Готовый перевод The Little Stutterer / Заика: Глава 16

Цзян Нин уже привыкла к свободной и непринужденной атмосфере узких улочек, поэтому строгая обстановка здесь была ей в новинку. Она быстро стала сдержанной и, необычайно притихнув, поплелась следом за Чжоу Сяндуном.

Чжоу Сяндун почувствовал перемену. Он не выпускал её руку, пока они не вошли в подъезд и не вышли из лифта. Лишь тогда его горячая ладонь на мгновение разжалась, чтобы достать электронную карту-ключ. Дверь с тихим щелчком отворилась.

Чжоу Сяндун отошел в сторону, одарив её теплой улыбкой. Безмолвным жестом он пригласил Цзян Нин войти.

Та прочистила горло и медленно переступила порог.

Взгляд сразу же упёрся в просторную гостиную — она оказалась до того огромной, что Цзян Нин невольно обернулась и спросила:

— Какая площадь у этой квартиры?

Чжоу Сяндун купил её, осмотрев всего один раз. Он не помнил точных цифр, поэтому прикинул:

— Примерно… двести с лишним квадратов?

Ответ прозвучал неуверенно, но Цзян Нин была поражена до глубины души:

— Такая огромная! Ты живёшь здесь один?

Чжоу Сяндун кивнул, а потом, словно что-то вспомнив, особо подчеркнул:

— Да, всегда… всегда жил один.

— Куплена? — спросила Цзян Нин.

— Да.

Разговор затих, едва начавшись. Цзян Нин не знала, что и сказать. Она понимала, что Чжоу Сяндун сейчас очень богат, но не представляла, что настолько. Квартира у реки Яоцзян, самый центр города, площадь больше двухсот метров… Сколько же он выложил за неё при покупке?!

Долгое молчание Цзян Нин заставило и Чжоу Сяндуна занервничать. На самом деле, с того момента, как она ступила сюда, он волновался даже больше неё. Это был её первый визит, и он отчаянно хотел, чтобы ей понравилось. Ведь…

Ведь здесь по-прежнему жил только он. Квартира казалась слишком пустой, ей многого не хватало, но больше всего — хозяйки.

Чжоу Сяндун надеялся, что Цзян Нин станет здесь хозяйкой, но если ей вдруг не понравится… что ж, не беда, он купит другую.

Размышляя об этом, он почувствовал, как уши начинают гореть. В тревоге он посмотрел на Цзян Нин и, пытаясь хоть как-то поддержать разговор, вдруг спросил:

— Ты… ты голодна?

Внимание Цзян Нин было приковано к гостиной, в которой можно было бы играть в бадминтон. Она рассеянно кивнула и направилась к панорамным окнам.

Ей показалось, что она увидела что-то странное. Подойдя ближе, она убедилась, что не ошиблась — посреди комнаты стоял длинный конференц-стол.

— Чжоу Сяндун, ты поставил в гостиной стол для совещаний? — не удержалась она. — Тебе часто приходится проводить встречи дома по работе?

Она спросила дважды, в её голосе сквозило изумление и даже легкое раздражение.

Чжоу Сяндун совсем не ожидал, что она так быстро останется чем-то недовольна. Забеспокоившись, он заикаясь начал объяснять:

— Да… нет, я просто… не знал… что сюда лучше поставить.

Цзян Нин всерьёз опасалась за него. Врачи говорили, что его здоровье оставляет желать лучшего и ему нужен покой, а она видит в его доме конференц-стол.

Кто вообще ставит дома такие столы?

Кроме трудоголиков, которые работают сутками напролет, забывая о еде и сне, Цзян Нин не могла представить никого другого.

Ей нужно было срочно придумать, как избавить квартиру от этой мебели. Раз уж он сам признался, что не знал, чем заполнить пространство, она возьмет инициативу в свои руки.

Потирая подбородок, она намеренно выдержала паузу, а затем внесла конструктивное предложение:

— Может, поставишь диван?

