Готовый перевод Live With Me, I'll Feed You, Baby Wants Money / Живи со мной, ешь досыта: Сладкий путь к богатству: Глава 4

Продолжая неторопливо готовить новогодний ужин, Цюй Сян приступил ко второму блюду — вареным креветкам в горячей воде.

В кастрюлю налили необходимое количество чистой воды, бросили ломтики имбиря, зеленый лук, плеснули кулинарного вина и довели до кипения.

Креветок опустили в кипяток, и как только они покраснели и свернулись дугой, их нужно было поспешить выловить.

Свежие креветки обладают легкой естественной сладостью.

Стоило Цюй Сяну представить этот вкус, как у него тут же потекли слюнки.

Стекшую воду убрали, креветки красиво выложили на тарелку.

Красивая сервировка очень важна — от нее и настроение поднимается.

Стоит помнить, что креветки нельзя варить слишком долго, иначе они потеряют свой вкус.

К вареным креветкам обязательно нужен соус для макания.

В пиалу налили светлый соевый соус, уксус, добавили кунжутное кунжутное масло и перемешали.

Точные пропорции приправ назвать сложно — всё держится на многолетнем опыте и личных предпочтениях.

Как-то раз к ним в заведение заглянул гость, который наотрез отказывался есть уксус. Для соуса он попросил лишь миску соевого соуса с измельченным чесноком и категорически запретил добавлять что-либо еще. По его мнению, получалось невероятно вкусно.

Цюй Сян не совсем это понимал, но отнесся с уважением.

Соуса для вареных креветок Цюй Сян приготовил с запахом и разложил по двум пиалам, чтобы потом можно было использовать его и во время поедания пельменей.

Когда Цюй Сян вернулся в комнату с тарелкой вареных креветок, он решил отказаться от супа с мясными фрикадельками, запланированного на вечер.

Их оказалось слишком много, всё равно не осилить.

Оставшийся фарш убрали в морозилку — в следующий раз пригодится, когда соберется жарить фаршированные баклажаны.

Куриные крылышки в коле — одно из любимых блюд Цюй Сяна — он оставил напоследок. Всё потому, что в таком блюде при остывании соус очень быстро загустевает, что портит всю текстуру.

Крылышки опустили в холодную воду, добавили кулинарное вино с имбирем, бланшировали, а затем промыли.

В раскаленную сковороду налили масло и выложили крылышки кожицей вниз, равномерно распределив по дну.

Как только кожица слегка подрумянилась, их перевернули.

Для вкуса добавили немного светлого и темного соевого соуса.

Светлый соус отвечает за вкус, а темный — за цвет.

Темный соус сам по себе слишком соленый, так что после его добавления соль уже не нужна.

В самом конце влили колу так, чтобы она полностью покрыла крылышки, и оставили тушиться на слабом огне минут пятнадцать.

Белого кунжута дома не оказалось, так что обошлись без него.

Пока крылышки доходили до кондиции, Цюй Сян лепил для себя шестнадцать пельменей с капустой и мясом.

Хочется верить, что в наступающем году всё будет складываться гладко и легко.

Оставшееся тесто и фарш отправились в холодильник — завтра продолжит стряпать.

Крылышки готовы, пельмени заброшены в кипяток — собственный новогодний ужин полностью готов.

Чэн Ицзянь лежал на кровати, прислушиваясь к звукам готовки из кухни и к тому, как Цюй Сян мелкими шажками то туда, то сюда носил тарелки в комнату.

Это напомнило ему белку, которую в детстве держала старшая сестра: задрав пушистый хвост, она то выскользнет наружу, то вернется обратно, вечно занятая какими-то хлопотами.

По доносившимся из коридора ароматам Чэн Ицзянь примерно догадался о сегодняшнем меню Цюй Сяна.

Как же вкусно пахло, наверняка пальчики оближешь.

Уловив запах еды, Чэн Ицзянь, который сегодня за весь вечер едва сделал пару укусов, снова проголодался.

Он открыл приложение доставки и окинул взглядом еще работающие заведения: Макдоналдс, KFC, Пицца Хут.

Да ну, аппетита не было от слова совсем.

Что человек ест, когда он одновременно голоден и совершенно не хочет никакой еды?

Чэн Ицзянь остановил свой выбор на лапше быстрого приготовления со вкусом тушеной говядины.

