Готовый перевод Eternal Companionship / Быстрое перемещение: Вечно вместе: Глава 9

Мо Чэнъюань активно и напряженно обсуждал с крупнейшими корпорациями и предприятиями вопросы разделения труда и сотрудничества. Ян И тем временем сопровождал Лю Шия в подготовке материалов для пересмотра дела старейшины Лю.

Кто бы мог подумать, что в самый тяжелый период жизни рядом с ней окажется человек, которого она едва знала. А любимый человек, бывший жених, разрушивший ее семью, теперь стал ее врагом, и ей самой хочется сокрушить его в ответ... Ирония судьбы, непредсказуемость мира...

События, пережитые ею за последнее время, стоили того, чтобы вспоминать их до конца дней.

Почему Ян И так старался изо всех сил? Просто он думал о том, что они оба были второстепенными персонажами, и понимал эту горькую боль...

Если бы не его вмешательство и сводничество, Лю Шия никогда не оказалась бы в столь плачевном положении.

В худшем случае она просто пережила бы неудачный роман и продолжила жить жизнью избалованной богатой наследницы. Как она докатилась до того, что забеременела, перенесла выкидыш, а весь мир узнал, что ее использовали и выбросили, и вдобавок рухнул весь клан Лю... Не осталось ни доброго имени, ни семейного дела...

Хе-хе, у второстепенных персонажей и впрямь не бывает хорошего конца?

Чтобы изменить такой исход, он решил помочь Лю Шия. Вернуть ее чистую репутацию уже было невозможно, но вот семейное состояние — вполне. В конце концов, уехать за границу с деньгами и жить в свое удовольствие — тоже неплохой вариант.

Навестив старика в полицейском участке и убедившись, что все в порядке, они перекусили на ходу и разъехались по домам. Только Ян И никак не ожидал, что видит Лю Шия в последний раз...

С того дня Лю Шия бесследно исчезла. Почувствовав неладное, Ян И заявил в полицию и организовал поисковые отряды.

Под руководством Мо Чэнъюаня и Ян И они уже раскинули широкую сеть, готовясь поймать крупную рыбу по имени Чжоу Шикай. Чжоу Шикай прекрасно понимал, что противники — рыбаки, знал, что они закидывают сети, чтобы поймать его, но ничего не мог с этим поделать. Во время облавы он метался из стороны в сторону, и пространство для маневра с каждым днем сужалось...

У Чжоу Шикая раскалывалась голова, он понимал, что долго не продержится. А Чжэн Цяньцянь в последнее время словно помешалась: вечно уходила рано и возвращалась поздно, причем возвращалась всегда в не той одежде, в которой уходила. Чжоу Шикай приходил от этого в ярость, а по ночам яростно обладал ею, словно вымещая на ней всю злость. К счастью, на теле Чжэн Цяньцянь были видны лишь следы его собственных ласк, и ничего подозрительного не обнаруживалось.

Чжэн Цяньцянь во всем потакала Чжоу Шикаю. Только в такие моменты она чувствовала себя прежней Чжэн Цяньцянь — чистой, безупречной и принадлежащей исключительно ему одному.

Каждый из них был погружен в собственные мысли, и лишь выбившись из сил, они засыпали в объятиях друг друга.Спустя три дня операция по поимке вступила в завершающую стадию. Ян И с радостным настроением сидел перед телевизором и смотрел экономические новости. Мо Чэнъюань, держа в руках тарелку с нарезанными фруктами, подошел, сел рядом с ним и, заключив в объятия, стал по очереди кормить его кусочками, передавая сочные фрукты из рта в рот.

Арбуз был очень сочным, и сок то и дело капал с губ, после чего оба бесстыдно принимались слизывать его друг с друга. Привыкшие к подобной картине слуги и телохранители делали вид, что ничего не замечают, и продолжали заниматься своими делами.

Они были так увлечены поцелуями, что случайно задели пультом кнопку, даже не заметив этого.

Сегодня в переулке у мусорных контейнеров дворники обнаружили несколько мешков с расчлененными останками. Внутри находились отрубленные руки и ноги, источавшие отвратительный зловонный запах...