Гостиная и диван — сочетание, известное каждому на этой планете. Цзян Нин полагала, что против такой очевидной вещи Чжоу Сяндун вряд ли станет возражать.

И действительно, он быстро согласился, послушно кивнув:

— Хорошо, сей… сейчас же куплю.

Он тут же вытащил телефон, собираясь звонить в мебельную компанию. Цзян Нин была поражена его исполнительностью. Она не хотела, чтобы он, едва оправившись от болезни, снова бегал по делам, поэтому быстро преградила ему путь, замахала руками и сказала:

— Сегодня уже поздно, давай отложим. Кстати, о чем ты меня спрашивал?

Она стояла совсем близко, её ресницы подрагивали, когда она говорила, и выглядела она как озорной эльф. Чжоу Сяндун тут же отвлекся, озадаченно хмыкнул и повторил свой вопрос:

— Ты… ты проголодалась?

Цзян Нин закивала, как заведенная:

— Да, я голодна. Очень. Хочу есть прямо сейчас.

Чжоу Сяндун облизнул губы, наконец расслабился и с улыбкой произвел:

— Хорошо, тогда я… я приготовлю.

Цзян Нин тоже улыбнулась, сощурив глаза, и без стеснения ответила:

— Договорились.

Чжоу Сяндун ушел на кухню. Цзян Нин бросила последний взгляд на конференц-стол, победно усмехнулась и засеменила следом, чтобы помочь ему.

В тот вечер они готовили лапшу с помидорами и яйцом. За ужином Чжоу Сяндун снова вернулся к той теме.

— Эта квартира очень… очень большая, — сказал он.

Цзян Нин, втягивая лапшу, почувствовала неладное, но всё же кивнула:

— Угу.

— Всего четыре… четыре спальни, два санузла, — продолжал он.

Цзян Нин оглянулась, оценивая планировку, и снова кивнула:

— Угу.

— Здесь может жить очень… много людей.

— Угу… — протянула Цзян Нин.

Тут она поняла, к чему он клонит. Приподняв бровь, она с усмешкой посмотрела на него:

— Я знаю, что квартира большая, спален много и места хватит на всех. И что с того?

Чжоу Сяндун смотрел прямо на неё, его кадык судорожно дергался. Наконец он выдавил:

— Ты… ты не хочешь… переехать сюда?

Он сильно нервничал. Едва закончив фразу, он испугался, что Цзян Нин начнет колебаться, и поспешил заверить:

— Ты можешь… выбрать любую комнату… я не… не буду тебя… беспокоить.

— Но я боюсь беспокоить тебя, — выпалила Цзян Нин.

— А… а?

Чжоу Сяндун остолбенел. Осознав смысл её слов, он покраснел, отвел взгляд в сторону и забормотал:

— Если… если жить вместе… то, в общем-то… это тоже… возможно…

Его заикание усилилось. Лишь договорив, он осмелился снова посмотреть на неё. Его руки, лежавшие на столе, были крепко сжаты, он не сводил с неё глаз.

Цзян Нин ничего не ответила, продолжая молча есть лапшу. Она знала, что он ждет ответа, но не поднимала головы, пока миска не опустела.

— Там, где я живу сейчас, мне вполне удобно. Близко до работы.

Чжоу Сяндун опустил руки. Он не стал настаивать, подумав, что, возможно, слишком торопит события.

Они доели ужин, каждый погруженный в свои мысли. Убедившись, что с Чжоу Сяндуном всё в порядке, Цзян Нин собралась уходить.

— Отдыхай, я пойду.

Она подхватила сумку, Чжоу Сяндун встал, чтобы проводить её. У самой двери Цзян Нин остановилась и, улыбаясь, помахала ему на прощание.

— Не выходи, на улице очень холодно.

Она накинула капюшон, повернулась, потянула за ручку двери и собралась уйти.

