Готовый перевод This Daoist Is Just an Actor / Этот даос - всего лишь актёр: Глава 9. Вызов полиции

Се Чжи не знал Чжань Пэна, но для прежнего хозяина он был старым знакомым.

Он еще не успел получить воспоминания и не знал, как обращаться к Чжань Пэну, поэтому просто сделал шаг вперед и с трудом выдавил:

— Здравствуйте.

Но Чжань Пэн отступил на шаг, прямо прислонился спиной к большой сосне у дороги и впился взглядом в его лицо.

— Ты... ты кто такой!

Ло Сяоцзян подхватила за Се Чжи:

— А кто еще? Вы же только что были на его траурной церемонии?

Чжань Пэн вжался в дерево и не мог вымолвить ни слова. Се Чжи поднял его телефон и протянул, но тот даже не взял, продолжая смотреть прямо перед собой немигающим взглядом.

Словно смотрел на призрака.

Се Чжи вздохнул. Это был его первый настоящий шаг, и впереди его ждет еще много таких взглядов.

По дороге, откуда пришел Чжань Пэн, раздался запыхавшийся голос:

— Режиссер! Куда вы так быстро побежали! Помощник режиссера написал, что со стороны Су Цзыяна все может... Ё-моё!

Молодой парень, бежавший за Чжань Пэном, споткнулся и упал на обочину. Он вскочил на четвереньки, поднялся и бросился к Чжань Пэну, и на его лице было такое же выражение, словно он увидел привидение.

Се Чжи снова робко шагнул вперед и самым тихим голосом сказал сжавшейся в комок парочке:

— Не бойтесь, я человек. Хоть я и не знаю, почему меня кремировали, но, пожалуйста, поверьте, похороны — это обман, я...

— Сяо Ван, — Чжань Пэн, казалось, вообще ничего не слышал. Он глухим голосом приказал молодому парню рядом: — Вызывай полицию!

Десять минут спустя Се Чжи и Ло Сяоцзян вернулись в зал для гостей, где ранее беседовали с монахом Минчэном.

Разница была в том, что на этот раз с ними были Чжань Пэн, его ассистент Сяо Ван и два сотрудника народной полиции.

Оба были местными, хорошо знали эти места, и полицейские отнеслись к Минчэну с уважением:

— Наставник, этот человек, называющий себя Се Чжи, утверждает, что вчера ночевал здесь. Как он сюда попал?

Се Чжи ответил:

— Я потерял сознание на обочине, и девушка Ло спасла меня и привезла сюда.

Полицейский бросил на него взгляд и снова спросил Минчэна:

— Правда, наставник?

Минчэн улыбался во все лицо:

— Именно так.

Тогда полицейский обратился к Се Чжи:

— Вы утверждаете, что вы и есть покойный актер Се Чжи. Чем вы это докажете? Какой у вас номер удостоверения личности?

Се Чжи промолчал.

— Домашний адрес?

Се Чжи промолчал.

— Тогда как зовут ваших родителей?

Се Чжи снова промолчал.

Два полицейских переглянулись, затем по очереди встали и сказали Минчэну:

— Наставник, этот человек неизвестного происхождения и не сотрудничает со следствием. Нам ничего не остается, кроме как забрать его в участок для подробного допроса.

Минчэн посмотрел на Се Чжи. Се Чжи кивнул ему, и тогда он с улыбкой ответил полицейским:

— Хорошо, благодарю за труд, товарищи полицейские.

И так, Се Чжи, который изначально собирался в трапезную, изменил пункт назначения на управление общественной безопасности. Его забрали полицейские, а за ним, как заявители, последовали Чжань Пэн и Сяо Ван.

В пустом зале для гостей Ло Сяоцзян с тревогой спросила:

— Наставник, вы так просто отпустили их?

Минчэн улыбнулся:

— Конечно. Даже монахам не подобает препятствовать исполнению закона.

— Но что, если случится что-то плохое...

Минчэн махнул рукой:

— Этот господин Се — человек непростой. Можешь не волноваться.