Ян И всем телом содрогнулся, слегка оттолкнул Мо Чэнъюаня и пристально всмотрелся в экран. Мо Чэнъюань, заметив неладное, прекратил ласки и тоже обратил внимание на новостной репортаж.

Ты ведь не думаешь... что это Лю Шия?

Мм, моя интуиция подсказывает мне именно это...

Ян И коснулся груди, чувствуя, как там заныло.

Как ты можешь так переживать о какой-то женщине, у вас ведь нет кровного родства? Не слишком ли это?

Мы с ней играем одну роль — обе второстепенные персонажи. Если ее смогли так запросто убить, то и мне не избежать беды. Кто знает, не придет ли мой час в следующую минуту? — Ян И горько усмехнулся.

Мо Чэнъюаню не нравилось, когда на его лице появлялось такое выражение, и еще больше ему не нравилось, когда тот то и дело упоминал смерть.

Пока я рядом, никто не смеет тебя тронуть. Я поеду с тобой в полицейский участок. Опознать тело.

Ян И радовался, что встретил Мо Чэнъюаня. В моменты растерянности и беспомощности тот всегда мог указать ему верный путь, стать опорой и подарить душевное спокойствие.

После проведения ДНК-экспертизы выяснилось, что это действительно была Лю Шия. Найденные мешки содержали лишь часть останков — только руки и ноги, в то время как остальные части тела и голову обнаружить так и не удалось.

Ян И чувствовал, как по его телу разливается леденящий холод. Он был уверен, что Лю Шия приняла мученическую смерть. Стало очевидно, насколько сильно убийца ненавидел девушку — он даже не захотел убить ее сразу, а предпочел медленно истязать...

Лютыми врагами Лю Шия были Чжоу Шикай и Чжэн Цяньцянь, причем вероятность причастности Чжэн Цяньцянь была куда выше. В конце концов, обида была слишком глубокой: групповое изнасилование, приведшее к выкидышу, — такое невозможно просто так отпустить и забыть.

Поэтому сейчас самое главное — установить слежку за Чжэн Цяньцянь, и тогда удастся выяснить, где Лю Шия пряталась или где спрятаны ее останки...Только что Ян И отдал распоряжение, как к нему нагрянули полицейские, предъявили ордер на арест и заявили, что он подозревается в убийстве, после чего задержали, поместили под стражу и доставили на допрос.

Телохранители Мо Чэнъюаня даже не стали вытаскивать оружие, чтобы защитить хозяина — Ян И остановил их взмахом руки.

Уходя, Ян И обернулся к Мо Чэнъюаню и бросил: — Я верю тебе.

Они понимали друг друга без всяких слов и браслетов. Ян И верил, что Мо сможет вытащить его и гарантирует, что с его головы не упадет ни единого волоса.

Мо Чэнъюань крепко сжал кулаки: если бы он не отошел от дел в тени, то прямо сейчас пристрелил бы обоих полицейских на месте. Подумать только, в один прекрасный день кто-то посмел вломиться к нему с облавой!

Полицейские применили метод сменных допросов, известный также как допрос на истощение. Ян И не давали ни минуты отдыха.

— Тридцатого апреля, после того как вы сорочкой Лю Шия покинули полицейский участок, куда вы направились?

— Я уже повторял много раз! Мы наугад зашли в какой-то ресторан поужинать!

— Как назывался этот ресторан?

— Я же сказал, зашли случайно! С чего мне помнить его название? — Ян И был доведен до белого каления. Его допрашивали уже пять часов подряд, и он выбился из сил.

— Вы действительно не помните? Или никакого ресторана вообще не было? Вы увезли Лю Шия с собой? Куда вы направлялись?

— Я ее не увозил, я уже говорил: главная подозреваемая — Чжэн Цяньцянь, у них была смертельная вражда. Почему вы не допрашиваете ее, а пристаете ко мне?

— Господин Ян, мы имеем основания подозревать вас, ведь в тот период вы намеренно сблизились с Лю Шия и поддерживали с ней тесный контакт. Она внезапно исчезла — вы хотите сказать, что не имеете к этому никакого отношения?