Чжоу Сяндун, не сводивший с неё глаз, вдруг сделал широкий шаг вперед, толкнул дверь, и та с грохотом захлопнулась.

Цзян Нин вздрогнула от неожиданности. Решив, что случилось что-то плохое, она с испугом в глазах тихо спросила:

— Что такое?

Чжоу Сяндун не знал, что ответить. Он просто притянул её к себе и крепко обнял. Он боялся, что всё это — лишь иллюзия, и если она сейчас уйдет, прекрасный сон закончится.

— Цзян Нин… — он прижал её к себе так сильно, как только мог, и почти умоляюще прошептал на ухо: — Можешь… можешь не уходить?

Его голос охрип от нахлынувших чувств. Цзян Нин не понимала, чего он боится, и попыталась обернуться, чтобы заглянуть ему в лицо.

Она видела только его темную макушку — он низко опустил голову, уткнувшись ей в шею. Вскоре его дыхание участилось.

Казалось, он хочет её поцеловать. Но прежде чем это произошло, Цзян Нин уперлась руками в его плечи и с силой оттолкнулась.

— Нет… — твердо отказала она. — Чжоу Сяндун, сегодня нельзя.

Чжоу Сяндун, упираясь лбом в её плечо, тяжело сглотнул:

— По… почему?

Он хотел было снова податься вперед, но Цзян Нин удержала его и терпеливо объяснила:

— Уже слишком поздно, а завтра мне на работу. К тому же ты ещё не до конца восстановился, нам нельзя… заниматься активными физическими нагрузками.

Чжоу Сяндун понял, что она имеет в виду, но его тело горело, а руки, лежавшие на её пояснице, невольно сжались сильнее.

Он не сдавался. Прижавшись к ней лбом, он снова спросил:

— Правда… нельзя?

— Да, нельзя.

— Кто… кто сказал?

— Конечно, врач!

Чжоу Сяндун не нашелся что ответить и впал в уныние.

Прошло ещё минуты четыре. Нетерпеливая Цзян Нин наконец заторопилась:

— Всё, я правда должна идти. Приду завтра, веди себя хорошо.

Сказав это, она встала на цыпочки и быстро чмокнула его в губы.

Чжоу Сяндуна бросило в жар, все мышцы напряглись. Он был ошеломлен этим внезапным поцелуем и не сразу пришел в себя. Его руки немного ослабли, и Цзян Нин, воспользовавшись моментом, вырвалась из объятий и, словно сбегая, бросилась к выходу.

— Цзян Нин, ты…!

Чжоу Сяндун потянулся за ней, но было поздно. Дверь захлопнулась, и она исчезла.

Уголки глаз Чжоу Сяндуна покраснели. Долгое время он пытался подавить бушующее внутри желание. Глядя на закрытую дверь, он тронул губы и тихо прошептал:

— Хорошо, увидимся… завтра.

***

На следующий день, когда отпуск закончился, Цзян Нин вышла на работу.

Всё утро она была в прекрасном настроении: не препиралась с Лю Сяодань, не ссорилась с коллегами, и даже когда позвонил самый занудный куратор, она ответила с улыбкой.

Коллеги решили, что Цзян Нин сошла с ума. Они переглядывались, шептались в сторонке и не знали, как реагировать на такие перемены.

В конце концов они отправили к ней Лю Сяодань, чей стол стоял ближе всех. Та подошла, ткнула Цзян Нин пальцем в плечо и спросила:

— Цзян-лаоши, вы обычно не такая. Что за радость?

Цзян Нин хитро улыбнулась:

— Хе-хе, радость невероятная. Хочешь знать?

— Хочу, конечно, хочу! — не раздумывая, выпалила Лю Сяодань.

Цзян Нин загадочно поманила её рукой, призывая придвинуться ближе. Наивная Лю Сяодань послушалась. Подождав пару секунд, она услышала:

— Это секрет. Если хочешь узнать, сделай для меня кое-что, идет?

