Готовый перевод Yoho! Even Enigma Must Call Me Master / Ого! Даже Энигма назовёт меня господином: Глава 8

У меня что, крыша едет?

Ли Яньлян раздраженно зарылся пальцами в короткие, аккуратно уложенные пряди волос. От собственных мыслей его пробрала легкая дрожь, и он поспешно бросился в уборную, чтобы смыть прохладной водой липкий пот.

Действуя привычно и ловко, он быстро приготовил миску лапши с мясным соусом, в мгновение ока умял ее, вымыл посуду и собрал вещи. Расчет по времени оказался идеальным: он пришел к месту сбора первокурсников на пять минут раньше.

Ли Яньлян выбрал факультет тактики и комплексных дисциплин, тогда как Мэн Цзичжоу и Мэн Цзифэй предпочли бизнес и финансы — все трое попали в разные группы.

Оглядев разрозненную толкучку у точки сбора и не встретив ни единого знакомого лица, Ли Яньлян почувствовал себя слегка не в своей тарелке.

Впрочем, заводить знакомства и первыми идти на контакт он не любил, поэтому просто отыскал свободную клумбу, опустил рядом сумку и уселся прямо на бордюр.

Внезапно перед глазами выросла тень.

— Утром доброе, — поприветствовал его Хо Чжэнъянь, чуть склонив голову.

Ли Яньлян: «……»

Ли Яньлян: «Чего ты привязался, как привидение?»

— Разве так можно холодно общаться с соседом по комнате? Мне обидно.

Наигранно-обиженное выражение лица Хо Чжэнъяня на мгновение вогнало Ли Яньляна в ступор.

Что с этим парнем не так? Почему он ведет себя как обиженная молодая жена?

По своей природе Ли Яньлян был мягкосердечен к тем, кто не шел напролом, и яростно защищал своих. Стоило этому человеку сбросить высокомерную маску, как на душе у Ли Яньляна сразу потеплело, однако бдительности он терять не собирался.

Этот тип явно не из простых — а вдруг он притворяется, чтобы провести его?

Пришлось соблюдать хотя бы элементарные приличия:

— Ничего личного, я со всеми так общаюсь. Мне не нравится, когда кто-то подбирается слишком близко. Держи социальную дистанцию и отойди назад.

— А? — в глазах Хо Чжэнъяня мелькнуло недовольство, но он тут же улыбнулся и отступил на добрых полметра. — Так нормально?

— Еще дальше.

Еще полметра: — Так?

— Еще дальше.

Еще полметра: — Хватит?

Ли Яньлян наконец почувствовал, как давящее напряжение отпустило, и с облегчением кивнул:

— Угу. Больше не подходи ближе этой отметки.

Многие из тех, кто пришел пораньше, вовсю глазели на их перепалку, тайком наблюдая за развитием событий.

Их совместные фотографии уже давно завирусились в студенческих чатах. Увидев парней вживую, многие хотели подойти познакомиться, но при виде их воинственного настроя никто не смел приблизиться.

А услышав слова Ли Яньляна, зеваки и вовсе решили держаться начеку.

— Ли Яньлян такой крутой.

— Жутко хочу раздобыть его контакты, но я не решусь…

— Забей, от него так и веет опасностью…

Вэнь Шэн бесшумно подозлся к границе полутораметрового круга и с любопытством поинтересовался:

— А как ты на военной подготовке будешь выкручиваться?

Остальные тут же вспомнили: точно! Во время построения же придется стоять плечом к плечу!

Ли Яньлян перевел взгляд на Вэнь Шэна, в глубине его глаз все еще плескалось раздражение от выходки Хо Чжэнъяня.

Перед ним стоял парень ростом около метра восьмидесяти, с аккуратной короткой стрижкой и чуть квадратным лицом, напоминающим детское. Правильные черты лица, здоровый золотистый загар и улыбка, обнажающая восемь ровных зубов — от него везло какой-то мальчишеской миловидностью.

Решив, что сморозил что-то не то, Вэнь Шэн торопливо представился:

— Я Вэнь Шэн. Рад знакомству.

Видя искренность нового сокурсника, Ли Яньлян кивнул на Хо Чжэнъяня и открыто рассмеялся:

— Я просто на него одного взъелся.

Услышав это, Вэнь Шэн подумал: погоди-ка, ты же минуту назад говорил…

Вэнь Шэн плюхнулся на землю рядом с Ли Яньляном, устроившись бок о бок:

— Вы что, кровные враги?

Ли Яньлян прищурился и посмотрел чуть больше чем за метр — кончики пальцев Хо Чжэнъяня были скрыты от глаз, а его улыбка казалась непостижимо глубокой. Повернувшись к Вэнь Шэну, Ли Яньлян пояснил:

— Не сошлись характерами, понимаешь? Не все могут быть друзьями.

Вэнь Шэн попытался осмыслить услышанное:

— Не сошлись характе…

— Правда? — перебил Вэнь Шэна Хо Чжэнъянь, и уголки его губ похолодели. — Ты хочешь сказать, что мы не сошлись характерами?

Ли Яньлян: «А то нет? С ним-то?»

В воздухе повисло молчание.

Зеваки зашушукались.

— Охереть, приплыли. В первый же день такой накал страстей…

— Того гляди, подерутся.

— Рано или поздно загремят на арену для спаррингов.

— Но до чего же хороши собой! И вроде бы не похожи на конченых отморозков?

— Наверное, из-за какой-то старой обиды сцепились?

— Кто ж знает, а вдруг? Вчера же кто-то спорил, чья внешность круче!

— Видимо, решили меряться силами?

— Очень похоже на то.

Улыбнувшись, Хо Чжэнъянь бросил на Вэнь Шэна многозначительный взгляд и молча зашагал прочь.

От этой улыбки и взгляда Вэнь Шэна пробрала дрожь, и он тихо спросил Ли Яньляна:

— Как тебя зовут?

— Ли Яньлян.

— Что у вас за атмосфера такая… Он что, отбил у тебя омегу?

— …У тебя и фантазия. Просто терпеть не могу таких типов, которые лезут к каждому встречному, чтобы понюхать чужие феромоны.

Вдалеке, под деревом, Хо Чжэнъянь как раз придвинулся к шее какого-то альфы, легонько втянул носом воздух, а затем принялся весело о чем-то с ним болтать.

Ли Яньлян кивнул:

— Вот видишь. Именно такое поведение.

Для Ли Яньляна железы были невероятно чувствительной частью тела, личным пространством. Подобные выходки Хо Чжэнъяня равнялись тому, чтобы подходить к первому встречному с вопросом: можно я понюхаю твою грудь или пах?

Это было крайне… бесстыдно.

— А мне показалось, он к тебе неравнодушен… — Вэнь Шэн почесал затылок и добавил себе под нос еле слышным шепотом: — Между вами точно что-то есть!

Но Ли Яньлян расслышал лишь первую половину фразы.

И именно она повергла его в полный ступор.

— Чего?

Он снова посмотрел на дерево вдали.

— Он к тебе неравнодушен.

Слова Вэнь Шэна эхом отдавались в голове.

Серьезно? С чего он это взял?

Стоило Хо Чжэнъяню просто встать там, как он тут же начинал выглядеть так, будто снимается в дораме — казалось, он способен играючи собрать вокруг себя толпу поклонников.

А благодаря дружелюбной улыбке он мгновенно находил общий язык с окружающими.

То и дело вокруг него вспыхивали раскаты смеха.

Настоящий прирожденный соблазнитель! Ходячий кондиционер для всех подряд!

Неравнодушен? Да он с ума сошел! С какой стати ему быть ко мне неравнодушен?!

Ли Яньлян цыкнул языком:

— И в мыслях не было, мы же оба альфы.

