— Сяо Цинь, ну ты даешь, просто везунчик! — Чжао Хаоцзюнь, выпив целый пузырек зелья восстановления крови, снова почувствовал себя полным сил. Заметив, что Цинь Лиюй достал еще два таких же пузырька, он одобрительно поднял большой палец вверх.
Цинь Лиюй бросил на него быстрый взгляд и, развернувшись, направился к лестнице:
— Поднимусь, осмотрюсь.
— Пойдемте и мы. Надеюсь, та бомба не разнесла всю деревню в щепки, — Чжао Хаоцзюнь, не обращая внимания на холодность Цинь Лиюя, пожал плечами и обратился к остальным.
Однако в тот момент, когда Ван Чжо и Чжан Линцяо не видели, Чжао Хаоцзюнь и Ли Чэнъюэ обменялись многозначительными взглядами. Оба заметили странности в поведении Цинь Лиюя.
Когда тот держал лук, его манеры становились мягче, а на лице блуждала легкая улыбка. Но стоило ему взяться за длинный клинок, как взгляд мгновенно становился острым, а от всей фигуры начинало исходить холодное, опасное сияние.
Похоже, в этом едва достигшем совершеннолетия юноше скрыто немало тайн, — подумал про себя Чжао Хаоцзюнь.
— Э?! — раздался озадаченный возглас Ван Чжо, поднимавшегося следом за Цинь Лиюем.
Наверху всё оставалось без изменений: ни в доме старосты, ни на улице перед ним не было ни малейшего следа недавней битвы. Исчезли даже трупы монстров, которых они только что перебили.
— Что происходит? Неужели всё, что мы видели, было иллюзией? — Чжан Линцяо произнесла это скорее в шутку, но тут же поморщилась: ее руки все еще ныли от бесконечной стрельбы из лука. Какая уж тут иллюзия?
— Думаю, во время выполнения задания на время мы попадали в отдельное пространство, — порассуждав, ответил Цинь Лиюй. — В начале миссии в небе был золотистый барьер.
— В других подземельях Игры Национальной Судьбы такое тоже случалось, это не редкость, — пояснила Ли Чэнъюэ.
Ее объяснение успокоило Ван Чжо и Чжан Линцяо — в конце концов, у них не было причин лгать друг другу.
— А это что такое? — Чжао Хаоцзюнь внезапно обнаружил нечто новое. Когда остальные обернулись, он уже вертел находку в руках.
И тут, на глазах у всех, он триумфально споткнулся и растянулся на полу во весь рост.
Ли Чэнъюэ даже не успела его подхватить и лишь беспомощно наблюдала, как он с глухим стуком приложился головой о землю.
Четверка переглянулась, и кто-то из них не сдержал смешка.
Чжао Хаоцзюнь моментально вскочил на ноги:
— Эй-эй! Я вообще-то изучал воспоминания старосты! Вы чего, издеваетесь?
Цинь Лиюй перевел взгляд на руку Чжао Хаоцзюня, в которой тот сжимал какой-то предмет. Это был старый значок с потертыми краями — вещь, которую явно берегли. Но внимание Цинь Лиюя привлекло другое: на предплечье Чжао Хаоцзюня проступили черные вены, выглядевшие как зловещее предзнаменование.
— Раньше этого не было. Где ты его нашел? — Ли Чэнъюэ обладала отличной памятью и была уверена, что до начала миссии в доме старосты этой вещи не лежало.
— Да прямо у входа в подвал, — удивленно ответил Чжао Хаоцзюнь. — Разве вы не видели, когда поднимались?
— Похоже, это предназначалось тебе, — негромко произнес Цинь Лиюй с понимающей улыбкой. — Кажется, староста к тебе проникся?
— А? — Чжао Хаоцзюнь нахмурился. — Но я вообще-то люблю милых девушек…
— Ой, замолчи, холостяк ты несчастный, — безжалостно осадила его Ли Чэнъюэ, не оставив ему ни капли авторитета.
— Э? Откуда ты знаешь?! — ошарашенно воскликнул Чжао Хаоцзюнь.
Чжан Линцяо прикрыла рот рукой, чтобы скрыть смех, а Ван Чжо заметно расслабился. Цинь Лиюй отметил про себя, насколько внимательны были Чжао Хаоцзюнь и Ли Чэнъюэ к состоянию товарищей.
