Готовый перевод The Little Chef Reborn / Маленький повар: Вторая жизнь со вкусом счастья: Глава 19

Когда все блюда были поданы на стол, а миски и палочки для еды расставлены, оба сели за стол. Неловкость, вызванная теми двумя неожиданными поцелуями, уже давно развеялась.

Находясь на кухне, Мо Фаньюй уже успел распробовать остро-пряных крабов, поэтому теперь он протянул палочки и подцепил варёную креветку.

Вот только, чтобы съесть креветку, её нужно сначала очистить от панциря. Мо Фаньюй происходил из знатного рода и с детства жил в роскоши и изобилии. И пусть в его семье не прекращались ожесточенные распри, в еде, одежде и житье его никогда не ущемляли — прислуживающих ему служанок и слуг было не счесть.

Поэтому, когда ему хотелось отведать рыбы или крабов, слуги заблаговременно очищали варёные морепродукты от панцирей, оставляя лишь нежное мясо, и подавали на маленьких тарелочках прямо к его губам, так что ему оставалось лишь шевелить палочками.

И вот теперь, опустив голову и разглядывая целую креветку, которую он только что переложил к себе, Мо Фаньюй нахмурился. Он вертел её так и этак, не соображая, как к ней подступиться. Подняв взгляд на Нин Сюэюаня и заметив, что тот ловко и умело очищает креветки, он решил последовать его примеру: отложил палочки и протянул руки, чтобы самому снять панцирь.

Вот только, поскольку он никогда в жизни не занимался ничем подобным, на очистку одной-единственной креветки у него ушла большая часть времени, да к тому же и мясо вышло измятым и рваным.

Посмотрев на учинённый им кавардак из креветочного мяса, Мо Фаньюй полностью утратил всякий аппетит, а глядя на миску с варёными креветками на столе, он больше не испытывал ни малейшего желания снова протягивать к ним руки.

Наблюдая за тем, как Мо Фаньюй только что мучился с варёной креветкой, Нин Сюэюань беспомощно покачал головой и улыбнулся. Затем он отложил свою миску, подцепил креветку палочками и принялся за дело.

Ловким движением пальцев он отломил голову креветки и снял жесткий панцирь — в мгновение ока Нин Сюэюань очистил первую.

Положив очищенное мясо в миску Мо Фаньюя, Нин Сюэюань произнес:

— Я буду чистить их для тебя, ешь.

Услышав это, Мо Фаньюй оторвал взгляд от собственной неудавшейся работы. Сначала он посмотрел на креветку в своей миске, а затем тихо поднял глаза на Нин Сюэюаня. Его взгляд прямо устремился в глаза собеседника, в которых таилась мягкая улыбка. Самый нежный уголок его сердца словно пронзило, разлившись по нему мягким, теплым трепетом.

Не считая его матушки, это был первый раз, когда кто-то относился к нему с такой заботливой и кропотливой нежностью.

Заметив, что на него продолжают упорно пялиться, Нин Сюэюань не удержался и спрощсил:

— Что ты всё смотришь на меня? На моём лице что-то есть?

Говоря это, он уже очистил еще одну креветку и положил её в миску Мо Фаньюя, знаком предлагая тому скорее приступать к еде.Мо Фаньюй моргнул, в его глазах на мгновение промелькнуло какое-то странное выражение. Покачав головой, он снова взял палочки для еды, отправил в рот очищенную Нин Сюэюанем креветку, опустил ресницы и тихо произнес:

— Спасибо.

Нин Сюэюань лишь улыбнулся и небрежно отмахнулся, показывая, что не стоит церемониться. Затем он продолжил чистить креветки, изредка кладя их себе в милку, но по большей части — в пиалу Мо Фаньюя. Покончив с креветками, он принялся за крабов — этот остро-пряный вкус оставлял поистине незабываемое послевкусие.

После этого ужина двое людей, которые и так сближались, стали еще ближе. Хотя они хранили молчание о том, о чем оба догадывались, при случайных взглядах друг на друга в их глазах можно было заметить сияющие улыбки.