Добравшись до кровати, он вскипятил чайник воды и достал заветный стакан.

Жаль, не нашлось ни сосисок, ни вареных яиц.

Эту коробку лапши быстрого приготовления ему подарил дядя, когда он только-только переехал, со словами, что надо бы прочувствовать все тяготы и лишения ради будущего счастья.

Как ни крути, а у дяди опыта побольше.

Два компьютерных стола, разделенных стеной, трансляция новогоднего концерта на фоне — каждый уплетал свой собственный праздничный ужин.

Для Цюй Сяна и Чэн Ицзяня это был первый совместный Новый год.

Первый день нового года.

Утром первого дня нового года, около восьми часов, Цюй Сян наконец проснулся.

По привычке он сначала заглянул в телефон, стоявший на беззвучном режиме.

Не считая пары массовых рассылок с поздравлениями от бывших коллег, там ничего не было.

Отложив телефон в сторону, Цюй Сян сначала сходил в туалет, умылся, почистил зубы, и лишь вернувшись в комнату, снова взял в руки гаджет.

Сначала он отправил поздравительное сообщение и денежный перевод на тысячу юаней собственной маме.

Затем разослал поздравления в WeChat родственникам, у которых жил в детстве, и одновременно перевел каждому из их детей по двести юаней в качестве красного конверта.

В мгновение ока улетело больше двух тысяч, и Цюй Сяну было немного жалко расставаться с деньгами.

Бегло пролистав немногочисленные контакты в WeChat, он наконец отправил шаблонные новогодние поздравления бывшему боссу, бывшим сослуживцам и нынешнему арендодателю.

На этом утренние задачи первого дня года были выполнены, можно было отправляться завтракать.

Стоило ему открыть дверь спальни, как он нос к носу столкнулся с Чэн Ицзянем, направлявшимся в уборную.

Чэн Ицзянь, только что проснувшийся, выглядел сонным и помятым, пуговицы на пижаме были не застегнуты, обнажая небольшой участок груди.

Отлично, никаких волос на груди.

— С новым годом.

— С праздником.

Слова приветствия, слетевшие с их губ одновременно, привнесли капельку тепла в это маленькое жилище без центрального отопления.

— Завтракал? Я собираюсь лепить пельмени, поедим вместе? — вчера во время мытья посуды Цюй Сян заметил в мусорном ведре пустой стаканчик из-под лапши.

Жрать бичпакеты в такой праздник — это уж точно куда тоскливее, чем у него самого.

Глядя на тот стаканчик, Цюй Сян даже немного проникся сочувствием к новому соседу.

— Не стоит утруждаться.

Судя по всему, сегодня утром Чэн Ицзянь должен был навестить дедушку с бабушкой.

Но рано утром мама прислала ему сообщение: деду, мол, нездоровится, он еще спит, так что пусть приезжает ближе к обеду, тогда все вместе и пообедают.

— Никаких хлопот, я леплю очень быстро. Как сварю — позову тебя, — Цюй Сян постарался выдавить из себя улыбку, надеясь выглядеть искреннее.

Чэн Ицзянь вспомнил вчерашние аппетитные запахи, и его живот тут же некстати заурчал.

Этот звук Цюй Сян тоже услышал.

— Пятнадцать пельменей хватит?

Сам Цюй Сян аппетитом не отличался и обычно столько съесть не мог, но, подумав о том, насколько Чэн Ицзянь выше и крепче его самого, решил, что и порции ему требуются куда солиднее.

— Спасибо, хватит. Я сначала умоюсь, в холодильнике есть напитки, если хочешь — бери, угощайся, — всё, чем мог поделиться Чэн Ицзянь, ограничивалось парой бутылок из холодильника.

Про себя он твердо решил: когда вернется с обеда, обязательно захватит каких-нибудь фруктов и положит в холодильник, чтобы поделиться с этим заботливым соседом.

— Договорились, — Цюй Сян не стал отказываться и направился прямиком на кухню.

Извлек из холодильника оставшиеся со вчерашнего дня капустный фарш и тесто для пельменей, прикинул на глаз — на двоих должно хватить.

Поставив воду на огонь, Цюй Сян не терял ни секунды и сразу принялся за лепку.

У Цюй Сяна были очень красивые руки с аккуратными короткими ногтями и чистой кожей.

Ловко подцепив кругляшок теста, он выложил нужное количество фарша, смочил пальцы в воде и едва заметно провел по краю заготовки.

