Готовый перевод The Robot Doesn't Speak, It Just Raises Kids / Робот не говорит, он просто растит детей: Глава 16

Вэнь Чэнхуэй именно этого и добивался.

С древних времен известно: взял чужое — будь покладист, отведал угощения — будь сговорчив. Раз он сам выступил в роли хозяина, то после такой трапезы эти люди вряд ли посмеют и дальше притеснять его супруга!

И тогда, пусть Юй Цзяоцзяо хоть обрыдается, изображая из себя невинную овечку, — это ему уже не поможет!

Быстро уладив все дела, Вэнь Чэнхуэй потрепал Юй Фанцзиня по голове и забрал пустой контейнер для еды.

Как только мужчина ушел, в классе воцарилась тишина.

Все переглядывались друг с другом, пока наконец несколько прямолинейных однокурсников не бросились к Юй Фанцзиню.

— Фанцзинь! Наш спаситель! Ну же, не сиди больше в этом углу, пересаживайся сюда! Здесь места лучше, с них доску отлично видно!

— Верно, верно, пересаживайся скорее.

Опомнившиеся студенты шумной толпой окружили его: одни осторожно подталкивали Юй Фанцзиня, другие помогали нести сумку.

В этой суматохе банковскую карту Юй Цзяоцзяо, валявшуюся на полу, пинали все дальше и дальше, пока она не забилась в какой-то дальний угол.

Когда Ли Цюлань привела Юй Цзяоцзяо обратно, тот обнаружил, что его место занято Юй Фанцзинем, а карта бесследно исчезла.

Его нос, который он с таким трудом поправил, от ярости едва не перекосился снова.

Юй Цзяоцзяо, опираясь на Ли Цюлань, медленно заковылял к своему бывшему месту.

Это было самое лучшее место в аудитории: в самом центре, с отличным обзором, и при этом до него не долетали ни капли слюны преподавателя, ни меловая пыль.

Но теперь там сидел Юй Фанцзинь.

А их с Ли Цюлань учебники и сумки оказались свалены на свободные места в самом конце класса.

Юй Цзяоцзяо охватила неописуемая обида. С самого детства он всегда был в центре внимания, все носили его на руках, как драгоценность.

Даже в те дни, когда Вэнь Цзычэн держал его при себе как игрушку, тот, хоть и бывал суров в постели, в остальном был вполне покладист, а позже и вовсе начал баловать его, как капризного принца.

Разве с ним когда-нибудь обращались подобным образом!

Он стоял рядом с Юй Фанцзинем. Из-за попытки поправить филлер нос покраснел, а на лбу багровело пятно — видимо, ударился при падении. Он смотрел на Фанцзиня покрасневшими глазами, и крупные слезы беззвучно катились по его щекам.

Вид у него был донельзя жалкий.

Окружающие невольно начали сомневаться, не слишком ли они были суровы минуту назад.

Но, вспомнив о предстоящем обеде в Пэншане, люди после недолгих колебаний предпочли сделать вид, что ничего не замечают.

Однако нашлись и те, кого поведение Юй Цзяоцзяо начало раздражать.

Бэй Инчжо, сидевший по диагонали позади Юй Фанцзиня, хмыкнул:

— Юй Цзяоцзяо, ты кого тут пытаешься разжалобить своим видом?

— Ты... что ты имеешь в виду! Это место всегда было моим! — Юй Цзяоцзяо покраснел до корней волос, на лице застыло выражение упрямства и обиды.

— Вот именно! Кто первый пришел, того и место, понимаешь? Здесь только что сидел Цзяоцзяо, с какой стати Юй Фанцзинь его занял? Сначала ты отобрал у Цзяоцзяо родителей, потом увел его парня, а теперь еще и за место взялся! Ты бесстыдник! Совести у тебя нет! — Ли Цюлань с отвращением посмотрела на Юй Фанцзиня.