— Какое отношение я к этому имею? О чем это говорит? Зачем мне поступать с ней подобным образом?

— Причины этого, пожалуй, известны только вам самому. — Закончив говорить, сидевший напротив полицейский жадно приложился к бутылке с водой.

Ян И судорожно облизал пересохшие губы. Его безостановочно заставляли говорить, но при этом не давали сделать и глотка воды, так что губы давно потрескались от жажды.

— Закон суров, но справедлив, от возмездия убийце не уйти. Вы собираетесь и дальше упрямиться или сразу во всем признаетесь? Признаетесь — мы прекратим допрос, и вы сможете отдохнуть.

Ян И не поддавался на дешевые манипуляции следователя. Признаться? В чем признаваться? Он сам прекрасно знал, что убийца — Чжэн Цяньцянь, так с какой стати ему брать вину на себя?

Черт побери, почему Мо Чэнъюань до сих пор не пришел? У Ян И уже слипались глаза, ему безумно хотелось спать — просто провалиться в глубокий сон. Но сидевший напротив полицейский методично постукивал по столу как раз в тот момент, когда Ян И погружался в полудрему, вырывая его обратно в реальность.

Следователи сменяли друг друга волна за волной, и только допрашиваемый оставался неизменным от начала и до конца.

— Видали этого сопливого мажорика? Гей чистой воды, которого содержат мужики и имеют во все щели.

— Тошнотворно! Наверное, сдвиг по фазе: вроде нравится бабёнка, а его самого непременно должен драть мужчина. Наверное, в постели он ни на что не годен, вот и зверствует над женщинами, чтобы самоутвердиться.

— А ведь в его словах что-то есть! Нынешние богатеи все поголовно с кукухой набекрень. Чего только стоят их тайные извращения.

— Черт возьми, смотрю на его рожу — так бы и врезал от души. От одной мысли, что эта мразь и отброс общества — педераст, меня в дрожь бросает, когда я его допрашиваю...

Ян И уже физически ощущал всеобщую ненависть, источаемую стенами полицейского участка. Все вокруг только и твердили, что главные герои отмечены небесной благосклонностью и окружены всеобщей любовью, но неужели обязательно подчеркивать это столь нагло? Голая, неприкрытая правда у всех перед глазами, а они всё равно подозревают постороннего человека...

Ян И не выдержал и провалился в тяжелый сон. Мгновение спустя холодная мокрая тряпка шлепнулась ему на лицо, он резко тряхнул головой и услышал вокруг глумливый, издевательский смех.

Вдруг дверь допросной с грохотом распахнулась. Первым вошел Мо Чэнъюань, а за ним следовал дородный немолодой мужчина с седыми висками, прямой спиной и непреклонным, суровым выражением лица.

Мо Чэнъюань тут же сорвал с запястий Ян И наручники, подхватил его под руку и помог подняться, после чего они не спеша направились к выходу. Поравнявшись с пожилым мужчиной, Мо Чэнъюань кивнул ему, выражая благодарность.

Когда те удалились, чиновник холодно бросил: — Безобразие!

Начальник городского управления общественной безопасности оставил эту короткую реплику и решительно зашагал прочь, оставив растерянных полицейских переглядываться в полном оцепенении. Хотя они действовали по прямому указанию сверху — устроить пристрастный допрос и заставить подозреваемого немедленно во всем сознаться, — кто бы мог подумать, что ради него явится столь высокопоставленный руководитель и лично уведет человека. Теперь и начальству, и им самим едва ли светит что-то хорошее. Хорошо еще, что они не применяли пыток, иначе последствия оказались бы куда страшнее.

Мо Чэнъюань полуподдержал Ян И, усаживая в машину — тот уже крепко спал, прислонившись к его плечу. Мо Чэнъюань нежно провел пальцами по щеке Ян И, на секунду задержавшись у темных кругов под глазами. Заметив потрескавшиеся, побелевшие губы, он почувствовал, как сердце сжалось от острой, колющей боли.Мо Чэнъюань набрал в рот чистой питьевой воды и напоил ею Ян И. Малыш сообразил, что нужно сосать, а когда всё выпил, стал шумно облизываться — судя по всему, он ужасно хотел пить, поэтому Мо Чэнъюань добавил еще пару глотков.

