Готовый перевод The Robot Doesn't Speak, It Just Raises Kids / Робот не говорит, он просто растит детей: Глава 4

Он глубоко вздохнул, через силу поборов страх, поднял голову и попытался оправдаться:

— Я не видел никаких колец и тем более ничего не крал у Юй Цзяоцзяо.

— Ха, до сих пор изворачиваешься перед лицом смерти! Ты видел хоть одного вора, который сам признался бы, что он вор? — Цяо Ее холодно усмехнулась и с презрением посмотрела на него.

— Именно! — поддержала её Ли Цюлань, которая стояла рядом с Юй Цзяоцзяо и утешающе обнимала её за руку. — К тому же, это кольцо Цзяоцзяо подарил старшекурсник Вэнь! Ты так сильно любишь старшекурсника Вэня, наверняка узнал об этом и поэтому стащил кольцо!

— Ещё раз повторяю: я не люблю Вэнь Цзычэна! Ни в этой жизни, ни в следующей я не стану его любить!! — в очередной раз попытался объясниться Юй Фанцзинь, изо всех сил отчаянно защищая себя.

Он действительно не любил Вэнь Цзычэна. Пусть тот некогда и спас его, но сейчас Вэнь Цзычэн — в конце концов, его номинальный младший деверь, да к тому же парень этой ненавистной Юй Цзяоцзяо! Нужно быть сумасшедшим, чтобы испытывать к нему хоть какие-то чувства!

Однако Цяо Ее и остальные вовсе ему не верили. В их взглядах, направленных на него, не хватало разве что выведенной большими буквами фразы: «Не ври нам тут».

— Оставь эти сказки для себя! А ту фотографию, где ты клеишься к старшекурснику Вэню, мы ведь все сохранили для тебя!

— Старшекурсник Вэнь — гордость нашей школы, он красив, богат, а его семья обладает первоклассным влиянием. И ты говоришь, что не любишь его? Думаешь, мы в это поверим?

— По-моему, он просто завидует, что наша Цзяоцзяо нашла такого прекрасного парня, и тайком извелся от злости и зависти.

— Ладно, хватит болтать, скоро придёт учитель, давайте обыщем его! — Е Цзэжэнь поленился слушать пустую болтовню этих двух девиц и зашагал в сторону Юй Фанцзиня.

Улыбку на его лице уже было невозможно скрыть, и в месте, где никто не мог его видеть, он беззвучно одними губами произнес для Юй Фанцзиня:

— Юй Фанцзинь, на этот раз тебя никто не спасет.

Юй Фанцзинь в ужасе отступал назад, пока практически всем телом не вжался в стену; его затылок с глухим стуком врезался в оконную раму.

Но он совершенно не обращал внимания на боль в затылке.

— Не подходите! Если пропала вещь, вы можете заявить в полицию! Я готов содействовать расследованию, но вы не имеете права устраивать обыск!

— Цзяоцзяо потеряла кольцо, такое крошечное, пока приедет полиция, и след простынет! — увидев, что Е Цзэжэнь шагнул вперед, Цяо Ее тут же с ехидным злорадством последовала за ним.Она и Е Цзэжэнь были друзьями детства, поступившими в университет из одного уездного городка. Она втайне уже давно любила Е Цзэжэня, но вот беда — Е Цзэжэнь предпочитал мужчин!

И еще большая беда — этого проклятого мерзавца перед ее глазами!

Цяо Ее свирепо уставилась на прелестное личико перед собой.

Нельзя было отрицать, что Юй Фанцзинь, хотя из-за постоянной нехватки еды и одежды и выглядел совсем худеньким и мелким, будто недоросль, унаследовал внешность матери-модели. Черты его лица отличались изысканностью, словно произведение искусства, кожа была белой и нежной, а из-за сильной худобы его и без того немаленькие миндалевидные глаза казались еще больше.

Изначально бледные губы окрасились кровью, и весь он одновременно казался и невинным, и соблазнительным, отчего у Е Цзэжэня внизу живота всё сжалось, а в глазах едва скрывалось вожделение — так и хотелось овладеть им прямо здесь.

Он положил глаз на эту прелесть с самого начала учебы, тем более что этот прелестный парень выглядел робким и запуганным, при виде людей глуповато улыбался — сразу было ясно, что это мягкотелый фрукт, которого легко обвести вокруг пальца.