Убрав после ужина посуду, Нин Сюэюань отправился на кухню, чтобы заняться мясом и ребрышками, купленными ранее.

Два цзиня жирного мяса Нин Сюэюань пустил на вытопку свиного жира, а постное мясо и ребрышки опустил в воду, решив приготовить их завтра. На самом деле в такую погоду мясо не испортилось бы, даже если оставить его просто так, но для надежности он всё же решил подержать его в воде. В эту пору ночная вода покрывалась тонким ледком, что свидетельствовало о весьма низкой температуре.

Бросив нарезанное жирное мясо в котел, он добавил туда совсем немного воды и щепотку соли. Нин Сюэюань встал у печи, держа в руке лопатку, и время от времени помешивал содержимое.

Спустя полчаса весь жир полностью вытопился. Потушив огонь, Нин Сюэюань нашел небольшой овальный сосуд — чуть сужающийся у горлышка и на дне, но пузатый посредине, — и перелил туда готовое масло, которого как раз хватило до краев.

Аккуратно убрав бутыль с маслом, Нин Сюэюань вернулся к печи и сначала собрал шкварки. Как повар, он не одобрял их дальнейшее употребление, но в последнее время они жили в такой нужде, что ему было жалко их выбрасывать. Подумав немного, он всё же решил их сберечь.

Спрятав шкварки и наведя идеальный порядок на кухне, он сладко потянулся, задул масляную лампу и вышел.

Во дворе Мо Фаньюй сидел на каменном табурете, запрокинув голову к небу. На его лице не было никаких особых эмоций, а взгляд казался отрешенным — трудно было понять, о чем он думает.

Постояв какое-то время на месте, Нин Сюэюань почувствовал, что у него затекли ноги. Тогда он подошел к Мо Фаньюю, сел рядом и, задрав голову вслед за ним, тоже уставился в ночное небо.В этот момент круглая луна висела высоко над ветвями деревьев и вместе с мириадами звезд украшала черную бархатную занавесь, превращая ночное небо в подобие Млечного Пути — столь прекрасное, что оно казалось живым полотном звездного неба.

Посмотрев некоторое время на луну, Нин Сюэюань отвел взгляд, опустил голову и тихо пробормотал себе под нос: — Ах, сегодня же уже пятнадцатое число. Оказывается, с тех пор, как он попал в этот незнакомый мир, прошло уже почти целое месяц.

— Ты о чем? — услышав легкий вздох, Мо Фаньюй отвел взгляд от ночного неба и перевел его на Нин Сюэюань.

— Да так, ни о чем. — Покачав головой и заметив участливый взгляд сидевшего рядом юноши, Нин Сюэюань почувствовал, как вне накатившая смутная меланхолия в его сердце мгновенно рассеялась.

Он думал о том, что на самом деле оказаться в этом незнакомом мире было даже неплохо — иначе как бы он встретил Мо Фаньюй, и кто еще смог бы сопровождать его?

— ...

С легким подозрением во взгляде Мо Фаньюй еще немного понаблюдал за Нин Сюэюань, но, заметив, что выражение лица того было совершенно естественным, а сам он, казалось, и вправду не вздыхал ни о чем таком, да и никаких особых секретов от него не таил, успокоился.

Впрочем, раз Нин Сюэюань не хотел рассказывать, он и не стал допытываться. Мо Фаньюй верил: настанет день, когда тот по собственной воле перестанет что-либо от него скрывать.

Повернув голову обратно, Мо Фаньюй поднял руку, вытащил из-за пазухи те семьсот лянов серебра серебряными билетами, которые им ранее заплатил Гу Цзин за покупку женьшеня и линчжи, и протянул их Нин Сюэюань со словами: — Это дневные деньги за женьшень и линчжи от Гу Цзина.