Ни одно учебное заведение в здравом уме не станет рисковать и селить альф и омег в одну комнату — никому не нужны лишние проблемы.

Раз их поселили вместе, значит, Хо Чжэнъянь стопроцентный альфа.

По крайней мере, в медицинской справке должно быть именно так.

— Тоже верно… — Вэнь Шэн посмотрел вдаль, в его голосе проскользнула зависть и легкая кислинка. — Эх, А Янь и правда чертовски популярен. К нему даже омеги из соседних рядов сбежались…

Ли Яньлян ничего не ответил. Ему почему-то казалось, что Хо Чжэнъянь намеренно встал прямо напротив него.

Хотя его это вообще не касалось.

Хо Чжэнъянь? Да пусть встает куда вздумается!

Ему нет до этого дела, да и возиться с ним он не собирается.

И всё же «дружелюбные» улыбки, которыми Хо Чжэнъянь то и дело его одаривал, казались пропитанными вызовом и враждебностью — от них резало глаза.

Более того, в его собственной голове вдруг всплыло кое-что…

Весьма неприятное.

Ли Яньляну стало стыдно и досадно за собственные мысли.

С какой стати ему вообще пришло в голову, что Хо Чжэнъянь — та еще распутная шлюшка?

Хотя черные, спадающие на плечи волосы Хо Чжэнъяня были длинными и шелковистыми, лицо — весьма приятным, соблазнительные глаза источали полусонную лень, брови разлеглась горделивым размахом, переносица была прямой, с идеальным изгибом на самом верху, а тонкие губы почти не расставались с усмешкой.

С головы до ног он был соткан из мягкого, яркого сияния, да к тому же обладал манерами утонченного молодого господина из богатой семьи.

По идее, будь Хо Чжэнъянь омегой, он как раз пришелся бы по вкусу Ли Яньляну.

Но Ли Яньляна почему-то жутко коробило от его ослепительной притягательности.

Такой красотой можно было лишь рушить государства.

Красотой, полной давления.

И какой-то зловещей нотки.

Каждый раз, когда Хо Чжэнъянь поднимал на него взгляд, Ли Яньляну чудилось, будто тот… соблазняет его.

Словно демон, разглядывающий свою добычу.

Врементами его посещали поистине абсурдные фантазии: если бы будущий избранник обладал хотя бы половиной красоты Хо Чжэнъяня, он бы умер без всяких сожалений.

Стоп! Это что же получается, он мысленно примеряет на кого-то роль замены Хо Чжэнъяня?!

Да как он смеет… Нет, только не Хо Чжэнъянь! Этот тип с самого начала вызывал у него глубинное отторжение и жгучую антипатию.

Испуганный до крайности Ли Яньлян поспешно выбросил эти мысли из головы.

Чары! Чистой воды приворотное зелье!

Этот парень — ходячая отрава!

Неужели он один это чувствует?

Остальные что, слепые и не видят, что перед ними потенциальный мерзавец?

С досады он отвел взгляд, пытаясь переключить внимание на живописные пятна солнечного света на асфальте. Время тянулось томительно долго — так долго, что он извелся от сидения на месте.

То ли ему мерещилось, то ли он физически ощущал чей-то блуждающий, полный скрытого смысла взгляд, периодически падавший на его спину.

Ли Яньлян притворился погруженным в свои мысли, делая вид, что ничего не замечает.

А вдруг…

Да нет, показалось. Точно показалось. Если сейчас обернуться, а он вовсе не смотрит, не окажется ли он в дурацком положении…

Ли Яньлян прикусил губу, вспомнив это жгучее предвкушение разочарования, и его ресницы едва заметно затрепетали.

Время неумолимо приближалось к часу сбора. Услышав свисток, Ли Яньлян поднялся вслед за Вэнь Шэном и встал перед инструктором.

Любопытство, предвкушение и нервозность затаились в толпе, отражаясь в глазах каждого.

Они отличались от студентов других университетов. Другие могли ненавидеть военную подготовку или жаловаться на нее, но только не они.