Ло Сяоцзян вздохнула. Се Чжи ушел так поспешно, что она забыла взять его контакты. А если в будущем возникнут сложности с охотой на призраков, некому будет дать совет.

Она молча зашла в гостевую комнату, где жил Се Чжи, чтобы убраться. Как и в отелях, в храме Сунъюнь после каждого гостя комнаты нужно было своевременно убирать. Но, войдя внутрь, она замерла. Лапша быстрого приготовления, которую ей дали утром, стояла на столе совершенно нетронутой.

Се Чжи не ел.

Ло Сяоцзян удивилась. Она встретила Се Чжи вчера на рассвете, а за это время он успел и сразиться с таинственным человеком, и успокоить души кроликов. И до сих пор Се Чжи не принимал пищу.

Неужели он не чувствует голода?

Покинув храм Сунъюнь, Се Чжи словно замкнулся в себе, опустив веки и не говоря ни слова. Полицейские провозились с ним до самого дня, но тут его тело начало сдавать: лицо стало мертвенно-бледным, в глазах потемнело, а голос совсем ослаб.

Полицейские не могли рисковать человеческой жизнью и тут же повезли его в клинику. Се Чжи лежал на заднем сиденье с закрытыми глазами, полностью потеряв сознание.

Чжань Пэн тоже собрался ехать, но ассистент напомнил ему:

— Режиссер, нам же там больше нечего делать, да?

Чжань Пэн надавил на газ:

— Ты ни черта не понимаешь.

Но как назло, это были выходные, и в пригородной клинике не хватало персонала. На приеме оказался только что пришедший врач-интерн. После базового осмотра он не выявил никаких отклонений, но посоветовал срочно везти пациента в большую больницу, чтобы не терять время.

Видя, что Се Чжи лежит без движения, Чжань Пэн потрогал его руку — она была теплой.

Он успокоился и тут же предложил полицейским отвезти Се Чжи в Центральную больницу Дуншаня.

Это место тоже находилось в пригороде, ближе всего, врачи там были опытные, а оборудование современным и полным. Был еще один момент, о котором Чжань Пэн не сказал: эта больница славилась высокой конфиденциальностью.

Хотя она была государственной, располагалась в тихом месте с уникальной архитектурой, и человек, не бывавший там пару раз, легко мог заблудиться. Это было избранным местом для лечения богачей и знаменитостей — баснословные счета уже отсекали большинство обычных людей, а те немногие, кто все же попадал внутрь, терялись в лабиринте коридоров и им было совершенно не до сплетен.

Чжань Пэн просчитывал все наперед.

Автор «Возвращения Императора Бессмертных», Галантный Бандит, скоропостижно скончался, едва дописав финал. Это последнее произведение было невероятно популярным еще во время публикации. Сам Галантный Бандит как-то заявил, что персонаж Бисюй чжэньжэня Се Чживэя был списан с внешности Се Чжи: с его бессмертным обликом и классическими чертами лица. А главный герой, Му Хэ, с его невинным и безобидным видом и парой ярких глаз, покоривших сердца бесчисленных девушек... был списан с нынешнего топ-айдола Хэ Чжэна.

Галантный Бандит говорил, что если его произведению посчастливится экранизировать, он не требует ничего другого. Если Се Чжи и Хэ Чжэн согласятся сыграть, он умрет без сожалений.

Чжань Пэн был ответственным режиссером и серьезно относился даже к веб-сериалам. Он сначала прочитал весь роман от корки до корки, затем изучил комментарии, чтобы понять предпочтения зрителей. Даже если бы Хэ Чжэн не выдвигал условий, он бы все равно изо всех сил старался заполучить Се Чжи.

Но Се Чжи умер, и ему пришлось искать другого актера, чей образ был бы близок к Се Чжи.

Главным кандидатом был Су Цзыян. В начале карьеры его называли «младшим Се Чжи». Еще при жизни Се Чжи он уже успел стать «королем исторических костюмов» нового поколения.

Чжань Пэн считал, что внешность Су Цзыяна вполне подходящая, но сам он был слишком уж расчетливым, а в глазах читалась лишь жажда славы.