Мо Чэнъюань уже отправил людей следить за Чжэн Цяньцянь, чтобы отыскать место, где она спрятала тело. Однако та словно заранее обо всем догадалась и заблаговременно сменила позицию: когда его люди прибыли на место, там обнаружилась лишь лужа крови.

Чжоу Шикай никак не ожидал, что Чжэн Цяньцянь дойдет до такого безумия. Если бы он сам вовремя не почуял неладное, не увязался следом и не замел все следы, он понятия не имел бы, к чему это могло привести… Он тут же связался с нужными людьми в полицейском участке, в спешке навел порядок на месте преступления и, прихватив Чжэн Цяньцянь и кучу орудий убийства, скрылся.

Чжоу Шикай люто ненавидел Лю Шия. Особенно за то, что эта избалованная девчонка раз за разом обижала Чжэн Цяньцянь, причиняя его любимой незарубцующиеся раны. Вот только он не предполагал, что Чжэн Цяньцянь опередит его и расправится с ней столь жестоким способом…

Проезжая мимо безлюдных мест, Чжоу Шикай выбросил улики. Петляя по улочкам и сменив несколько маршрутов, он избавился от всего лишнего, тщательно отмыл себя и только после этого вернулся домой.

Чжоу Шикай не задал ему ни единого вопроса и при этом подчистил все хвосты… Только тогда Чжэн Цяньцянь со всей отчетливостью поняла, что этот человек вовсе не так мягок и воспитан, как кажется на первый взгляд.

Пусть он неблагодарный волчонок — раз он любит ее, этого вполне достаточно.

На следующий день в ведущих журналах и на новостных сайтах появилась информация о том, что Лю Шия убита, а убийца — Ян И. Статья пестрела четкими аргументами и грамотными умозаключениями, отчего все выглядело донельзя правдоподобно.

Мо Чэнъюань от злости даже рассмеялся: этот негодяй все еще смеет гнуть свою линию! Если я не уничтожу тебя, Чжоу Шикай, мне не обрести покоя!

Нынче камеры видеонаблюдения установлены в каждом уголке и на каждой улице, и совершить что-либо, не оставив ни малейшего следа, абсолютно невозможно. Начальник городского управления общественной безопасности — тот самый немолодой мужчина, который вчера помогал Мо Чэнъюаню, — отдал приказ всей городской полиции бросить все силы на расследование дела о расчленении, потребовав получить результаты в течение двух дней.

Подчиненные работали сверхурочно, дознаватели ночи напролет просиживали перед мониторами, отыгрывая малейшую зацепку. То ли небеса действительно благоволили Чжоу Шикаю и Чжэн Цяньцянь, но за первые двадцать четыре часа полиция так и не обнаружила никаких улик.

К тому же Чжоу Шикай, наученный горьким опытом прошлых скандалов, заранее подготовил почву и сыграл на опережение. Слухи о том, что убийца — Ян И, уже повсюду разлетелись, разносясь со скоростью лесного пожара: один скажет ложь, а тысяча примет ее за правду.

Более того, прежде Ян И мелькал повсюду с такой частотой, что его знал каждый встречный. В таких обстоятельствах свежие сплетни мгновенно разошлись по всем каналам.

Гомосексуалист, альфонс, богатый наследник, главный акционер платежной системы Янъян, а теперь еще и убийца — всевозможные ярлыки и трендовые теги сошлись на одном человеке по имени Ян И.

Пожалуй, во всей стране не осталось людей, которые не слышали бы это имя — настолько оглушительной была его известность. Оно пестрило в интернете, газетах и новостях, и не знать его стало просто невозможно.

— Мы с Чжоу Шикаем стоим друг друга… И зачем мы так ожесточенно грыземся, ради чего? — Ян И с довольным видом развалился в шезлонге на балконе, подставляя лицо ласковому солнцу, и в его голосе не было ни капли той меланхолии, что подразумевали слова.