Вернувшись после того, как они вышли из класса, Юй Цзяоцзяо нашептал ей, что тот мужчина должен был стать его мужем, но Юй Фанцзинь подлыми методами его отбил. А он, будучи в отчаянии, встретил Вэнь Цзычэна, который согрел его своей добротой и помог выйти из тьмы.

После таких слов Ли Цюлань решила, что ее милый ангелочек Цзяоцзяо — несчастная жертва, а Юй Фанцзинь — бессовестная тварь.

Она выпалила все это, не задумываясь, ожидая, что однокурсники снова встанут на их сторону.

Но к ее удивлению, никто не поддержал их, как бывало раньше.

Напротив, люди начали насмехаться над ними.

— Ой, да бросьте вы! В прошлый раз вы клеветали, что Фанцзинь якобы сохнет по старшекурснику Вэню, и утверждали, что он украл кольцо, которое тот подарил. А в итоге сами же сели в лужу.

— Только что вы намекали, что Фанцзиня содержит какой-то красавчик, а теперь говорите, что он увел парня у Юй Цзяоцзяо. Вы только и делаете, что плетете интриги.

— Но вы, небось, не ожидали, что тот красавчик сам сказал: они с Фанцзинем законные супруги!

— Вот именно! У них официальный брак, с красными свидетельствами! Так кто у кого парня увел?

— Юй Цзяоцзяо, ты что, опять скажешь, что Юй Фанцзинь увел у тебя старшекурсника Вэня? Но тот красавчик явно круче, чем Вэнь! На месте Фанцзиня я бы тоже выбрала того мужчину. Ой, Фанцзинь, я не в том смысле, что хочу у тебя его отбить! Я просто констатирую факт!

— Ха-ха, понимаю. По части внешности наш красавчик Вэнь в этот раз проиграл по делу.

— Ладно, хватит. Юй Цзяоцзяо, если виноват — признай. Юй Фанцзинь столько времени сидел на задних партах и слова не сказал, а тебе пришлось один раз пересесть, так ты сразу слезы льешь. Кто тебе чем обязан?

— Точно. И вообще, когда вы тогда выбежали, мы думали, вы сбежали с занятий. Кто же знал, что вы вернетесь.

— Пф-ф, если бы меня так при всех приложили, я бы и носа в аудиторию не показала.

Студенты дружно рассмеялись, и Юй Цзяоцзяо окончательно потерял лицо.

Топнув ногой, он все-таки поплелся на заднюю парту.

— Вы! Вы еще пожалеете об этом! — Ли Цюлань бросила гневный взгляд на тех, кто смеялся, и поспешила за Юй Цзяоцзяо, сев рядом с ним.

Вскоре прозвенел звонок, и в аудиторию вошел преподаватель.

Он был одним из тех, кто присутствовал на совещании, и, увидев, что Юй Фанцзинь и Юй Цзяоцзяо поменялись местами, на мгновение замер.

Однако ничего не сказал, лишь молча достал из кармана маленькую черную коробочку и положил на кафедру.

Затем началось занятие.

В середине лекции пришло время вопросов. Преподаватель обвел взглядом аудиторию, посмотрел на поднявшего руку Юй Фанцзиня, потом на Юй Цзяоцзяо, и наконец его взор упал на черную коробочку на столе.

Поколебавшись, он нажал на кнопку включения.

Затем, как обычно, начал опрос.

Студенты отвечали один за другим. Может, из-за мыслей о предстоящем обеде в Пэншане, их внимание было рассеяно, и ответы выходили не самыми блестящими, но, по крайней мере, верными.

Вскоре очередь дошла до Юй Цзяоцзяо.

Тот непроизвольно выпятил грудь, поднял руку, глядя на преподавателя с выражением упрямства и легкой хрупкости, словно жаждал, чтобы его спросили. Черная серьга в его левом ухе поблескивала на солнце.

Преподаватель должен был радоваться такому прилежному студенту.

Но, взглянув на черную коробочку, он вспомнил слова Вэнь Чэнхуэя, сказанные после того, как Юй Фанцзинь покинул совещание.

Вэнь Чэнхуэй объяснил, что серьги, которые Юй Цзяоцзяо носит каждый день — это новейшая разработка Корпорации Вэнь, еще не вышедшая в продажу: Bluetooth-гарнитура.

Звук передается через кость, а подвеска служит микрофоном. В более продвинутых версиях встроена микрокамера.

Первая версия была создана для эстетов, вторая — как секретное оружие для нужд государства.

Вопрос: если товар еще не выпущен, почему Юй Цзяоцзяо щеголяет в них повсюду?

Вэнь Чэнхуэй предположил, что в компании завелся «крот», но также заподозрил, что отличная успеваемость Юй Цзяоцзяо по финансам может быть связана именно с этим устройством.

Он подозревал, что на другом конце кто-то в режиме реального времени подсказывает ему ответы.

А черная коробочка — это секретный прибор, разработанный Корпорацией Вэнь специально для блокировки сигнала этой гарнитуры. Если его включить, связь оборвется в радиусе ста ли.

Вэнь предложил преподавателям попробовать включить прибор во время опроса Юй Цзяоцзяо, чтобы проверить догадку.

И вот теперь, когда прибор был включен, преподаватель назвал имя Юй Цзяоцзяо.

— Следующий вопрос. Юй Цзяоцзяо, ответьте, пожалуйста.

— Конечно, преподаватель! — Глаза Юй Цзяоцзяо засияли. Он с торжеством посмотрел на Юй Фанцзиня, который тоже тянул руку, но остался без внимания, и, полный уверенности, поднялся с места.

Преподаватель щелкнул мышкой, на экране появился вопрос.

Это была тема, которую они уже проходили; любой, кто внимательно слушал, мог бы ответить.

Юй Цзяоцзяо, как обычно, сделал вид, что вчитывается в задание, и замер в ожидании подсказки в наушнике.

Однако шли секунды, а в наушнике было тихо.

Лицо преподавателя с каждой минутой становилось все мрачнее.

— Юй Цзяоцзяо? Не можете ответить? Вам нужна подсказка?

— Я... э-э... я помню, этот код... это... — Юй Цзяоцзяо покрылся холодным потом.

Весь его недавний лоск и уверенность испарились, лицо стало мертвенно-бледным.

— Студент Юй Цзяоцзяо, дам подсказку: материал четвертой главы, — преподаватель все еще не хотел верить, что ошибся в человеке.

Ли Цюлань весь урок была занята тем, что защищала Юй Цзяоцзяо, и сама почти не слушала. Когда преподаватель начал опрос, она запаниковала, а услышав подсказку, лихорадочно начала листать учебник до четвертой главы.

Но они забыли, что этот преподаватель не любит следовать учебнику слово в слово. Он часто объяснял материал так, как легче понять, добавляя собственные мысли.

Поскольку слушать было интересно, остальные студенты хоть что-то запомнили.

А Юй Цзяоцзяо?

Он с самого начала сидел с важным видом, прикидываясь прилежным студентом. И вот результат: не может ответить на простейший вопрос.

Взгляды однокурсников стали подозрительными.

Видя, что тот молчит, преподаватель холодно сказал:

— Хорошо, если не знаешь, так и скажи. Я не буду ругать. Садись.

Юй Цзяоцзяо бледный опустился на стул.

Преподаватель перевел взгляд на Юй Фанцзиня:

— Юй Фанцзинь, встаньте и ответьте на этот вопрос.

Юй Фанцзинь, привыкший к тому, что его игнорируют, на мгновение опешил.

Затем, справившись с волнением, он прочитал вопрос и сразу же выдал верный ответ.

Его голос не был громким, но в тишине аудитории звучал отчетливо. Каждое слово словно втаптывало Юй Цзяоцзяо в грязь.