Нин Сюэюань лишь бросил на них взгляд, оттолкнул его руку назад и, слегка покачав головой, произнес: — Это тебе. Ты внес огромный вклад в то, что нам удалось добыть этот женьшень, линчжи и другие травы. Без тебя я, пожалуй, и в горы бы сунуться не осмелился, сразу бы спасовал. Так что эти семьсот лянов — твои по праву.

— К тому же, я и так заработал целое состояние, — Нин Сюэюань подпер щеку одной рукой, его брови изогнулись, а ясные глаза сузились в полумесяцы, излучая улыбку от уголков глаз до самого лба.

Зная, о чем думает Нин Сюэюань, Мо Фаньюй лишь молча взглянул на него, а затем забрал билеты и засунул их обратно за пазуху. Спустя мгновение он поинтересовался: — Что ты планируешь делать дальше? Продолжишь торговать с лотка?

— Наверное, больше не буду, — помолчав и немного подумав, ответил Нин Сюэюань. — В ближайшие дни поброжу по городу, выберу местечко поудачнее, куплю помещение, а потом открою ресторан.

Он спланировал это сразу же после перемещения в этот мир. Переняв воспоминания прежнего владельца тела, Нин Сюэюань обнаружил, что некоторые фирменные блюда, которыми он славился в прошлой жизни, в Наньчэн было практически невозможно отыскать; даже если что-то похожее и находилось, способы приготовления и вкусы сильно отличались.

И раз так, блюда его будущего ресторана можно будет назвать поистине уникальными — по крайней мере, в Наньчэн. Обладая подобной изюминкой, он непременно привлечет посетителей. Пусть нельзя было гарантировать баснословных богатств, но обеспечить себе небольшую прибыль на беззаботную жизнь было вполне по силам.

— Так и нужно сделать, — кивнул Мо Фаньюй, одобряя задумку Нин Сюэюань. — Серебра, вырученного сегодня от продажи лекарственных трав, как раз хватит, чтобы выкупить лавку побольше.

— Да уж. — При упоминании об этом Нин Сюэюань все еще испытывал сильное волнение. Он никогда и помыслить не мог, что удастся заработать больше тысячи лянов всего за один день. Изначально он планировал пару месяцев торговать с лотка, а когда наберется около тридцати с лишним лянов, арендовать небольшое помещение под крошечный ресторанчик и лишь со временем постепенно расширяться.

Но сейчас он никак не ожидал, что простая вылазка в горы так счастливо обернется находкой столь драгоценных женьшеня и линчжи, да к тому же возрастом больше ста лет каждый, а помощь Мо Фаньюй в распознавании трав... все это превзошло любые его ожидания.

Откашлившись и возвращаясь из глубин собственных мыслей, Нин Сюэюань вдруг о чем-то вспомнил. Широко распахнув глаза, засиявшие живым блеском, он повернулся к Мо Фаньюй и принялся засыпать его вопросами: — Точно, я как раз хотел спросить: что ты думаешь, если для начала сделать нашими фирменными блюдами пряного краба и рыбу под рубленым перцем чили? Или, может, рыбу в остром бульоне? А потом каждые пять дней добавлять по новому коронному блюду — м? Как тебе такая идея?

Тут Нин Сюэюань замолчал, нахмурился, а затем продолжил бормотать сам с собой: — Хм, если уж открывать ресторан, одних только фирменных блюд будет мало...

В прошлой жизни он был простым поваром в небольшом заведении, и дольше всего задерживался либо на кухне, либо в кладовой, не имея ни малейшего опыта в управлении. К тому же специальность, которую он изучал в университете, вообще не имела к этому никакого отношения, так что сейчас, несмотря на весь свой энтузиазм по поводу открытия ресторана, Нин Сюэюань понимал, что претворить задуманное в жизнь окажется непросто.

Работа ресторана и повседневное управление требовали огромных усилий, и это было совсем не то же самое, что целыми днями пропадать на кухне, готовить еду и экспериментировать с новыми рецептами в роли шеф-повара.

http://bllate.org/book/24954/2951699

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь