Готовый перевод The Mad Beauty Plots Against Me / Прыжки между мирами: Безумная красавица не даёт мне покоя: Глава 14

Глава 14. Не плачь, не шуми, не оглядывайся

Сун Цы лучезарно улыбнулась, и её голос прозвучал удивительно мягко:

— После урока зайди ко мне в кабинет.

Му Цзиньнянь встретился взглядом с её глазами, в которых искрилась улыбка, и сердце его забилось в бешеном ритме. Вся та психологическая защита, которую он выстраивал целый вечер, в одно мгновение рассыпалась в прах.

Когда он пришел в себя, её уже и след простыл, а у доски стояла учительница английского и что-то без умолку бубнила.

Синь Ван ткнул Му Цзиньняня локтем:

— Ты ведь собирался пойти к учительнице Сун после урока, верно?

Му Цзиньнянь непонимающе посмотрел на него, пряча взгляд за длинными прядями волос, в которых читалась настороженность.

— Не напрягайся так, — Синь Ван почувствовал себя неловко. — Я просто хочу пойти вместе с тобой.

Му Цзиньнянь невольно нахмурился:

— Учительница Сун вызывала только меня.

Синь Ван вспомнил, что когда Сун Цы проходила мимо, она даже не взглянула в его сторону, и от этого на душе стало до того паршиво, что он во что бы то ни стало решил сегодня же извиниться и вымолить прощение.

— Ну, пожалуйста.

Изначально он надеялся на другие варианты, но на прошлом уроке его не было в кабинете, и кроме как через Му Цзиньняня, другого выхода не оставалось:

— Я больше не буду к тебе цепляться, буду прикрывать тебя в классе, идет?

— Мне это не нужно.

Му Цзиньнянь достал из парты учебник английского и начал учить слова в конце главы.

Синь Ван, сказав столько всего, уже не мог отступить. Он подпер подбородок рукой, постукивая пальцами по парте, и напевал мелодию, которую считал невероятно красивой.

Му Цзиньнянь захлопнул книгу и с явным раздражением произнес:

— Ты можешь вести себя тише?

В голове Синь Вана блеснула идея, и он бесцеремонно закинул руку на плечо соседа:

— Ты возьми меня с собой, замолви за меня словечко, и я обещаю, что больше не буду мешать тебе учиться.

Му Цзиньнянь терпеть не мог таких бестактных людей, как Синь Ван. Он сбросил его руку и, нахмурившись, ответил:

— С какой стати мне за тебя заступаться?

— Да потому что учительница Сун к тебе благоволит, ты у неё на хорошем счету.

Синь Ван фыркнул, явно не желая признавать превосходство соседа. Неизвестно, какие именно слова задели нерв Му Цзиньняня, но он неожиданно согласился.

Синь Ван по-дружески хлопнул его по плечу и расплылся в улыбке:

— Ты сам сказал, слово держи!

Му Цзиньнянь только хотел что-то ответить, как в них полетели два куска мела. Хорошо, что он вовремя наклонил голову, иначе снаряды угодили бы точно в цель.

Синь Ван оказался не таким удачливым и получил прямо в лоб. Не успел он опомниться, как сверху по макушке прилетело учебником.

— Вы двое, о чем вы там шепчетесь во время урока?! А ты, Синь Ван, если сам не хочешь учиться, так хотя бы другим не мешай! Марш на заднюю парту, будешь слушать стоя!

Синь Ван скривил губы:

— Я и так на последней парте, мне что, на стену залезть?

Кто-то из ребят сзади прыснул со смеху, а те, кто посмелее, не выдержали и прыснули в кулак, покраснев до корней волос.

Услышав это, учительница, чья суровость могла сравниться разве что с грозным ликом Чжункуя на дверях, с силой ударила указкой по столу. Резкий звук заставил учеников с первых рядов подпрыгнуть от испуга.

— Синь Ван, вон из класса!