Вот только он никак не ожидал, что фрукт-то мягкий, да только не поддается никаким уловкам: ни мягкие угрозы, ни уговоры не помогали!

Жизнь, когда видишь желаемое, но не можешь попробовать, стала для него настоящей мукой.

Сегодня он непременно должен сорвать хоть какие-то проценты!

Е Цзэжэнь и остальные шагнули вперед, прижимая Юй Фанцзиня к стене. Отступать тому было уже некуда, разве что снова лезть на подоконник.

Теперь он мог лишь молиться, чтобы запоздавший учитель поскорее вернулся.

Секунда за секундой тянулись для Юй Фанцзиня как годы. Он швырнул в Е Цзэжэня и его компанию всё, что попалось под руку, даже пнул в их сторону мусорное ведро, но это ничуть не могло остановить шаги этого зверя.

Ему оставалось только плакать и звать на помощь, умолять стоявших рядом однокурсников о содействии, а в конце концов он даже сквозь слезы умолял Юй Цзяоцзяо больше не преследовать его.

Однако по-прежнему никто не обращал на него внимания. Кое-кто из проходивших мимо студентов, услышав шум и заглянув внутрь, просто садился неподалеку в качестве зрителей и даже со смехом поднимал телефоны, чтобы снимать видео.

Увидев это, Е Цзэжэнь рассмеялся еще безумнее, и его смуглые, покрытые грубой кожей руки стали постепенно приближаться к нему.

При этом он фальшиво и мягко уговаривал:

— Фан-фан, за ошибки надо отвечать. Будь послушным, и когда я найду кольцо, я замолвлю за тебя словечко перед Цзяоцзяо, хорошо?

Юй Фанцзинь притянул школьный рюкзак, закрываясь им как щитом, и свирепо посмотрел на него:

— Не надо! Не подходи ко мне, ты, извращенец! Подонок! Насильник!Е Цзэжэнь на мгновение замер, с наигранной беспомощностью вздохнул, повернулся к Юй Фанцзиню и произнес с нежностью в голосе:

— Фанфан, я признаю, что поступил неправильно, подглядывая за тем, как ты признаешься старшекурснику Вэню, но это была лишь случайность. Я уже столько раз объяснял тебе, что в тот день я вовсе не следил за тобой. К тому же, те фотографии опубликовал не я.Ты не можешь нарочно недоразумение меня из-за злости. Я так сильно люблю тебя, мне больно, когда ты так поступаешь.

Юй Фанцзинь широко раскрыл глаза — он еще никогда не встречал настолько бесстыдного человека!

— В тот день ты явно пытался со мной распутничать, и только благодаря тому, что мимо проходил старшекурсник Вэнь, он меня спас! Я не признавался ему в любви и тем более не люблю его! И тебя я тоже никогда не полюблю!! До каких же пор вы будете меня прессинговать?!

Услышав это, Цяо Ее одновременно разозлилась, испытала укол ревности и занервничала:

— Тьфу! Цзэжэнь любит тебя, но раз ты говоришь, что Цзэжэнь пытался причинить тебе вред, почему же ты не обратился в полицию?! Ты утверждаешь, что тебя спас старшекурсник Вэнь, так почему же, когда поднялся такой шум, старшекурсник Вэнь не вышел вперед, чтобы замолвить за тебя словечко?

Чем больше говорила Цяо Ее, тем больше была уверена в своей правоте. Уперев руки в боки, она продолжила нападки:

— Да кто же не знает, что старшекурсник Вэнь — самый добрый и мягкосердечный человек на свете? Если бы он действительно спас тебя, то непременно встал бы на твою сторону и помог во всем разобраться. А раз он не вышел, значит, ничего подобного он попросту не делал!

После этих слов Цяо Ее несколько зевак среди однокурсников внезапно согласно закивали, словно озаренные догадкой.

Судя по всему, в их глазах Вэнь Цзычэн был именно таким — нетерпимым к несправедливости, мягким и добрым старшим товарищем.

И как бы Юй Фанцзинь ни распинался, пытаясь всё объяснить, это никак не могло изменить их мнения.

Видя, как выражение лица Е Цзэжэня становится все более самодовольным, а его полные греховных замыслов руки подбираются все ближе и ближе.

Юй Фанцзинь почувствовал, как его сердце превратилось в пепел, и одна его рука украдкой потянулась к подоконнику.

Их класс находился на четвертом этаже, а внизу тянулось твердое бетонное покрытие. Если спрыгнуть отсюда на этот раз, он, пожалуй, действительно погибнет.

На этот раз добрый господин уже не придет ему на помощь...

Возможно, добрый господин однажды увидит новости, поймет, каким человеком он был на самом деле, и даже пожалеет, что когда-то спас его.

При одной только мысли об этом сердце Юй Фанцзиня пронзила невыносимая боль: пусть кто угодно ошибается на его счет и ненавидит его, но он не хотел бы, чтобы тот человек тоже ненавидел его.

Однако у него больше не было выхода.

Из уголка глаза Юй Фанцзиня скатилась последняя слезинка, и он приготовился в любой момент перелезть через окно, чтобы смертью отстоять свою чистоту.

Но в этот самый момент в его ладонь втиснулся какой-то прохладный предмет.

Он еще не успел сообразить, что это такое, как стоявший ближе всех Е Цзэжэнь вдруг издал жуткий вопль, а затем рухнул на пол и забился в безумных судорогах.

Находившиеся в классе люди испугались столь неожиданного поворота событий.

— Цзэ... Цзэжэнь? Т-ты что с тобой? — Цяо Ее пришла в себя первой и опустилась на корточки рядом с Е Цзэжэнем, но не знала, с какой стороны к нему подступиться.

Всё дело было в том, что сейчас этот парень выглядел точь-в-точь как человек, которого ударило током.

Он лежал на полу и содрогался в конвульсиях, его некогда гладкие волосы встали дыбом, глаза закатились, а изо рта шла пена.

Зрелище было настолько жуткое, что ни у кого не хватило бы смелости приблизиться. Разве что такая дурочка, как Цяо Ее, которая уже столько времени тайно была влюблена в Е Цзэжэня — любила его настолько сильно, что была готова добровольно стать женой гея — решилась сразу же подбежать к нему и попыталась дотронуться.

Вот только окружающие никак не ожидали, что, немного посомневавшись, она и вправду попытается помочь Е Цзэжэню подняться.

Она думала, что если воспользоваться этой возможностью, Е Цзэжэнь наконец прозреет и поймет, что Юй Фанцзинь не стоит его любви, и что только она, Цяо Ее, та самая девушка, которая готова разделить с ним и жизнь, и смерть.

Быть может, тогда Е Цзэжэнь обернется и выберет ее.

Но эта мысль промелькнула лишь на мгновение — как только Цяо Ее прикоснулась к телу Е Цзэжэня, она тут же горько пожалела об этом.

Стоило ей дотронуться до Е Цзэжэня, как она пронзительно взвизгнула, повалилась прямо на мужчину и забилась в судорогах вместе с ним.

Кафель на том участке пола они своими судорожными движениями натерли до безупречного блеска — так чисто, что в нем даже отражалось ошеломленное лицо Юй Фанцзиня.

Тем временем, в пространстве сознания.

Вэнь Чэнхуэй обессиленно рухнул обратно на свой диван.

Стоит отметить, что у таких высокоточных роботов, как они, любая деталь на вес золота.

Хотя он и был порождением высоких технологий, нехватка некоторых комплектующих не означала, что вся его система мгновенно парализуется.

Не говоря уже о том, что он обладал функцией самовосстановления.

Вот только скорость этого самовосстановления была далеко не высокой, ее смело можно было назвать черепашьей!

Но что еще важнее — то самое устройство, которое он отдал прошлой ночью, было важнейшим соединителем его роботного сердца!

Вообще-то, эта штуковина предназначалась исключительно для того человека, который их приобрел.

Поскольку эта вещь находилась у хозяина, обе стороны могли в любое время и в любом месте отслеживать местонахождение друг друга, а робот-соединитель обладал абсолютным приоритетом управления — даже если хозяин случайно потерял бы его, робот все равно мог приказать вещи вернуться к владельцу.

Но самым полезным было то, что в случае противоправного посягательства на жизнь хозяина робот мог заставить устройство выпустить накопленный внутри заряд электричества, чтобы выиграть для хозяина хоть малейший шанс на выживание.Хотя функция запасного электричества расходуется лишь раз в день и на первый взгляд кажется бесполезной, она несравнима с прошлым разом, когда ему оставалось лишь беспомощно смотреть, как Юй Фанцзиня травят, не имея возможности прийти на помощь.

Имея такую штуковину рядом с Юй Фанцзинем, чувствовать себя будешь куда в большей безопасности!

Но он никак не ожидал, что стоит ему лишь на мгновение отвлечься на починку мизинца, как его бедное несчастное создание снова кто-то побеспокоит! И даже ударит!!

Вэнь Чэнхуэй мысленно дулся в пространстве своего сознания, в то время как снаружи Юй Фанцзинь стоял с ошеломленным выражением лица, совершенно не понимая, что произошло.

Он находился так близко к Е Цзэжэню, что по идее, когда Е Цзэжэня ударило током, ему тоже было не миновать разряда.

Но то, что происходило прямо перед ним...

Юй Фанцзинь был совершенно сбит с толку и лишь с опозданием вспомнил, что только что в его ладонь будто бы что-то заскользнуло.

Но когда он поднял руку и разглядел, что именно лежит у него на ладони, он снова замер.

Упавшая секунду назад гайка... сама вернулась к нему?!

Какого чёрта?! Эта гайка что, обрела разум и стала демоном???

Он что, спит, что ли?!

Юй Фанцзинь был одновременно потрясен и растерян, в то время как Юй Цзяоцзяо, изображая до смерти испуганного олененка, прижался к Ли Цюланю, который был чуть ниже его ростом, и выглядел так, будто вот-вот рухнет от слабости.

Из-за того, что подряд два человека рухнули от удара током, в классе поднялся шум.

Все зашумели, и в один миг в классе начался такой кавардак, будто котелок с кашей перевернулся: одни кричали, что нужно вызывать экстренные службы, другие спорили, звонить ли в больницу.

Пока вдруг из коридора не раздался зычный, подобный колоколу голос:

— Учебное время, чего шумите?!

Затем в заднюю дверь класса вошли две высокие фигуры.

Юй Фанцзинь испугался этого голоса, его тело, прислонившееся к окну, качнулось, и он торопливо ухватился рукой за подоконник, чтобы удержать равновесие.

И стоило пройти лишь мгновению, как Юй Цзяоцзяо, словно обретя долгожданную опору, снова жалобно всхлипнул:

— У-у-у, Цзычэн, почему ты пришел, мы... я просто хотел попросить Фанцзиня вернуть мою вещь, я думал, он, может, просто случайно перепутал, но я не ожидал, что он откажется возвращать и еще ударит одноклассника током...

Юй Цзяоцзяо смахнул слезы у уголков глаз, в его взгляде читалась всевозможная обида, но в конце концов он лишь легко потянул Вэнь Чзычэна за полу одежды и дрожащим голосом произнес: — Хотя то, что ты подарил мне... но, но если Фанцзиню так сильно нравится, то ладно, пусть оставляет, я... я... у-у-у, я просто подарю ему это... у-у-у.

Хотя Юй Цзяоцзяо на словах заявлял, что готов отдать вещь Юй Фанцзиню, в следующий же миг на его глазах снова выступили слезы, пальцы добела вцепились в одежду Вэнь Чзычэна, и весь его вид выражал невыносимую горечь и обиду.

Все, кто видел эту сцену, испытывали к нему жуткую жалость.

Взгляд Вэнь Чзычэна, смотревшего на него, слегка потемнел, он поднял руку и успокаивающе похлопал Юй Цзяоцзяо по спине, и тот покорно прильнул к его груди, беззвучно роняя слезы.

Вэнь Чзычэн на секунду замер, но все же опустил руку и легко обнял юношу за талию, после чего поднял взгляд на худощавого паренька напротив.

Юй Фанцзинь к этому моменту уже выпрямился. Жить ему хотелось сильно, а поскольку пришел учитель и Е Цзэжэнь потерял сознание, он поспешно сделал пару шагов вперед, удаляясь от опасного окна.

