Готовый перевод Forced Possession! Crazy Psycho Fights and Snatches / Принудительная любовь! Безумцы дерутся за меня: Глава 11

Чэнь Цзуй заметил, как Ли Ян резко побледнел, согнулся в поклоне, называя того директором Вэнем, а затем бросил на него самого быстрый взгляд и поспешно ретировался.

Неужели…

Почему у Чэнь Цзуя было чувство, будто его застукали за изменой?

Ведь между ним и Ли Яном было несколько метров, они не соприкасались, не обменялись и тремя фразами.

— Чэнь Цзуй.

Голос Вэнь Е в этот момент стал ледяным. Чэнь Цзуй развернулся и подошёл к нему.

На глазах у всех сотрудников он не спросил, закончилось ли у того совещание.

И не поинтересовался, как тот, кто должен был быть на собрании на другом этаже, вдруг оказался здесь.

Он просто молча последовал за Вэнь Е в лифт.

Едва они вошли в кабинет, Вэнь Е схватил Чэнь Цзуя за руку. Папки с документами ему больше не были нужны, он небрежно швырнул их на пол.

— Ты знаешь этого человека?

— … — Чэнь Цзуя сжимали так сильно, что было больно. Эта боль, казалось, предупреждала его не болтать лишнего. — Он мой однокурсник.

— Однокурсник?

Вэнь Е, казалось, не поверил. И в голосе, и во взгляде сквозили допрос и недоверие.

— Ага, случайно встретились. Не успели и трёх слов сказать, как ты пришёл.

У Чэнь Цзуя совесть была чиста, он говорил чистую правду. Единственное, из-за чего он чувствовал угрызения совести, — если Вэнь Е узнает, что Ли Ян когда-то был в него влюблён.

Тот бы точно поднял вой.

И, скорее всего, вышвырнул бы парня из компании, чтобы не мозолил глаза.

Лучше не втягивать невиновного в эту историю.

Вэнь Е разжал хватку, сжимавшую руку Чэнь Цзуя, и тут же притянул его в свои объятия.

На душе всё равно было неспокойно, его слова сочились собственничеством:

— Я что говорил? Не разговаривать в компании ни с кем, кроме как с моего позволения.

— У меня рот не для красоты дан. Если не говорить, на что он тогда годится?

Чэнь Цзуй смотрел на властный и совершенно нелогичный вид Вэнь Е. Тот был похож на ребёнка, у которого отняли конфету.

— Зачем ему говорить? Ты можешь целовать меня, и я могу целовать тебя. Или соса…

— Ай-ай-ай, извращенец чёртов, будь человеком! Не говори гадостей.

Чэнь Цзуй уже догадался, какую гнусность тот ляпнет, и зажал ему рот рукой.

Вэнь Е просто смотрел на Чэнь Цзуя, чьё лицо выражало полное отвращение. Недовольство в его взгляде постепенно сменилось мягкостью.

— Ты сегодня хорошо себя вёл. Как насчёт того, чтобы вечером сводить тебя в ресторан?

— Выйти поесть? — недоверчиво переспросил Чэнь Цзуй.

— Ага.

Вэнь Е подумал, что нужно понемногу ослаблять контроль над тем, кого он силой удерживает при себе, постепенно превращая это в обоюдное желание.

Но только если тот будет послушным.

— Я согласен, без проблем.

Чэнь Цзуй радостно кивнул.

Вэнь Е чмокнул Чэнь Цзуя в губы. Пока что это было хорошее начало.

*

Элитный ресторан.

Место элегантное и со вкусом. Едва войдя, Чэнь Цзуй увидел в прозрачных стёклах прекрасный вид на яркие городские огни. Казалось, протяни руку — и дотронешься.

Очень романтично.

Очень атмосферно.

Если бы не полдюжины охранников у входа. Чэнь Цзуй огляделся: было очевидно, что Вэнь Е арендовал весь ресторан.

Этот ресторан наверху был, кажется, самым известным в городе. Аренда целиком должна стоить немалых денег.

— Садись, сокровище.

— … — Чэнь Цзуй сел. Откуда-то сверху доносилась нежная, едва слышная фортепианная музыка.

Мелодия, казалось, струилась дождём.

Ух ты… деревенщина, свету не видывал. Чэнь Цзую казалось, что стул под ним горячий.

— Заказывай.

— А? А… — Чэнь Цзуй взял меню, взглянул на него и слегка обалдел.

Там было не на китайском и не на английском. Так как же заказывать?

Чэнь Цзуй положил меню на стол, покрытый белой скатертью, и ткнул пальцем в первое блюдо.