— Ради чего бы ни было, я стою на твоей стороне и во всем поддерживаю тебя.

— И то верно. Послушай, за тобой же постоянно присматривала полиция, так как тебе удалось привлечь к этому делу самого начальника городского управления?

— Я всегда поддерживал его кандидатуру на пост начальника, а следила за мной его политическая оппозиция. Ты думал, в политических кругах нет конкуренции? Боюсь, она там куда жестче, чем твои распри с Чжоу Шикаем. — Мо Чэнъюань щелкнул зажигалкой, поднес сигарету к губам и изящно затянулся.

— Пожалуй, ты прав, грызня идет везде. Как у них сейчас с расследованием? До сих пор ни единой зацепки? Прошло уже два дня…

— Остальные части расчлененного тела и голову нашли. Их выбросили на пустынной дороге, где нет камер видеонаблюдения. И хотя машина Чжоу Шикаева действительно проезжала в тот день через этот район, нет ровным счетом никаких доказательств, что пакет сбросил именно он. За то время там проехало не меньше пары десятков, а то и сотен автомобилей. Остается надеяться лишь на то, что удастся обнаружить зацепки на самих орудиях убийства или останках.

— Я не верю, что небеса справедливы, так что это дело, скорее всего, просто замнется. Жалко лишь Лю Шия — ее похоронили по частям. Но раз уж я пообещал ей помочь возродить клан Лю, я сдержу слово, даже несмотря на то, что ее уже нет в живых. Впрочем, хватит об этом. Сегодня же я публично заявлю, что выхожу из кампании против Чжоу Шикая. Репутация подозреваемого в убийстве мне ни к чему, как бы в итоге все не обернулось против меня. Давай-ка теперь ты возглавишь эту свору шакалов и волков и отомстишь за меня.

С этими словами Ян И бросил на Мо Чэнъюаня лукавый взгляд, словно считал того главным простофилей: тот изначально ввязался в это дело лишь ради легкой наживы, а в итоге внезапно оказался по уши в воде и теперь должен разгребать чужие проблемы… При этой мысли Ян И хихикнул.

Мо Чэнъюань с досадой глядел на него: этот неисправимый чудак снова сидит и улыбается сам себе. Внезапно он вспомнил популярную в интернете шутку.

Как понять поведением мужчины, что он по-настоящему любит тебя… Один из признаков — когда вы вместе, твой партнер ни с того ни с сего начинает глупо улыбаться.

Правдив этот мем или нет, Мо Чэнъюань точно знал одно: он безумно любит этого человека. Конечно, было бы совсем идеально, если бы тот вдобавок произнес заветные слова: я люблю тебя! Мо Чэнъюань невольно расплылся в улыбке. Ни один из них не знал, о чем думает другой, но обоим почему-то было безумно весело. Наверное, это и есть самые счастливые моменты влюбленности.

А вот в особняке клана Чжоу царила куда менее дружелюбная атмосфера. Из-за истории с Чжэн Цяньцянь на Чжоу Шикая повесили ярлык неблагодарного мерзавца, и теперь ведущие компании бойкотировали его бизнес. Раньше отец и мать Чжоу не давили на девушку лишь потому, что она была беременна. Но теперь, когда у Чжэн Цяньцянь случился выкидыш, родители были вне себя от ярости. Они принялись докучать Чжоу Шикаю уговорами отправиться на свидания вслепую и заключить выгодный брак, чтобы укрепить пошатнувшееся положение клана Чжоу. При этом они перестали скрывать свое презрение к Чжэн Цяньцянь и даже попытались выставить ее из дома.

— Прости, что заставляешь тебя терпеть это. Мои родители никогда не считаются с моими чувствами и на первое место всегда ставят выгоду клана Чжоу…

— Шикай, не говори так. Они просто боятся, что я испорчу тебе будущее. Пока ты хочешь, чтобы я оставалась рядом, я ни за что не уйду от тебя по собственной воле.