Но стоило ему выпрямиться, как эта тирада Юй Цзяоцзяо пригвоздила его на месте от изумления.

Как на свете могут существовать люди с настолько толстой кожей? Которые способны лгать прямо в глаза?

Юй Цзяоцзяо изо дня в день жил в Клане Юй, а он с тех самых пор, как его выдали замуж в Клан Вэнь, безвылазно жил там же, и виделись они в лучшем случае изредка в школе — с какой стати ему было воровать вещи Юй Цзяоцзяо?

Но он не мог этого сказать...

Люди из Клана Вэнь смотрели на него свысока. И хотя позже, уладив дела с Кланом Юй, его записали на фамилию Клана Юй и даже сочинили фальшивейшую историю о его происхождении...

Все это было лишь временной мерой, и если бы не крайняя необходимость, они бы ни за что не позволили посторонним узнать, что в их семью взяли такую подделку.

Разумеется, родители Вэнь не разрешали Юй Фанцзиню упоминать за пределами дома что-либо, связанное с Кланом Вэнь.

Именно поэтому Юй Цзяоцзяо смел так беззастенчиво клеветать на него, прекрасно понимая, что Юй Фанцзинь ничего подобного не делал — но что с того?

Он был всего лишь домашней собачкой, с которой можно было делать всё, что заблагорассудится! А если заиграться до смерти — останется винить лишь собственную горькую судьбу!

Юй Фанцзинь невольно сжал руки в кулаки и с надеждой посмотрел на Вэнь Чзычэна.

На самом деле он почти ничего не знал об этом девере, но было неоспоримым фактом, что тот спас его от Е Цзэжэня.

Все вокруг твердили, что тот ненавидит несправедливость, добр и отзывчив. И хотя Юй Фанцзинь не понимал, как столь прекрасный человек мог обратить внимание на Юй Цзяоцзяо, а вдруг... вдруг он действительно согласится помочь ему еще раз?

Хотя бы ради их детской привязанности...

К тому же Вэнь Чзычэн прекрасно знал, что за весь этот год он вообще не покидал Клан Вэнь!

Как он мог пойти в Клан Юй и украсть кольцо, которое Юй Цзяоцзяо постоянно носил при себе?Когда Вэнь Цзычэн встретился взглядом с глазами Юй Фанцзиня — черными, как тушь, но при этом удивительно ясными, — он на мгновение замер, и его сознание погрузилось в кратковременное помутнение.

Его рука сама собой соскользнула с талии Юй Цзяоцзяо, и он с некоторым смущением отстранил того от себя.

Чувства Вэнь Цзычэна к Юй Фанцзиню были чрезвычайно сложными. Он не должен был знать этого мальчика, но неизвестно почему, всякий раз, когда он видел, как Юй Фанцзиня обижают, у него на душе тоже скребли кошки.

И это при том, что данный человек был одним из тех, кого он сейчас сильнее всего хотел убрать с дороги.

Но эти глаза…

Почти бессознательно Вэнь Цзычэн опустил взгляд, встретился с испуганными глазами Юй Цзяоцзяо и мягко успокоил его:

— Цзяоцзяо, здесь профессор Ван, встань пока ровно.

Лишь после этого Юй Цзяоцзяо, будто до конца всё осознав, заметил стоявшего рядом с Вэнь Цзычэном преподавателя, который так сильно опоздал на эту пару, — Вана Ли.

Его лицо вмиг залилось краской, от стыда он не смел поднять глаз и лишь непрерывно извинялся перед профессором Ваном:

— Про… простите, профессор, я был так расстроен… не, не заметил, как началось занятие…

Сказав это, он не удержался и с кокетливым упрёком покосился на Вэнь Цзычэна, словно жалуясь на то, почему тот не предупредил его пораньше.

Вэнь Цзычэн лишь беспомощно улыбнулся в ответ, а затем протянул руку, потрепал его по голове и аккуратно стер с его лица слезинки.

Эта сцена заставила окружающих студентов мысленно завопить от умиления!

Если бы не присутствие преподавателя, они, пожалуй, прямо здесь превратились бы в диких обезьян, способных только орать от восторга.