Потому что все они, будь то альфы или омеги, являлись цветом нации, лучшими умами страны, студентами Звездного научно-технического университета.

Распорядок военной подготовки в Звездном научно-техническом университете кардинально отличался от остальных вузов.

В других учебных заведениях студентов обычно заставляли часами стоять под палящим солнцем по стойке смирно, отрабатывать строевые команды и маршировать — и так на протяжении доброй половины месяца.

В Звездном научно-техническом университете эту примитивную подготовку урезали до самого минимума: на нее отводилось всего первые три дня. Всё остальное время представляло собой симуляцию реального боя, где каждый участник погружался в сетевой инстанс и проходил военную подготовку в формате видеоигры.

Иными словами, за исключением трех дней очных сборов на плацу, всё остальное время можно было валяться в комнате с соседями и резаться в игру.

Вот только в этой игре существовали понятия смерти и рейтинговых очков.

После гибели персонажа можно было возродиться, но сама смерть воспроизводилась с пугающей реалистичностью — человек испытывал предсмертную агонию. И пусть болевой порог был снижен на пятьдесят, боль всё равно оставалась весьма ощутимой.

Судя по отзывам старшекурсников, в сам момент виртуальной смерти всё равно становилось жутковато, к тому же за гибель снимали очки. Так что, если была возможность не умирать, лучше было не умирать.

Кроме того, рейтинг напрямую влиял на распределение повышенных стипендий и пособий на первом курсе, а также приравнивался к академическим кредитам по основным предметам. Тем, кто метил в будущем на бюджетное отделение Института межзвездного командования, настоятельно рекомендовалось проявить себя на военной подготовке с самой лучшей стороны.

Иначе потом на экзаменах придётся туго — ведь тогда состязаться придется не только сокурсникам, но и многочисленным претендентам «с вольных хлебов», из-за чего конкуренция взлетит до небес.

Ли Яньлян был уверен в собственных силах и ни капли не сомневался, что без труда получит направление, но, как он уже говорил братьям Мэн, расслабляться и проявлять высокомерие было нельзя — иначе его запросто могли раскатать в лепёшку другие вундеркинды со всей страны.

Инструктор скомандовал построение по росту.

Первым стоял Хо Чжэнъянь — 190 сантиметров.

Вторым — Ли Яньлян — 188,9 сантиметра.

И так далее по убывающей.

Выстроившись, Ли Яньлян с нескрываемым раздражением зыркнул на соседа слева.

Всего два сантиметра!

Где-то пара проклятых сантиметров!

Хо Чжэнъянь с бесстрастным видом смотрел прямо перед собой, губы его по-прежнему трогала легкая усмешка, а во взгляде, брошенном на Ли Яньляна, читалось откровенное издевательство.

Ли Яньлян с досадой отвел глаза.

Надо же, из-за роста он снова второй.

Тц.

Бесит.

Всего какая-то малость, а всё равно ниже.

Ладно, чего уж там, виноват сам — надо было до совершеннолетия уплетать побольше тушеной свинины и ребрышек.

При этой мысле Ли Яньлян машинально расправил плечи и изо всех сил вытянул позвоночник.

Ли Яньлян (мысленно): Хм, теперь вроде бы наравне.

Кто-то позади (шепотом): Ой, у высокого парня впереди волосы как будто на полсантиметра выше стали.

Тот же кто-то (позади): Тут что, ветер подул?

Снова кто-то позади: Да фиг с ним, зато эти двое отлично защищают от солнца своей широкой спиной, хе-хе.

После стандартной рутины со строевыми шагами, командами смирно и вольно и перекличкой каждый из курсантов пропотел насквозь.

Площадка мгновенно наполнилась какофонией запахов — смесью пота и самых разнообразных феромонов, напоминавшую парфюмерную лабораторию под открытым небом. Альфы начали так бурно реагировать, что едва не устроили массовые беспорядки.

В перерыве студенческий совет начал раздавать блокираторы феромонов.