Если бы тесто он раскатывал сам, вода бы не понадобилась, но покупные кругляшки без нее не склеишь.

Сложив тесто пополам, он проворно сжал пальцы, придавливая края — две половинки идеально соединились, не оставляя щелей и не разваливаясь.

В руках тут же сформировался пухлый, округлый пельмешек, похожий на белоснежный слиток серебра.

Весь процесс занимал считанные секунды.

Цюй Сян молниеносно повторял это движение снова и снова.

Вышедший из уборной Чэн Ицзянь не спешил возвращаться в свою комнату.

Какая-то неведомая сила заставила его свернуть на залитую светом кухню.

На кухне было довольно сумрачно, свет приходилось включать даже днем, чтобы готовить.

Стоявшему у входа Чэн Ицзяню отсюда было прекрасно видно всё, что происходило внутри.

Каждое движение Цюй Сяна не ускользнуло от его взгляда.

Цюй Сян услышал шаги еще тогда, когда Чэн Ицзянь только направлялся в эту сторону.

— Проголодался? Сейчас, еще десять минут.

Цюй Сян решил, что Чэн Ицзянь проголодался и ждет еды прямо у порога.

И только сам Чэн Ицзянь знал, что ему просто хотелось повнимательнее разглядеть соседа, умеющего так ловко управляться с едой.

— Ты потрясно готовишь.

— Я повар по профессии. Налепить пельменей — плевое дело. А ты кем работаешь?

— Помогаю людям с переездами.

Чэн Ицзянь и представить не мог, что Цюй Сян окажется поваром — по его представлениям, повара поголовно были средних лет мужчинами с пивными животами и лысинами.

А Цюй Сян выглядел чистым, ухоженным, и от него совершенно не пахло кухней.

Сам Цюй Сян тоже не ожидал, что Чэн Ицзянь работает грузчиком на переездах — это же чисто тяжелый физический труд.

Пятнадцати пельменей ему явно окажется мало.

Быстро прикинув, что есть из продуктов в доме, он мгновенно принял решение приготовить добавку.

Достав большую керамическую чашку, Цюй Сян отмерил туда половник муки, три половника воды, вбил два яйца, добавил щепотку смеси пряностей и соли, вымешал всё до полной гладкости и щедро посыпал мелко нарезанным зеленым луком.

Разогретая сковорода сбрызгивается маслом.

Половник теста отправляется на дно, сковорода легко поворачивается, чтобы блинчик лег ровным слоем.

Такие яичные блинчики получаются тем вкуснее, чем они тоньше, а благодаря тонкости и пропекаются они мгновенно.

Стоявший в дверях Чэн Ицзянь был потрясен проворством Цюй Сяна.

Стоило пельменям опуститься в кипяток, как после короткой манипуляции перед глазами будто по мановению волшебства возникла целая миска яичного теста.

Левой рукой бросает пельмени, правой выпекает блинчики.

Высший пилотаж.

Чэн Ицзянь зачарованно наблюдал за процессом, как вдруг по квартире разнесся аппетитный аромат — завтрак был полностью готов.

Всего из этого теста получилось шесть яичных блинчиков.

Два Цюй Сян оставил себе, а четыре отдал Чэн Ицзяню.

— Держи, забирай еду.

Вручив Чэн Ицзяню тарелку дымящихся пельменей и блинчиков, Цюй Сян повернулся к раковине — домывать посуду и наводить порядок на кухне.

— Спасибо, — Чэн Ицзянь держал тарелку, и тепло от нее передавалось кончикам пальцев, согревая всё тело.

— Не за что, давай ешь быстрее. Оцени, вкусно ли получилось?

Цюй Сян стоял к нему спиной, оттирая сковороду, а Чэн Ицзянь смотрел на его спину.

На Цюй Сяне была слишком свободная одежда — то ли он сам был настолько худым, то ли вещи просто не подходили по размеру. Он напоминал маленького мальчика, нарядившегося в отцовские вещи.

— Обязательно вкусно, — ответил Чэн Ицзянь, унес тарелку в комнату и поставил на маленький столик.

Вспоминая, как домашние переживали перед его переездом на съемную квартиру, опасаясь того и сего, он понимал, что на самом деле ничего страшного не произошло, и жить вдвоем оказалось вполне неплохо.

http://bllate.org/book/25100/2982396