И лишь Ван Ли оставался с абсолютно бесстрастным выражением лица. Он повернулся и бросил взгляд на стоявшего в углу мальчика с настороженным и съёжившимся видом, после чего перевел взгляд на лежащих на полу Цяо Ее и Е Цзэжэня, которых уже ударило током до потери сознания.

Он махнул рукой, велев стоявшему ближе всех студенту отвести эту парочку в медпункт.

Затем он окинул взглядом собравшихся и сурово произнес:

— Кто мне объяснит, что здесь вообще произошло? Стоило мне немного задержаться по делам, как вы тут устроили такой шум!

Ван Ли был профессором кафедры искусственного интеллекта Бэйхуа. Хотя ему уже исполнилось шестьдесят лет, в его внешности почти не чувствовалось старости: он сохранял прямую осанку и по-прежнему строгий, внушительный вид.

Все на факультете компьютерных наук — от преподавателей до студентов — трепетали перед ним.

Он был строже всех на лекциях и предельно серьезно относился к делу. К тому же он оставался единственным на всем факультете, кто из-за тех слухов ни капли не дискриминировал Юй Фанцзиня.

Когда Юй Фанцзинь подходил к нему с вопросами, он всегда терпеливо его наставлял.

По правде говоря, Ван Ли не слишком-то верил тем сплетням.

Он общался с Юй Фанцзинем некоторое время: этот парень был очень вежлив, обладал огромной жаждой знаний, имел собственное понимание своей специальности и генерировал множество идей.

Во время их бесед Ван Ли часто забывал, что Юй Фанцзинь всего лишь студент. Его неизменно поражало нестандартное мышление юноши, и когда они затягивали разговор, это больше походило на академическую дискуссию между друзьями. Человек, обладающий столькими талантами, совершенно не нуждался в том, чтобы у кого-то списывать.

Однако беда заключалась в том, что доказательства, представленные Юй Цзяоцзяо, выглядели совсем не фальшивыми, из-за чего сам профессор пребывал в сильнейшем противоречии.

И вот теперь, видя, как Юй Фанцзиня довели до такого состояния, Ван Ли чувствовал себя крайне беспомощным.

Порой ему даже хотелось посоветовать парню взять академический отпуск — по крайней мере, до тех пор, пока все забудут об этих слухах, а уже потом вернуться.

Вот только он уже заводил об этом разговор, но Юй Фанцзинь знал: Клан Вэнь никогда не потерпит невестку в академическом отпуске. Если он действительно подаст заявление на перерыв в учебе, то, пожалуй, у него больше никогда в жизни не будет шанса вернуться.

Как только Ван Ли задал вопрос, один из стоявших неподалеку и долго наблюдавший за всем студент тут же перехватил инициативу, чтобы дать объяснения:

— Профессор Ван, тут такое дело: у Цзяоцзяо пропало кольцо, а потом Юй Фанцзинь только что возился тут один в одиночку и что-то вынюхивал, вот они с Цзяоцзяо и заподозрили, что кольцо украл именно он.

Услышав это, Ван Ли нахмурился:

— То есть у вас не было ни малейших доказательств, и вы вот так просто, на пустом месте, стали подозревать человека?

— Но… но ведь Юй Фанцзинь постоянно крадет вещи Цзяоцзяо, я думаю… вряд ли тут может быть какая-то ошибка… — Тот студент немного смутился под взглядом Вана Ли, но раз уж слова были сказаны, он инстинктивно продолжал искать оправдания.

Чем больше он говорил, тем сильнее убеждался в собственной правоте. Скосив глаза на Юй Цзяоцзяо, который смотрел на него с благодарностью, он внезапно выпрямил шею и продолжил: — Цзяоцзяо всегда был очень щедр к нам. Если бы это кольцо не было подарком от старшекурсника Вэня, он бы точно не стал намеренно цепляться к Юй Фанцзиню! Я верю, что у него наверняка есть доказательства! Верно, Цзяоцзяо? Давай же, покажи профессору Вану улики!

— О? Студент Юй Цзяоцзяо, раз уж у тебя есть доказательства, не будешь ли любезен предъявить их мне? — Следуя за взглядом того студента, Ван Ли тоже посмотрел на Юй Цзяоцзяо.

Стоило обоим закончить фразу, как выражение лица Юй Цзяоцзяо мгновенно изменилось.

http://bllate.org/book/25053/2973394