Феромоны альф от природы конфликтовали между собой, и от тяжелого духоты у Ли Яньляна закружилась голова.

Как же мудро поступило руководство Звездного научно-технического университета, ограничившись всего тремя днями очной подготовки! Иначе заставлять такого альфу, как он, органически не выносящего чужие запахи, торчать в подобной атмосфере по полмесяца — это было бы сродни смертоубийству.

С потоком пота запахи феромонов неизбежно выплескивались наружу. Даже такому мастеру самоконтроля, как Ли Яньлян, было трудно полностью подавить собственный аромат, не говоря уже о тех, кто плохо владел своими железами.

Палящее солнце безжалостно раскаляло воздух, вызывая тошноту.

В этот момент слева повеяло необычайной, освежающей прохладой гваякового дерева.

Этот аромат прорезал плотную завесу смешанных феромонов и легко опустился под самый нос.

Чьи это феромоны? Почему они панацеей ложатся на рецепторы? И никакой агрессии.

Мгновенно создавалось ощущение, будто провалился в горный родник — от летнего зноя не осталось и следа.

Неужели кого-то из омег?

Как же вкусно…

Шэнь Цунсы в белой рубашке прошел мимо ряда альф. Выглядел он утонченно и интеллигентно.

Парнишка волок коробки с запасными блокираторами к тентованной палатке и, срезая путь мимо шеренги, внезапно поймал на себе пристальный взгляд. Обернувшись, он встретился глазами с Ли Яньляном, густо покраснел и поспешил ускориться.

Добежав до места и сбросив коробки, он оглянулся и с удивлением заметил, что Ли Яньлян все еще смотрит на него.

— Цунсы, чего у тебя лицо такое красное?

Шэнь Цунсы замотал головой:

— Ничего, на солнце перегрелся.

Он машинально коснулся блокиратора на затылке, думая про себя: «Хотя у меня как раз чувствительный период, уровень технологий блокираторов в Звездном научно-техническом университете высочайший, феромоны просачиваться не должны. Почему тот альфа так на меня посмотрел?»

Неужели аромат всё-таки пробился наружу?

Бред. Если бы пробился, его почувствовали бы и остальные.

Шэнь Цунсы поспешно утащил подругу в укромный уголок:

— Сяо Ин, от меня ничем не пахнет?

Сяо Ин принюхалась:

— Угу, пахнет.

Шэнь Цунсы перепугался до смерти:

— А? Значит, надо менять блокиратор!

Сяо Ин хихикнула:

— Вокруг сплошной дух альфигопота. Расслабься, клубникой не разит.

Шэнь Цунсы с облегчением выдохнул и шутливо толкнул ее:

— Вот вечно ты меня пугаешь! Хватит прикалываться, несмешно же.

Клубникой? Ли Яньлян отвел взгляд.

Тогда чьим же был этот запах?

Неиссякаемый аромат гваякового дерева бодрил и успокаивал одновременно.

Ли Яньляну нестерпимо хотелось узнать, кому принадлежит этот шлейф.

Слева…

Ли Яньлян поднял веки.

Хо Чжэнъянь моргнул:

— Чего тебе, мой дорогой сосед?

Ли Яньлян: ……

Ли Яньлян: До чего же у него на физиономии написано желание схлопотать по шапке.

Хотя… неужели это и вправду от Хо Чжэнъяня несло гваяковым деревом?

Ли Яньлян поманил Хо Чжэнъяня пальцем:

— Иди сюда.

Хо Чжэнъянь покачал головой:

— Не пойду.

Ли Яньлян: ?

Хо Чжэнъянь: — Ты же сам велел мне держаться от тебя на расстоянии полуметра.

Ли Яньлян: «…С каких пор ты у нас такой послушный?»

Хо Чжэнъянь кивнул и послушно шагнул влево:

— С этих самых.

Ли Яньлян: «……»

Кулаки так и чесались.