— I… sa… Что это?

— Бисквитный торт, — перевёл Вэнь Е.

— А это? E… duo… — продолжал допытываться Чэнь Цзуй.

— Блинчики с чёрным трюфелем и икрой, — продолжал переводить Вэнь Е.

Чэнь Цзуй нахмурился:

— Чёрный трюфель — это же гриб. Икру я только слышал, но не пробовал. Она пахнет рыбой?

Вэнь Е тихонько усмехнулся.

— Ты можешь попробовать и узнать, что пахнет рыбой сильнее: это или твой рот, когда ты…

— …

Лицо Чэнь Цзуя мгновенно изменилось. Он с отвращением уставился на Вэнь Е.

Прекрасная атмосфера была разрушена в один миг. Чэнь Цзуй швырнул меню обратно Вэнь Е.

— Заказывай сам. Я деревенщина, всё равно ни черта не понимаю.

Чэнь Цзуй нисколько не стеснялся того, что не может прочесть меню. В конце концов, пусть Вэнь Е смотрит на него свысока. Тот рано или поздно от него избавится.

— Будешь икру?

— … Нет.

— Ладно. Дома поешь моего.

— … — Чэнь Цзуй едва не поперхнулся мятной водой, только что отхлебнув!

Извращенец чёртов!

После этого всё было полностью предоставлено на усмотрение Вэнь Е — и выбор блюд, и вкусы.

Нужно было подождать, пока подадут заказ. Официант открыл бутылку красного вина, сначала перелил его в декантер, дал подышать, а затем с безупречными манерами разлил по бокалам Вэнь Е и Чэнь Цзуя.

— За нас, сокровище.

Вэнь Е поднял бокал. Когда Чэнь Цзуй чокнулся с ним, ему в голову пришла мысль, что он чувствует себя как героиня телесериала.

Которую ужином угощает властный генеральный директор.

А потом ведёт в отель на ночь любви, и наутро она просыпается самым счастливым человеком на свете.

До чего же клишированно.

Они прождали почти час, прежде чем еду начали медленно подавать на стол.

Чэнь Цзуй уже так хотел в туалет, что терпеть не было сил.

Он встал, чтобы выйти, но в самом ресторане туалета не было — только снаружи.

На всём пути за ним следовали Вэнь Е и охранники.

В этот момент ощущение изменилось. Было такое чувство, будто он совершил смертный грех, а этот ужин — его последняя трапеза.

Вернувшись на место.

Чэнь Цзуй взял вилку и отправил в рот кусочек еды размером с ноготь. Вкус был странный. Он хотел ещё, но, взглянув на белоснежную тарелку, обнаружил, что там уже пусто.

Был только тот один кусочек.

Один за другим подали несколько блюд.

Чэнь Цзуй сделал вывод: чёрт возьми, он не наелся. Каждый раз — по чуть-чуть.

Муха, если бы залетела, лизнула бы еду — и та бы кончилась.

К концу трапезы Чэнь Цзуй подумал, что лучше бы он съел на улице тарелку лапши с перцем.

И то хорошо, что Вэнь Е вообще позволил ему выбраться подышать воздухом. Просить ещё и лапшу с перцем — уже наглость. Хорошо, что не накормил плетью.

Весь процесс еды.

Вэнь Е практически не сводил глаз с Чэнь Цзуя.

Сначала он не хотел нарушать их совместную романтичную трапезу, но в конце концов не выдержал и спросил:

— Не нравится?

— А? Нормально.

Чэнь Цзуй жевал три куска стейка «Веллингтон», лежащие на тарелке. Раз Вэнь Е пригласил его поесть, что тут жаловаться?

— Ты то и дело хмуришься. Такое впечатление, что еда тебе в тягость.

— Да нет же.

Чэнь Цзуй всё съел. Не транжирить еду — старая добрая традиция.

Вэнь Е отложил нож и вилку.

— Я впервые привёл кого-то в ресторан на свидание.

— …

Услышав это, Чэнь Цзуй почувствовал, что сама атмосфера вокруг изменилась, наполнилась какой-то двусмысленностью.

Чэнь Цзуй задумался…

Вэнь Е, кажется, многое сделал впервые именно с ним. К тому же тот был гораздо красивее него самого.

Со стороны казалось, что это Чэнь Цзуй остался в выигрыше.

В следующую секунду Чэнь Цзуй снова обрёл рассудок.

Что это я себя так промываю мозги?

Какая разница, как он выглядит? Извращенец есть извращенец. Разве мне мало тех мучений, что он мне уже причинил?

В туалете.

У него всё болело внутри…

http://bllate.org/book/25027/2959461