Затем преподаватель задал еще несколько вопросов — некоторые были сложнее программы, некоторые проще — и Юй Фанцзинь ответил на все.

Чем дольше длился этот диалог, тем больше загорались глаза преподавателя, и тем сильнее он злился на самого себя.

Ответы были блестящими!

Более того, Юй Фанцзинь не просто повторял лекцию, а связывал материал с другими ситуациями, выдвигал гипотезы.

Их беседа превратилась в мини-семинар. Они были так увлечены, что даже однокурсники, сами того не замечая, начали слушать с интересом.

Беседа затянулась, и преподаватель, видя, что Юй Фанцзинь уже устал стоять, позволил ему сесть.

Тут как раз прозвенел звонок.

Преподаватель напоследок взглянул на Юй Цзяоцзяо, незаметно выключил черную коробочку, запер ее в столе и вышел.

Как только он ушел, Юй Цзяоцзяо, не обращая внимания на Фанцзиня, в панике выбежал из класса в туалет.

К началу второго урока он вернулся с прежним самоуверенным видом.

Жаль только, что преподаватель на этот раз вопросов не задавал.

Ближе к обеду студенты начали проявлять беспокойство.

Когда наконец прозвенел звонок, все повскакивали с мест, чем не на шутку напугали преподавателя.

Юй Цзяоцзяо и Ли Цюлань, заметив это, украдкой схватили свои сумки и пристроились к толпе.

Они все утро терпели унижения и теперь надеялись затесаться в толпу и поехать в Пэншань.

В конце концов, платит Юй Фанцзинь, и раз он пригласил весь поток, то почему бы им не поехать?

Раз есть возможность на халяву поесть, грех не воспользоваться!

С этой мыслью они, стараясь не привлекать внимания, поплелись в хвосте группы.

К их удивлению, им удалось дойти до школьной парковки.

Там в ряд стояли восемь роскошных минивэнов и один дорогой седан. У каждой машины был свой водитель и слуга. Увидев людей, Цюань Чжэнфэй тут же вышел из машины.

— Госпожа!

Юй Фанцзинь до сих пор не привык к этому обращению, его уши невольно покраснели.

— Эм... Управляющий Цюань, можете называть меня просто по имени.

— Слушаюсь, госпожа. Позвольте мне проводить вас в машину, госпожа!

Юй Фанцзинь: «...» Ладно, пусть будет так.

За пару дней он понял, что этот внешне серьезный и рассудительный управляющий — тот еще шутник.

За маской невозмутимости скрывалась душа, обожающая подкалывать других.

В их группе было сорок человек, и восьми минивэнов как раз хватало, но Юй Фанцзинь сел в личный седан, и освободившееся место в минивэне нагло занял Юй Цзяоцзяо.

Остальные студенты, увидев его, лишь переглянулись с недоумением и брезгливостью, но ради общего спокойствия промолчали.

В сопровождении головной машины кортеж плавно доехал до парковки у ресторана Пэншань.

Выйдя из машин, все были поражены увиденным.

Это поистине было похоже на бессмертную обитель: слои цветущей сакуры, искусственные горы, водопады и озера, в которых не было ничего отталкивающего, и величественные здания в китайском стиле в самом центре — все это стоило огромных денег.

По пути управляющий Цюань, подобно гиду, рассказывал о пейзажах, об архитектурных стилях разных династий и о том, как ресторан был основан.

Только тогда все узнали, что Пэншань — это частная собственность нынешнего главы Корпорации Вэнь, Вэнь Чэнхуэя.

Поскольку с детства он был привередлив в еде, Вэнь Чэнхуэй, еще не достигнув совершеннолетия, открыл этот ресторан для себя и своих друзей. Позже, по совету близких, он начал принимать и других гостей.

Однако из-за заоблачных цен посетителей было немного.

Поэтому даже в самый разгар обеденного времени здесь было тихо, а у входа гостей встречал вышколенный персонал.