Лю Сяодань настороженно спросила:

— Что сделать?

Цзян Нин указала на экран компьютера:

— Хе-хе, напиши за меня годовой отчет по системе.

Лю Сяодань замерла. Она ещё не видела настолько наглых людей. Признав поражение, она поплелась обратно к своему столу.

Цзян Нин едва не расхохоталась. Отделавшись от Лю Сяодань, она продолжила стучать по клавишам.

Время пролетело быстро, и вскоре настал конец рабочего дня. Цзян Нин пообещала Чжоу Сяндуну зайти к нему, поэтому весь день работала не покладая рук, чтобы успеть закончить всё, что не сделала вчера.

Она собрала сумку, но не успела встать, как зазвонил рабочий телефон.

Цзян Нин нахмурилась, успокоилась и ответила:

— Алло, здравствуйте.

— Это Цзян Нин?

— Да, это я. А кто это?

Собеседник быстро заговорил:

— Цзян-лаоши, система, за которую вы отвечаете, выдает ошибку! Срочно приходите в серверную на шестом этаже!

Голос на том конце звучал крайне встревоженно, и, не дожидаясь ответа, собеседник бросил трубку. Лицо Цзян Нин стало серьезным. Она отложила сумку, схватила ноутбук и побежала к серверной.

Ошибка системы для ответственного лица — это провал в работе.

Вскоре после того, как она прибыла на место, туда подтянулись руководители и эксперты компании. Все были мрачнее тучи, напряженно обсуждая данные на экранах. Цзян Нин стояла рядом, а когда дискуссия затихла, тихо села рядом с сетевым инженером и спросила о ситуации.

Взоры всех присутствующих обратились к ней.

— Цзян Нин, быстро проверь, работает ли вход в систему?

— Цзян Нин, какой пароль от этого сервера?

— Цзян Нин, восстанови всё как можно скорее!

Она утонула в потоке указаний, вопросов и упреков. Впервые она оказалась в такой ситуации, и рука, державшая мышь, невольно задрожала.

Она была бесконечно рада, что обычно не халтурила. После нескольких профессиональных манипуляций ошибка была устранена. Начальство выдохнуло, бросило дежурное «так держать» и покинуло серверную.

Цзян Нин тоже вздохнула с облегчением. Когда все ушли, она на минуту закрыла глаза, чтобы прийти в себя, а затем вместе с коллегами продолжила проверку.

Она провозилась до двух часов ночи. Выйдя из серверной, она чувствовала себя совершенно разбитой, но, вдохнув свежий воздух, тут же вспомнила о Чжоу Сяндуне.

Она обещала прийти сразу после работы, но теперь…

Она снова нарушила слово. Торопливо достав телефон, она хотела позвонить ему. И тут увидела сообщение:

«Я под твоим офисом».

Сообщение было отправлено в пять тридцать — в то самое время, когда она должна была уйти. С тех пор прошло целых девять часов!

Сердце Цзян Нин сжалось от боли. Не раздумывая, она бросилась вниз.

Чжоу Сяндун действительно ждал её на старом месте. В ночной тишине он прислонился к капоту машины, периодически поглядывая на вращающиеся двери офисного центра. Цветы сливы уже отцвели, и только тусклый фонарь составлял ему компанию.

Цзян Нин быстро подбежала к нему и, подойдя ближе, заметила в его руках контейнер из нержавеющей стали.

— Чжоу Сяндун, прости, на работе возникли проблемы, я только сейчас увидела твоё сообщение.

Она торопливо оправдывалась, думая, что он разозлится, но стоило ей подойти, как он с улыбкой открыл перед ней дверь пассажирского сиденья и нежно сказал:

— Ничего страшного. Заходи… снаружи холодно.

Он положил руку ей на плечо, помогая сесть, и только когда она устроилась в машине, обошел её и сел за руль.