Чжэн Цяньцянь верила, что Чжоу Шикай никогда не бросит ее одну — это отчетливо доказывало то, как хладнокровно он избавился от тела Лю Шия. Они оказались в одной лодке, и тонуть им придется вместе. Они крутились как белки в колесе, судорожно разыскивая новых партнеров и сколачивая коалиции. Ради укрепления союзов и противостояния финансовой группе во главе с Мо Чэнъюанем Чжоу Шикай без колебаний распродавал часть активов по бросовым ценам. На столь лакомый кусок клюнули многие, и в результате им действительно удалось сформировать коалицию, способную потягаться с империей Мо Чэнъюаня.

Прошло три месяца. Скандалы давно утихли, и две могущественные силы сошлись в клинче, не желая уступать друг другу ни пяди земли и ведя войну на уничтожение. Даже Мо Чэнъюань не ожидал, что эта битва окажется настолько тяжелой, а противник — таким живучим. Неужели гласят правду слова, что стонога и после смерти шевелится? Или этот мир и впрямь благоволит Чжоу Шикаю и Чжэн Цяньцянь?

Ян И положил голову на крепкую грудь Мо Чэнъюаня, рассеянно вычерчивая пальцем круги на его коже:

— Ну что, понял теперь, что бывают мастера круче тебя? Не стоит воображать себя пупом земли, раз уж ты до сих пор не можешь справиться с Чжоу Шикаем.

Мо Чэнъюань резко перехватил его запястье. Ни один мужчина на свете не станет радоваться, когда ему заявляют о его несостоятельности, особенно если у этого мужчины развито чувство собственного достоинства, как у Мо Чэнъюаня.

Он и сам чувствовал себя уязвленным: казалось бы, Чжоу Шикай — всего лишь мелкая креветка в безбрежном океане, так почему же он, акула бизнеса, до сих пор не может его проглотить?

— На самом деле ты не рыба, — усмехнулся Ян И. — Ты — сеть. Только ячейки твоей сети слишком велики, чтобы поймать такую мелочь… Вы сейчас столкнулись лоб в лоб двумя альянсами, идет столкновение равных сил. А он просто спрятался в самом центре защитного круга. Ты не можешь нанести удар по его корням, под удар попадают лишь мелкие и средние компании. Это как в лесу при пожаре: муравьи сбиваются в плотный шар, и сгорают лишь те, что на периферии, а те, что в самом центре, остаются в полной безопасности…

— Я хочу сойтись с ним один на один. Я верю в потенциал платежной системы Янъян, в эту платформу уже вложены десятки миллиардов… Я готов сыграть по-крупному, лишь бы Фортуна оказалась на нашей стороне…

Выслушав рассуждения Ян И, Мо Чэнъюань умолк. В словах возлюбленного был резон, но противник действовал как единый фронт, а не в одиночку. И если ты жаждешь поединка один на один, это вовсе не значит, что враг согласится играть по твоим правилам. Если в нужный момент ты останешься один на один против целой своры, последствия окажутся непредсказуемыми. Именно поэтому им до сих пор не удавалось сдвинуть Чжоу Шикая с места.

— Похоже, сперва придется разрушить их коалицию, и только потом мы сможем действовать… Эх…

Услышать от Мо Чэнъюаня тяжелый вздох доводилось крайне редко. Ян И понял, что его собственный пессимистичный настрой передался партнеру. С легким смущением почесав затылок — он-то просто ворчал под нос и вовсе не собирался накручивать ни себя, ни других, — он осознал, что Мо Чэнъюань принял всё всерьез и близко к сердцу.

— А давай устроим свидание? Мы так давно никуда не выбирались! — Ян И с сияющими глазами посмотрел на Мо Чэнъюаня. В памяти мгновенно всплыли те дикие, безрассудные дни на необитаемом острове, и его взгляд заманчиво вспыхнул.

Словно прочитав мысли друг друга, они одновременно уловили витавшее в воздухе настроение. Мрачная туча, давившая на Мо Чэнъюаня, мгновенно испарилась. Издав лукавый смешок, он протянул к нему хищные лапы.

http://bllate.org/book/24984/2954394