Готовый перевод The Villain's Guide to Raising Cubs / Злодей-лисенок воспитывает наследника: Глава 16

Полиция?!

Тань Цин, которого еще мгновение назад клонило в сон, вмиг протрезвел от испуга.

Он навострил уши, прижавшись к дверному косяку, и подозрительно переспросил, испытывая невольные муки совести:

— Так поздно, откуда мне знать, настоящие вы полицейские или нет?!

Голос из-за двери звучал сурово, строго и преисполненно праведного долга:

— Мы можем предъявить служебное удостоверение и личный жетон для проверки, а теперь, пожалуйста, откройте дверь.

Тань Цин:

— …

— Если вы продолжите не открывать дверь, мы расценим это как воспрепятствование законной деятельности полиции.

Тань Цин:

— …

Тань Цин был готов завыть.

С тех пор как он попал сюда и узнал, что по законам социалистического государства после его основания нечисти запрещено обретать разум и превращаться в людей, он всегда вел себя предельно осторожно и боялся угодить за решетку.

Он никак не ожидал, что, несмотря на все его старания и бдительность на протяжении стольких дней,

жизнь все же доберется до него — маленького, хрупкого, но такого прожорливого лисенка.

Тань Цин на мгновение задумался, отскочил от дверного косяка к маленькой деревянной кроватке и пару раз шлепнул Тань Цзицзи по пухлому заднику:

— Сынок! Вставай! Спрячь хвост!

Малыш, сладко спавший в своей кроватке, проснулся, обиженно потер глаза пухлыми ручками, а кончик его хвостика бессознательно качнулся из стороны в сторону. Он сонно и растерянно пролепетал:

— Па… па…

Тань Цин строго указал на хвост Тань Цзицзи:

— Быстро спрячь его.

Малыш беспомощно поднял личико и растерянно посмотрел на Тань Цин.

Тань Цин глубоко вздохнул, протянул руку, потянул за покачивающийся из стороны в сторону хвост и принялся убесовещевать кроху:

— Сделай так, чтобы этот отросток превратился обратно и исчез! Иначе нас поймают люди, понял?

Тань Цзицзи с трепетом вытянул хвост из рук Тань Цин и со всей серьезностью бережно прижал его к груди.

Тань Цин:

— …

Стоявшие за дверью полицейские снова постучали:

— Гражданин, если вы не откроете дверь, мы войдем силой.

— Нет-нет-нет-нет-нет!

Не имея другого выхода, Тань Цин быстро вытащил из прикроватной тумбочки подгузник-нагрудник и крайне неумело натянул его на попу малышу, после чего схватил с дивана штанишки с кофточкой и облачил ребенка, угрожая и одновременно заискивая:

— Выйдешь на улицу — не смей шевелиться, сиди тихо у меня на ручках, понял?

Тань Цзицзи решил, что папочка собирается одеть его и повести гулять, поэтому послушно захлопал в ладоши и, устроившись в объятиях Тань Цин, замер, лишь доверчиво утыкаясь в него макушкой.Тань Цин нарочно прижал маленькую попку Тань Цзицзи к себе, укрывая его в объятиях, до смерти боясь, что там, где прячется хвостик, проступит бугорок, и снова предостерег: — Не смей вилять хвостом! Если кто-нибудь заметит, твой хвост тут же отрежут!

Тань Цзицзи, то ли поняв, то ли не поняв угрозу, забавно сморщил носик, и все его личико выражало крайнее напряжение.

Как бы то ни было.

Успев как раз до того, как в дверь постучали снова, Тань Цин с Тань Цзицзи на руках распахнул ее.

Хотя освещение в коридоре было тусклым, бдительное шмыганье маленьким носиком, с которым Тань Цзицзи принюхивался к гостям, успешно сразило наповал стоявшего на пороге молодого полицейского.

В результате оба стража порядка одновременно перевели взгляд на стоявшего за спиной ребенка Тань Цзицзи... Тань Цина.

И тут же обнаружили, что человек, державший малыша на руках, оказался еще красивее.

Малец был все-таки мал, и хотя он унаследовал прекрасные черты своих пап и в будущем несомненно обещал вырасти писаным красавцем, сейчас в нем все еще отчетливо проступала детская наивность.

Зато Тань Цин выглянул из-за спины Тань Цзицзи, и его невероятно утонченное лицо предстало во всей красе.

Он моргнул длинными изогнутыми ресницами и тут же выдал дежурное трио отрицаний: — Дяденьки полицейские, клянусь, я вовсе не торговц людьми! Посмотрите на этого детку... на ребенка, как же сильно он на меня похож!

И правда.

Все выглядело обоснованно и убедительно.

Оба полицейских переглянулись.

Такой красивый ребенок... и впрямь не похож на тех, что рождаются в обычных семьях.

Тон, которым полицейский задал следующий вопрос, стал чуть мягче: — Вы что же, живете здесь вдвоем с сыном? Когда вы сюда переехали?

Тань Цин честно ответил: — Больше полугода назад.

Полицейский сделал пометку в блокноте и снова спросил: — Кем вы сейчас работаете?

Тань Цин изобразил глубочайшую скорбь: — Безработный, сижу дома.

Полицейский: — ...

Стоявший слева страж порядка, словно что-то вспомнив, дернул за рукав своего напарника и указал на Тань Цина: — Я вспомнил, вас ведь зовут... как-то там Цин, да?

Глаза Тань Цина мгновенно засияли, и он с надеждой произнес: — Да-да-да, я раньше был знаменитостью! Вы меня знаете? Я точно не похититель людей!