Синь Ван вальяжно направился к выходу, но тут же получил мелом прямо в затылок, сопровождаемый яростным криком:

— Синь Ван, учебник с собой возьми!

Увидев в коридоре знакомый силуэт, Синь Ван тут же сдал назад и юркнул обратно в класс:

— Учитель, я понял свою ошибку, сейчас возьму учебник и выйду! Не злитесь, пожалуйста, не злитесь!

Учительница английского, глядя на его наглую физиономию, закипала от злости, но, вспомнив, что впереди сидит группа жаждущих знаний учеников, постаралась успокоиться и продолжила объяснять грамматику.

Синь Ван хоть и стоял в коридоре, но постоянно стучал в окно и строил рожи, словно боясь, что Му Цзиньнянь забудет о своем обещании. Однако Му Цзиньнянь полностью игнорировал его, будто того и вовсе не существовало.

Синь Ван был в глубокой печали. Едва дождавшись конца урока, он не успел даже пожаловаться, как увидел, что Му Цзиньнянь собрал вещи и вышел. Пришлось поспешно следовать за ним.

У дверей кабинета Му Цзиньнянь остановился и обернулся:

— Ты пока не заходи, я выйду и позову тебя.

Синь Ван показал ему знак окей.

Му Цзиньнянь мельком взглянул на табличку с именем на двери, глубоко вздохнул и постучал.

— Войдите.

Голос всё такой же мягкий. Му Цзиньнянь толкнул дверь, и уголки его губ дрогнули в слабой улыбке.

— Вы меня звали?

Сун Цы оторвалась от экрана компьютера, перевела взгляд на лицо Му Цзиньняня и улыбнулась, поманив его к себе:

— Му Цзиньнянь, подойди сюда.

Он подошел, и она протянула ему карточку. Это была школьная карта для оплаты питания. Му Цзиньнянь поднял на неё недоуменный взгляд.

Сун Цы продолжала:

— Это тебе в качестве поощрения.

Му Цзиньнянь покачал головой и вернул ей карту:

— Спасибо, но сегодня утром вы уже дали мне самое ценное поощрение.

— То было поощрение от всех. А это — лично от меня, это разные вещи.

Му Цзиньнянь увидел, что её глаза наполнились глубоким светом, они были невероятно красивы. Его кадык невольно дернулся. В голове всплыла та самая сцена: чарующий аромат, смешанный с нежным ветерком, и фантазия о том, как на её изящной шее мог бы остаться след, принадлежащий только ему.

На самом деле он знал, что с того дня такие мысли будут посещать его снова и снова...

Му Цзиньнянь, очнись, прекрати эти грязные помыслы! Не дай себе утонуть в них! — твердил внутренний голос.

Он горько усмехнулся:

— Учительница Сун, вам не обязательно быть со мной такой доброй.

Вспомнив, что Му Цзиньнянь рос в неполной семье, а отец, который воспитывал его десять лет, бесследно исчез, и теперь парню приходится подрабатывать на любой грязной работе, чтобы просто выжить, она поняла: возможно, именно из-за такого опыта он стал настолько ко всему чувствителен.

На сердце у Сун Цы стало тоскливо:

— Не думай так, ты заслуживаешь того, чтобы к тебе относились по-доброму.

Она твердо вложила карту ему в руку и добавила:

— На эту карту каждый месяц будет поступать по восемьсот юаней из столовой, это не из моей зарплаты, так что не чувствуй себя обязанным.

Му Цзиньнянь не смог отказаться и принял подарок. Глядя на его болезненно худощавое тело, которое так сильно отличалось от телосложения других мальчишек, она невольно почувствовала укол жалости:

— Пообедаешь со мной после уроков?

Му Цзиньнянь не ответил. Она проводила его взглядом, а когда он вернулся, то привел с собой Синь Вана. В её глазах отразилось недоумение:

— Кажется, я не звала ученика Синь Вана?

http://bllate.org/book/24986/2954632