Он уже собирался высказать всё, что думает, но с удивлением обнаружил, что приятный аромат окончательно рассеялся.

Ни следа.

Сжав челюсти, Ли Яньлян отвернулся, демонстративно показывая, что не намерен больше тратить на него время.

В этот момент перед его носом возникла пластинка блокиратора.

Её держала изящная, нежная и гладкая рука.

Смущенно улыбнувшись, Шэнь Цунсы пролепетал:

— Эм… однокурсник, это твой блокиратор.

Альфы слева от Ли Яньляна: ? Стоп, в смысле — такое предвзятость?! Почему нам он просто швырнул блокираторы в руки и убежал, а перед Ли Яньляном остановился?!

— А, спасибо, — Ли Яньлян взял пластинку и торопливо прилепил ее на затылок.

Заметив, что Ли Яньлян больше никак не отреагировал, Шэнь Цунсы слегка разочарованно подошел к Хо Чжэнъяню:

— И твой тоже.

Хо Чжэнъянь одарил его ослепительной улыбкой:

— Спасибо, ты очень добр.

От этой улыбки Шэнь Цунсы почувствовал себя так, будто его окатило теплым весенним ветерком, а уши вспыхнули:

— Что вы, это пустяки.

Ли Яньлян бросил на них косой взгляд — эта сцена почему-то вызвала у него глухое раздражение.

Когда Шэнь Цунсы дошел до Вэнь Шэна, ему показалось, что лицо того смутно знакомо. Он замялся, протягивая пластинку:

— Ой, послушай, мы случайно раньше не встречались?

Вэнь Шэн: — А? Серьезно? Может быть. Хочешь обменяться…

Шэнь Цунсы порхнул мимо него к следующему.

Вэнь Шэн: — …???

Вэнь Шэн: Что за нулевой уровень эмоционального интеллекта? Разве в таких ситуациях не принято сразу добавляться в контакты?! Как это — ушел?!

Озадаченный взгляд Вэнь Шэна долго провожал мелькавшую в толпе спину.

Раздав блокираторы, парочка с коробками двинулась дальше.

Дорогу скрасил тихий шепот Сяо Ин:

— Ну как, те слухи про то, что они оба делали пластику — правда?

Шэнь Цунсы яростно затряс головой:

— Да нет же, у них стопроцентно всё свое, никаких следов хирургического вмешательства.

Глаза Сяо Ин загорелись:

— Вау! Не зря у твоей семьи свой салон красоты, кому как не тебе разбираться! Разве можно от природы родиться с такими лицами? Богиня Нува точно отсыпала им лишнюю тысячу тонн красоты! Вот бы они оказались тупенькими красавчиками, я так обожаю наивных красавчиков-дурачков!

Шэнь Цунсы (будучи сам таковым) покачал головой:

— Вечно ты смотришь только на внешность. С такой ладной наружностью за ними толпами бегают, куда уж нам тягаться?

Сяо Ин: — Судя по моему богатейшему опыту общения с альфами, тот парень слева — стопроцентный плейбой, а правый красавчик — волк-одиночка. Слушай меня: если надумаешь заводить пару, ищи такого, как этот хмурый тип, не прогадаешь!

Щеки Шэнь Цунсы порозовели:

— Кто тут собрался пару искать! И вообще, с чего это у тебя такой огромный опыт? Мы же с тобой в комнате единственные, кто еще ни с кем не встречался? Хватит хвастаться! Ладно-ладно, хватит болтать, поторопимся на соседний факультет, жара какая, давай потом сходим за арбузным смузи!

Сяо Ин показала ей язык.

Силуэты болтающих девушек постепенно растворились вдаль.

Ли Яньлян отвел взгляд.

Вот видишь, даже простая омега с ходу раскусила, что левый — бабник.

И дело вовсе не в том, что он подслушивал — просто слух у него от природы был слишком острым.

В этот момент от соседа вновь повеяло тяжелым давлением.

http://bllate.org/book/25036/2963507