— Не знаю. Зато моя девушка от вас фанатеет, — полицейский покачал головой. — Вы же бывший участник группы...

Тань Цин: — ...

Ха.

Глупые людишки.Тот полицейский принялся убесовывать его с самыми благими намерениями:

— Я помню, у тебя же недавно были какие-то странные слухи с тем парнем, у которого куча семейного бизнеса, с Хэ, Хэ Минюем? Вообще-то моя девушка права, посмотри на себя: если бы ты был похож на своего напарника, как там его, Жань, Жань...

Тань Цин почесал мочку уха и дружелюбно подсказал:

— Жань Аньло.

— Точно-точно, посмотри на своего напарника, он такой честный и преданный делу. Ты, конечно, красивее своего напарника, но вот как человек...

К счастью, полицейский, стоявший с другой стороны, оказался вполне адекватным и прервал эту смертоносную порцию нравоучений:

— Послушайте, господин Тань, раз уж у вас появился ребёнок, где ваша жена?

Тань Цин выпалил без раздумий:

— Мы с ним развелись.

— Тогда она живет...

— Он сбежал с другим диким мужчиной.

— Мы можем как-то с ней связаться?

— Он сбежал с диким мужчиной глубоко в горы.

— ...

Оба полицейских заново приняли официальный тон:

— Господин Тань, мы просим вас сотрудничать. Вы, конечно, знаменитость, но пока нет никаких доказательств, что ребёнок на ваших руках — действительно ваш.

Тань Цин:

— ...

Тань Цин скриврил острые клыки, переводя взгляд с одного полицейского на другого и обратно, и наконец глубоко вздохнул:

— Ладно, и как же тогда доказать, что мой детёныш... ребёнок — мой?

Полицейский спросил:

— У вас есть свидетельство о рождении ребёнка?

Тань Цин растерянно покачал головой.

Полицейский снова спросил:

— А ваш ребёнок вписан в вашу домовую книгу?

Тань Цин:

— Нет.

Полицейский:

— Тогда вам всё же придется проехать с нами в отделение, нам нужно провести ДНК-тест, чтобы установить, является ли ребёнок вашим биологическим чадом.

Тань Цин:

— ...

Полицейская машина такая черная, такая большая и такая быстрая.

Цин Цин так боится.

Тань Цин прижал к себе Тань Цзицзи на заднем сиденье, достал телефон и спросил сидевших спереди полицейских:

— Могу я позвонить другу?

Полицейский обернулся:

— Конечно. Вы, знаменитости, все наверняка любите звать адвокатов? Только вот в нашей стране действует закон о защите несовершеннолетних, и адвокаты не могут вмешиваться в нормальное расследование полиции.

Тань Цин фыркнул пару раз, немного посомневался над несколькими номерами в записной книжке и в конце концов нажал на один из них.

Когда звонок прошёл, Жун Шэн как раз выпивал в тихой обстановке вместе с Хэ Минюем.

Они были лучшими друзьями почти двадцать лет, и Жун Шэн с первого же взгляда понял, что у Хэ Минюя сегодня просто отвратительное настроение.

Впрочем, неудивительно.

Будь у него хорошее настроение, этот Хэ Минюй никогда бы не позвал его выпить.

Телефон лежал рядом, и, разглядев светящееся имя звонящего на экране, Жун Шэн неосознанно покосился на сидевшего рядом Хэ Минюя.

Хэ Минюй как раз поднял низкий стеклянный стакан и залпом осушил налитый в него буро-золотой алкоголь.

Он пододвинул стакан бармену:

— Ты чего на меня уставился?

Жун Шэн улыбнулся:

— Ничего, я отвечу на звонок.

Хэ Минюй даже не поднял головы и опрокинул в себя ещё одну рюмку.

Жун Шэн отошел на несколько шагов и принял вызов:

— Тань Цин, что случилось?

Тань Цин всхлипывал на другом конце провода:

— Тут такое дело, короче... Меня полиция забрала...

Жун Шэн:

— ...

Жун Шэн торопливо вернулся за столик.

Он даже не успел подобрать слова, чтобы попрощаться с Хэ Минюем, как увидел, что тот уже подхватил со спинки стула своё пальто и небрежно взмахнул рукой:

— Я пошёл.

Жун Шэн замер, и слова на его языке мгновенно сменились вопросом:

— Чего это ты так спешишь?

Голос Хэ Минюя прозвучал глухо, в нём слышалось упорное нежелание мириться с происходящим:

— Дела. Поеду человека выручать.

Жун Шэн тут же бросил:

— Тогда твой водитель...

Хэ Минюй уже вышел.

Жун Шэн потерял дар речи, поднял со спинки стула своё пальто и накинул его. Он уже собирался уходить, как его взгляд случайно упал на два стеклянных стакана на стойке.

Стаканы казались прозрачными в свете ламп, а под дном одного из них лежала оставленная Хэ Минюем бумажная купюра для расчёта.

Жун Шэн помедлил пару секунд, повернулся к бармену и спросил:

— Вы эти стаканы перед использованием моете?

Бармен проработал здесь уже немало дней и, конечно, знал статус обоих гостей, поэтому поспешно ответил:

— Директор Жун, вы что, шутите над нами? Мало того что моем, так ещё и дезинфицируем по несколько раз!

Жун Шэн протянул руку, взял стакан, стоявший чуть дальше от него, и уголки его губ изогнулись:

— А мне вот очень нравится ваш стакан, хочу взять в качестве образца, сколько с меня?

http://bllate.org/book/24991/2955467