После тяжелого боя они трое — Чжао Хаоцзюнь, Ли Чэнъюэ и сам Цинь Лиюй — были готовы к подобному напряжению. Но Ван Чжо и Чжан Линцяо до участия в Игре Национальной Судьбы были обычными людьми и никогда не видели ничего подобного. Их нервы были на пределе, и эти шутки были нужны лишь для того, чтобы разрядить обстановку.
— Так что ты там увидел? — Ван Чжо, видя, что все ушли от темы, решил вернуть разговор в нужное русло.
— О, слушайте, — Чжао Хаоцзюнь опустился в кресло старосты, и остальные тоже расселись по местам, приготовившись слушать.
В молодости староста был искателем приключений. Он много путешествовал, видел разное — и справедливое, и подлое. Постарев, он затосковал по родным краям, бросил городскую жизнь и вернулся в деревню, где вырос. В свободное время он часто рассказывал деревенским детям истории из своей юности, прививая им доброту и желание помогать слабым.
Поэтому, когда дети притащили в деревню изможденную красавицу, староста ничуть не удивился.
Многое повидавший на своем веку, он знал, что в эпоху, когда аристократы творят что хотят, хрупкая и красивая женщина может столкнуться с ужасными вещами. Он позволил несчастной остаться, надеясь дать ей тихую жизнь.
Девушка была молчалива и прекрасна, у нее было немало поклонников, но она никого не замечала, часто подолгу глядя в одну сторону. Староста догадывался, что у нее остался возлюбленный, с которым она была разлучена. Понимая, что она не отвечает взаимностью местным парням, он просил их оставить ее в покое.
А в тот день, когда Лия погибла, увидев ее маленькое бездыханное тело, староста словно лишился всех сил. Лия была его любимицей — талантливая, красивая, смышленая, она мечтала о приключениях. Староста не мог смириться с ее смертью и поклялся найти виновного.
Осматривая тело, он обнаружил странную силу — нечто, с чем сталкивался в молодости и что всей душой ненавидел. Это была сила Размножения. Староста не мог ошибиться: это был след зловещего культа, который проводил эксперименты на людях, превращая их в нечто чудовищное, лишенное человеческого облика.
Староста понимал: если за смертью Лии стоит Культ Размножения, деревне не выстоять. Адепты культа действовали как единое целое, а их сила позволяла создавать бесконечных марионеток. Но сдаться он не мог, поэтому, все тщательно обдумав, отправил письмо.
— Откуда взялся еще один культ? — простонала Чжан Линцяо. Одно название говорило о том, что ничего хорошего ждать не стоит.
Бесконечные монстры, особенно те, что патрулировали окрестности и были как две капли воды похожи друг на друга… Если это не были родственники, ставшие чудовищами, значит, все они были созданы Культом Размножения из жителей деревни.
— Как думаете, какова вероятность, что Саманта из этого самого Культа? — Чжао Хаоцзюнь потер подбородок, глядя в потолок.
— Процентов семьдесят, — ответила Ли Чэнъюэ. — Даже если она не член культа, то наверняка один из их экспериментальных образцов.
— Я тоже думаю, что она подопытная, — тихо добавил Ван Чжо. — Говорили же, что ее нашли без сознания у реки? Возможно, она просто сбежала.
— Ну, теперь у нас проблемы, — вздохнул Чжао Хаоцзюнь.
— Почему? — с любопытством спросила Чжан Линцяо.
— Если Саманта действительно из Культа Размножения, и мы подозреваем, что она — главный босс, то вне зависимости от того, подопытная она или адепт, у нее наверняка есть эта сила. А к чему приводит сила Размножения?
Цинь Лиюй, не меняясь в лице, холодно произнес:
— К тому же, что и в этой миссии: мы будем встречать бесконечные волны монстров.
После его слов в комнате повисла тяжелая тишина. Долгое время никто не решался нарушить молчание. Наконец Чжао Хаоцзюнь вздохнул:
— Не стоит так переживать, это всего лишь догадка.
Он сказал это, чтобы приободрить остальных, но все прекрасно понимали, что он думает на самом деле.
http://bllate.org/book/25037/2963790
Сказали спасибо 0 читателей