— Ты всё это время ждал здесь? — не удержалась Цзян Нин. На улице было очень холодно, и она боялась, что его здоровье этого не выдержит.

Чжоу Сяндун улыбнулся, ничего не ответив, и протянул ей контейнер.

— Дела… всё уладила? — спросил он.

Он всё время улыбался, и Цзян Нин на мгновение потеряла дар речи. Опустив взгляд на контейнер в руках, она спросила:

— Да, почти всё. Что здесь? Ты сам готовил?

Чжоу Сяндун кивнул. Его правая рука, лежавшая на коленях, сжалась в кулак — он явно нервничал.

— Это мясной бульон, — сказал он. — Я… в первый раз готовил, попробуй.

— О, хорошо.

Цзян Нин послушно открыла термоконтейнер, и тут же потянуло ароматом свиных ребрышек.

Температура на улице была низкой, кондиционер в машине не работал, и горячий пар от супа, столкнувшись с холодом, превратился в тонкую дымку, от которой у Цзян Нин защипало глаза.

Она шмыгнула носом и тихо сказала:

— Надо же, оказывается, наш великий художник ещё и так отлично готовит…

Чжоу Сяндун замер. Он тихо кашлянул и, пытаясь скрыть эмоции, нажал несколько кнопок на черной панели управления.

Прошло столько лет, а она всё ещё помнит ту картину. Он вдруг почувствовал, что больше не одинок.

В машине стало теплее. Допив суп, Цзян Нин сама закрыла контейнер и, повернувшись к нему, сказала:

— Поехали.

Чжоу Сяндун тихо ответил «угу», завел двигатель и спросил:

— Куда?

Он предоставил право выбора ей. Цзян Нин улыбнулась, глядя вперед:

— В этот раз — к тебе.

Уши Чжоу Сяндуна покраснели. Он кивнул, нажал на газ и направился в сторону жилого комплекса Линьцзянфу.

Они быстро доехали. Когда они вышли из машины, Чжоу Сяндун хотел отдать Цзян Нин свою куртку, но она отказалась. Он не стал настаивать, лишь подошел ближе и, обняв её за плечо, притянул к себе.

Как только они вошли, Чжоу Сяндун включил кондиционер и отправился с контейнером на кухню. Цзян Нин, глядя на его суету, невольно усмехнулась. Она хотела пойти помочь, но её взгляд упал на темно-синий диван в центре гостиной.

Конференц-стол действительно заменили. Всего за один день. Его исполнительность и правда была на высоте.

Цзян Нин победно приподняла бровь и вошла на кухню. Увидев Чжоу Сяндуна, который ставил чайник, она почувствовала прилив тепла.

Она начала открыто разглядывать его: от покрасневших ушей до широких плеч, а затем взгляд скользнул ниже, задержавшись на узкой талии.

Её взгляд был откровенным и горячим. Чжоу Сяндун почувствовал это, медленно обернулся, и в следующую секунду его встретил глубокий, долгий поцелуй.

— Цзян Нин… — пробормотал он, призывая её по имени.

Цзян Нин вздрогнула, обхватила его за шею и, прижавшись губами к его губам, углубила поцелуй.

Ей нравился его прерывистый голос. Эта природная противоречивость действовала на неё как наркотик, затрагивая каждую нервную клетку и заставляя желать большего.

Они целовались на кухне очень долго. Так долго, что вода в чайнике закипела и успела остыть. Лишь тогда Цзян Нин, подавив порыв, опустила голову и, мягко прильнув к его груди, тихо спросила:

— Ты правда… полностью выздоровел?

Она не забывала беспокоиться о его здоровье. Чжоу Сяндун тихо ответил:

— Да, правда… не веришь — потрогай.

Сказав это, он сам приподнял край рубашки, заправленной под ремень, и, взяв руку Цзян Нин, приложил её к своим ребрам.

Там было невыносимо горячо. Цзян Нин вся вспыхнула.

http://bllate.org/book/25104/2984029