своем решении.

Продвигаясь вглубь, Шэнь Жугуй ничего не видел, лишь изредка вспыхивавший красный огонёк камеры наблюдения позволял кое-как разобрать, куда идти, а рука, которую держал Сун Юй, покрывалась холодным потом.

Шаги отдавались эхом в пустом коридоре, неизвестно откуда налетал холодный ветер, принося с собой затхлый запах, от которого человека пробирало до самых мурашек.

Шэнь Жугуй прижался к Сун Юю.

— Испугался? — тихо спросил Сун Юй.

— Н-неа, ни капли! — Шэнь Жугуй оттолкнул руку Сун Юя, нащупал стену и двинулся дальше.

Миновав крутой поворот, они вошли в зону, похожую на больничную палату. По обеим сторонам стояли обшарпанные койки, на которых лежали «трупы», укрытые «белыми саванами». Вдруг один из «трупов» приподнялся и издал хриплый рык.

— А! — Шэнь Жугуй ничего не видел вокруг, но от этого звука так сильно испугался, что инстинктивно вцепился в руку Сун Юя.

— Это ненастоящее, не бойся.

Шэнь Жугуй кивнул, но продолжал крепко держаться за руку Сун Юя, буквально повиснув на нём.

Ковыляя и спотыкаясь, они вошли в совершенно тёмную комнату, где Шэнь Жугуй полностью потерял ориентацию в пространстве — ему оставалось лишь полагаться на Сун Юя, продвигаясь вперёд крошечными шажками.

В темноте Шэнь Жугуй почувствовал, как что-то скользнуло по его щиколотке, потом коснулось спины, а следом чья-то рука легла ему на плечо.

— Братец… — всхлипывая, позвал Шэнь Жугуй.

В следующее мгновение Сун Юй одной рукой подхватил Шэнь Жугуя под спину, а другой под коленки, и уверенно подхватил на руки в стиле невесты. Шэнь Жугуй обвился руками вокруг шеи Сун Юя и уткнулся лицом ему в грудь.

— Закрой глаза.

Шэнь Жугуй послушно зажмурился, теперь он слышал лишь ровное сердцебиение Сун Юя, а все жуткие звуки и пугающие прикосновения остались где-то далеко.

Сун Юй быстрым шагом вынес Шэнь Жугуя через тёмную комнату. Весь оставшийся путь Шэнь Жугуй провёл с закрытыми глазами и даже когда сотрудники объявили, что выход достигнут, так и не осмелился их открыть, пока сам Сун Юй не велел ему посмотреть вокруг и вздохнуть с облегчением.

Вновь увидев солнечный свет, Шэнь Жугуй словно заново родился. Заметив, что он до сих пор сидит на руках у старшего брата, он со смущенным лицом хлопнул Сун Юя по груди, требуя опустить его на землю.

— А ещё говорил, что не боится. — Сун Юй посмотрел на бледное лицо Шэнь Жугуя и протянул ему бутылку воды.

С жадностью сделав несколько больших глотков, Шэнь Жугуй выпрямился:

— Я просто немного устал, на самом деле там совсем не страшно!

Из-за сильного вечернего ветра покататься на заветном колесе обозрения не удалось. Заметив, что ребёнок вот-вот расстроится, Сун Юй немного помолчал и пообещал, что в следующий раз, когда у них выдастся свободное время, они обязательно на нём покатаются.

Тучи на лице Шэнь Жугуя мгновенно рассеялись, и он тут же принялся нахваливать брата за доброту.

По дороге домой Шэнь Жугуй уже не решался делать широкие шаги и идти слишком быстро, то и дело покачиваясь из стороны в сторону.

http://bllate.org/book/25118/2986103