Хотя у Се Чжи и был скверный характер, он не гнался за славой и выгодой, старался держаться в стороне от публичного внимания и полностью посвящал себя актерскому мастерству. Добрый нрав Се Чживэя мог изобразить кто угодно, но ту неземную, парящую ауру, что сквозила в его костях, найти было попросту невозможно.

Ситуация на данный момент была такова: Су Цзыян тоже считал, что у его персонажа слишком мало экранного времени, и все еще колебался. Чжань Пэн же был им не совсем доволен, поэтому пока не распускал никаких слухов.

А сегодня этот «Се Чжи» словно с неба свалился в храме Сунъюнь. И хотя он вел себя как сумасшедший и, возможно, страдал аутизмом, он не только был вылитой копией Се Чжи, но и в своих манерах был куда больше похож на Се Чживэя, чем сам покойный!

Чжань Пэн решил, что во что бы то ни стало убедит этого человека присоединиться к съемочной группе. Роль на одну минуту и без реплик — сыграет любой дурак. Но до этого момента нужно хранить абсолютную тайну, чтобы сделать зрителям настоящий сюрприз.

К вечеру, как и надеялся Чжань Пэн, Се Чжи доставили в Центральную больницу Дуншань.

Дверь реанимации закрылась, и полицейские уселись на скамью в ожидании. Чжань Пэн тоже было присел, как вдруг раздался громкий крик:

— Режиссер! Я привел нужного человека!

Чжань Пэн извинился перед полицейскими, отошел на несколько шагов и, насупившись, отчитал подошедшего:

— Помощник режиссера Чжан, чего ты орешь в больнице? Кто тебя сюда звал?

Он перевел взгляд на своего ассистента Сяо Вана:

— Это ты его привел?

Сяо Ван втянул голову в плечи:

— Он сказал, что хочет сделать вам сюрприз, вот я и...

— Именно так, режиссер! — Помощник режиссера Чжан, не обращая внимания на выговор, радостно похвастался: — Я все уладил, Су Цзыян согласился!

Он думал, что Чжань Пэн обрадуется, но тот лишь слегка нахмурился:

— О, я подумаю.

Помощник режиссера Чжан выпучил глаза и, понизив голос, возразил:

— Режиссер, вы шутите? Вы же раньше говорили, что если он согласится, вы с натяжкой его возьмете!

Чжань Пэн остался невозмутим:

— Раньше было раньше.

Помощник режиссера Чжан тут же заволновался:

— Да не шутите вы со мной, режиссер! Позавчера я гонялся за учителем Се, пытаясь с ним поговорить, а он прятался от меня, упал в реку и утонул. Теперь, сделав выводы из этой боли, я привел Су Цзыяна, а вы колеблетесь. Да не шутите вы, он же уже...

— Здравствуйте, режиссер Чжань.

Чжань Пэн нахмурился и обернулся. Су Цзыян, приветственно протянув руку, вышел из-за угла коридора и направился к ним. Следом за ним шел его ассистент.

Помощник режиссера Чжан тихо прошептал:

— Видите, режиссер, насколько он искренен, сам пришел с нами поговорить.

Но Чжань Пэн проигнорировал его и с холодным выражением лица стал ждать, пока Су Цзыян подойдет. Помощник режиссера Чжан потянул Сяо Вана за рукав:

— Что это с режиссером?

Сяо Ван прекрасно все понимал, но не смел сказать, лишь многозначительно кивнул в сторону реанимации:

— Скоро узнаешь.

Су Цзыян, почувствовав холодный прием, внутренне возмутился, но на лице сохранил вежливую улыбку:

— Режиссер Чжань, вы, должно быть, погрязли в делах: в полдень были на горе Дасун, а уже во второй половине дня оказались в больнице.

Чжань Пэн:

— Угу, есть дела.

Су Цзыяну ничего не оставалось, кроме как заговорить первым:

— Раз режиссер так занят, я не буду ходить вокруг да около. В этом году у меня много проектов, но я восхищаюсь вашим талантом и готов освободить время для сотрудничества с вами. Однако минута экранного времени — это действительно слишком мало. Даже для камео стоило бы добавить немного сцен, не так ли?

— Ты хочешь добавить сцены?

— Да. Не ограничиваться одной минутой воспоминаний главного героя. Снимите также две сцены: где Се Чживэй спасает главного героя, и где Се Чживэй погибает.

В романе эти две сцены были описаны весенней и осенней кистью, без каких-либо прямых подробностей.

Чжань Пэн презрительно фыркнул и безмолвно уставился на дверь реанимации. Они были внутри уже больше десяти минут, и он не знал, что там происходит.

Видя, что Чжань Пэн его игнорирует, Су Цзыян начал нервничать. Он шел по проторенной дорожке Се Чжи: сначала закрепиться в исторических сериалах, а затем перейти в большое кино для долгосрочного развития.

Чжань Пэн был кинорежиссером, и сотрудничество с ним давало отличный шанс пробиться на большой экран. Кто бы мог подумать, что в начале разговора Чжань Пэн был довольно приветлив, а теперь его лицо мгновенно окаменело.

Су Цзыян решил использовать свой козырь и тихо спросил ассистента:

— Все устроено?

Ассистент глянул в телефон и ответил:

— Не волнуйся, Янъян. Несколько репортеров, которых я позвал, уже внизу. Не пройдет и получаса, как фотографии и пресс-релиз о вашей встрече с режиссером Чжанем разлетятся по всей сети.

Су Цзыян самодовольно приподнял уголки губ. Это был мощный ход. Се Чжи мертв, и никто не подходит на эту роль лучше него. Если новость просочится, а выбран будет кто-то другой, Чжань Пэна точно закидают помидорами. Чжань Пэн не дурак и понимает это, так что при обсуждении контракта инициатива будет в его руках.

Внешне Су Цзыян продолжал изображать невинность и, вздохнув, сказал:

— Я знаю, что режиссер больше всего хотел видеть в этой роли учителя Се. Но он уже... Эх, многие выдающиеся роли доставались не тем, кто был выбран изначально. Я тоже удвою свои усилия, чтобы достойно сыграть Се Чживэя.

Чжань Пэн обернулся, посмотрел на него и наконец заговорил:

— Улыбнись, дай посмотреть.

Су Цзыян опешил, но тут же понял, что режиссер хочет проверить его актерские данные. Он мгновенно выпрямился и натянул на свое миловидное лицо улыбку:

— Режиссер Чжань, как вам?

Чжань Пэн смотрел на него три секунды, затем отвел взгляд:

— Угу. Как даос, который только вчера решил им стать.

Су Цзыян не придал этому значения и полушутя ответил:

— Вы, конечно, мастер на комплименты, но для человека, который только вчера решил им стать, я и так неплохо справляюсь.

В этот момент лампочка над дверью реанимации погасла, и врач вышел наружу.

Оба полицейских тут же встали. Чжань Пэн подбежал к врачу:

— Доктор, как он?

— Уже пришел в себя, — врач снимал перчатки. — В целом он в порядке, но ведет себя немного странно... Позже сделаем полное обследование.

Су Цзыян возмутился.

Кто вообще этот человек внутри, раз Чжань Пэн ради него готов забыть о всех делах?

Су Цзыян тоже подошел поближе и, пока Чжань Пэн разговаривал с врачом, заглянул в приоткрытую дверь.

Се Чжи медленно приподнялся на больничной койке и поблагодарил медперсонал.

Хирургическая лампа была выключена, и в комнате остался лишь мягкий свет. И хотя его лицо было изможденным, взгляд оказался куда мягче этого света.

Бледная и однообразная палата, пропитанная горьким запахом дезинфекции, лишь от присутствия этой стройной фигуры словно наполнилась освежающим ветерком из бамбуковой рощи.

Автор говорит:

Почему учитель Се стал замкнутым? Конечно, он считывал воспоминания! Если бы он не вспомнил, дело бы не ограничилось простым визитом в полицейский участок, ха-ха-ха.

http://bllate.org/book/25103/3017439