Управляющий Цюань остановился у входа, дальше группу сопровождали официантки в китайских ципао.

Юй Цзяоцзяо и Ли Цюлань, стараясь быть незаметными, пристроились в самом конце.

Ли Цюлань, чтобы лучше прикрыть Юй Цзяоцзяо, взяла его сумку, и они, делая вид, что что-то ищут, пытались проскользнуть внутрь.

Но не тут-то было. Как только Ли Цюлань подошла к входу и через стеклянную дверь увидела антикварную обстановку внутри, она, будучи фанаткой исторических драм, тут же забыла о своей роли и, раскрыв рот, побрела за толпой.

Юй Цзяоцзяо хотел последовать за ней, но путь ему преградил возникший из ниоткуда управляющий Цюань.

— Прошу прощения, домашняя птица, дальше нельзя. Господин Вэнь сказал, что сегодня приглашены только однокурсники супруга, а вас в списке нет.

— Ты! — Лицо Юй Цзяоцзяо почернело от ярости.

В тот день он ушел рано и не видел Цюань Чжэнфэя, приняв его за обычного слугу семьи Вэнь.

Он тут же принял позу будущего супруга главы клана и взревел:

— Ты знаешь, кто я такой? Как ты смеешь меня останавливать? Я младший брат Юй Фанцзиня и парень вашего господина Вэня! И как ты вообще смеешь! Как ты смеешь называть меня птицей! Ты хоть понимаешь, что я могу приказать господину Вэню уволить тебя?!

— Господин Птица, будьте осторожны в выражениях. Наш господин Вэнь и супруг — любящая пара, откуда взяться другому парню? — Управляющий Цюань проигнорировал его крик, на лице его застыла дежурная улыбка. Но тут он внезапно осекся.

Его глаза расширились от изумления, а голос стал громче:

— Боже мой, так вы хотите стать любовником?

Услышав это, Юй Цзяоцзяо залился краской до корней волос.

От стыда и гнева он задохнулся:

— Ты сошел с ума! Кого ты называешь любовником?! Я парень Вэнь Цзычэна!

Управляющий Цюань с преувеличенным облегчением выдохнул:

— О-о! Так вы парень младшего господина Вэня! Господин Птица, нужно выражаться точнее. Младший господин Вэнь — не глава Корпорации Вэнь, как можно так путать? Если кто-то услышит, разве это не станет посмешищем для всего клана Вэнь?

Юй Цзяоцзяо не ожидал, что вместо подтверждения своего статуса его будет поучать какой-то слуга.

Более того, этот человек продолжал...

Продолжал называть его домашней птицей!

— А-а-а-а! Следи за своим языком! Кто, черт возьми, птица?! Ты хоть понимаешь, что я могу найти людей, которые с тобой расправятся?!

Управляющий Цюань невинно моргнул:

— Ну, господин Вэнь... Он очень проницателен. Он предвидел, что какая-нибудь домашняя птица обязательно попытается пробраться в ресторан на халяву, вот и велел мне поймать вас.

Юй Цзяоцзяо: «...» Черт!

Управляющий Цюань, видя, что тому нечего ответить, улыбнулся и грациозно удалился.

Наглец! Еще смеет обижать их супруга!

Юй Цзяоцзяо стоял на месте, скрежеща зубами. Спорить он не мог, ругаться боялся.

В конце концов, топнув ногой, он развернулся, чтобы уйти.

Но не успел он пройти и пару шагов, как его охватил ужас.

Его телефон и кошелек были в сумке, которую он отдал Ли Цюлань как реквизит для спектакля. Сейчас у него при себе не было ни гроша.

Он оглянулся на роскошный ресторан, лицо его исказилось.

Возвращаться не хотелось, но, понимая, что Пэншань находится в глуши, ему ничего не оставалось, как, подавив стыд, молча поплестись обратно к ресторану.

http://bllate.org/book/25053/2973406